Она так надеялась, что Алекса в пятничный вечер не будет. Вдруг все же смоется куда-нибудь? Хоть к любовнице, вдруг успокоиться чуток?
Звонила мама, Ника сбросила. А когда поступило еще пару звонков от незнакомого номера, Ника и вовсе телефон выключила.
Работу на дом она брать не любила и поэтому задержалась на работе исправляя тетради. В итоге тащиться домой с полным пакетом тех самых тетрадей уже не нужно было.
Вечер был красивым, снег ложился большими хлопьями на землю и, хотя было только начало ноября, уже во всю украшались витрины магазинов к предстоящим праздникам в декабре. Ника неспешна брела мимо таких витрин разглядывая задумки дизайнеров и каждый год представляла, как наведет подобною красоту у себя дома. Но дальше эта мысль не развивалась. К праздникам Ника вообще относилась спокойно, а, чтобы ради пару дней все украсить, а потом это опять убирать на год, желания не было.
Становилось все холодней и теплое пальто уже не спасало. Нужно было идти домой. И как назло, окно в кухне светилось и были видны несколько силуэтов присутствующих. Отлично, теперь гостей позвал он. И не одного. Веселое окончание трудовой недели ее ждет.
У нее еще была надежда, что удастся войти тихо и так же незаметно проскользнуть в свою комнату.
Но как только она это сделала и разувшись повесила пальто на вешалку к ней тут же обратился незнакомый голос:
– О здрасте, а мы вас ждем!
«Кто бы сомневался», – Ника вымученно улыбнулась здоровяку в темном свитере и потертых джинсах. Толстяк добродушно улыбался и пригладив пятерней лохматую шевелюру протянул ту же ладонь Нике.
– Роман, чего ты там встал, иди к нам! – позвали толстяка из кухни и не разжимая ладонь он потянул за собой Нику.
«Блин, даже в зеркало глянуть не успела!»
– А вот и Ника! – громко представил ее тот, кого звали Роман и тут же усадил ее между собой и еще каким-то незнакомым мужчиной. Нике стало неуютно. Ее практически зажали в угол, чтобы не сбежала. А напротив восседал ее дражайший «муж» с видом самодовольного кота, он поигрывал со стаканом на столе. Видимо раздумывал, не кинуть ли им в Нику.
Долго раздумывать над этим Нике не дали, мужчины тут же стали представляться. Максимум, что Нике удалось запомнить, это имена. А уж профессий и кем они являлись Алексу, было уже не реально запомнить. Мозг отчаянно требовал отдыха, а тело – теплого душа.
По правую руку от нее сидел Константин, он же Костик. После него Сергей и Томас. Потом Алекс, который молча наблюдал всю эту картинку, после него Геннадий, Эрик и круг замыкался на Роме.
Семеро гномов и одна она овца… хотя там в сказке как-то по-другому было. Но мозг отказывался уточнять, и Ника не напрягала его. Ну ладно, что еще ожидает. Смотрины? Допрос? А может распятие по теме, почему она не годиться быть женой такого замечательного придурка? Интересно, а Николай и правда никому больше о фиктивности брака не рассказывал?
– Лешка ты засранец вообще-то! Мальчишник зажал, свадьбу зажал… хоть бы на регистрацию позвал?! Не по людски вообще-то! – жаловался светловолосый мужчина приятной внешности. Вроде Эрик.
– Да вообще! Ни с невестой не знакомил, ни после как поженились, с женой. Хоть бы на работу привел, дал за себя порадоваться, – подхватил Томас.
– Ну так я сейчас это возмещаю. Любуйтесь и радуйтесь вместе со мной и за меня, – не прекращая усмехаться радужно разрешил «Лешка». Ника гадала, только ей чувствовался подтекст и издевка в данном монологе, или нет? Она так же внимательно вслушивалась в голоса других мужчин. Это все «разыграно» по сценарию, или и правда люди просто пришли порадоваться за друга-коллегу?
Пока все продолжали стыдить ее мужа, Ника оглядела содержание небольшого стола ее кухни. Разные нарезки, хлеб, булка. Вяленное мясо. Бутылки пива и чего по крепче. Ника вдруг поняла, что кроме усталости чувствует еще и дикий голод. Ела она давно. Но взять кусок со стола не решалась. Обидно, но Ника чувствовала себя как воровка в собственной кухне.
– Вам может что-то налить? – опомнился Роман и тут же налил ей какой-то темной жидкости. Ника предположила, что это виски. Поблагодарив мужчину кивком и улыбкой, к стакану она не притронулась. Выпить не хотелось, хотелось есть. И массаж, и горячий душ… кофе… А еще спать, просто нереально сильно хотелось спать.
– … тоже вызывала к себе. Блин, знала бы Дианка моя, какая у сына сногсшибательная учительница английского… – Томас многозначительно ухмыльнулся.
– Вероника, может кофе?
Ника с трудом сфокусировала взгляд на Алексе и просто кивнула. Да, пожалуй, кофе – это дело.
В ожиданий крепкого напитка, Ника стала вслушиваться в разговор и скоро даже смогла вставить пару реплик от себя. И словно это послужило сигналом, ее тут же стали втягивать в разговор, спрашивали, предлагали, шутили и все как-то без издёвок весело и дружелюбно. А возможно у Ники просто не было уже сил что-то там прочувствовать и понять. К большой кружке кофе был порезан еще и кусок купленного кем-то торта. Разговор тут же сменился, все начали вспоминать у кого какой торт на свадьбе был и что там еще подавали. Из всех, только Эрик был неженат.
Ника с наслаждением попивала кофе и закусывала его весьма вкусным и нежным тортом. Она то вливалась в общий разговор, то просто прислушивалась и наблюдала. Она не помнила, когда в последний раз находилась в такой мужской компаний. Может в институте? Когда подруга рядом вырубилась? Но тогда конечно такой обстановки не было. Да и на работе только двое мужчин, трудовик да информатик.
Несколько часов пролетело незаметно. Часов к одиннадцати кто-то вдруг взглянул на часы и тут же все начали собираться. Мужчины без конца хвалили гостеприимность хозяев, и как приятно им было наконец-то познакомиться с Никой. Та лишь устало улыбалась и кивала в ответ. Пару раз Ника заметила, как Томас и Роман о чем-то перешептывались, но по скошенным взглядам было понятно, что речь о ней. И как-то сразу стало неприятно. О чем же таком нельзя было сказать напрямик, а нужно было по-тихому шептать только ему? Хорошее настроение как ветром сдуло. И прежде, чем дверь закрылась за последним гостем, и Алекс успел обернуться к ней, Ника скрылась в ванной. Ей не хотелось опять с ним о чем-то говорить и вновь бросаться неприятными репликами в адрес друг друга. Она устала, слишком устала.
Было холодно и сыро и пахло какой-то тухлятиной, а еще видимо не подалеку валялся труп какой-то животинки.
– Не рыпайся, я тебе сказал, – шипел в ухо обладатель мерзкого голоса. Ника дернулась вопреки приказу и тут же получила мощный удар в челюсть. Как без зубов не осталась, сама не знала. Ее бросили на землю и со всей дурью врезали ногой по ребрам.
– Зараза! Я тебе что сказал? Стой и смотри, а то сейчас на полоски искромсаю!
Ника не слушала, она не могла продохнуть от боли. Из уголка рта сочилась кровь, и девушка тихо молилась, чтобы ей не повредили внутренние органы. Почему-то тупо не хотелось верить, что это конец. Сейчас… сейчас Арина все разрулит, она умела, она знала, как. Все будет хорошо, Ника почти слышала, как подруга ей это твердит. С трудом приподняв голову она не смогла разглядеть, что происходит, все плыло перед глазами. Зато отчетливо слышала брань, всхлипы и звук ударов или чего-то похожего.
– Ника не смотри! – хрипло, едва слышно выдохнула где-то рядом подруга и девушка постаралась разглядеть, что в той стороне происходит, глаза наконец прозрели.
– Сейчас с ней закончим, и тобой займемся, – прошипел в ухо все тот же придурок, что ее избивал. Ком подкатил к горлу, и Ника поняла, что от увиденного ее сейчас вырвет.
Проснулась она от собственного крика… кажется. Или кто-то кричал на нее, бил? Девушка попыталась вырвать руки из тисков обидчика и вырваться из плена пастельного белья, но все никак не получилось. В какой-то момент ее обездвижили, полностью подмяв под себя, Алекс всей тяжестью прижал ее к кровати, зажав запястья в тисках своих пальцев по ее бокам. Взгляд фокусировался очень медленно. Но в скоро, она уловила знакомый запах одеколона. Уже не такой отчетливый, как днем, а скорее, как после душа. Вроде уже не чувствуешь, но запах присутствует.
– А..лекс.. – с трудом проговорила она непонимающе смотря на него. Поняв, что девушка окончательно проснулась, мужчина освободил ее и сел на край кровати. На нем были серые тренировочные штаны, которые он использовал как пижамные. Футболки не было. И в слабом свете от уличных фонарей, что освещали темную комнату за шторами, он казался довольно рельефным. Нет, не как качки из фильмов. А просто человек, который заботиться о своем теле или же занят физической работой. Алекс был юристом, так, что последнее к нему не относилось.
Мужчина поднялся и вышел из комнаты. Ника с трудом перевернулась на бок. Рубашка липла к телу, простыни были влажными и неприятными. Хотелось сходить под душ и сменить постельное белье.
Дрожащей рукой она пригладила волосы и пару раз глубоко вздохнула, приводя дыхание в норму.
– На попей, – он вернулся со стаканом воды и вложил его прямо ей в руку. Заметив, как пальцы дрожат, Алекс накрыл ее пальцы своими и помог выпить из стакана.
– Прости, что разбудила, – еле слышно пробормотала Ника.
– Ничего.
– Который час?
– Пол пятого.
Девушка со стоном откинулась на подушки.
– Что тебе такое сниться по ночам? Приходишь на урок, а у тебя тетради не проверены?
Ника не заметила, как улыбнулась его сухой шутке.
– Если бы. Просто очень нехороший сон… о прошлом.
Она не стала продолжать, да и зачем. Не нужно ему знать, что ей пришлось пережить.
– Расскажешь?
Интересно, он правда хочет знать, или из вежливости интересуется.
– Нет, – Ника отрицательно покачала головой.
– Ладно, уснуть сможешь?
Девушка пожала плечами.
– Если хочешь, иди спать ко мне. Твоя постель вся мокрая. А я все равно уже не усну, посмотрю фильм или новости почитаю по компу.
Переборов желание отказаться, Ника кивнула, и Алекс вышел из комнаты. Поспать ей точно надо, сон уже не повториться, Ника это точно знала. Переодев ночную рубашку, она ушла спать к Алексу в комнату. Минут через десять, когда он вернулся из кухни с кружкой дымящего кофе, Ника уже крепко спала.
К концу месяца, Алекс еще два раза будил ее после таких кошмаров. Он не задавал вопросы, не комментировал и не жаловался на то, что она ему спать мешала. Но это ночью. А днем и вечером они продолжали ссориться и оскорблять друг друга.
– Что-то ты неважно выглядишь, муж по ночам спать не дает? – усмехнулась Наташа, забирая классный журнал из учительской. Ника усмехнулась, не отрываясь от созерцания графика. Пусть думает, что хочет. Постоянные препирательства с Алексом, бессонные ночи и предчувствие чего-то очень нехорошего, мучали. Она осунулась настолько, что пришлось чаще прибегать к услугам тонального крема, чтобы спрятать темные круги под глазами.
Предчувствие не обмануло Нику, когда, вечером возвращаясь домой сидя в автобусе она скользнула взглядом по газете. Которую читал мужчина, напротив.
Кровь отхлынула от лица и пальцы резко похолодели. Вот только этого ей не хватало!
– Мужчина, а вы тут живете? – мамаша, которая уже минут десять на него поглядывала, наконец-то отловила свое чадо и держа его крепко за руку, направилась к Алексу с расспросами.
– Да.
– Что-то я вас тут раньше не видела? Только переехали?
– Да.
Алекс видел, что женщина явно раздражена, что он так односложно отвечает, не желая в подробностях все изложить.
– И куда же? В наш дом, или в соседний? – она рукой показала в сторону «соседнего дома».
Мужчина смерил ее долгим и тяжелым взглядом, но дамочка явно из бывалых, этим ее не спугнуть. Он выдал себя взглядом, который устремил в сторону подъезда Никиной квартиры. Где ее черти носят? И почему он даже номер телефона свое жены не знает?! Сейчас еще эта мамаша докопается, и он вообще всех пошлет подальше.
– А чего сидите? Поздно уже вообще-то?
– Тут, что только с детьми можно сидеть, чего вы докапываетесь? – его голос стал приобретать шипящие нотки.
– Добрый вечер Анастассия Андреевна, со Стасиком гуляете? Хорошо, хоть не морозит, – раздался у уха знакомый голос. Ника положила ледяные ладони ему на плечи поверх пальто и чмокнула в щеку.
– Привет, ты чего на улице мерзнешь?
Алекс поймал ее руки, и даже через перчатки почувствовал насколько они холодные.
– А ты чего без перчаток?
Ника едва заметно улыбнулась его «заботе». Допекающая его «мамаша» даже рот забыла закрыть поняв, что на нее теперь совершенно не обращают внимания.
– На работе забыла, – провинившаяся улыбка коснулась его губ и что-то в глазах заставило его смягчить тон.
– А я ключи на работе забыл, – он даже смог слабо улыбнуться. Так и не отпуская ее руки и продолжая смотреть на нее он повел девушку домой. Правда, как только за ними закрылась дверь подъезда, притворство закончилось и оставив ее проверять почтовый ящик, Алекс стремительно поднялся на третий этаж пешком. Ника прикинула, подняться ли на свой этаж пешком или на лифте? Вообще-то, когда она была так сильно эмоционально вымотана, как сегодня, то поднималась на лифте… ай ладно, да всегда она на лифте поднималась. Но идти домой не особо хотелось. Вот она и тянула время поднимаясь по лестнице, не смеша, пересчитывая каждую ступеньку и собираясь с мыслями.
Спокойно, Алекс с расспросами не пристанет, ему мое состояние не важно. А завтра обязательно позвоню следователю и адвокату, выясню, как обстоят мои дела. Стоит ли опасаться или апелляция останется без ответа?
Ника не сильно надеялась на такой результат, Максим Макаренко, сын влиятельного бизнесмена, который по слухам имел не плохие связи в правительстве. Как им тогда не удалось подкупить судью и все замять, никто не знал. Но видимо не всюду у него «свои» люди были, раз сыну все же пришлось отсидеть пять лет. Пят лет? Казалось, все вчера случилось…
– Дай сюда! – раздраженно рыкнул Алекс, отнимая у нее ключи, после того, как она раза три попыталась вставить его в замочную скважину. Ника не возражала, облокотившись о стенку и спрятав руки в кармане пальто стала созерцать плитку под ногами. Старая, потертая и вся в трещинах. Товарищество давно уже искало возможность заменить эти самые плитки, да и вообще обновить подъезды. Но для этого нужен был кредит. А для получения кредита нужно было согласие всех жильцов. А конкретно в их подъезде больше половины были пожилые люди и несколько малоимущих семей. Поэтому платить какие-то дополнительные взносы им были не по карману. А в итоге, все четыре подъезда кроме ихнего были приведены в порядок.
Наконец подняв взгляд, Вероника тут же его опять опустила и постаралась не замечать, что Алекс как-то подозрительно на нее посматривает.
Она даже не сразу заметила, что вечер проходит не как обычно. Алекс не докапывался с расспросами и не подкалывал, как это было в предыдущие разы. Но она кожей чувствовала его подозрительные и косые взгляды. И как назло он оккупировал именно ту комнату, что была ближе к кухне. То есть, чтобы сходить в ванную или в кухню, ей нужно было пройти мимо его комнаты и попасться ему на глаза. Через час такой пытки, у нее уже руки чесались закрыть дверь в его комнату.
К моменту, когда они поужинали и Ника встала, чтобы заварить кофе, нервы были на пределе. Алекс не покинул кухню, как обычно после ужина, вместо этого включил телевизор и нашел новостной канал. Ника не сильно прислушивалась к речи диктора, пока он не сообщил о том, о чем она успела прочитать в заголовке газеты.
– Думаю, если кипятком зальёшь, быстрее завариться, – прервал поток мыслей голос Алекса и Ника уставилась на свою кружку, в которой уже несколько минут помешивала кофе не залив его кипятком.
Алекс продолжал созерцать ее действия и прислушиваться к новостям. Ника наконец заварила себе кофе и даже не пролила молоко, когда разбавляла им кофе. Но руки уже заметно дрожали от напряжения.
– Ну что, что ты уставился?!
– Ты подкрасилась? – как не в чем не бывало отозвался мужчина, когда Ника наконец взбесилась и обернулась к нему облокотившись о столешницу.
– Что? Ну… да, немножко. Освежила цвет. А что, тебе нравиться? – надменно произнесла она последние слова.
– Нет. Так чего ты сегодня сама не своя?
Ника была дезориентирована такими вопросами.
– Тебе не все равно?
– Ну не из праздного же любопытства интересуюсь.
– А с чего тебе вообще интересоваться? До сих пор не замечал, а сейчас интересно? – Ника пыталась сообразить, как бы так выйти из кухни, чтобы он больше не допрашивал и при этом его не задеть. Так как поев, Алекс отодвинулся со стулом так, чтобы ноги вытянуть, скрестив их в лодыжках, тем самым закрывая ей проход к коридору.
– Интересно, – кивнул он отхлебывая чай из своей кружки. Ника уже успела запомнить некоторые его привычки. По вечерам он кофе не пил, только по утрам. Может и днем, но днем он обычно был на работе или куда-то сваливал, когда дело касалось выходных. По утрам же вставал чуть раньше шести часов, чтобы сделать утреннею пробежку и успеть принять душ перед работой. Ника даже пару раз наблюдала, как он наворачивал круги по стадиону, что был виден из ее окон и как занимался на турникетах у них во дворе. В темноте, когда освещали только уличные фонари, он смотрелся эффектно. Ее занятие спортом ограничивалось занятием йоги по пятницам вечером и пешими проходами к работе и обратно. И то не всю дорогу.
Пятниц, пятница, а что такое важное должно было случиться в пятницу? – вдруг вспомнила Ника. Еще Фаина Родионовна, учитель по литературе и русскому языку вместе с Эллой, учительницей эстонского языка, ей втирали весь день. Чтобы не забыла, текст какой-то давали… костюмы подготовить?! Ах ты черт! Ну конечно, литературный бал! Ежегодное мероприятие, на который созывались гости с разных школ их столице, родители детей и другие влиятельные люди. Как-же, как-же, ведь именно ей нужно было изображать Наташу Ростову (хотя были кандидатки намного моложе и по типажу больше подходили), но все было решено за нее, а также одного из ведущего сего мероприятия.
Ника физически ощутила груз всего предстоящего. Может ей заболеть? Не, не поверят. А если ногу сломает?
Полностью в своих мыслях она уже было направилась из кухни забыв про вопрос Алекса и про то, что он ей путь загораживал.
Но Алекс не забыл и встал, чтобы ее остановить. Но в то же время зазвонил звонок в двери сопровождаемый ударами в дверь. От чего Ника вздрогнула, а Алекс всплеснул протянутыми к ней руками и опрокинул ее кружку кофе так, что жидкость оказалась, а него на футболке и на полу. Зло выругавшись, мужчина направился к двери по дороге снимая футболку и швырнул ее куда-то за спину. Ника со вздохом посмотрела на остатки своего кофе и поняла, что новый заваривать у нее сил и желания нету. Наскоро протерев пол, она направилась к себе в комнату. В это время к ней гости не заходили, да еще так настойчиво ломясь в дверь.
– Где она?! – дверь с грохотом распахнулась. Из-за высоты Алекса, Нике не сразу удалось разглядеть, кто же эта гостья с таким звонким от злости голосом. К себе в комнату она идти передумала и решила поприсутствовать при этой сцене. Она уже не раз гадала, был ли Алекс так холост, как утверждал Николай и не уж-то у него и правда никого не было. А тут на тебе, пожаловали, да судя по голосу и воинственному настрою еще какие-то требования будут предъявлять. Настроение явно приподнялось и в глазах загорелся азарт.
– Зачем ты пришла? – приглушенно прошипел Алекс, преграждая путь, но гостья оказалась настойчивой и в какой-то момент смогла прошмыгнуть между дверь и Алексом в прихожею. Ника скрестила руки на груди и с интересом поглядывая на гостью улыбнулась. Презрительно, с усмешкой, старательно подражая Кате с работы. Гостья не осталась в долгу разглядывая свою «соперницу» с нескрываемым отвращением. Ну да, презентабельной Нику не назовёшь. Длинные волосы перехвачены резинкой в конский хвост. Футболка с одного плеча свисала, оголяя его, шорты не досягали колен. Ноги босые. Она конечно не была стройняшкой, но Ника не считала себя толстой. Скорее с формами и ног своих не стеснялась, тем более они у нее были длинные. Метр семьдесят семь роста, это вам не хухры-мухры.
Гостья, конечно же, выглядела намного лучше. Но в росте не уступала даже, не смотря на высокий каблук зимних сапогов. Одета с иголочки, безупречный макияж, прическа. Но Ника почему-то была уверена, что дамочка ненамного ее моложе, возможно на год-два.
– Вот эта вот, да? Серьезно, Алекс? Никого симпатичней не нашел? Так прижало прямо? Я конечно понимаю, что была не единственной, но уж кого-то по симпатичней и по моложе выбрать, раз уж так вдруг захотелось.
Вот и опять ей на возраст указывают!
– Ты по делу, или так, пошуметь? – приглушённо поинтересовался Алекс, подпирая закрытую дверь.
– Пришла узнать, что за цирк ты устроил. Ты понимаешь, что мы вообще все решили, что это какой-то розыгрыш?! Артем в шоке, не говоря уже о Томасе и Эрике!
– Эрик и Томас в курсе, они приходили.
– О да, мы потом весь день обсуждали это недоразумение, – женщина, которую так и не представили поморщилась неопределенно, махнув рукой в ее сторону. Ника продолжала кривить губы в усмешке. Ей и правда было весело. Алекс перестал проявлять только призрение и равнодушие. Вот уже проявилась злость, какое-то беспокойство и неудовольствие.
– Что-то не припомню. Если ты забыла, я тоже там работаю.
– Ну не при тебе же солнышко, – голос гостьи вдруг стал ласковым, словно она говорила с расшалившимся ребенком, которого нужно было успокоить со словами: «ай-ай-ай, так не делай!» и погрозить пальчиком. Ника уже разве что в голос не смеялась. Она была уверена, что такие «секретутки», а сомнения в том, что выше чем должность секретаря (что-то ей только такие попадались, ну кроме той что работала на Николая.) она не занимала.
Кошачьей походкой, гостья направилась к Алексу, на что тот сразу отреагировал недовольно поморщившись и не давая дотронуться до себя на маникюрные ручки.
– Часто твоя секретутка к тебе в гости ходит? – наконец подала голос Ника, лукаво улыбаясь.
– Не «секретутка» а секретарь, и я не его секретарь! А говорили, вы образованная, вот оно и видно… я между прочим юрист! С высшим образованием…
– А есть не с высшим? В силу своей «образованностью» знаю точно, что к коллегам по цеху в гости заваливаться без приглашения как минимум не прилично, как максимум сверх наглости являться туда, куда не звали и не ждут. Обсудите это у себя на утренние собрания.
– Я пришла что бы вернуть, ключи от квартиры, он их у меня забыл, – гостья выудила ключи от Никиной квартиры. Ах так вот, как она домофон обошла, а она то гадала. Хотя бывает, кто-то плотно забывает дверь прикрыть и добро пожаловать вот такие вот «гостьи».
Алекс молчал, не торопясь забирать ключи, а гостья продолжала довольно ухмыляясь.
– Время так летит в хорошей компании за… разговорами…
– Ключи на улице подобрали, или свои демонстрируете? – уточнила Ника, изучая свои короткие ноготки. Эх, жаль, что короткие… вот бы сейчас ими по этому смазливому личику пройтись. Интересно, сильно ее за это осудит Алекс или все так же безразлично плечами пожмет?
– Ну-ну, это его ключи…
– У Леши брелок другой, – назвала она его так намеренно. Она знала, что Алексу это сокращение не нравиться, но хотелось как-то обломать девку, продемонстрировать, что вот ей-то он позволяет себя так называть. Ника не видела, но чувствовала, что Алекс очень внимательно и напряжённо за ней наблюдает в данный момент. Даст до конца доиграть, или встрянет и защитит свою «коллегу»?
– Может продемонстрируешь их тогда? – прошипела «юристка» явно недовольна тем, что ее пытаться на место поставить.
– С какого перепугу? Ты в моей квартире, без приглашения, что-то непонятное требуешь, какими-то ключами машешь. У меня вообще есть полное право вызвать полицию за нарушение покоя и моего личного пространства.
– На какой основе?! Получишь еще и штраф за ложный вызов. Я без проблем докажу, что меня сюда Алекс лично вызвонил, желал…
– Чего? Юридической консультаций на ночь глядя, или согреть кровать? Так о последнем не переживай, центральное отопление у нас хорошее, не замерзнет. Да и я не позволю.
Неприятный смех резанул слух.
– Да я боюсь представить, даже тошнота подкатывается, как представлю тебя с ним… ой фу… – отмахнулась она успокаиваясь.
– Ну да, меня тоже чувство накрывает. Как представлю, как ты свою шпаклёвку смоешь с лица и пуш-ап лифчик снимешь… С такой костлявой… фу. А у него только синяки сошли, – утомленно вздохнула Ника.
– Завтра рано вставать, может распрощаемся уже?
– Зря храбришься, Алекс скоро устанет от этой игры, и вернётся… ко мне, – чернявая мстительно улыбнулась. – И между прочим, он никому не позволяет себя Лёшей звать, даже родной маме, так уж тем более и тебе… Сразу видно, ты его даже не знаешь.
– Ну, как только ему надоест вот это, придет, – Ника задрала футболку захватив и край лифчика. Грудь у нее была большой, приходилось даже скрывать, чтобы по меньше заглядывали в декольте, должность обязывала по скромнее демонстрировать свои «прелести». Но вот этой «вобле» она не прочь продемонстрировать то, о чем она сама только мечтать могла, не посетив хирургический кабинет.
Зря конечно она не подумала о последствиях своей дерзости, но хорошая мысля приходит опосля. В следующий миг произошло сразу две вещи. Алекс кромка и резко выдохнул. А непрошенная гостья взвизгнув рванулась на нее. Последующий пару минут, а может меньше стерлись из ее памяти, как бы она не пыталась вспомнить. В себя пришла же только пот душем. Одежда валялась на полу, левое плечо щипало от нанесенных царапин. Высушившись, Ника обернула полотенце вокруг себя и еще несколько минут разглядывала нанесенные раны. Не смертельно, заживет. Но, как и когда она их получила?
За дверью ее ждал Алекс. Гостья ушла. Или сама или Алекс и правда ее выставил.
– Можно я пройду? Мне холодно, а пижама под подушкой, – напряжённо попросила Ника, когда обойти мужчину не удалось. Почему-то, смелости, ему в глаза посмотреть, уже не хватало.
– Что значит «Веры больше нет»? – голос у него был почему-то какой-то хриплый и напряженный.
– В смысле?
– Это твои слова, перед тем, как ты зашла в ванну, ты их произнесла.
Вероника все же подняла на него глаза.
– Я не ничего не говорила.
– Просто зашла в ванну и все?
– Да.
– А как Лидия на тебя бежала, помнишь?
Вот как эту девку звали, Лидия!
– Алекс, можно я оденусь наконец. А то не хватало простыть, пол студеный!
– У нас же отопление хорошее, центральное… Что ты делаешь?!
– Греюсь! Мне холодно, а ты теплый, – смотреть на него было сейчас намного труднее, особенно, когда макушка упиралась ему в подбородок. Зато и правда было теплее. Дрожащими руками она обвила его за талию плотнее прижалась. Девушка почувствовала шевеление его рук и была готова к тому, что ее сейчас оттолкнут или скинут руки. Но мужчина всего лишь нерешительно обнял ее в ответ и с минуту они стояли молча.
– Согрелась? – все так же хрипло и тихо спросил он.
– Нет еще, – она вклинила ногу между его раcтавленными.
– Это ты меня так соблазняешь?
– Нет, греюсь.
– Иди одевайся, – он расцепил руки.
– Нет, мне и так хорошо, – Ника и сама не знала, чего упрямиться. Но так и правда было теплее, и как-то спокойнее что ли.
Осторожно, но решительно он развел ее руки в сторону и завел в ее комнату давая возможность одеться.
– Отвернись, – проворчала Ника собираясь скинуть полотенце.
– Чего я там не видел? – он едва сдерживал смех. Да уж, после недавней демонстраций. Но все же отвернулся.
– Так, как она ушла?
Алекс обернулся, Ника уже оделась в ночную рубашку на бретельках и сидела на кровати укрывшись одеялом.
– Почему ты этого не помнишь?
Лишь пожатие плечами было ему ответом.
– Она ринулась в твою сторону, я не успел остановить. Думал, она тебя прибьет, но ты как-то так быстро ее на спину уложила, что я даже проследить не успел, как именно. Прямо прием из крутого боевика. Правда, плечо она тебе задеть успела, – медленно ступая он приблизился. Ника вновь глянула на свое левое плечо. Утром она оденет блузку с длинным рукавом и ничего не будет видно. От неожиданное ласкового прикосновение к плечу, Ника дернулась и расценив это по-своему, Алекс убрал руку отступив. Взгляд сделался непроницаемым.
– Я назвал тебя по имени, а ты сказала, что «Веры больше нет». Только голос у тебя какой-то чужой был и смотрела словно сквозь меня.
Он отлично знал, что Нике не нравилось, когда ее имя сокращали до Веры. Уже то, как ее имя коверкала «мамуля» до Верочки, Верунчика ипр вариантов, Ника на отрез отказалась отзываться на эту версию своего имени. Но Алекс из принципа делал то, что ей не нравилось. Возможно именно поэтому она дерзнула сегодня назвать его «Лёшей», в отместку. Но, как бы не было, она не могла вспомнить то, о чем говорил Алекс.
– Не знаю, не помню, – Ника устало вздохнула и откинулась на подушку. И вот опять этот его странный тяжелый взгляд. Чтобы отделаться от него, Ника закрыла глаза.
– Иди спать, Лёш.
– Мне не нравиться, когда ты меня так называешь, – процедил он.
– Как и мне, что ты меня Верой называешь, – сонно пробормотала Ника.
Мужчина удалился, выключив свет и девушка провалилась в сон.
– Ну почему Наташа Ростова? Ну не лучше бы Анна Каренина? Да и вообще, почему мы каждый раз останавливаемся на классиках России или Эстоний? Чем вам Шекспир не угодил? Вот уж классика! – взмолилась Вероника после очередной примерки. Уроки давно закончились, а она по уши погрязла в заботах и приготовлениях к предстоящему мероприятию. Занята была в принципе вся школа. Но как всегда, именно себя видишь самым занятым.
– Вероника Эдуардовна, ну, о чем вы говорите? Вы видели какие тогда были костюмы, фу! Другое дело конец восемнадцатого века начало девятнадцатого. И это же мировая классика. И вообще, уже объявлено, каких именно авторов будут представлять.
– А можно я тогда Пушкина сыграю? Меня хотя бы Дантес застрелит… – проворчала Ника, не надеясь, что к ней прислушаться.
– Творчество Пушкина будем разбирать в следующем году, а уж роль Ленского, мы вам обеспечим! – уверенно заявила Фаина Романова затягивая на ней корсет очередного наряда.
Через час споров и упрашиваний, роль Анны Карениной была все же присуждена ей. Правда отвертеться от танца на балу ей не удалось.
– Вероника, солнце мое! – Ника аж содрогнулась при голосе вошедшего Андрея. Он был учителем математики соседней школы. Но так, как мужчин именно в их школе было очень мало, частенько приходилось прибегать к соседской помощи. Андрей Никитин был внешне симпатичен и молод. Лет на пару старше Вероники. По нему вздыхала добрая половина женского коллектива как его родной школы, так и ее. Нике нравилось с ним общаться по работе, на расстоянии. Но после того, как они три года назад сыграли какую-то там очередную литературную пару, Андрей вжился в роль настолько, что считал допустимым распускать руки и после окончания спектакля. То и дело пытался ее в укромном углу зажать, или опускал руки ниже допустимого вовремя объятий и отпускал шуточки в ее адрес, которые «тонко» намекали на то, что между ними роман. Какое-то время Ника успешно опровергала все слухи, но со временем сдалась. «Забей, он пока тебя в кровать на затащит, не успокоиться,» уверила Наташа.
Der kostenlose Auszug ist beendet.