Zitate aus dem Buch "Русская канарейка", Seite 5
Официант принес кофе и на блюдце рогалик, который девушка
еще кое-кого прикончил – не сам, чужими руками, – кто был мне достаточно дорог, кто от меня зависел и верил мне, а я вот их не спас… И этот провал тоже во мне клокочет. – Леон… – в отчаянии проговорила она. – Я ничего не пойму в твоей бормотне! – Да что тут понимать! – рявкнул он, оскалившись так, что Айю
рюкзачком (в котором привычно и даже уютно спал короткоствольный «узи») стоял в очереди в буфет, из-за стола неподалеку выскочил, как черт из табакерки, не замеченный им в сутолоке Натан, облапил его, тряханул и потащил за столик, где сидели еще два унылых по виду старпера: сильно облысевший Пастух в сером свитерке под дряблую морщинистую шею и еще один, еще более неприметный пенсионер
третьим миром, а внутри третьего мира, между его странами, анклавами, окрестностями, дворами и подворотнями, начиненными оружием по самые яйца. Нас ждет бесконечная и безысходная бойня, которая уже в этом столетии просто снесет западный мир – попутно, по ходу действия, как сносит хижину какой-нибудь ураган «Катрина
родственные черты. Подсознание, что ли? Пещерный зов племени?.. Мы ведь странные животные…
прояснят… – И жестче уже добавил: – Да и момент упущен. Сразу надо было – того… А сейчас, если кто из команды проговорится… С минуту оба молчали, затем пожилой голос брезгливо сказал:
мелизмами и знаменитым своим до третьей октавы вверху:
киной успеваемости, девчонка врывалась в комнату с победным кличем, будто минуту назад разгромила вражеское войско: Не слушать Муфту! Подлая свинья! Она все врет, чтобы ей было пусто!!! Я написала на контрольной все…
надоевшим ему «бабьим» голосом, за который его все время дразнила неуемная
в Одессе и в голову не придет), преподносит твоей блаженной физиономии тесное декольте с выпирающими буграми дрожжевых грудей, улыбается и ласково говорит: «Ну, рассказывайте!..» И разве это не самая приятная манера взять у клиента заказ?
