Buch lesen: "История села Левжа"

© Роман Васильевич Прокопьев, 2026

ISBN 978-5-0071-1145-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Введение

Село Левжа Рузаевского района Республики Мордовия имеет историю, охватывающую более 350 лет. Насыщенные событиями 350 лет. Порою трудно одномоментно осознать весь этот пласт — соединить разные эпохи в едином восприятии: от основателей деревни XVII века и до нас, людей XXI века. Историю написали сами жители села разных эпох своими действиями и поступками. Я лишь свёл её воедино.

Источниками для книги послужили самые разнообразные исторические материалы и документы. В первую очередь — архивы: Центральный государственный архив Республики Мордовия (ЦГАРМ), Государственный архив Пензенской области (ГАПО), Российский государственный архив древних актов (РГАДА), Российский государственный исторический архив (РГИА), Российский государственный военно-исторический архив (РГВИА) и другие. В значительной части ссылки в книге приводятся на научные статьи, монографии, исследования, сборники документов — авторы этих работ также ссылаются на архивы. Но поскольку я беру информацию из их трудов, то даю ссылку именно на них. Однако и с архивами в ходе написания книги я работал лично. Что можно было изучить удалённо — изучил по оцифрованным документам (спасибо архивистам за предоставленные возможности), что не оцифровано — изучал лично или при помощи исполнителей. Дважды посетил Центральный государственный архив Мордовии, а для получения копии из РГАДА одного из важнейших документов по истории Левжи, пролившего свет на вопросы её основания, воспользовался помощью исполнителя. Таким же способом изучил нужный выпуск «Пензенских губернских ведомостей» из архива Пензы. Что касается источников о могильнике, то ввиду ещё длящегося процесса его изучения и недостатка научных статей, многие ссылки приведены на выступления археологов на конференциях, заметки и статьи в их соцсетях и на сайтах организации. Большой пласт источников по истории села советского времени составили выпуски газет.

Книга охватывает период с основания села в 1672—1673 годах и вплоть до 1970-х годов. По структуре исследование построено как хронологическое повествование по главам, каждая из которых посвящена определённому периоду. Главы сопровождаются картографическим материалом, фотографиями села и его жителей, копиями архивных документов, а также фотографиями предметов по истории Левжи. Для сохранения структуры книги в конец вынесены самые объёмные приложения: списки участников войн, репрессированных, сводные статистические таблицы, а также галерея фотографий участников Великой Отечественной войны — уроженцев Левжи. На обложке книги изображен фрагмент плана Саранского уезда 1805 года¹.

Ссылки на источники в тексте оформлены в квадратных скобках с номером сноски, отсылающей к списку примечаний в конце книги.

До настоящего времени полноценного исторического исследования села Левжа не существовало — имелись лишь отдельные публикации и краеведческие материалы, затрагивавшие преимущественно вопросы культуры и быта. Эта книга призвана устранить этот пробел.

«Богдашки Маресева с таварыщи» — истоки Левжи и могильник «Калмаляй»

Самый первый вопрос, который возникает при изучении истории населённого пункта, — дата его основания. С какого момента началась история города, села или деревни? Зачастую из-за отсутствия источников на этот вопрос удаётся дать лишь приблизительный ответ. В случае с Левжей повезло.

В Российском государственном архиве древних актов (РГАДА) сохранилась переписка Печатного приказа, удостоверявшего подлинность документов, с приказом Казанского дворца, ведавшего управлением Среднего и Нижнего Поволжья. Эта переписка проливает свет на раннюю историю Левжи².

Суть заключалась в следующем. В сентябре 1683 года (7192-го от сотворения мира) был составлен официальный документ по указанию царей Иоанна Алексеевича (Ивана V) и Петра Алексеевича (Петра I). Документ адресован печатнику Дементию Миничу Башмакову и его коллегам. В нём содержится указ обратиться в приказ Казанского дворца к боярину князю Якову Никитичу Одоевскому. Вопрос состоял в следующем.

В 1672—1673 годах (7181 год от сотворения мира), при царствовании царя Алексея Михайловича, в Саранск была выдана грамота на имя Ивана Касагова и подьячего Федора Трофимова. Эта грамота касалась челобитной жителей деревни Левжи — мордвы во главе с Богдашкой Маресевым. Суть челобитной заключалась в просьбе разрешить поселиться на Левженском поле. В документе ставится вопрос: была ли данная грамота запечатана, то есть официально утверждена, и если да — то в каком именно году, месяце и числе это произошло. Документ выписал дьяк Семен Струков по прямому указанию государей для проведения проверки.

Это один из важнейших исторических документов по истории Левжи. Из него становится ясна дата основания села — 7181 год от сотворения мира, который соответствует 1672—1673 годам от Рождества Христова — дате подачи челобитной с просьбой разрешения поселиться на Левженском поле. Почему два года, а не один? В допетровской Руси Новый год начинался не в январе, как сейчас, а 1 сентября. Поэтому 7181 год охватывал период с сентября 1672-го по август 1673-го. Для перевода древнерусских дат на современный календарь из указанного года принято вычитать 5508 лет (если событие приходилось на январь-август) или 5509 лет (если на сентябрь-декабрь). Так что челобитная, поданная в 7181 году, могла быть написана как в конце 1672-го, так и в начале 1673-го.

Полный текст этого документа, без моих объяснений, приведён в Приложении №1 в конце книги.

И что очень интересно: в документе приведено имя одного из основателей деревни — мордвина Богдашки Маресева, который с товарищами подал челобитную. В данном контексте обратим внимание на второе название Левжи — Богдашкино. Предположение о происхождении топонима Богдашкино от имени первопоселенца выдвинул известный литературовед Иван Корнилович Инжеватов в своём топонимическом словаре Мордовии. Но тогда это оставалось лишь предположением, а Богдашка — легендарной фигурой. Теперь это документально подтвержденный факт.

В основе же топонима Левжа лежит мокшанское слово «левож» — «мочало». Среди жителей был развит промысел по заготовке липового лубка и изготовлению из него мочала. Такое объяснение происхождения названия также приведено у Инжеватова И. К.³

В интернет-ресурсах встречается и иное объяснение: на месте будущего села было болото, заросшее осотом. По-мокшански болото — «лебонь», осот — «шяй». Получилось «лебоньшяй», впоследствии упрощенное до «Левжа»⁴.

Интересно, что в документах XIX — начала XX века изредка встречается национальная приставка в названии — Мордовская Левжа⁵. Однако широкого распространения она не получила. Делалось это, чтобы избежать путаницы с современными Стрелецкой Слободой и Полянками, которые имели вторые топонимы — Лемжа и Левжа.

Вернемся к основанию села. Следующий логичный вопрос: из каких мест пришла мордва, основавшая Левжу? Ответ находим в нескольких источниках.

Сначала обратимся к статье историка и архивиста Александра Александровича Гераклитова «Саранский уезд XVII в. и его мордовское население». Освоение здешних территорий началось после строительства Саранско-Атемарской засечной черты. Гераклитов описывает процесс переселения мордвы из Темниковского уезда на территорию Атемарского, а позднее — Саранского уезда (впервые упомянут в 1649 году). Мордва переселялась самовольно и приписывалась к новообразованным населенным пунктам. Так люди спасались от усиливающегося феодального гнёта на старых местах и стремились получить свободные земли и льготы на новых. Старым Темниковским властям мордва перестала платить подати, а в случае попыток сбора даже отстреливалась из луков по их сборщикам. Впоследствии переход мордвы на новые земли был санкционирован грамотой из Москвы от 28 августа 1648 года на имя Темниковского воеводы князя Я. А. Шелепанского: «Которая мордва выбежала из Темниковского уезду и живут в новых городах — и той мордве велено всякие наши доходы платить в тех городах, где кто живет»⁶.

Указывает на Левжу и этнически-территориальную принадлежность населения, её основавшего, легендарный мордовский краевед Иван Дмитриевич Воронин в работе «Саранская сторожевая черта и город Саранск в первые годы его существования». Вот что он пишет: «Из приведенных выше данных выясняется, что ко времени постройки Саранской крепости, на юг и юго-запад от неё, по левую сторону реки Инсары находились преимущественно владения мордвы-мокши Темниковского уезда. Здесь стали появляться уже небольшие поселения мордвы — Перхляй, мордовское поселение на месте нынешней Рус. Свербейки и др. Южнее Перхляя также были владения мордвы Темниковского уезда, где впоследствии образовались мордовские поселения Сузгарье, Левжа, Мордовская Пишля»⁷.

Датировка подачи челобитной с просьбой поселиться хорошо соотносится с археологическими источниками. Левженский могильник, открытый при строительстве дороги «Северный объезд Рузаевки», датирован концом XVII — первой половиной XVIII века. Раскопки производились летом 2021 года, были вынужденными и носили охранный характер. Изучением старого кладбища занималось ООО «Экспедиция» из Липецка (директор — Козмирчук Игорь Анатольевич) с привлечением археологов и исследователей из разных регионов России. Непосредственным руководителем полевых исследований выступил сотрудник «Экспедиции» Тропин Николай Александрович. Если бы не археологи, дорогу проложили бы по человеческим останкам без возможности перезахоронения и с утратой всего культурно-исторического наследия.

Официальное название могильника — «Грунтовый могильник у с. Левжа». В простонародье эта местность издавна называется «Калмаляй» — от мокшанских слов «калма» (кладбище) и «ляй» (речка). Историческая память о могильнике отложилась в народной топонимике. Все жители знали, что в той области находилось старое кладбище, но точное его местоположение не знал никто.

Полевые исследования завершились ещё летом 2021 года. Однако камеральная обработка, фиксация, анализ и реставрация находок ввиду их огромного количества — более 66 тысяч, как отмечают сами специалисты, — могут занять годы, а то и десятилетия⁸. Надеюсь, что по окончании исследований будет выпущена монография, которая соберёт воедино всю полученную информацию и сможет рассказать об историческом наследии левженского могильника со всех сторон. Я же остановлюсь на самом основном.

Могильник располагался в 1 км от северо-западной окраины Левжи. Общая площадь исследования составила 3133 квадратных метров. В результате раскопок изучены 590 погребений, насчитывающих 645 костяков: 170 мужских (26%), 191 женских (29%), 290 детских и подростковых (45%). В 25 погребениях кости не сохранились. Благодаря найденным монетам удалось надёжно датировать основную часть погребений концом XVII — первой половиной XVIII века,⁹ что, как я уже отметил, соотносится с документальным подтверждением основания Левжи — подачей челобитной Богдашкой Маресевым в 1672—1673 годах.

Из всего числа погребений в 200 из них зафиксированы признаки погребальных сооружений. На основе анализа ряда хорошо сохранившихся деревянных конструкций были выделены интересные закономерности. Например, гроб из погребения №150 отражает особенность, которая фиксировалась в нескольких захоронениях. В данном случае женщину подзахоронили к ранее умершему супругу. Её гроб разместили по левую сторону от мужа. Могила супруга раскапывалась, на что указывают разрозненные мужские кости. Боковая стенка из женского гроба убиралась, чтобы между супругами не было преграды. Голова супруга повёрнута к жене, женский череп лежит прямо. В других случаях головы супругов повёрнуты друг к другу, или рука жены лежит на груди мужа¹⁰.

Так как могильник принадлежит языческой дохристианской мордве, он изобилует различными находками. В женских захоронениях сохранился богатый набор украшений и деталей мордовского народного костюма: бусины, бисер, накосники, шумящие подвески, браслеты и перстни, фибулы-сюльгамы (застёжки), монисто (медные жетоны). Благодаря находкам учёные смогли понять, как была выстроена система украшений и восстановить облик женского костюма мордвы¹¹. Интересны и раковины-каури, также использовавшиеся в украшениях. Их особенность в том, что привозили их из Индийского океана — исторически главным поставщиком раковин был Мальдивский архипелаг. В Мордовию раковины-каури попадали через Индию, Персию, Астрахань и далее вверх по Волге на различные ярмарки¹².

При этом в могильнике встречаются не только мокшанские, но и эрзянские украшения. В связи с тем, что в могильнике выделены две четкие ориентировки погребённых — с одной стороны холма головой на юг, а с другой стороны — головой на север, было высказано предположение о принадлежности части населения, оставившего могильник, не только к мокше, но и к эрзе. По мнению этнографов, мокша хоронит покойников головой на юг, а эрзя ориентирует их на север.

В связи с этим провели исследование по сопоставлению краниометрических показателей (методика измерения черепа с целью определения этнической принадлежности) двух подгрупп могильника, выделенных по типу погребального обряда с различной ориентировкой. Всего было изучено 286 черепов. Вывод: анализ морфологических особенностей черепов позволяет выделить единый комплекс с рядом общих характеристик для обеих групп. На основании совокупности характеристик население, оставившее левженский могильник, можно в большей степени сблизить с мордвой-мокшей. В ходе исследования не обнаружено взаимосвязи между краниометрическими особенностями индивидов и изначально выделенной ориентацией их погребений в могильнике¹³.

Таким образом, различия в ориентировке не связаны с этнической принадлежностью, а имеют другое объяснение.

В чём же причина различий в погребальной ориентировке? Могильник расположен на мысе, образованном двумя руслами ручья. Территория холма ограничена водой — один склон направлен на юг, а другой на север. В финно-угорской мифологии есть упоминание о реке, текущей в загробный мир. В связи с этим умерших хоронили ногами к воде, чтобы помочь душе найти путь в загробный мир. Иными словами, ориентировка зависела не от сторон света, а от того, с какой стороны холма находится вода¹⁵.

При этом не стоит забывать и про территорию, откуда переселялись основатели Левжи, о чём уже говорилось. Темниковский уезд исторически был населён мокшей. О владениях мордвы-мокши Темниковского уезда в данном районе писал и И. Д. Воронин в уже цитированной мною работе. Кровнородственные связи левженцы устанавливали исключительно с жителями мокшанских деревень, о чём пойдёт речь в следующей главе при анализе ревизий. Если бы часть населения принадлежала к эрзянскому субэтносу, это также несомненно отобразилось бы в заключении браков с жителями эрзянских селений. Однако ни одного такого факта мы не наблюдаем. Наличие же эрзянских украшений в могильнике объясняется культурными контактами между населением двух субэтносов мордвы.

Теперь рассмотрим мужские погребения могильника Калмаляй. Для них характерны находки ножей и кресал. Научный руководитель ООО «Экспедиция» Николай Александрович Тропин в особый ряд выделил кресала-отвёртки. Они могли применяться как для разведения огня, так и в качестве инструментов для обслуживания оружия. По его мнению, наличие таких находок свидетельствует о том, что в могильнике похоронены действующие или отставные солдаты эпохи Петра I и Анны Иоанновны¹⁶.

Единственным предметом боевого вооружения, найденным в Калмаляе является боевой топор времён Хазарского каганата (конец VIII — первая половина X века), отнесённый исследователями к салтовской культуре¹⁷. По мнению Николая Александровича Тропина, топор передавался по наследству в семье¹⁸.

Интересны и находки перстней-печаток. На некоторых из них изображены сюжеты, как, например, «Суд царя Соломона». Другие печатки являются гербовыми с изображением копейщика²⁰.

Если вести речь о нумизматическом материале, число найденных экземпляров которого превышает 2 тысячи, то большая часть монет изготовлена либо на территории Русского царства в XVII веке (серебряные копейки), либо уже в Российской империи (медные монеты). Интересны несколько экземпляров зарубежного происхождения — счётные жетоны из Нюрнберга. На одном из них с одной стороны изображён французский герб, а на другой — король Людовик XIV²¹. Жетоны поступали в Левжу в ходе торговых связей предположительно по следующему маршруту: Нюрнберг — Амстердам — Архангельск — Вологда — Ярославль — Нижний Новгород — Саранск — Левжа²².

Казалось бы, мы не сможем установить имена левженцев, живших в то время и похороненных в могильнике. Но, к счастью, некоторые документы того периода сохранились. Например, нам известна «Книга сбора оброка с пчельных заводов с ясашной мордвы Саранского уезда» за 1704 год. В ней приведен список жителей Левжи, занимавшихся пчеловодством, с указанием количества ульев у каждого и подсчётом налога. Особый интерес в этом документе вызывают именно сохранившие и задокументированные дохристианские имена левженцев того времени. Привожу документ:

«Деревни Левжи с мордвы Полатки Сабаева с 16-ти ульев, Ерки Ермоватова с двух ульев, Родайки Бебишева с 21 улья, Тогонашки Нуштаева с 45-ти ульев, Токсарки Неверова с 4-х ульев, Стеньки Неверова с 1 улья, Матайки Ефаева с двух ульев, Кедки Велмисева с 1 улья, Татарки Сергеева с восемнадцати ульев, Трешки Кудашева с 1 улья, Бегишки Ефаева с 1-го улья, Любимки Байкина с 3-х ульев, по 8 денег с улья, всего со ста пятнадцати ульев денег 4 рубля 20 алтын взято»²⁴.

Существует и другой документ, из которого мы узнаём численность населения Левжи в том же 1704 году, — «Книга сбора пошлин с мордовских кереметей и мольбищ Саранского уезда». В Левже тогда жил 471 житель. Привожу документ:

«В деревне Левже женатых 106, вдовцов 6, холостых и малых ребят 137, вдов 7, девок 109, замужних жен 106, итого 471 человек, с них данных денег 5 рублей 25 алтын 4 деньги взято»²⁵.

При этом существует некий миф, опубликованный в некоторых интернет-источниках о том, будто во времена существования могильника Левжа находилась в другом месте. Называются разные расстояния, вплоть до двух километров. Никаких доказательств, правда, не приводится. Зато причины последующего переселения называются самые разные — от повальной эпидемии, до… крещения. Якобы левженцев крестили, и они по этому поводу решили перейти на новое место. Логическая связь между крещением и переселением, однако, отсутствует.

Заблуждение возникло ещё до открытия могильника. Некоторые необоснованно могли полагать, что Левжа прежде находилась в Калмаляе, по месту расположения старого кладбища.

Что же по этому поводу скажет нумизматический материал, но уже не из могильника, а из огородов современных жителей Левжи по ул. Октябрьская? А вот что: в огородах по Октябрьской местные жители находят монеты, соответствующие периоду существования могильника. Мне известны факты находок медных монет первой половины XVIII века.

Версию о первоначально ином расположении Левжи как недостоверную оценил и Николай Александрович Тропин в разговоре с посетителями экскурсии на месте археологических раскопок 25 августа 2021 года. Так что важно отделять мифы от подтвержденных исторических фактов.

Медная полушка времён Анны Иоанновны (1730—1740). Найдена местными жителями на ул. Октябрьская. Находки монет первой половины XVIII века на этой улице подтверждают, что Левжа располагалась здесь же и в ранний период своей истории, а версия о её первоначально ином расположении не находит подтверждения