Buch lesen: "МИФЫ. Корпорация М.И.Ф."

Серия «Мастера фэнтези – для всех»

Robert Asprin

MYTH INC. LINK

MYTH-NOMERS AND IM-PERVECTIONS

M.Y.T.H. INC IN ACTION

SWEET MYTH-TERY OF LIFE

MYTH-ION IMPROBABLE

SOMETHING M.Y.T.H. INC.

Перевод с английского

Т. Бушуева, 2024

И. Шубина, 2025

Г. Косов, 2020

Публикуется с разрешения BILL FAWCETT & ASSOCIATES и литературных агентов, JABberwocky Literary Agency, Inc. (США) при содействии Агентства Александра Корженевского (Россия).

© Robert Asprin, 1986, 1987, 1990, 1993, 2001, 2002

© Перевод. Т. Бушуева, 2024

© Перевод. И. Шубина, 2025

© Перевод. Г. Косов, наследники, 2020

© Издание на русском языке AST Publishers, 2025

Корпорация М. И.Ф. – связующее звено

Глава 1

В наши дни мелкая преступность – настоящий бич бизнеса.

Д. Лореан¹

Если честно, наши новые офисные помещения нравились мне больше, чем старые. Хотя Ааз упорно доказывал, что «Чет-Нечет» должен оставаться баром (читай «предприятием, приносящим деньги»), все остальные ополчились на него и настаивали на том, что, раз у нас есть дополнительное здание, куда разумнее переоборудовать его в офис, чем продолжать вести бизнес из дома. Я имею в виду, кому на самом деле понравится, когда мимо вас, вторгаясь в вашу личную жизнь, вечно шастают туда-сюда толпы незнакомцев, Подобная практика однажды уже стоила нам больших неприятностей, и воспоминания о том случае окончательно убедили моего старого наставника согласиться с этим планом.

Конечно, ремонт оказался более хлопотным делом, чем я ожидал, даже после того, как плотницкие работы я поручил одному из местных религиозных храмов. Даже при низких расценках они обошлись мне дороже, чем я предполагал, а их рабочий график… впрочем, я отвлекся.

Теперь у меня был большой кабинет с письменным столом, корзиной для «входящей корреспонденции», органайзером, стульями для посетителей, – целых девять ярдов моего личного пространства. Как я уже сказал, все это мне очень нравилось. Что мне не нравилось, так это титул, который прилагался к нему… а именно «Президент».

Да-да, все верно. Все настаивали на том, что, поскольку объединение нашей развеселой компании неудачников в компанию деловую – это моя идея, моя кандидатура была логичным выбором на роль номинального главы организации. Даже Ааз предал меня, заявив, что это отличная идея, хотя, как я заметил, говоря это, он тихонько хихикнул себе под нос. Знай я, к чему приведет мое предложение, поверьте, я бы промолчал.

Поймите меня правильно, наша команда великолепна! Собирайся я изначально возглавить нашу группу, я бы не мог даже мечтать о более славных и лояльных коллегах, чем те, что сейчас трудятся под моим началом. Конечно, обязательно найдутся скептики, которые станут возражать. Троллина, тролль, два гангстера, чикса и извращенец… извините, изверг… женщина-вамп с избыточным весом и юный дракончик вряд ли покажутся обычному человеку идеальной командой. Кстати, мне тоже, когда я впервые их встретил. Тем не менее они неизменно поддерживали меня на протяжении нескольких лет, и вместе мы накопили впечатляющий послужной список. Нет, лучше уж я останусь в знакомой мне крысиной стае, какой бы странной та ни была, чем доверю свою судьбу так называемым спецам с кучей дипломов.

Тем не менее время от времени мне становится интересно, что они думают обо мне. Я даже был бы не прочь заглянуть им в головы, чтобы узнать их мнение. Но что бы они там себе ни думали, они всегда рядом… и это главное.

Меня ведь раздражает не команда… а мое звание. Видите ли, сколько я себя помню, я всегда думал, что быть лидером – это все равно что ходить с нарисованной на спине огромной мишенью. По сути, работа состоит в том, чтобы отвечать за многих людей, а не только за самого себя. Если что-то пойдет не так, в конечном итоге виноваты будете вы. Даже если накосячил кто-то другой, вы, как начальник, понесете максимальную ответственность. Если же все идет хорошо, вам невольно становится стыдно за то, что вы приписали себе чужие лавры. В общем, на мой взгляд, это тяжелая, неблагодарная должность, которую я с радостью делегировал бы кому-нибудь другому, а сам бы получал удовольствие, выполняя разного рода полевые задания. К сожалению, все остальные, похоже, придерживались того же мнения, и я, как наименее опытный член команды, оказался менее искусен в поиске убедительной отмазки, нежели другие. Что ж, в результате я и стал президентом корпорации М.И.Ф. – «Молодые искоренители фатальностей». Слишком дерзко для команды малоопытных авантюристов? Не критикуйте меня. Название придумал не я. Так мы стали ассоциацией магов и специалистов по разруливанию косяков, совмещающей помощь другим с зарабатыванием денег.

Базой наших операций был Базар-на-Деве, знаменитое место встречи магов всех мастей, находившееся на перекрестке измерений. Как легко себе представить, в такой обстановке недостатка в работе никогда не было.

Едва я приготовился к новому дню, как в дверь тихо постучали и в мой кабинет просунула голову Банни.

– Заняты, босс?

– Как бы сказать…

Она вышла прежде, чем я успел сформулировать расплывчатый ответ. В этом не было ничего необычного. Банни выполняла функции моего секретаря и всегда знала о моих делах куда больше, чем я сам. Ее вопросы о моем графике обычно делались из вежливости или для того, чтобы убедиться, что я не занимаюсь какими-нибудь глупостями, прежде чем проводить клиента ко мне в офис.

– Великий Скив сейчас примет вас, – сказала она, широким жестом указывая на посетителя. – Однако в будущем я бы советовала вам записываться на прием заранее, чтобы не ждать.

Девол, которого она привела ко мне в кабинет, казался довольно склизким типом даже для девола. Его ярко-красное лицо было покрыто нездоровыми на вид розовыми пятнами, а рот растянут в постоянной плотоядной ухмылке, которой он проводил Банни, когда та выходила из кабинета.

Не стану отрицать: Банни – одна из самых привлекательных молодых особ, каких я когда-либо встречал, но было в его внимании к ней нечто гадкое. Усилием воли я попытался подавить растущую неприязнь к этому типу. Клиент есть клиент, и мы занимаемся тем, что помогаем попавшим в беду людям, а не перемываем им косточки.

– Так это вы Великий Скив, да? Рад познакомиться. Слышал, и неоднократно, хорошие отзывы о вашей работе. У вас тут и вправду все тип-топ. Особенно мне понравилась эта красотка, ваша секретарша. Может, даже попробую переманить ее от вас. Судя по ней, у нее наверняка масса талантов.

– Чем могу быть вам полезен? – спросил я как можно вежливее.

Это вернуло внимание девола к моей персоне, и он протянул через стол руку.

Глядя на его ухмылку и почти неприличное подмигивание, я почему-то не смог заставить себя пожать ее.

– Банни – моя помощница по административным вопросам, – осторожно сказал я. – Она также является акционером компании. Она заслужила свое нынешнее положение благодаря исключительному профессионализму, а не внешности.

– Нисколько не сомневаюсь, – снова подмигнул девол. – Хотелось бы когда-нибудь получить образец этого профессионализма.

Это заявление окончательно вывело меня из себя.

– Может, прямо сейчас? – Я улыбнулся и слегка повысил голос. – Банни? Не могли бы вы зайти сюда на минутку?

Она появилась почти сразу и, не обращая внимания на ухмылку девола, подошла к моему столу.

– Да, сэр?

– Банни, ты забыла проинформировать меня об этом клиенте. Кто он?

Мой секретарь вопросительно выгнула бровь и искоса взглянула на девола. Мы редко проводили наши брифинги в присутствии клиентов. Наши взгляды снова встретились, и я слегка кивнул ей, подтверждая свою просьбу.

– Его имя Жлоббо, – сказала она, пожав плечами. – Известно, что он владеет небольшим магазином здесь, на Базаре, где продаются новинки магических изделий. Его годовой доход от этого бизнеса исчисляется шестизначной цифрой.

– Эй! Мне это нравится, – ухмыльнулся девол.

Банни продолжила, никак не отреагировав на его реплику:

– Он также тайно владеет тремя другими предприятиями и на паях – еще дюжиной. Наиболее примечательное – фабрика магических изделий, которая снабжает магазины в этом и других измерениях. Она расположена в подпространстве, доступном через офис его магазина, и на ней вкалывают несколько сотен сотрудников. Предполагаемый годовой доход от одной только этой фабрики располагается в семизначном диапазоне.

Плотоядной ухмылки девола как не бывало.

– Откуда вы все это знаете? – потребовал он. – Это должно оставаться секретом!

– Он также мнит себя сердцеедом, но доказательств в поддержку его заявлений мало. Спутницам женского пола, с которыми его видели на публике, за это платят, и ни одна из них не продержалась больше недели. Похоже, они считают, что этих денег недостаточно, чтобы вытерпеть рядом с собой его омерзительную личность. Что касается еды, то у него слабость к брокколи.

Я одарил нейтральной улыбкой сдувшегося прямо на глазах девола.

– И именно благодаря этому таланту, сэр, Банни и работает здесь. Вам понравился образец?

– Она ошибается насчет брокколи, – растерянно проблеял Жлоббо. – Я терпеть не могу брокколи.

Я вопросительно посмотрел на Банни, и та подмигнула мне в ответ.

– Принято к сведению, – сказала она. – Что-то еще, босс?

– Будь поблизости, Банни, вероятно, мне понадобится твоя помощь, чтобы выставить мистеру Жлоббо гонорар за наши услуги… то есть если он все же расскажет нам, в чем его проблема.

Эти слова вывели девола из транса.

– О да, я скажу вам, в чем проблема! Мисс Банни была совершенно права, когда сказала, что моя фабрика магических изделий – моя гордость. Беда в том, что меня кто-то систематически обворовывает! Из-за мелкого воровства я теряю целое состояние!

– И каков процент потерь? – спросила Банни, внезапно навострив уши.

– До четырнадцати процентов… по сравнению с шестью в прошлом году.

– Мы говорим о розничной цене или о себестоимости?

– О себестоимости.

– Какова фактическая потеря объема товарной массы?

– Менее восьми процентов. Они прекрасно знают, какие изделия выгоднее украсть… небольшие по размеру, но весьма дорогие.

Я откинулся назад и попытался придать себе понимающий вид. Очень быстро я устал это слушать и полностью отключился от разговора, но Банни, похоже, знала, что делает, поэтому я поощрительно кивнул ей.

– Всех, кого я посылал для расследования, раскрывали еще до того, как они садились за стол, – сообщил Жлоббо. – Говорят, что у вашей команды есть связи в организованной преступности, ну, я и подумал…

Девол не договорил, устало пожав плечами, как будто ему было неловко завершить мысль.

Банни посмотрела на меня, и я увидел, что она пытается скрыть улыбку. Являясь племянницей Дона Брюса, крестного отца Синдиката, ее всегда забавляло, когда она сталкивалась с почти суеверным благоговением, которое чужаки испытывали к организации ее дяди.

– Думаю, мы сможем вам помочь, – осторожно сказал я. – Конечно, это будет кое-чего стоить.

– Сколько? – парировал Жлоббо, возвращаясь к тому, что во всех измерениях было признано коронной фишкой деволов… то есть к торгу.

В ответ Банни что-то быстро нацарапала в своем блокноте, затем вырвала лист и протянула его Жлоббо. Девол взглянул на него и побледнел до светло-розового оттенка.

– ЧТО?! Это грабеж среди бела дня, и вы это знаете!

– Отнюдь, если учесть, во что вам обходятся эти потери, – нежно пропела Банни. – И еще кое-что. Если возражений нет, мы возьмем небольшую долю прибыли вашей фабрики… скажем, половину от процентного снижения хищений, как только мы возьмемся за это расследование.

В считаные секунды физиономия Жлоббо изменила свой цвет с розового на вулканически-красный.

– Хорошо! Договорились… по первоначальному предложению!

Я еле заметно кивнул.

– Отлично. Я немедленно выделю вам пару наших агентов.

– Эй, минутку! Я плачу такие бешеные деньги и в результате даже не заслуживаю того, чтобы операцию провел ваш босс лично? Что вы пытаетесь мне всучить? Я требую…

– Великий Скив стоит за каждым контрактом корпорации М.И.Ф., – прервала его Банни. – Если вы захотите заключить контракт на его персональные услуги, цена будет значительно выше… скажем, контрольный пакет акций.

– Ладно, ладно! Я вас понял! – сказал девол. – Присылайте своих агентов. Главное, чтобы от них был толк, вот и все. При таких ставках я ожидаю результатов!

С этими словами он, хлопнув дверью, вылетел из офиса, оставив нас с Банни наедине.

– Сколько ты с него содрала?

– Только наши обычные расценки.

– Честно?

– Ну… и добавила немного сверху, потому что он мне не понравился. Есть возражения?

– Нет. Просто любопытно, вот и все.

– Скажите, босс, не могли бы вы подключить меня к выполнению этого задания? Это вряд ли займет слишком много времени, а у меня возникли кое-какие вопросы.

– Ладно… но только не в качестве ведущего оперативника. Хочу иметь возможность вернуть тебя сюда, если в офисе что-то пойдет не так. А всем пусть заправляет твой партнер.

– Без проблем. С кем я буду в паре?

Я откинулся на спинку стула и улыбнулся.

– Не догадываешься? Клиент хочет организованную преступность? Вот ее-то он и получит!

Рассказ Гвидо

– Гвидо, ты уверен, что правильно понял инструкции?

Это говорит Банни. По какой-то причине босс счел нужным поставить ее ко мне в пару для этого задания. В принципе, меня это устраивает, потому что на Банни приятно смотреть плюс у нее светлая голова, в смысле она умнее меня, чего я не скажу о многих людях, будь то парни или девушки.

Единственное опасение по поводу того, что нас сделали напарниками, объясняется тем, что она и вправду крута. У Банни также имеется привычка дергать вас всякий раз, когда вы делаете свою работу. Это потому, что у нее есть проблема: она положила глаз на нашего босса. Мы все это знаем, поскольку это было видно невооруженным глазом с того момента, когда они впервые встретились. Это видит даже сам босс, что о многом говорит, потому что хотя я и восхищаюсь боссом как организатором, он малость туповат по части женского пола.

Приведу лишь один пример: как только до него дошло, что Банни вознамерилась затащить его к себе в постель, у него сдали нервы и он чуть не грохнулся в обморок. И это парень, который, даже не моргнув глазом – клянусь, я тому свидетель! – сражался с вампирами и оборотнями, не говоря уже про самого Дона Брюса. Как я уже сказал, куколки – не самая сильная его сторона.

В общем, я говорил о Банни и ее проблеме. В конце концов ей удалось убедить босса, что на самом деле у нее и в мыслях не было вешаться ему на шею, а она лишь хочет сделать карьеру, стать настоящей бизнесвумен. Это была наглая ложь, и мы все это знали… хотя, похоже, босс на это купился. Даже этот зеленый бездельник Ааз, и тот смекнул, что у Банни на уме. (Что меня слегка удивило, потому что я всегда считал, что его главный талант – драть глотку.) Банни только и делала, что вертела перед ним хвостом и так, и этак. Но ее общая мотивационная цель никогда не менялась.

К сожалению, вместо того чтобы соблазнять босса своим телом, которое, как я уже сказал, у нее просто супер, она теперь пытается завоевать его восхищение тем, какая она умница-разумница. Вряд ли это для нее слишком сложно, так как Банни очень даже проницательная особа, но, как и все куколки-умнички, она чувствует, что ее время весьма ограничено – прежде чем ее смазливое личико начнет увядать, – поэтому-то из кожи вон лезет, чтобы босс ее заметил.

Увы, это порой превращает милашку в настоящую головную боль – для того, кто вынужден с ней работать. Она так боится, что кто-то другой испортит ее показатели, что своим неизменным рвением и проверками-перепроверками может вывести из себя даже такого уравновешенного работника, как я. Тем не менее она классная куколка и мы все на нее заглядываемся, поэтому терпим ее выходки.

– Да, Банни, – отвечаю я.

– «Да, Банни» что?

– Да, Банни, я уверен, что правильно понял инструкции.

– Тогда повтори их мне.

– Это еще зачем?

– Гвидо!

Когда голос Банни приобретает такой тон, мне ничего не остается, кроме как уступить ей. Частично это связано с тем, что часть моей работы состоит в том, чтобы во время выполнения задания поддерживать товарища по команде, но также и потому, что у Банни неслабый левый хук, когда ей кажется, что вы ее достали. Мой кузен Нунцио однажды случайно обнаружил этот факт, прежде чем ему объяснили, что она племянница Дона Брюса, и, хотя его челюсть подобна наковальне, о которую мне не раз случалось поранить кулак, у меня нет никакого желания на собственном опыте убедиться в силе удара, который она тогда ему нанесла. Поэтому я предпочел выполнить ее назойливую просьбу.

– Босс хочет, чтобы мы выяснили, как изделия, производимые на конкретном предприятии, успешно покидают его территорию незамеченными, – говорю я. – С этой целью я должен смешаться с рабочими как один из них и посмотреть, смогу ли вычислить, каким образом это делается.

– И? – говорит она, сверля меня сердитым взглядом.

– А тебе предстоит проделать то же самое, только с офисными служащими. В конце недели мы должны перегруппироваться, чтобы сравнить наблюдения и посмотреть, не ошиблись ли мы адресом.

– И?.. – снова говорит она, выглядя немного взволнованной.

В этот момент я начинаю маленько нервничать. Она явно ожидает, что я продолжу свою речь, но у меня, как назло, закончились инструкции для повторения.

– И… э-э-э… – говорю я, пытаясь вспомнить, что я мог упустить из виду.

– …и не затевать никаких конфликтов! – заканчивает она, в упор на меня глядя. – Верно?

– Да. Конечно, Банни.

– Скажи это вслух!

– …и не затевать никаких конфликтов.

Мне страшно обидно, что Банни считает необходимым так настоятельно довести до моего сведения этот момент, поскольку, по моему мнению, не в моем характере затевать конфликты ни при каких обстоятельствах. Мы с Нунцио из кожи вон лезем, стараясь избегать ненужных споров с применением физической силы, и предпринимаем все возможное, чтобы положить конец этим спорам, только в тех случаях, когда нас в них насильно втягивают. Тем не менее я промолчу о своих оскорбленных чувствах, поскольку знаю, что она замечательный человек и никогда бы не стала намеренно наносить столь болезненные раны самооценке такого деликатного человека, как я. Она просто нервничает по поводу успешного завершения предстоящего задания, как я уже говорил ранее, и только еще больше бы расстроилась, если бы я показал ей, насколько бессердечно и жестоко она себя ведет. В моей сфере деятельности многие проявляют подобные признаки нервозности при подготовке к важному заданию. Однажды я работал с парнем, который в ожидании начала работы имел привычку поигрывать с острым ножом, обычно применяя свои навыки на телах своих дружбанов. Можно вполне понять мотивацию таких типов и не обижаться на их личные слабости, когда дела входят в горячую фазу. Это один из секретов успеха, который мы, руководящий состав, усваиваем с самого начала. Как бы то ни было, я вынужден признать, что испытал немалое облегчение, когда наконец настал момент приступить к работе, что позволило мне на время расстаться с Банни.

Как работник физического труда, я прихожу на службу намного раньше, чем это требуется от офисных сотрудников, таких как Банни. Почему это так, я не знаю, но это одно из тех неизбежных проявлений несправедливости, которыми полна наша жизнь… как, например, ваша очередь всегда длиннее прочих, когда она составлена по алфавиту.

Чтобы подготовиться к своим тайным маневрам, я отказался от своих обычно щегольских шмоток, чтобы одеться подходяще в глазах рабочих, с которыми мне предстоит общаться. Это единственная часть задания, которая вызывает у меня дискомфорт. Видите ли, чем удачливее работяга, тем старательнее он одевается в стиле бомжа из трущоб или распоследнего оборванца и в результате выглядит так, будто либо готов сию минуту вываляться в грязи, либо его только что в ней выкатали, что являет собой прямое противоречие всему, что я усвоил в коммерческом колледже.

Для тех из вас, для кого этот последний факт стал сюрпризом, спешу отметить, что я действительно посещал высшие учебные заведения, поскольку это единственный способ получить степень магистра, которой я обладаю. Если вы, как и некоторые другие, задаетесь вопросом, почему человек с таким образованием выбрал ту сферу деятельности, коей я сейчас предаюсь со всем возможным пылом, у меня на то есть две причины.

Во-первых, я общительный тип, предпочитающий работать с людьми. Во-вторых, я обнаружил, что моя чувствительная натура неспособна на ту безжалостность, которая необходима для представителя высшего руководства. Не в моих привычках отравлять людям жизнь увольнениями, закрытием заводов и тому подобными пакостями. По-моему, куда человечнее сломать кому-то ногу или две или даже чуток изменить черты лица, чем жить с куда более долгосрочным ущербом, причиненным высшим руководством во благо своих компаний. Поэтому, поскольку мне крупно повезло и я имею право выбора карьеры, я традиционно предпочитал быть исполнителем приказов, а не отдавать их сам. Это куда более чистый способ заработать на жизнь.

Так или иначе, я спозаранку пришел на работу, и, прежде чем непосредственно приступить к новым обязанностям, меня провели по заводу. Скажу честно, этот заводище произвел на меня такое впечатление, какого на меня раньше не производило ничто. Он прям как эльфийская мастерская Санты на Северном полюсе, только намного больше.

Когда я учился в колледже, то читал много комиксов. Особенно меня привлекала реклама рентгеновских очков, подушек-пердушек и тому подобного, чего я, к сожалению, не мог себе позволить, поскольку был типичным студентом и, следовательно, имел в карманах меньше денег, чем у среднестатистического первоклашки. Однако, придя на завод, я внезапно понял: этот конкретный набор соблазнов не прошел мимо меня, как я того опасался.

Это место было поистине гигантским, то есть невероятно огромным, и заставлено от стены до стены и от пола до потолка конвейерными лентами, чанами, штабелями материалов и коробками с надписями на неведомых мне языках. Тут повсюду толпы рабочих. Они снуют вокруг, проверяют датчики, толкают тележки или же заняты тем, чем занимается человек, когда двери открыты и есть шанс, что по пути к кофемашине может пройти менеджер и проверить, не бездельничают ли они. Но еще больше впечатляют производимые здесь изделия. Я с первого взгляда понял, что, будучи поклонником дешевых цацек, я и впрямь будто умер и попал в рай! Я предположил, пусть даже то был выстрел наудачу, что нашел основного поставщика тех рекламных объявлений, о которых я упоминал ранее, а также большинства уличных торговцев на Базаре, торгующих сувенирной продукцией.

Я с первого взгляда просек, в чем тут проблема, ведь большинство производимых изделий – небольшие, портативные ерундовины. Кто же устоит перед соблазном уйти с работы, положив в карман пару-тройку штук? Вещи такого рода способны соблазнить даже святого, а я сильно сомневаюсь, что большую часть местных рабочих составляют голубоглазые праведники.

В то время я думал, что это значительно облегчит мою работу, – больше, чем я ожидал. Я считал, что достаточно придумать, как бы мне самому вынести несколько выбранных мною с этой целью предметов, а затем посмотреть, кто сделает то же самое. Разумеется, я считал, что мне надлежит лично протестировать предложенную мной систему, чтобы убедиться, действительно ли ее можно реализовать на практике таким образом, и одновременно разжиться парой маленьких бонусов, которыми я потом могу бахвалиться перед Нунцио.

Однако сначала мне нужно было как следует постараться и зарекомендовать себя как хорошего работника, чтобы никто не заподозрил, что я здесь с какой-то иной целью, кроме честного заработка.

Работа, которую мне поручили в первый день, была довольно проста для человека моих навыков и ловкости. Все, что от меня требовалось, – это слегка присыпать эльфо-пылью каждое волшебное летающее блюдце, когда оно подплывало ко мне по конвейеру. Основная фишка, похоже, заключалась в том, чтобы расходовать пыли как можно меньше, поскольку она стоит дорого – даже исходя из оптовых цен, а никому не хочется давать клиенту больше, чем тот заплатил.

Помня об этом, я приступил к работе… однако вскоре обнаружил, что на самом деле она гораздо сложнее, чем я изначально предполагал. Видите ли, эльфо-пыль хранится в большом мешке, который постоянно плавает в воздухе, потому что этому способствует эльфо-пыль внутри него. Первый трюк состоит в том, чтобы не дать мешку уплыть, пока ты с ней работаешь, что на самом деле сложнее, чем кажется, потому что эльфо-пыль способна поднять в воздух не только мешок, но и того, кто пытается его удержать. К мешку в качестве якоря прикреплен страховочный трос, но он удерживает мешок слишком высоко, что сильно затрудняет работу. Следовательно, при нанесении эльфо-пыли приходится бороться с мешком – подвиг, который мало чем отличается от попытки удержать под водой большой пляжный мяч, пока вы сами заняты вышиванием, – и полагаться только на страховочный трос, чтобы вновь опустить мешок на место, если тот уплывет вверх, что происходит постоянно. Можно спросить, почему бы не сделать трос покороче, чтобы он удерживал мешок в удобном положении, и тем самым упростить эту операцию. Полагаю, по той же причине, по какой матери-работницы утопят своих новорожденных детей, если им покажется, что есть хоть малейший шанс на то, что те вырастут инженерами-технологами.

Другая проблема, с которой я столкнулся, состояла в том, что, к моему удивлению, никто не счел нужным меня предупредить, что когда работаешь с эльфо-пылью, нужно помнить, что она плавает в воздухе и поэтому поднимается вверх, а не оседает внизу.

Когда я впервые попытался посыпать немного эльфо-пыли на волшебное парящее блюдце, я был озадачен, почему после моих манипуляций оно не парит в воздухе. Решив, что я просто не нанес достаточное количество данного вещества, я добавил еще чуть-чуть… а затем еще, не понимая, что оно плывет вверх к потолку, а не вниз на блюдце. К сожалению, в тот момент я склонился над блюдцем, пытаясь удержать мешок, чтобы тот не уплыл, и потому не заметил, что пыль посыпалась не на блюдце, а на меня. Первым свидетельством того, что все идет не так, как надо, были мои ноги – я заметил, что они больше не касаются пола и что я действительно стал таким же парящим, как и мешок, который пытался удержать. К счастью, хватка у меня крепкая, а кулаки способны крошить кирпичи. Я сумел удержать в руках мешок и в конце концов спуститься по страховочному тросу, вместо того чтобы взмыть к потолку в самостоятельном полете. Более того, мне удалось смахнуть с моей одежды эльфо-пыль и потому сохранить вертикальное положение головой вверх, равно как и собственное достоинство.

Единственное, что напрягло меня в этом мимолетном происшествии, – это безучастность других рабочих. Они не только не подошли, чтобы помочь мне в трудную минуту, но и воздержались от грубых и громких звуков по поводу моего бедственного положения. Этот второй пункт, в частности, насторожил меня как весьма необычный, поскольку рабочие – отъявленные хохмачи и вряд ли упустили бы столь очевидную возможность отпустить в мой адрес пару скабрезностей.

Причина стала ясна, когда мы наконец прервались на обед. Я как раз приготовился насладиться полуденным приемом пищи и попросил сидящего рядом со мной рабочего передать мне салфетку из вазочки рядом с ним, так как не мог сам до нее дотянуться. Вместо того чтобы выполнить эту просьбу, как того можно было бы ожидать от любого цивилизованного человека, этот клоун заявил, что не намерен тратить время на шпиона, а тем более подавать ему салфетку. Чего я никогда не потерплю, так это когда меня называют шпионом, особенно когда я выполняю шпионские обязанности. Поэтому я считаю своим долгом показать этому чуваку ошибочность его суждений, слегка прогнув его в своей самой спокойной, дружеской манере. Мне уже кажется, что между нами возникает здоровое полноценное общение, как вдруг я чувствую, что кто-то бьет меня по спине стулом. Это никоим образом не улучшает мое настроение, так как я уже с самого начала раздражен, поэтому я одной рукой прижимаю Горлопана к ближайшей стене, тем самым освобождая другую, которой затем хватаю другого кретина, когда тот замахивается снова. Я только начинаю входить во вкус, когда из толпы доносится тихий предупредительный свист. Естественно, народ собрался поглазеть на нашу дискуссию. Я оглядываюсь вокруг и вижу, что к нам идет один из бригадиров – не иначе как узнать, что за шум.

Бригадиры, пожалуй, самый низший класс начальников, поскольку обычно это рабочие-перебежчики, и этот тип – не исключение из правил. Даже не поздоровавшись, он начинает требовать немедленного доклада о том, что происходит и кто вообще все это начал. Как уже отмечалось, я был весьма взбудоражен и серьезно подумывал о том, чтобы расширить нашу дискуссионную группу, включив в нее бригадира, однако вспомнил, как нервничала Банни. Представляю, каких трудов мне стоило бы объяснить ей ситуацию, если бы меня вытурили в первый же день работы за грубость по отношению к начальству! В результате я перемещаю хватку с двух моих партнеров по танцам на свой гнев и начинаю объяснять бригадиру, что никто ничего не начинал и вообще на самом деле ничего не происходит… дескать, мои коллеги случайно упали, а я просто помогал им встать на ноги… и все.

Мои объяснения могут быть очень убедительными, что подтвердит вам любой присяжный, и бригадир решает принять их без вопросов, почему-то упуская из виду тот факт, что я с таким энтузиазмом помогал Горлопану подняться на ноги, что его ноги даже не касались земли, когда мои действия были прерваны. Возможно, он объяснил этот феномен эльфо-пылью, которая обожала поднимать в воздух все, что не было привязано к полу. Какова бы ни была причина, он поверил этой версии и ушел, оставив меня доедать обед с двумя моими коллегами, чей обед странным образом оказался истоптан во время игры.

Судя по всему, моя демонстрация мужественной доблести убедила всех, что я никакой не стукач, поскольку двое парней, которые набросились на меня в столь непрофессиональной манере, теперь горят желанием поболтать со мной в самой что ни на есть дружеской манере. Того, которого я называл Горлопаном, оказывается, зовут Рокси, а его приятеля по размахиванию стульями – Сион. Мы сразу нашли общий язык, потому что они нормальные парни, даже если неспособны нанести правильный удар, чтобы спасти свою шкуру. Похоже, у нас много общих интересов… например, тёлки и изредка ставки на скачках. Конечно, они моментально попадают в первые строчки моего списка подозреваемых, поскольку любой, кто думает так же, как я, скорее всего, также не станет проявлять уважение к праву на неприкосновенность частной жизни и чужой собственности.