Хелл был какой-то ужасной змееподобной пародией на человека. На человеческом туловище с тонкими и более длинными конечностями, на короткой толстой шее висела почти змеиная голова с лицом, отдаленно напоминавшим человека. Огромной ширины рот был усеян острыми клыками, а вместо человеческих глаз были маленькие холодные глаза змеи. Опершись спиной на фургон, хелл стал медленно поднимать свой топор. Вит, резко выхватив меч, рубанул наотмашь, не глядя на противника. Сталь клинка завязла в чем-то упругом и противном. Сзади из-за куста выскочил еще один хелл. Ноги Вита подкосились, и чтобы не стать добычей нечисти, он бросился под фургон, выронив окровавленный меч. Страшная когтистая лапа ухватила парня за ногу, но в руке хелла остался только сапог. Рука ухватилась за приклад арбалета, перевернувшись на спину, Вит приготовился к выстрелу. Хелл ударил наугад копьем и прыгнул под фургон. Арбалетный болт отбросил третьего воина тьмы наружу.
Около часа Вит просидел под фургоном в непонятном оцепенении. Страшно было пошевелиться. Но сообразив, что он остался без оружия, парень все же заставил себя перезарядить арбалет и вылезти наружу. Подобрав меч и зарядив второй арбалет, Вит оттащил трупы нечисти дальше в лог. Лошади успокоились. Наступив на какую-то колючку Вит сообразил, что остался в одном сапоге. Пришлось возвращаться к мертвым телам. Когтистая рука хелла никак не хотела отпускать сапог, только с помощью кинжала удалось разжать мертвые пальцы.
Остаток ночи Вит проспал в фургоне. Утром он проснулся от непонятного шума. Схватившись за арбалет, Вит сообразил, что это не очередные враги, а дождь. Редкий в этих краях весенний дождь. Уже рассвело. Быстро перекусив, Вит запряг лошадей. Но по мокрой глине выбраться из лога никак не удавалось. Колеса вязли в мокрой жиже. Если был бы еще один человек, чтобы править лошадьми, Вит смог бы вытолкать телегу, помогая колесам рычагом. Но он был один. Выбрав более пологое место, Вит, дав лошадям и себе небольшой отдых, возобновил попытки выбраться. Сделав рычаг, он проворачивал колесо, одновременно пытаясь подгонять лошадей. Все оказалось бесполезным. Пришлось разгружать фургон наполовину.
Разгруженный фургон кони легко вытянули наверх, а Вит еще два часа перетаскивал тяжеленные ящики. Весь перепачканный глиной, мокрый и замерзший, парень последние силы истратил на то, чтобы самому ввалиться в фургон. Сняв мокрую одежду, он нашел какие-то штаны и старый плащ в оставленной кем-то из ратников седельной сумке. Доспехи он снял еще раньше, когда вытаскивал фургон. Завернувшись в это подобие одежды, Вит вывел фургон на тракт и остановился. Сил на то, чтобы править лошадьми, не было. Вит, добравшись до своих припасов, начал что-то жевать. К удивлению парня, умные лошади сами пошли по тракту вполне уверенным и бодрым шагом.
К вечеру Вит добрался до речки. Надо было ехать через старый полуразвалившийся мост. Оценив вес фургона, Вит понял, что мост не выдержит. Дождь все не прекращался, и опять пришлось вылазить, чтобы разгрузить фургон. Сняв сухую одежду, Вит, напялив только мокрые штаны, стал разгружать фургон. Сняв треть ящиков, он понял, что на большее сил не хватит. Осторожно переведя фургон, парень решил заночевать здесь у моста. Вспомнив, что все силы нечисти очень не любят воду, Вит даже обрадовался этому дождю. Утром дождь кончился, и Вита разбудил чей-то разговор. Осторожно выглянув из фургона, он увидел трех ратников. Это были наемники императора! Они, остановив коней, рассматривали, оставленные на том берегу ящики с оружием. Ратников было четверо.
Столько усилий, страхов, смертей, и теперь все достанется этим наемникам! Вит с такого расстояния вполне мог попасть в них из арбалета. Высунув наружу только арбалет, так, чтобы его самого видно не было, парень крикнул: «Это мой товар, если не хотите получить по арбалетному болту на каждого, уезжайте». Растерянность наемников быстро сменилась весельем. Юный голос обещал легкую победу. Выставив копья, ратники по двое медленно въехали на мост. Вит выстрелил и промахнулся. Ему ответил злобный хохот наемников.
– Да ты сперва держать арбалет научись, а потом берись запугивать.
Судорожно схватив второй арбалет, Вит спустил курок, почти не целясь. Первый из наемников, странно завалившись, улетел с моста вниз в реку. Оставшиеся трое мгновенно ринулись в атаку, чтобы не дать парню перезарядить арбалет. И все же Вит успел выстрелить еще раз. Правда, попал он не в наемника, а в его коня. Перелетев через голову коня, ратник улетел в реку и к фургону подскочили только двое. Копье вонзилось рядом с ногой, полог фургона с другой стороны отдернул наемник и занес копье для удара. Вит закрыл глаза. Но смертельного удара не последовало. С коротким криком наемник упал. К фургону подъехали рыцари. Выбравшийся из воды наемник сбежал. Вит вылез из фургона и, еще туго соображая, растерянно смотрел на рыцарей.
– Ну, воин, повезло тебе, – рыцари с удивлением разглядывали паренька, сжимавшего в руке короткий меч.
– Да меч опусти, мы не наемники и не гвардейцы. Обозы не грабим, – спрыгивая с коня, успокоил Вита один из рыцарей.
Вит хотел убрать меч в ножны, но на нем не было ни ножен, ни ремня. Вит вообще стоял только в штанах ратника, вся остальная одежда была мокрой и грязной.
– А что везешь-то парень? И куда вообще ты здесь в такое время ехать можешь?
– Оружие везу для ополчения Бороды, – с трудом выговаривая слова, произнес Вит и прислонился спиной к фургону, чтобы рыцари не увидели, как дрожат ноги.
– А где остальные ратники и фургоны?
– Гвардейцы убили. Один я остался. Но все оружие здесь.
– А гвардейцы где и сколько их? Мы справимся?
– Нет, я уже третий день еду. Они далеко и много их там. Сотни три, наверное.
– Давай отмывайся, одевайся, и будем отсюда выбираться. Эти наемники по четверо не ездят. Их может большой отряд оказаться.
Пока Вит отмывался, рыцари перетащили ящики и погрузили все в фургон. Надевать пришлось одежду ратника. Все оказалось великовато, но другого ничего все равно не было. Один из рыцарей пересел в фургон.
Протянув Виту кувшин и какой-то сверток, он сказал:
– Поешь вот. Хватит на сегодня с тебя приключений, мы из разведки Бороды, как раз в Южный его корпус направляемся. Поешь и заваливайся спать. Нам еще с таким фургоном полтора дня ехать придется.
Проснулся Вит только вечером. Вино, предложенное рыцарем, оказалось крепче, чем он рассчитывал. Возле фургона горел костер, и в большом котле рыцари что-то варили. Еще не стемнело. Надев сапоги, Вит вылез из фургона и подошел к костру.
– Проснулся? Ну, как раз вовремя. Давай, ложку бери, скоро все готово уже будет.
– Э, да ты не только с гвардейцами, ты, видать, и с хеллами познакомиться успел? – Один из рыцарей указал на глубокие порезы, оставленные на сапоге когтями нечисти.
– Успел. Они ночью на фургон напали. Едва отбился.
– Да кто же ты такой? Я вначале решил, что ратник, но видно, не твоя одежда, не по размеру скроена.
– Я с обозом этим случайно оказался, ехал в ополчение Бороды вступить.
– А ты знаешь, что одних мечей на сотню ратников везешь? За этим обозом сам капитан Граздан уже две недели охотится!
– Знаю, это его гвардейцы и перебили всех, а фургон они не заметили, потому что мы колесо сломали и не доехали.
– Счастливчик ты, парень. Ну, за такое тебя не в ополчение, а в конные ратники Борода определить должен.
В расположение армии Вит въехал на коне, переодевшись в свою одежду. Самого купца не оказалось, он уехал в городок, расположенный в двадцати верстах к северу. Переночевав в лагере рыцарей, Вит утром отправился в город искать купца. В Тарине Вит узнал, что Борода набирает ополчение к северу от торгового центра. Узкие улочки городка были забиты народом и проехать к центру никак не удавалось. Только к вечеру Вит пробился на площадь. Борода, несмотря на огромное скопление народа, увидел парня, пробивающегося сквозь толпу. Вероятно, он узнал Вита. Купец поднял руку, и людской гомон быстро стих. Стоило Бороде крикнуть, чтобы парня на коне пропустили, как перед Витом образовался свободный коридор.
– Наслышан о твоих подвигах, наслышан, – радостно приветствовал купец парня. – Отец-то знает, где ты и что с тобой?
– Догадывается, наверное.
– За оружие это тебя в рыцари посвятить надо бы, да по годам нельзя пока и военному делу ты не обучен. Ну да ладно. Характер ты свой показал уже, а остальному война быстро обучит. Я тебя в разведсотню определю к Ранду, он хоть и молодой, но уже опытный рыцарь. У него ты и при деле серьезном будешь, и обучиться многому сможешь. А пока иди с Бором на постоялый двор, отоспись, отдохни, а утром Ранд сам тебя найдет. Я ему сообщу о тебе.
Бор, молодой купец, помогавший Бороде во всех торговых операциях, теперь вел и военные дела. Он быстро устроил парня в отдельной комнате на втором этаже и, уходя, оставил кошелек. Вит тут же возразил, что деньги ему не нужны.
– А это не деньги, это твое боевое довольствие. Воин должен быть сытым и нормально одетым. Смени сапоги, форменную одежду подгони, ну и по мелочам, что надо прикупи, – обстоятельно ответил Бор и быстро сбежав по лестнице вниз, исчез в толпе.
Очень хотелось просто сразу завалиться спать, но Вит заставил себя принять душ. Только выбравшись из душа, он столкнулся с мальчишкой, работавшим здесь, который притащил новую одежду. Все было почти впору, разве только рукава оказались немного длинноваты. Еще Виту принесли чешуйчатое зерцало и легкий открытый шлем. Полностью переодевшись, Вит пошел в оружейную лавку, которая работала, несмотря на позднее время. Здесь он купил новый кинжал, поножи, наручи и небольшой щит. Когда, закончив свою экипировку, Вит вернулся на постоялый двор, было уже заполночь. Быстро перекусив, он завалился спать. В голове вихрем крутились мысли, как все быстро изменяется в этом мире. Вчера он едва не погиб, один в гиблой степи оказавшись против четверых наемников, а завтра он будет в разведсотне прославленного рыцаря!
5
У торговых рядов оказалось очень много народа, и Эрки уговорил ратников сразу пойти на озеро. Ратники вначале боялись пускать мальчишку одного купаться, но плавал он отлично, часто пугая обоих своими ныряньями. Погода стояла хорошая, было тепло, и поддавшись на уговоры мальчишки, все пошли к озеру. Дальний край озера близко подходил к старой крепостной стене, здесь были только огороды и небольшой сад. Люди в эту часть города заходили редко, поэтому для купания это место оказалось отличным. Осмотревшись и убедившись, что никого, кроме двух мужиков-ратников нет, Эрки разделся и быстро залез в воду. Утром вода показалась даже теплее, чем вчера днем. Ратники и сами были не прочь искупаться, но иногда и в эту часть городка люди все же заходили.
С завистью они смотрели, как Эрки, придумав какую-то новую игру, стал плавать между отдельными камнями-островками, иногда выбираясь наверх. Мальчишка выглядел счастливым. Именно этого и добивался Борода, когда поручил им заботиться об Эрки. Ратники услышали свист стрел слишком поздно, схватить свои арбалеты они не успели.
Эрки отплыл слишком далеко и остановившись, решил передохнуть на ближайшем камне. Но этот камень оказался очень гладким и скользким. Выбившись из сил, он все же залез на плоскую вершинку с одним острым шипом. Он помахал ратникам рукой, чтобы они не беспокоились, и улегся на горячий камень. Прогреваясь, он смотрел на облака, и вдруг подумалось, что они, наверное, летят домой в Караш, к родителям. Стало немного грустно. Здесь было так уютно, тихо, красиво, хорошо, а там… Там, в Караше, шла настоящая война.
Выбираясь на берег, Эрки развеселился. Ратники уснули! Он решил пошутить и, набрав воды, стал тихонечко подкрадываться. Но, воду он не донес. Подойдя ближе, мальчишка увидел торчащие из обоих мужиков стрелы! Их обоих кто-то убил! Эрки хотел закричать, позвать на помощь, но вспомнив, что стоит совсем голый, осекся. Одежду он повесил на куст, но там ее не оказалось. Эрки присел, спрятавшись за куст. Что делать, он не знал. Вдруг послышался стук копыт. Действуя чисто инстинктивно, паренек сиганул в воду и со всех сил поплыл к ближайшему камню. Спрятавшись за камень, он стал ждать. Эрки надеялся, что это Борода или его ратники, но вместо них он увидел гвардейцев императора. Десяток всадников остановились на берегу возле убитых ратников.
– Этот, – гвардеец указал на одного из убитых, – пытался спрятать шмотки какого-то мальчишки.
– Идиоты, зачем вы их убили? Надо было вначале допросить. – этот голос Эрки сразу узнал. Это говорил тот самый гвардеец, что пытался поймать его и сына Бороды на речке в селении!
– Извини, Граздан, но мы боялись, что они шум поднимут. Вся операция могла сорваться. Тут ведь сигнальная башня рядом, они ее запалить могли, – оправдывался гвардеец.
– Мне нужен этот мальчишка. Когда вы их прикончили?
– Не более получаса прошло.
– За это время он не мог далеко уйти, – гвардеец, которого называли Граздан, швырнул одежду Эрки прямо на убитого ратника и повернувшись к остальным, громко крикнул. – Искать вдоль берега, здесь на песке отпечатки ног должны были остаться. Кто найдет следы, червонец золотыми. А если кто мальчишку нужного мне изловит, полсотни отвалю. К городу он нагишом не побежит, ищите вдоль стены, – добавил Граздан и развернув коня, с тремя гвардейцами умчался в город.
Эх, подумал Эрки, лет пять-шесть назад рванул бы как есть нагишом на западный берег, где десяток усадеб и стащил бы с сушильной веревки первое, что попадется. А тут скоро двенадцать лет, нагишом по городу не побегаешь. Было очень холодно и страшно. Осторожно выглянув из-за камня, Эрки увидел, что один из гвардейцев внимательно изучает следы на берегу. Хорошо, что я раз двадцать бегал туда-обратно и вдоль берега, а то он сразу бы понял, что я здесь, совсем рядом! Сердце сжалось от этой мысли, и он соскользнул в воду, прижавшись к камню. Всего в пятидесяти шагах по берегу шли два гвардейца, внимательно разглядывая прибрежный песок. Эрки решил, когда они все уйдут дальше, доплыть до берега и, схватив одежду, вскочить на коня. Верхом он сможет ускакать из города, захваченного имперскими гвардейцами.
Вскоре все гвардейцы ушли далеко по берегу. Там у убитых ратников осталось только четыре коня. Эрки, наконец решившись, глубоко ныряя, поплыл к берегу. У самого берега он осмотрелся. Рядом никого не было и, выскочив из воды, он, не глядя на лица убитых, схватил свою одежду. Быстро напялив штаны и рубаху, он схватил плащ и подбежал к гвардейскому коню. Конь стоял спокойно, ухватившись за стремя, Эрки вскарабкался наверх. Оказавшись в седле, он потянулся к уздечке, которая была опущена. В этот момент конь, неожиданно поднявшись на дыбы, сбросил мальчишку на землю. Ударился Эрки несильно, песок был мягкий. Поднимаясь и потирая ушибленную руку, он услышал какой-то шум. Со стороны полуразвалившейся крепостной стены бежал гвардеец! Эрки, растерявшись и испугавшись, потерял много времени. Когда он пустился наутек, было поздно. Гвардеец, вскочив на коня, легко нагнал мальчишку и схватив за шкирку, поднял высоко вверх.
– Не брыкайся парень и не бойся. Ничего тебе капитан не сделает, ты ему зачем-то живой и невредимый нужен, – с этими словами он положил Эрки поперек седла и поехал назад к крепостной стене. Разговаривая скорее сам с собой, чем с мальчишкой, гвардеец продолжал. – Вот ведь как бывает, я ругал капитана, что он меня к сигнальной башне приставил, и я награду за твои следы не получу. А вышло так, что именно я тебя и поймал. Полсотни золотых! Я столько за полгода получаю! Так что ты у меня теперь золотой мальчик.
– Отпустите, дяденька, я ведь ничего плохого не делал, – невероятно извернувшись, жалобно попросил Эрки.
– Ишь ты, шустрый какой… Неужто гвардеец пятьдесят золотых отпустит?
Ратник притащил Эрки в башню. Поставив мальчишку на ноги, он грубо велел лезть наверх по приставной лестнице. Лестница шаталась и была очень высокой, но гвардеец был еще страшнее. Как только Эрки вылез наверх, гвардеец убрал лестницу. Посмотрев вниз, Эрки понял, с такой высоты не спрыгнешь, и слезть по отвесной стене не получится. Так Эрки оказался надежно заперт в этой башне, ставшей тюрьмой.
– Запер меня в башне, как принцессу какую-то. Гад! – подумал Эрки и, усевшись на кучу сухих дров, стал думать, какую гадость можно сделать этому жестокому гвардейцу.
Почему-то в голове стали всплывать все детали последних событий. Эрки вспомнил, что когда ратник оправдывался перед капитаном, то говорил что-то о сигнальном костре. В чем важность этого сигнального костра, Эрки не понял, но ясно было, гвардейцы не хотели, чтобы ратники этот костер запалили. Эрки вспомнил, как в какой-то книжке ему читали, как дымом костров о нападении врага предупреждают. Если разжечь костер, этому гвардейцу здорово попадет от капитана. От этой мысли Эрки развеселился. Огниво лежало в кармане штанов, сухие веточки старательно уже были приготовлены. Достаточно было одной хорошей искры, и все загорелось. Посмотрев на лежавшую рядом кучу сырых хвойных веток, Эрки решил, что и они сгорят, пламя уже хорошо разошлось. Как только Эрки закинул мокрые ветки, вверх повалил очень густой черный дым.
– Эй! Ты что делаешь? Потуши сейчас же, – гвардеец весь затрясся и побелев от бешенства, схватил лестницу.
Эрки попытался ее свалить, но гвардеец был тяжелый и очень быстро поднимался. Схватив еще не полностью охваченную пламенем ветку, мальчишка хотел отпугнуть ей гвардейца, но обжег руку и уронил ее вниз. Снизу ответил страшный крик и грохот. Гвардеец с обожженным лицом свалился вниз. Эрки понял, что если взбешенный гвардеец поднимется наверх, то просто его убьет. Он быстро сдвинул часть огромного костра к дыре в центре площадки, и горящие ветки полетели вниз. Лестница загорелась. Но и сам Эрки стал задыхаться. Здесь стало нестерпимо жарко и воздуха совсем не было. Эрки свесился в сторону разваленной стены, чтобы глотнуть чистого воздуха и увидел, что в этом месте можно по торчащим из башни кирпичам спуститься на саму стену. Это был путь к спасению!
Спуск оказался намного труднее и опаснее, чем предполагал Эрки, но лазал он отлично и разодрав в кровь колени и локти, все же спустился на стену. Прячась за неровными выступами, Эрки пополз к большому пролому в стене. Там он рассчитывал спуститься к крепостному рву и убежать из города. Уже внизу у рва Эрки с гордостью посмотрел на свою работу. Столб черного дыма поднимался вверх на сотни шагов, такой сигнал и за тридцать верст отлично всем виден будет. Воды в этом рве уже давно не было, некогда отвесные края стали больше похожи на глубокий овраг. Легко перебравшись через остатки рва, Эрки спрятался за небольшим кустом. Немного дальше были большие и удобные кусты, но мальчишка очень устал и ползти дальше не хотелось. Еще очень хотелось пить. От страшного дыма в горле все пересохло. Но воды нигде не было. Из-за жажды долго не удавалось уснуть, но в конце концов все эти переживания поглотил глубокий сон.
Проснулся Эрки от странного шума. Приподнявшись, он выглянул и весь сжался от ужаса. Несколько десятков наемников императора широкой полосой ехали вдоль крепостной стены. Они осматривали кусты и все кучи мусора, то и дело тыча копьями в подозрительные места. Его искали. И искали очень серьезно! Трое наемников остановились и стали обшаривать те большие кусты, в которых Эрки хотел спрятаться вначале, но поленился.
– Карт, сгоняй, тот кустик проверь, – сказал один из наемников, указывая на жалкое укрытие мальчишки. Сердце готово было вырваться из груди, хотелось кричать, но страх полностью парализовал Эрки.
– Да мы же мальчишку ищем, а не мыша какого… Как он там спрятаться мог? – возразил Карт, и все трое проехали мимо.
Сжавшись от страха в маленький комочек, Эрки пролежал под своим кустиком до темноты. Давно уже стихли голоса наемников, в городе и вокруг все погрузилось в темную тишину. Жажда выгнала мальчишку из укрытия. Идти в город, захваченный гвардейцами, Эрки побоялся. Он решил вдоль дороги вернуться на тракт в военный лагерь Бороды.
6
Вит проснулся от какого-то шума внизу, в общем зале. Выглянув в окно, выходившее во двор, он увидел императорских гвардейцев. Быстро одевшись и натянув доспехи, он хотел спуститься вниз, но услышав быстрые шаги, спрятался за дверью. Дверь с треском вылетела и в комнату ворвался наемник. Поддавшись инстинкту, Вит со всей силы рубанул его по голове. Не издав ни звука, наемник повалился на кровать.
Кто-то крикнул снизу:
– Ну что там у тебя, есть кто?
– Нет здесь никого, – ответил Вит.
Быстро собрав свое оружие, он выглянул на верхнюю площадку, которая шла вдоль комнат второго этажа. Заканчивалась эта площадка выходом на чердак.
– Давай быстрее! Мы тебя на хозяйственном дворе ждать будем, – крикнул тот же наемник и стукнув дверью, вышел во двор.
Прячась за поручнями, Вит пробежал к лестнице, ведущей на чердак. С чердака парень выбрался на плоскую крышу и притаился возле трубы. По крышам, все время выжидая, пока гвардейцы или наемники уйдут, Вит медленно перебирался в сторону отдельно стоящих усадеб в восточной части города. Там крепостная стена была разрушена и можно было выбраться из города. У первой усадьбы Вит увидел трех гвардейских коней. Сами гвардейцы, судя по крикам, грабили усадьбу. Истошно кричала какая-то женщина.
Спрыгнув на стог сена, Вит подбежал к открытому окну и заглянул внутрь. Спиной к окну стоял гвардеец, а где-то в глубине комнаты кричала женщина. Нужно было незаметно проскользнуть дальше, но Вит не выдержал и выстрелил из арбалета в широкую спину грабителя и насильника. Гвардеец упал, и женщина замолчала. Вит влез в окно и приложив палец к губам, велел несчастной перепуганной женщине спрятаться за сундук. Вит едва успел перезарядить арбалет, как раскрылась дверь. Вит выстрелил не глядя и еще один гвардеец сдавленно крикнув, повалился на пол. Третий гвардеец почему-то не напал. Наоборот, стук копыт явно свидетельствовал, что он во весь опор мчится прочь. Подойдя к окну, Вит все понял. Кто-то, жертвуя своей жизнью, зажег сигнальный огонь на башне. Вверх на сотни шагов поднялся густой черный дым. Теперь все войска ополчения знают о том, что город захвачен гвардейцами.
Набросив гвардейский плащ, Вит вскочил на коня и помчался к тому месту, где возле озера стена была полностью разрушена. Выйдя из города, парень сбросил ненавистный гвардейский плащ и осмотрелся. Со стороны ворот выезжали наемники, дальше на дороге, ведущей к тракту, шел бой. Но проехать мимо трех десятков наемников Вит не мог, поэтому он направился на запад, чтобы по широкой дуге объехать вражеский отряд. К удивлению Вита, наемники за ним не погнались. Они ехали очень медленно и осматривали местность. Город уже скрылся за холмом, когда впереди послышался звон стали. Пришпорив коня, Вит увидел, как рыцари сошлись в конном бою с наемниками и гвардейцами.
Выстрелив в ближайшего гвардейца, Вит швырнул в другого разряженный арбалет. Обнажив меч, он врезался в строй наемников. Понять ничего парень не мог. Со всех сторон доносился адский грохот, звон стали, крики и еще какие-то ужасные звуки. Увидев перед собой шлем гвардейца, Вит рубанул его мечом. Шлем исчез, но на его месте оказался другой. Вит опять нанес сильный удар, но на этот раз клинок рассек пустоту и, не удержавшись, парень полетел вниз. Вит сразу попытался подняться, но что-то тяжелое сильно ударило его сверху. Дышать стало нечем, левая рука отозвалась болью. С большим усилием удалось выбраться из-под этого груза. Поднявшись, Вит увидел, что несколько рыцарей преследуют обратившихся в бегство гвардейцев.
Вит хотел к ним присоединиться, но сзади послышался чей-то голос:
– Оставь, парень, они сами справятся. Что у тебя с рукой? Давай посмотрю.
Пока парень перевязывал рану на руке Вита, вернулись рыцари.
– А ты почему в одежде нашей сотни? – удивленно спросил рыцарь, зажимавший кровоточащую рану на правом плече.
– А в какой мне быть одежде? в гвардейской, что ли? Мне это Борода дал, – ответил Вит.
– Зовут тебя парень как?
– Вит.
– А, ну тогда ты попал по адресу, – Рыцарь повеселел. – Я Ранд, командир этой сотни. Вот и познакомились. На коне ты никогда не сражался, но это поправимо.
Рыцарь легко соскользнул с коня, и ему помогли снять доспехи.
Пока командира перевязывали, он рассказал Виту, что согласился принять в отряд незнакомого человека только из уважения к Бороде. Он думал, что купец отправит к нему какого-нибудь маменькиного сыночка на воспитание. Но по заявлению рыцаря, Вит его полностью устраивал. Правда, времени на разговоры не было. Ранд сообщил, что теперь их задача проверить тракт к востоку от города. Надо было узнать, не выдвинулось ли со стороны осажденного замка Барона Прарми подкрепление имперским войскам, захватившим Тарин. Вообще, как и откуда появились имперские гвардейцы у города, оставалось загадкой. Не могли несколько тысяч имперских всадников пройти незамеченными мимо северной армии повстанцев.
Так Вит вступил в повстанческую армию. Разведсотня была отлично организована, все делились по десяткам. Причем в каждом десятке были и ветераны, и молодые рыцари и, даже по два-три ратника немногим старше самого Вита. На такие легкие ранения, какое было на левой руке Вита, в этом отряде внимания не обращали. Но самого парня все еще кровоточащий рубец сильно беспокоил, хотя это и не сказалось на отличном настроении. Среди рыцарей и ратников Ранда Вит чувствовал себя уверенно, хотя из сотни в отряде осталось человек шестьдесят. Поднимая пыль, отряд мчался на восток, вдоль старого карашакского Южного тракта.
7
Первым делом нужно было где-то найти воду. Эрки чувствовал, что так и умереть можно. Яркие штаны и рубашка были так вымазаны копотью и глиной, что лучшей маскировки и желать нельзя было, поэтому он смело пошел вдоль крепостной стены в сторону дороги. Сумерки надежно скрывали мальчишку от наблюдателей на сторожевых башнях. Воду Эрки нашел у большого колодца, прямо возле дороги. Вначале он вообще не хотел приближаться к дороге, чтобы не напороться на гвардейцев, но жажда оказалась сильнее осторожности и страха. Колодец был глубоким, а ведра никакого не было. Терпеть дольше Эрки не мог, и ухватившись за веревку, он полез вниз к спасительной воде. Зацепившись ногами за веревку и держась рукой за стенку, Эрки свободной рукой жадно черпал воду. Очень долго он не мог напиться. Кое-как напившись и умывшись, Эрки выбрался наружу. Совсем стемнело, стало холодно. Как жаль было синий рыцарский плащ, оставленный на берегу озера. Он был очень теплый и завернувшись в него, можно было свободно спать прямо на земле.
Поежившись от холода, мальчишка пошел вдоль дороги в сторону тракта. Но идти по степи оказалось невозможно. Босые ноги то и дело напарывались на острые колючки. В очередной раз проколов ногу до крови, Эрки остановился. Сев на какой-то камень, он долго выковыривал острый шип, глубоко вонзившийся в подошву. Покончив с очередной операцией, Эрки осмотрелся. Никого вокруг не было, все было тихо. И от этой тишины стало еще страшнее. Но сидеть неподвижно казалось еще хуже, чем идти, и Эрки решился идти по дороге. Парень подумал, что лучше он быстро побежит по дороге и раньше доберется до спасительного лагеря, чем будет всю ночь, прокалывая ноги, тащиться по степи.
Стук копыт Эрки услышал издалека. Быстро сбежав с дороги, он затаился, спрятавшись за большим поваленным кустом. Мимо неспешным шагом проехал гвардеец. Эрки не видел его лица, но всем своим существом чувствовал – это проклятый капитан Граздан. Капитан его искал! Только когда стук копыт гвардейского коня затих далеко впереди, Эрки решил продолжить путь. Он часто останавливался и прислушивался к звукам ночной степи. Иногда казалось, что страшный всадник едет навстречу. Но прислушавшись, парень убеждался, что это только страх. Когда в очередной раз послышался стук копыт, Эрки решил, что это опять только его воображение и страхи. Увидев впереди темную фигуру, мальчишка еле успел кубарем скатиться с дороги.
Гвардеец на этот раз ехал быстро. Не найдя мальчишку, он возвращался в город. Теперь Эрки шел спокойнее и быстрее, Капитан убедился, что его нет на этой дороге, других опасностей никаких пока не было. Осторожно выбравшись на дорогу, мальчишка пошел увереннее.
Засмотревшись на звездное небо, Эрки сильно ушиб пальцы на ноге о какую-то железку. Нагнувшись, он увидел искореженный рыцарский шлем. Вокруг вся земля была изрыта копытами многих коней, валялись обломки щитов и копий. Здесь днем произошел страшный бой рыцарей с гвардейцами. Эрки стал рассматривать валявшиеся обломки. Очень хотелось найти какой-нибудь топор или меч. С оружием было не так страшно. Но вокруг валялись только обломки копий и сломанные стрелы. Все же Эрки повезло. Он нашел обломок какого-то тонкого копья как раз по длине своего роста. Наконечник был очень длинный и острый. Копье оказалось значительно тяжелее, чем он думал, но мальчишка его все же взял. Это было настоящее боевое оружие. Шлем. почти целый. Эрки примерил и выбросил, на голове он был как ведро и весил очень много. Зато в земле он нашел отличный большой нож. От этого ножа мальчишка долго не мог оторваться. Большая костяная рукоятка была украшена красивой резьбой, а на лезвии были выгравированы какие-то непонятные надписи. Ножен нигде не было, пояс остался на берегу озера, поэтому дальше Эрки так и пошел, держа в правой руке ножик, а левой опираясь на копье как на посох.
Дойдя до места, где стоял лагерь армии, Эрки растерялся. Здесь никого не было. Валялось несколько опрокинутых и сломанных фургонов, но, судя по всему, ополчение отступило, увезя все основное имущество. Куда отправилась повстанческая армия, Эрки не знал. Не знал он, и что теперь делать, куда идти. До этого момента именно уверенность в безопасности военного лагеря придавала Эрки силы. Увидев пустой лагерь, мальчишка по-настоящему испугался. Только сейчас он полностью осознал, какой опасности подвергается, один, в дикой степи, рядом с врагами.
От усталости мальчишка уже с трудом передвигал ноги. Только желание быстрее добраться до своих придавало ему силы. Эрки так устал, что даже страх отодвинулся куда-то глубоко. Доковыляв до ближайшего фургона, он забрался внутрь. Здесь оказался какой-то опрокинутый ящик, одеяло и рваный рыцарский плащ. О лучшей постели Эрки и не мечтал. Расстелив одеяло, он завернулся в огромный теплый плащ и сразу уснул. Эрки спал так крепко, что не видел рыскающих по брошенному лагерю хеллов, которые искали чем здесь можно поживиться. Прежде всего хеллы осматривали фургоны, но они все оказались пустыми. Осталось осмотреть всего два фургона, когда хеллы увидели раненую лошадь. Это была удача. Оставив бесплодные поиски, все четверо хеллов устремились за несчастным животным. Мальчишку, спящего в сломанном фургоне, они так и не почувствовали. Запах свежей крови полностью увлек страшных воинов мрака.