Buch lesen: "Как одолеть дракона", Seite 2
2. Шпинат с опилками?
Оставим ненадолго Иккинга висеть под окном, а сами отправимся назад в прошлое и выясним, как он вообще угодил в этот переплет.
Проснувшись в тот день в семь утра, Иккинг и не подозревал, чем будет заниматься всего пять часов спустя.
Он несколько волновался, ведь сегодня был его День рождения. Хотя мальчику исполнялось двенадцать, строго говоря, это был всего лишь ТРЕТИЙ его День рождения, поскольку Иккинга угораздило родиться 29 февраля, в високосный год.
Первым делом по пробуждении надо загадать желание. Он и загадал: «Пожалуйста, Тор, не мог бы ты сделать этот день спокойным, тихим, МИРНЫМ днем! Чтоб ни кораблекрушений, ни бурь, ни маньяков-убийц с крюками вместо рук, ни чудовищных драконов, которые еще опаснее, чем все, которых я видел… Ну хотя бы в честь Дня рождения, а?»
Из этого можно заключить, что спокойные дни на архипелаге выпадали нечасто и жизнь будущего Героя-Викинга была насыщенна, но несколько утомительна.
Встав с постели, Иккинг некоторое время пытался уговорить своего дракончика, Беззубика, съесть полезный для здоровья завтрак.
Драконам полагается есть много овощей и, как ни странно, много ДРЕВЕСИНЫ – мелких веточек, сучков и коры. Считается, что такой рацион помогает им дышать огнем, а это очень важно, поскольку дракон, не способный выдыхать пламя, сильно заболевает и вскоре взрывается.
Беззубик был весьма непослушным обыкновенным садовым драконом, но была у него и одна необыкновенная черта. Заключалась она в исключительно малых размерах: он был самым маленьким из всех драконов, принадлежавших подрастающим викингам. Вот уже несколько недель он не ел древесины и теперь наотрез отказывался и от шпината, и от плавника, и от опилок и сидел перед тарелкой, пуская недовольные дымные колечки.
–Ну ладно, Беззубик, – сказал Иккинг, – раз ты так себя ведешь, придется мне отправиться на Воровское Многоборье без тебя. Но советую к моему возвращению съесть ВСЮ эту стружку, а то НИКАКОЙ СЕЛЕДКИ не получишь.
–Оч’чень злой хозяин, – с достоинством отозвался Беззубик, – и сердц’це у тебя из козззявок1.
Он с кислой миной залез обратно в миску со шпинатом и зарылся в него, будто очень маленький крокодильчик в прибрежный ил. Наружу торчали только носик и хвостик, поэтому казалось, будто миска шпината пускает дымные колечки. Беззубик хлестнул хвостом, и шпинат расплескался на всю округу.
А Иккинг отправился смотреть финал Воровского Многоборья. Сегодня были соревнования карманников – Обчистилище.
В гости к Хулиганам приехало соседнее племя Бой-баб, и они вот уже четвертый день состязались в воровском мастерстве. Накануне Бой-бабы изрядно отличились в Эстафете Со Взломом, и это нервировало хозяев. Тем более что гости выиграли Состязание По Овцекрадству в первый день и Парусные Угонки во второй.
Сегодня предстоял последний этап соревнований, Обчистилище, и Хулиганам позарез необходимо было выиграть, чтобы сохранить остатки достоинства.
К сожалению, в искусстве обчистить соперника так, чтобы он ничего не заметил, Бой-бабы преуспели ничуть не меньше, чем во всем остальном, и Хулиганы в который раз потерпели сокрушительное поражение. Иккингу на соревнованиях было особенно тоскливо. Он опозорился в Эстафете Со Взломом. Вдобавок его гадкий двоюродный брат, Сморкала, во всеуслышание отпускал весьма ядовитые замечания по поводу его Дня рождения.
– Так малышу Иккингу сегодня три годика, да? – насмехался он. – Уж поверь, Иккинг, только такой ПРИДУРОК, как ты, мог родиться в самый ДУРАЦКИЙ день в году… Вот ведь не повезло нам, что такое ХОДЯЧЕЕ НЕДОРАЗУМЕНИЕ, как ты, вообще появилось на свет. Если бы не ты, я бы когда-нибудь стал вождем племени Хулиганов, блестящим и жестоким вождем… Отбери у него рубашку, Песьедух!
И Сморкалин прихвостень Песьедух Тугодум, здоровый бугай с кольцом в носу и слаборазвитыми навыками простого человеческого общения, стянул с Иккинга рубашку и втоптал ее в грязь.
– Пусть остальные празднуют твой День рождения на Деньрожденном Пиру сегодня вечером, – прорычал Сморкала, – а я приду в ЧЕРНОМ, поскольку скорблю о том, что ты родился… Паршивого тебе третьего Дня рождения, Иккинг НИКЧЕМНЫЙ!
Все это очень огорчало.
Три часа спустя разочарованный, растрепанный и заляпанный грязью Иккинг отправился домой, пригласив к себе друзей – Рыбьенога и Камикадзу.
Рыбьеног, как и Иккинг, был Лохматым Хулиганом, но больше походил на страдающую астмой и близорукостью долгоножку. Камикадза же, крохотная белобрысая девчонка из племени Бой-баб, выделялась шевелюрой, нетронутой рукой человека, как дебри Амазонских лесов.
Несмотря на малый рост, Камикадза отличалась ИСКЛЮЧИТЕЛЬНЫМ мастерством по части воровства и теперь волокла за собой пять Хулиганских кинжалов, три Хулиганских шлема один другого больше и пару мохнатых подштанников Стоика Обширного.
– Даже ДУМАТЬ не хочу, как ты ухитрилась стянуть их незаметно для него, – говорил Иккинг с невольным восхищением.
Стоик Обширный, папа Иккинга, принадлежал к классическому типу викинга – «большой и страшный».
– Он же крышу головой пробьет, когда обнаружит…
– Ой, это было проще пареной репы, – хвастливо заявила Камикадза, беззаботно поигрывая одним из кинжалов. (Если Камикадзе чего и не хватало, так это скромности.) – Он из-за своей бороды ничего не видит. При желании я б могла стащить с него и штаны с рубашкой.
– Хвала Тору, ты этого не сделала, – с огромным облегчением заметил Иккинг. – Не хотел бы я разозлить его больше, чем он уже. И так придется пару дней ходить вокруг него на цыпочках, чтоб не прилетело ненароком…
Когда троица вошла в хижину вождя, Иккинг ахнул от ужаса.
Пол и стены покрывал шпинат.
Опилки лежали на тарелке нетронутые…
А Беззубик восседал посреди комнаты с очень виноватым видом.
Потому что слопал три четверти нового трона вождя, Стоика Обширного. Большого трона, сплошь покрытого резьбой с изображениями Одина.
3. Стоику изменяет чувство юмора
В этот ужасный момент в комнату с топотом ввалился Стоик Обширный.
Иккингов папа, Стоик Обширный, Да Трепещет Всякий, Кто Услышит Его Имя, Кх, Гм, был Вождем Племени Лохматых Хулиганов. Пузо – как боевой корабль, борода – как стадо ужаленных молнией ежиков. Он был добр, но вспыльчив и в данный момент уже пребывал в прескверном расположении духа.
Большегрудая Берта, Камикадзина мама и предводительница Бой-баб, очень обидно высказалась насчет выступления Хулиганов в Эстафете Со Взломом.
«ВЫ, ХУЛИГАНЫ, НЕ СПОСОБНЫ И БУМАЖНЫЙ ПАКЕТ ВЗЛОМАТЬ, ДАЖЕ ЕСЛИ ВАС В НЕГО ПОСАДИТЬ!» – прогремела Большегрудая Берта между взрывами истерического хохота.
Стоик не мог устоять перед таким дерзким вызовом, особенно брошенным Большегрудой Бертой. Он поспорил с ней на два ее лучших топора, поклявшись ДО КОНЦА ДНЯ доказать, что Хулиганы по части воровства не уступят Бой-бабам. Берта приняла пари, и они скрепили его, стукнувшись животами. Вот и все. И, как мы вскоре увидим, это самым прямым образом поставило Иккинга в шаткое положение на карнизе библиотеки.
По пути домой Стоик заподозрил, что свалял дурака. Ведь Бой-бабам и правда нет равных в грабеже и воровстве.
Словом, когда вождь вернулся в родную хижину, он пребывал не в том состоянии, чтобы спокойно перенести вид угольков на месте своего новехонького трона.
– АААААААААААААААААААААРГХ! – взревел Стоик Обширный, вырывая клочья из бороды. – МОЙ ЛЮБИМЫЙ ТРОН! ОТ НЕГО НИЧЕГО НЕ ОСТАЛОСЬ!
– Очень даже осталось, – поспешно перебил вождя Рыбьеног, импровизируя на ходу. – Да, он немного почернел по краям… Но это только добавляет ему неповторимого варварского шарма. Да это же последний писк викингской мебельной моды!
Стоик немного поостыл.
– Смотрите! – Рыбьеног воодушевленно потряс трон. – Это по-прежнему отличное КРЕСЛО, изменилась лишь внешняя отделка.
Стоик принялся задумчиво теребить бороду.
Рыбьеног похлопал по сиденью трона.
– Ну же! – подбодрил он. – Давайте поглядим, как вы будете на нем смотреться.
Стоик Обширный опустил свою громадную задницу на трон, а Рыбьеног чуть отошел.
– Браво! – зааплодировал очкарик. – Так варварски! Вы просто ОБРАЗЕЦ современного викингского полководца…
– Ты думаешь? – спросил Стоик, поигрывая мышцами.
Он действительно смотрелся отменно: здоровенный викингский вождь двухметрового роста с бородой, словно взорвавшееся гнездо, на обгорелых руинах трона, перекрученных, почерневших и еще слегка дымящихся…
– О да! – разливался соловьем Рыбьеног. – Прямо видение из Валгаллы! Стоик Обширный, Гроза Морей, Высочайший Правитель Племени Лохматых Хулиганов, Да Трепещет Всякий, Кто Услышит Его Имя, Кх, Гм, в своем самом пугающем… Первобытно! Великолепно! Устра…
Левая задняя ножка трона дрогнула и подломилась.
Стоик Обширный, Гроза Морей, Высочайший Правитель Племени Лохматых Хулиганов, Да Трепещет Всякий, Кто Услышит Его Имя, Кх, Гм с треском обрушился на пол. Дом содрогнулся до самых стропил.
Повисла нехорошая пауза.
Рыбьеног открыл рот… Непросто было придумать оправдание, в таких-то обстоятельствах… Но благодаря Камикадзе ему не пришлось даже попробовать.
Большинство викингов слишком боялись вождя Лохматых Хулиганов, чтобы смеяться над ним. Но, увы, Бой-бабы не боятся ничего. Камикадза ЗАРЖАЛА так, что чуть не свалилась.
Стоик вскочил на ноги с быстротой, удивительной для человека с телосложением быка-культуриста.
Стоик вышел из себя.
А когда Хулиган выходит из себя, вернуть его обратно невозможно.
