Sergei Lukjanenko
55,2КAbonnenten
Мне тридцать лет. Меня зовут Никита, и полвека назад я спас человечество. Как вы и сами понимаете, за это меня часто пытаются убить. Это довольно глупо, конечно. Бессмысленная потеря времени, я каждый раз пытаюсь это объяснить. Но в этот раз, кажется, у них может что-то получиться. Еще бы понять – кто эти «они»…
Beliebte Bücher
Beliebte Hörbücher
Alle Bücher des Autors
Zitate
Седьмой
как «вонючки» и «мохнатки». Цели перекрывали друг друга, сливались, но на взгляд там было не меньше сотни кораблей. А по встречной орбите, сближаясь куда стремительнее, но и находясь
Девятый
расстроен? – Не знаю, – сказал я. И ощутил, что вовсе не расстроен. Скорее, рад. Но ещё и смущён. Спросил: – Эля…
Ночной Дозор
- У тебя помада размазалась, - заметила Ольга. И хихикнула. - Умеешь красить губы?
- Сдурела? Нет, конечно.
- Я научу. Нехитрая наука. Тебе еще очень повезло, Антон.
- В чем?
- На недельку позже - и пришлось бы учить тебя пользоваться прокладками.
- Как любой нормальный мужчина, смотрящий телевизор, я умею это делать в совершенстве. Прокладку надо облить ядовито-синей жидкостью, а потом сильно сжать в кулаке.
…В старости плоха даже не физическая немощь, не заторможенность мышления, не проблемы с мочевым пузырём или, хе-хе, эрекцией. В старости самое ужасное, что ты помнишь себя молодым. И молодость была ещё только вчера.
Я снова кивнул, будто игрушечный китайский болванчик из сказок Андерсена. Ох, не зря он называется болванчиком! Тот, кто все время кивает, – иного имени недостоин.
Когда взрослым людям нужен идиот, они берут первого попавшегося человека, и говорят ему чуть-чуть правды.
— А почему люди на других планетах строят города?
— Они боятся одиночества.
Минуту мальчик молчал. Потом спросил:
— В городе одиночества нет?
— Там только оно и есть. Но этого не замечаешь.
