Заканчивается моя смена, потихоньку грустным гудением засыпают автоматы и гаснут лампы огромным каскадом висячие над ними. Зал без людей и электричества выглядит очень одиноким и умиротворённым. Завтра у меня выходной, я рад и в то же время почему-то печален. У меня было непонятное настроение и ощущение, что именно сегодня должно что-то произойти, такое не раз было, но я вскоре убеждался что это самообман, блеф злодейки судьбы, но всё же прикупил в баре связку пива, чтобы хоть как-то компенсировать ожидавшее меня разочарование. Выйдя на улицу меня обдал свежий вечерний воздух, рядом стояли последние такси и моторы их тихо гудели дожидаясь запоздалых клиентов. Залитая желто-золотым светом фонарей почти пустая улица, огромные тополя даже с подрубленными для безопасности ветками не потерявшие своей пышной зелёной величественности ещё больше обострили мои ощущения. Только как обычно болели ноги, хоть я уже и привык проводить целый день стоя.
Лениво скользя помечтав, как это обычно бывает, сто раз заезженная мечта очевидная и простая, но так приятно прокрутить её немного ощутив то что она может тебе подарить в случае своего исполнения. О лете. Лето. Как же я хотел себе настоящие лето как я хотел друзей у костра, подружку, которая смотрела бы на меня своими огромными расширенными зрачками, прижималась тепло и уютно, я бы ощущал запах её волос, мы бы вместе любовались раскинутым звёздным небом над нами, слушая не замысловатые гитарные песни. Вместо этого у меня пародия на жизнь, её отголоски. Картинка пропала. Я стою на выходе, в лицо дует теплый сухой воздух, негромко переговариваются курящие рядом охранники. Бывшие военные судя по их обширным грудным клеткам, кивнув им я иду дальше, чувство потери свербит у меня в груди, что же позволю себе сегодня немного погрустить. Моя неприязнь к работе ещё больше окрепла, но мне было лень сейчас злиться, всё это было уже для меня как данность, мой крест который я должен нести, ничего не поделать, и лишь где-то впереди постоянно маячил запах перемен, надеясь на которые я продолжал просыпаться в шесть ноль-ноль, мне вспомнилась строчка из одной песни «Всё будет хорошо, непременно, с завтрашнего дня или с понедельника чудо обязательно произойдёт в новый год, или на мой следующий день рождения. Бесконечное одиночество…» Пауза, в горле застрял комок. Череда образов пронеслись в голове: девушка с которой мы пересеклись взглядами в автобусе, шашлык на даче с друзьями, ожидавшая меня дома новенькая уже как пару недель купленная непочатая книга, оглянулся вокруг оценив прекрасную погоду, сглотнул комок, полегчало. В целом я всё больше уставал утопал и уходил в себя, я начал ненавидеть время, точнее постоянно хотел чтобы оно быстрее шло, прошла смена, неделя, месяц, пришла зарплата, наступила осень, и я пошёл на учёбу, чтобы потом снова работать, но там будет получше, там будут больше платить за меньшее количество часов, о счастье! Возможно там даже надо будет думать, но это конечно не факт. В тот день я решил не спешить возвращаться домой, и гонимый мыслями побрел пешком к неясной мне цели.
Я шел не спеша, разглядывая пустые скамейки, редких прохожих бредущих домой, всякий хлам оставленный на улице после долгого у всех разного дня, вот возле фонтана валяется лопнувший шарик и испачканный платок, наверное, малыш расплакался что он лопнул, такое огорчения для него конечно, нельзя чтобы шарики лопались, а мама вытирала ему слёзы, и так измоталась и избегалась со своим миром, заключенным в семье и ребёнке что и не выкинула в урну. А я рад, благодаря этому увидел эту печальную картину, ну и что, куда деться без печали, не только же веселиться, вот свадебная белая лента видимо отцепилась от машины, когда кортеж проезжал мимо, какие замечательные приоритеты у них, семья, брак. Хорошо, что есть такие люди, и такое происходит, когда ты сам к этому не хочешь иметь какое-либо отношение, а без этого ведь никак, молодцы они, а ты нет, ты плохой, ошибка общества, раковая клетка, не желающая выполнять свою функцию и подбивающая на это другие клетки, вот тебе и толкуют ты должен учиться, работать, жениться, должен! Должен! Проехал понурый вечерний автобус, и я пересёкся взглядами с немногочисленными его пассажирами. Почему так поздно? Вероятно, у каждого из них своя история на этот счёт, кто-то спешит к подруге, кто-то бежит от скуки, или же просто так вкусить частичку ночной жизни города, вероятно каждый из них мог бы остаться сегодня дома, но наступивший вечер их куда то понёс. Дальше я уже серьёзно взявшись за дело мечтал, чтобы со мной что нибудь произошло, я уже и придумать ничего такого не мог, чтобы кардинально изменило мою жизнь, изменило моё отношение к себе, отношением к женщинам, к жизни. Я хотел встретить кого ни будь, даже мимо проститутки я бы не прошёл, но её все не было, где же ты моя спасительница в короткой юбке и на высоких каблуках? Да кто угодно, способный повлиять на меня, пусть даже этот кто-то, или эти набьют мне морду, превратят в кровавую лужу, как в том фильме про мыло, опять он, а очнувшись в реанимации я по другому стану смотреть на мир. Это лучше, чем пустое ничем не наполненное существование, изо дня в день вытравляющая из меня всё живое, нельзя же так много мечтать.
Проходя мимо городского парка я соблазнился его статностью и умиротворённостью, ноги всё больше болели, и я решил зайти посидеть, парк был большой и чистый, растительность уже набрала своей силы, и даже терялось ощущение того что ты находишься посреди города. Я добрел до дальней скамейки, стоявшей как-то отделившись от общего строя, она была старая, ещё советских времён, наверно про неё просто забыли и не заменили на новую, размышляя сколько на ней был надумано, высказано, и сделано бесчисленным потоком людей за все эти годы, я присел и достал из своей сумки одну из припасённых банок пива. Шипящий звук выходящего из неё воздуха сразу пробудил во мне жажду, кадык запрыгал вливая в пустой желудок холодное пенное зелье. Я развалился на скамейке запрокинул голову и уставился на небо ожидая алкогольной эйфории, и уже было решил просидеть так до самого рассвета смакуя своё меланхоличное одиночество и поглощая банку за банкой, хороший подвиг для современного мира не правда ли?
Но вскоре меня вырвал из пучины резкий, приближающийся ко мне со стороны прорешины в заборе за моей спиной, женский и мужской смех. Я хорошо знал эту часть города и сразу понял, что кто-то сбежал из бара, что был неподалёку. В другой раз я бы предпочёл остаться незамеченным для них, но в силу своего бренного настроения сидел дальше на скамейке. Голоса приближались, и я всё же захотел уйти, но уже поздно, остался. На минутку мне показалось что я и не хочу никого встречать что я люблю своё одиночество, а это жгучая ноющая боль под солнечным сплетением лишь напускное, что мне будет ещё хуже с кем-то, что я совсем не пригоден в этом мире, наверно родился не в то время не в том месте, они подошли ближе я уже мог разбирать слова.
– Обожаю так делать, сколько мы не заплатили? послышался мне громкий немного с хрипотцой какой обычно бывает у курящих людей, но приятный женский голос.
– Да не знаю, тысячи три. Ответил ей уже мужской голос. Я усмехнулся ушли не заплатив, как романтично порой не платить в барах или воровать книжки, я так не делал, но это безумно романтично, наверное…
Они уже почти вышли на мою скамейку, и чтобы не напугать их, да и по случаю опустошения моей первой на сегодня алюминиевой тары, я достал новую и открыл со смачным звуком, не знаю зачем быстро надел наушники не упустив полузакрыть глаза.
Они подошли и уставились на меня. Меня это несколько смутило и я вытащил один наушник и посмотрел на них. Это был парень лет двадцати пяти, здоровый с густой щетиной, у него было мужественное, но доброе, как бы покровительное лицо, и короткая стрижка, от него просто веяло силой, и девушка которую я уже где то видел, с красивым веснушчатым немного стервозным, но милым женственным лицом, которое обрамляли длинные каштановые волосы, она безусловно мне понравилась сразу же ещё тогда когда то очень давно, как я и предполагал в одной руке у неё была сигарета. Она красиво выдохнула дым, дешёвый, но эффектный трюк особенно с этими подвижными изящной формы бровями, хотя этот жест скорее был машинален как и многие жесты у многих женщин заставляющие смотреть на них с изумлением.
– Не заплатили в баре? наконец сказал я чтобы прекратить тишину, я чувствовал себя виновным за то что я встретил и прервал их весёлый поход.
– Я хотела заплатить, но он мне не дал, сказав что никогда не платит барменам мужчинам. Сказала девушка и ткнула парня в бок.
– Моими стараниями когда ни будь в барах бармены будут только девушки. Cказал парень и присел рядом, с задумчивым видом посмотрев вперёд, видимо представляя как все бармены превратятся в знойных красавиц, и наверное было бы неплохо если бы все учителя, врачи, водители, и много ещё кто последовали их примеру.
– По моему отличная идея. Подхватил я, и так как мне нечего было больше сказать, да и говорить я особо ещё не хотел, выпил из только что открытой банки пива. Услышав глотки парень с тоской посмотрел на меня, и мне ничего не осталось как достать из своей сумки одну из припасённых банок, и угостить его.
– Спасибо. Сказал парень и живо открыл свою банку, видно было что они вдвоём давно уже «навеселе», и даже если постараться мне не скоро удастся догнать их.
– Не за что. Сказал я и мы стукнулись банками.
Девушка была полна энергии, буквально пританцовывала и игралась с ветром возле нас, было ли это алкогольное опьянение или не алкогольное, либо она само по себе была такой я не знал, но все это выглядело весьма комично, и красиво.
– Ты что тут грустил сидел один? Спросила она когда ей чуть поднадоели её танцы.
– Да, вот пива прикупил себе, думал посидеть немного.
– А тут ворвались мы! Сказала она и провела двумя холодными ладонями по моим щекам, и продолжила свой танец, ибо ветер задул с новой силой.
– Ты уж нас извини, сказал парень. – Меня Серёга зовут, а эту танцующую с ветром вроде бы Юля, и её ты тоже извини. Сказал парень ухмыляясь и девушка в знак согласия сделала неопределённый танцевальный жест.
– Вы только что познакомились? Мне всё больше нравилась одухотворенная особа передо мной, и я бы вероятно выдал себя если бы они не были так пьяны, хотя может и не были.
– Да не то что бы, но не сильно давно, но сейчас успели как следует напиться, по крайней мере я, так что считай мы теперь с ней друзья навеки. В подтверждение он зычно рыгнул, и Юля в знак неодобрения подобных жестов начала потихоньку удаляться, уплывать от нас, приближаясь к самому яркому кругу на земле под ближайшим фонарём. Я ласково смотрел на неё, и Серёга это приметил.
– Знаешь, познакомься с ней. Сказал он мне на что я удивленно на него посмотрел.
– Я не хочу сказать что она шлюха. Продолжил он. – Просто познакомься, а дальше как пойдёт, познакомься поближе. Повторил он и снова рыгнул и выпил.
Я понятие не имел как я могу с ней поближе познакомиться, и что пойдёт дальше, но очень желал это сделать, и так как ничего не мог придумать, решил что мне стоит выпить залпом очередную банку что лежала у меня в руке, и тогда я уж точно что нибудь придумаю. Серёга ухмыльнулся увидев мой этот жест отчаяния и дружески похлопал по плечу, мне раньше очень не нравилось когда ко мне вот так кто-то прикасался, но на этот раз это было так естественно и приятно, что мне даже понравилось.
Погода наращивала свои обороты, в воздухе чувствовалось напряжение, ветер дул все сильнее и сильнее обдавая приятной прохладой, зашумели почти забренчали листья деревьев уже с пару недель дожидавшиеся дождя. Юлю все это ещё больше подбадривало и она словно бы парила, равномерно медленно кружась, казалось что она потихоньку поднималась по спирали вверх, в своём легком платье, подхваченная ветром и шумом штормовой погоды.
Вдруг она улыбнулась куда то и резко побежала в противоположную сторону, как оказалось позже, там были охранники которых выгнали ловить пропавших не оплативших счет клиентов, и которые вовсе не хотели кого бы то ни было ловить. Но Юля побежала и побежали мы с Серёгой вслед за ней, не особо понимая зачем это делаем, ветер и шум погоды придавал радости и энергии, казалось что я влился в какую то колею, и я удивлялся почему никогда этого раньше не делал, не бежал вот так посреди ночи в парке подхваченный ветром, за красивым мерцающим образом в воздушном платье от которого до меня долетал приятный аромат её духов, казалось что ничего раньше не было, и что ничего не будет, казалось что вся моя жизнь и есть именно этот бег, мне очень захотелось хохотать и смеяться что я с удовольствие и делал как делала и Юля и отчасти Серёга пока не запнулся, не упал и не расшиб себе лоб потеряв сознание.
Когда это случилось, мы были уже на противоположной стороне парка, и от предполагаемых охранников не было и следа. Место где мы остановились было освещенной окружной деревьями небольшая зеленой аллеей сквозь которую проходила тропинка, чуть позади нас торчал корень дерева, об который запнулся Серёга, но упал он мягко только небольшой камень лежавший как раз там где приземлилась его голова сыграл злую шутку. Перевернув его я обнаружил небольшую шишку над правой бровью.
– Обычно люди не вырубаются от таких ударов, наверно он просто уснул от алкоголя. Сказал я, девушке показывая ей его.
Но Юлю это объяснение не устраивало, да и меня если честно тоже, наверно я хотел казаться более развязным. И мы решили отвезти его в травмпункт, мне пришлось волоком почти в одиночку на своих плечах дотащить его до края ближайшей дороги, и положить на небольшую лавочку, коих к счастью в нашем городе было достаточно много, вызвали такси и стали ждать, скорую вызывать было бессмысленно это бы затянулось на целую ночь, так что мы просто решили увезти его на осмотр. Юля конечно же сразу поменялась в своем настроение, и резко устала, я сидел придерживая Серёгу чтобы он не свалился, а с другой стороны на меня облокотилась Юля и сонно зевала смотря то на Серёгу то на меня. Ветер все сильнее дул и я почувствовал её рядом, я не сдержался от наплыва нежности подгоняемого алкоголем, и сказал ей что она очень красивая девушка, на что он чмокнула меня в щеку и продолжила дремать с открытыми глазами. Такси приехало через минут пятнадцать, таксист оказался простым парнем лет двадцати, и не задавая лишних вопросов помог разместить Серёгу на заднем сиденье, а так же потом внести в травмпункт, который был не так уж далеко. На осмотр его приняли быстро, там было всего несколько пациентов, один весьма плохом состоянии, с окровавленным избитым лицом, и кажется сломанным носом, и два с немного подбитых, видимо его друзья, или тех кто просто решил вступиться, и привести его сюда. Нас попросили подождать в приемной, и Юля окончательно задремала у меня на плече, мне нравилось ощущать её тепло и тело и я готов был сидеть так до утра, но вскоре Серёга сам самостоятельно вышел из приемной, с пакетом льда который изредка прикладывал к разбитому лбу. Мне показалось что он совершенно не терял сознания, а просто притворялся, в чем он мне по секрету через долгое время и признался, смысл этого действия я так до конца и не понял. Юля уже спала и я предложил Серёге всем вместе поехать ко мне домой, чтобы спокойно переночевать, нам не хотелось будить девушку и допытывать её где она живет, мы были истинными джентльменами.
В квартире у меня было две кровати, одна была матери, а вторая моя, я думал как нас всех уложить, но Серёга решил эту проблему просто. Когда он зашёл в квартиру, он стукнулся плечом об косяк, громко выругался, рыгнул, и проследовав по инерции в комнату моей мамы рухнул поперёк её двухместной, хорошей, чистой, заправленной кровати, я улыбнулся представив реакцию своей мамы если она все таки была дома, и ещё бы только ложилась спать, или уже спала. Юля ненадолго посетила ванную комнату, и выйдя оттуда умытой и ещё более уставшей спросила куда ей лечь, я предложил ей покушать, или попить чая, и услышав отрицательный ответ проводил её в свою комнату, молясь о том чтобы она не заметила тот хаос что творится там, к счастью окно весь день было открыто и теперь там было свежо и прохладно. Она ловко скинула платье оставшись в одних трусиках, и живо пробралось под одеяло полностью свернувшись под ним клубком, и почти сразу уснула возле стенки на моей кровати. Я пошёл на кухню налил себе чай, приготовил небольшой ужин, и уже полностью отрезвев, спокойно покушал прислушиваясь к звука дождя который как раз успел начаться как только мы вошли в дом, кот разбуженный ввалившимся в дом Серёгой затребовал у меня свой законный ужин, и я быстро вылил ему в миску пакетик жидкого корма вперемешку с сухим.
Доев, и сидя на кухне один в тишине, я мысленно прокрутил в голове этот сумбурный вечер, и был слегка озадачен этим легким знакомством, и тем фактом что почти незнакомые люди спят в моей квартире, но то что в моей комнате под моим одеялом спит миленькая красивая девушка компенсировало моё беспокойство, я взял ещё одно покрывало и подушку и улёгся на свою большую кровать с другой стороны, места там было много и каждый из нас бы мог позволить себе даже немного «раскинуться» при этом не задеть друг друга. Юля спала спиной к стене и из под одеяла было видно только закрытые с длинными ресницами глаза, немного полюбовавшись на них при сумрачном свете, я спокойно уснул под звук бившихся об окно капель дождя, на улице был настоящий ураган.
Проснулся я от шороха страниц, было уже утро, но это совсем не чувствовалось, небо был сплошь затянуто тучами и в комнату доходил лишь слабый отпечаток света. Юля рассматривала лежавшие в предназначенном для них углу книги на полу. Я содрогнулся когда увидел у неё в руках мою тетрадку со стихами, которую она по видимому успела если не прочитать, то пролистать, только она могла так шуршать, ибо страницы у ней были исписанные, и затасканные кое-где виднелись отпечатки кофейных кружек, и непонятные неопределенные рисунки, которые я машинально рисовал между строками, пока был в своих мыслях. Совсем недавно я написал туда примерно такой стишок:
Болью накладывается час на час, минута на минуту, и каждая секунда отдаёт хрипом стука испорченных старых настенных часов, они давно знают когда я буду мертв, когда я закрою свою дверь на засов и вспорю вену из которой вытечет весь остаток, так и невысказанных мною слов. Я мёртв. Мой друг я давно уже мёртв.
Не повидать мне больше снов, не поесть обеды,
не порассуждать о небе,
не помечтать о лете..
всё что я сейчас мог это сказать пару слов, на прощанье, и я не ищу себе оправдания, просто моё время пришло, я давно к этому шёл, я вас никого не виню, никого не люблю, ничего не хочу, ничего не могу. Я устал. Ухожу. Я умру.
Мне повезло что оно было в этой тетрадке, а не на отдельном листке написанное например кровью, мне конечно было плохо, но кончать жизнь самоубийством я не собирался, мне надо было просто об этом написать, я всегда так делал когда меня что то сильно мучило, ничего другого так не помогало мне избавляться мне от своих чувств.
Вот например, ещё одно, написано оно было после того как меня немного избили за мой же длинный язык.
нос разбит, сознание смято
кровь течет, вокруг все в пятнах
тут узор, а там печать проклятья
в руках дрожь, в костях излом
мне бы вспомнить где мой дом
я не умру а просто встану
залечу любую свою рану
доползу доберусь достану
от спасенья не воспряну
ещё чуть чуть ещё бы шаг
я на пороге не провалившись в мрак
так хотелось бы упасть в нежный омут этих врат
и забыться и замкнуться
в небытие бы окунуться
но я не умру а просто встану
и залечу любую свою рану.
Мой друг которому я показал его сказал что это похоже на русский рэп, и я посмеявшись совсем забыл и про этот стих, и про то что мне кто то побил. Кроме того там было много стихов про одиночество, а до это про неразделенную любовь, многие, да почти все из них никто не видел, они были несуразными, неуклюжими криками моей души, грязью и отходами моей сущности, и я никому не хотел портить ими жизнь.
Юля заметила что я проснулся, но ничего не сказала, она уже была в своем платье, и быстро перебралась на свое прежнее место, и немножко нежно как бы по матерински обняла меня, у меня спала легкая напряжённость по поводу того что она увидела всю мою «грязь» и я отдавшись моменту с удовольствием уткнулся ей в шею, и впервые в жизни почувствовал и запомнил её запах, который сразу же полюбил.
– Ну все хватит. Она легонько похлопала меня по спине. – Я так голодна. Я отпустил её и пошёл готовить завтрак, Серёга ещё спал, когда я прошёл мимо него, и решил принести ему большой стакан воды, чтобы он быстрее пришёл в себя.
Надо бы написать о том в каком состоянии я тогда был, помимо того что очень устал от работы, я страдал биполярным расстройством. Обычно когда пытаешься объяснить людям что это значит, начинаешь со слов, что это перемены настроения, и они сразу же думают, что это какой то легкий диагноз, ведь у всех бывают перемены настроения думают, либо говорят они и уже не воспринимают тебя всерьёз. Я попробую рассказать об этом своими словами, а не твёрдым научным языком что вы увидите если немного погуглите. Я не болел им с детства, и чувствовал себя вполне нормальным до лет девятнадцати, до того момента как не произошла история с Настей, именно тогда я научился говорить ямбами и каскадами, словесными перепадами, рисуя цветы словами, тогда я и начал писать стихи. Мне тогда было очень больно, так больно как никогда в жизни не было, и если бы моя боль по юношеской запальчивости хоть немного не преобразовалась в агрессию, я бы скорее всего сгорел бы, сошёл с ума, или покончил жизнь самоубийством, а так просто проснулся в ванне с пустой бутылкой водки и ножом в руке. Я был несчастлив и моя болезнь прогрессировала и развивалась вместе с моим несчастьем, прошло пару лет прежде чем я понял чем я болен. Вообщем то, это перепады настроения, в моем случае от чрезвычайно депрессивного и длительного периода, к менее короткой вспышкой очень хорошего, я бы даже сказал дебильного состояния, когда, весь мир игрушка и надо во все поиграть, и ты даже всех раздражаешь своей энергичностью, затем наступает третья фаза, когда ты понимаешь что происходит и пытаешься хоть что-то успеть наладить в своей жизни, что нибудь предпринять, и хоть что нибудь запланировать, пока снова не наступила депрессия, и все планы и мосты не полетят к чертям.
И сейчас, именно в этот момент начиналась первая фаза затяжной депрессии, которая с каждым разом становилась все хуже и безжалостней. Я чувствовал что она скоро придёт, именно поэтому я и купил вчера себе пива, чтобы хоть как-то нивелировать этот «обрыв», теперь когда я стоял и готовил себе завтрак, я не ощутил привычного холода, который должен был непременно начаться с утра, к вечеру привести меня в истощение, потом протаскать ещё всю ночь, не давая уснуть, и только под утро, когда я уже буду весь в слезах сползший с кровати валятся скрюченный на полу от холода и боли, он немного отпустит чтобы я хоть чуть-чуть поспал, а на следующий день все начнётся сначала, если я конечно не пойду на работу. Сегодня его не было, таблеток я никогда не пил, я видел людей под ними, и жизни в них было совсем чуть-чуть, а я все же не хотел плавать под водой, мне даже несколько нравилось всё это чувствовать, отчасти я был моральным самомазохистом наверное, ну это я говорю сейчас когда у меня хорошая фаза. Я стоял и готовил всем нам завтрак, и чувствовал лишь лёгкую колкость внутри, на удивление я много поспал благодаря алкоголю, и как мне показалось Юли, так что наверное это поспособствовало моему сегодняшнему иммунитету, да и присутствие посторонних и новых людей не давало мне расслабится.
Я позвал Юлю в зал когда все приготовилось, это были блинчики с творогом, я хотел приготовить что нибудь вкусное да и побольше времени провести на кухне, за готовкой мне лучше думалось и я мог все заново переоценить. Серёга ещё спал, и мы не стали его будить, Юля одела одну из моих длинных маяк, сказав что в платье не удобно, она была ей почти до колена, и я вспомнил как однажды провел очень гнусную ночь в ней, в чужой квартире, с кучей безразличных ко мне людей, и в чудовищном бэдтрипе, в таком что я хотел вызвать себе скорую, а руки у меня не двигались, с тех пор я её постирал и не одевал, и привил в себе отвращение к любым видам наркотиков. Вспомнив это меня чуть передёрнуло и я усадил Юлю за стол.
Кофе и блинчики в атмосфере этой погоды за окном быстро придавали сил и тепла. Мы быстро поели немного разговаривая ни о чём. Я пересел на диван удовлетворившись этой бренной трапезой, чтобы принять более комфортную позу для полного живота, и невольно увидел красивые скрещенные ноги Юли что до этого скрывались от моего вида под столом, похоже они слегка замерзли и я сказал ей чтобы она быстрее шла в постель.
Юля удивленно приподняла бровь, спокойно сказала ладно и ушла.
Я зашёл в свою комнату. Юля лежала на своем прежнем месте и по-видимому ожидала от меня каких то действий, я развернул монитор к кровати включил фильм, драму с элементами комедии, и тоже лег на своё прежнее место. Фильм оказался лёгким и не таким который надо внимательно и упорно смотреть чтобы ничего не упустить, так что у нас осталась время чтобы переглянуться и немного поговорить. В общем то это была весьма неловкая сцена, да и я чувствовал себя неловко, на толковом свидании я очень давно не был и совсем позабыл что надо говорить и делать, но свиданием это нельзя было назвать, но я все равно немного беспокоился. На помощь пришла Юля, которая в одном из драматических моментов накинула на меня своё одеяло, придвинулась ко мне и прижалась сбоку, зажав мою ногу между своих бёдер. Затем когда момент закончился и снова можно было передохнуть она перевела не меня взгляд и спросила:
– Зачем ты все это написал?
– Мне было плохо. Честно ответил я.
– Не думала что людям бывает так плохо что они от этого пишут такую несуразицу в какую то книжку. Сказала Юля шутливым тоном, но было видно что она немного обеспокоена, и она сильнее сжала мою ногу.
Я почувствовал лёгкое возбуждение, от этого жеста которое продолжало нарастать, и скоро могло быть замечено. Оно началось как только я до конца расслабился и почувствовал себя комфортно вместе с ней. И я немного отодвинулся будто мне было неудобно лежать, и получше прикрылся одеялом. Юля ничего не заметила, или заметила, этого я не знаю, но мне тогда совсем не хотелось с ней спать, точнее так желание вот так вот нежно и тепло вместе лежать, было больше чем желание её поиметь. К тому же, я все ещё не хотел её к себе подпускать так как боялся боли, и опасался что секс все может испортить, так мы и лежали, и смотрели фильм.
Он как раз закончился когда проснулся Сергей.
– Там твой завтрак на столе, иди поешь. Сказал я ему когда он шатаясь заглянул в нашу комнату, и увидел как мы в обнимку лежим и смотрим титры.
Он ушёл кушать ничего не ответив, и мы вновь остались вдвоём, играла незамысловатая сопливая песенка печальной концовки, и я вдруг почувствовал тот холод который так долго скрывался и поджидал меня за углом, я понял что скорее всего мне сейчас придётся расстаться с этой нежной теплой красивой Юлией, что смотрит на меня глазами с наворачивающимися слезами от фильма с печальным концом. Возможно не навсегда, но я так не хотел её покидать, я так не хотел чтоб она уходила, и эмоции и холод взяли вверх, и тоже накрученный фильмом я как маленькая девчонка разрыдался повернувшись к ней и зарывшись в её шею и волосы, мне хотелось чтобы она согрела меня, приласкала как маленького побитого ребёнка, спасла меня от этого холодного полного ненависти ко мне мира, и я не мог сдерживать слез свернулся, и уткнулся в неё пока меня наконец, после нескольких минут содроганий и конвульсий не отпустило. Юля инстинктивно понимая что нужно делать осторожно поглаживала, и приобнимала меня лаская, пока я не успокоился. И мне вновь стало тепло и хорошо и даже нисколько не стыдно, я почувствовал себя свободным и опустошенным, но опустошенным по хорошему, будто все плохое, а почти только это и было во мне, вышло из меня открыв место для чего то нового и лучшего.
– Ты что с ним сделала? удивленно спросил Серёга запечатлев эту сцену.
– Иди за машиной. Сказала Юля продолжая меня поглаживать.
Серёга с удивлением посмотрел за окно а потом оделся и вышел на улицу захлопнув на замок за собой дверь.
Когда я пришёл в себя и умылся я рассказал Юле, все о себе, все о своей болезни, о Насте, о работе, о холоде, она слушала меня и успокаивала продолжая поглаживать и мне никогда не было так тепло. Вскоре позвонил Серёга и сказал что скоро будет, уже близился вечер, и скоро домой должна была вернуться моя мама.
– Сейчас мы поедем ко мне на дачу собирайся. Сказала она. Я нисколько не удивившись накинул на себя теплую одежду что попалась под руку, и быстро привел квартиру в прежнее состояние, мы наскоро пообедали вчерашним супом, и принялись ждать Серёгу, уже темнело и он вот-вот должен был подъехать.
– Можно я ещё немного побуду слабым сейчас, а потом всегда постараюсь быть сильным. Спросил я Юлю.
– Конечно. Ответила она и я лёг положив ей голову на коленки пока мы не услышали сигнал за окном.
Я сел в машину пока, Юля и Сергей недолго переговаривались возле моего подъезда, все ещё лил дождь и на небе сгущались тёмные жирный грозовые летние тучи. Меня охватил лёгкий мандраж, и круговорот мыслей завертелся в моей голове. Куда я еду? Зачем? Что они там обсуждают? Меня не сегодня так завтра потеряют дома, хотя что мне терять. Я посмотрел на них через стекло, вроде бы не плохие люди, зачем я им, Юля хорошая, но помни что с тобой сделала последняя девушка что ты подпустил, я сильно много думаю, думаю, думаю, и всё порчу своими думами, надо просто расслабиться, и плыть по течению не ища подвоха, сделай это ради себя хоть раз, убери свою оборону хоть на час, упади в пучину её глаз, хотя не стоит пытаться к ней лезть, ничего не делай. Наконец что-то необычное в моей жизни, то чего я хотел, о чем мечтал и просил, радость чего-то нового и не изведанного овладела мной, и я больше не сомневался в правильности моего выбора. Машина была небольшим миневэном, её багажник был забит какими-то вещами, примерно так же мы собирались с семьёй на Байкал, под ногами валялись бумажные обвертки от фаст-фуда и пустые бутылки. Юля чему-то согласилась растерянно разведя руками, и они пошли к машине, вторая задняя дверь приоткрылась, и она глядя на меня блестящими и хитрыми глазами уселась рядом. Серега завёл мотор, включил музыку, и мы поехали с довольно быстрой скоростью куда-то по городу. Слышно было как ветер завывает и бьёт по машине немного креня её, крупные капли били по стеклу, у меня вдруг от всего этого пошли мурашки по коже, я всегда отличался острой эмоциональностью, на такие казалось бы тривиальные моменты, уже совсем стемнело и я уже хотел было замечтаться в этом состоянии смотря на ночной город и грозу, что я бы и сделал если бы не Юля, она начала с того что внезапно положила мне руку на коленку, чем не мало ошарашила меня, потом так же неожиданно как к испуганному дикому животному которого хочет приручить потихоньку прильнула ко мне, как только я захотел сделать какие либо ответные действия она отстраняла меня и через некоторое время снова начинала играться, то покусывала мне мочку уха, поворачивала моё лицо к себе прожигая меня насквозь своими огромными блестящими глазами, то опять отдаляясь отвернувшись к окну и в лице её проскальзывала печаль, а потом так же резко загораясь снова, играла со мной дразня и обнимая, от неё очень вкусно пахло. Мне быстро надоели её игры, я хотел её, и взял инициативу на себя, она похоже давно этого ждала, и как бы механично начала снимать с меня одежду, я кажется утонул. Утонул в блаженстве прелюдии, в этой еле знакомой мне женщине что спасла меня сегодня утром которая так умело расшевелила и возбудила меня, желание всё больше нарастало, оно колотило во мне древними инстинктами, жар сближения воспалил мозг, предвкушение в наивысшей точке, даже замученный от жажды в пустыне путник так не хотел воды как я её. Каким-то чудом я успел заметить, что Серёга наблюдает за нами в зеркало, в его взгляде не было ни ревности, ни злости, ему нравилось то что происходит, он прибавлял скорости мы ехали уже где-то за городом, свет фар летел впереди освещая столбы воды и мокрый сине серый асфальт. Юля уже не отвлекалась ни на что кроме меня, музыка, гудение мотора, трель падающих капель, редкие проезжавшие мимо машины мелькающие двумя огоньками в окне, все это слилось в один живой пульсирующий организм, я никогда не испытывал ничего подобного, все мои желания, все мои мечты, всё слилось в один момент, я на мгновение пропал из этого мира времени и увечий, и очутился в не постижимом мире где нет ничего кроме нас двоих и наслаждения.
Der kostenlose Auszug ist beendet.