День неохотно просыпался в холодном осеннем тумане. Солнце так и не показалось, предпочитая отсиживаться за пухлыми серыми облаками. В жемчужном свете четко просматривались опаленные останки некогда королевского дворца. Он был символом власти и оплотом безопасности для всего королевства и стоял на холме, возвышаясь над всеми Тенистыми Низинами. Теперь же казалось, что разрушен не только он, но и весь город, лежащий вокруг него.
Пробуждение было тягостным. Слухи ходили разные, даже самые невероятные о бунте и нападении соседей. Люди гадали, что же на самом деле произошло ночью во дворце, и кто развесил объявления об общем сборе на площади. Говорили вполголоса и предпочитали не выходить из дома без крайней необходимости. Многие лавки утром так и не открыли свои двери покупателям, а во многих домах так и не рискнули зажечь даже маленькую свечку несмотря на утренний сумрак. Город чувствовала беду, готовился к худшему, ибо одно было ясно всем: прежней жизнь уже не будет никогда.
В лесу в маленькой хижине, стуча зубами от холода, проснулась Хейл. Она пыталась сильнее закутаться в плед, но теплее от этого не становилось. Повинуясь зову природы, девушка все же заставила себя расправить окоченевшее тело и вылезти из чуть теплой постели. Хейл открыла дверь, и дрожь пробежала по телу. Хижина была хоть и холодной, зато прекрасно защищала от сырости. Девушка огляделась и быстро прошла к ближайшим кустам, стараясь не думать, где сейчас прячется охрана. Туман своими холодными липкими лапами гладил ее по рукам, забирался под тунику, стараясь коснуться спины, нежился около лица и распушал капельками росы волосы. Хейл передергивало. Ей казалось, что всю ее окутывает водяная паутина, которую она не в силах сбросить с себя. Как можно быстрее принцесса вернулась в домик и принялась вытирать руки и лицо пледом. Мерзкое ощущение паутины стереть не удалось, а вот немного согреться получилось.
Лес просыпался так же лениво, как и город. Птиц не было слышно, видно им тоже не по душе липкое нечто, бродившее по низинам. Лишь странные шорохи и треск проникали сквозь щели в единственном окне. Признаков человека в лесу не было. Хейл даже не могла сказать, охранял ее кто-нибудь ночью или нет. При этом она чувствовала, что за каждым ее шагом пристально следят. Конечно, она привыкла к этому с детства. Однако если раньше все старались предугадать ее желания, то теперь все ждали ее ошибки. Холод снова пробежал по спине принцессы. Она беспомощно осмотрелась в поисках безопасного предмета для раздумий и уткнулась взглядом в стол. Там ее ждали остатки ужина, превратившиеся в холодный завтрак. Принцесса отдала бы сейчас многое за большую чашку горячего чая, даже того непонятного травяного, каким ее иногда поила мама. Однако сейчас Хейл пришлось довольствоваться ледяной водой из фляги и скудной провизией, добытой Лисом.
За окном туман клочьями повис на облетевших ветках деревьев. Принцесса не представляла, который сейчас час и во сколько она проснулась.
– Должно быть полдень уже близко, – тихо произнесла она и бросила взгляд на свои военные браслеты.
Ее ждала коронация на трон на глазах завоеванных ею людей. Хейл усмехнулась. С самого рождения ее прочили на трон. Маленькая Мариэль часто представляла себя в пышном красивом платье, стоящей перед папиным троном со скипетром в руках и с большой церемониальной короной на голове, а на плечи обязательно накинута длинная мантия. Правда, мама ей говорила, что в Хвойном Бору монархи восходят на престол без всякой мантии в зелено-золотом платье, сшитом специально для церемонии. Фантазия девочки рисовала все совсем по-иному. Сейчас же вся эта мишура не имела никакого значения.
Коронация Хейл будет быстрой и больше похожей на обращение захватчиков к народу, чем на праздничный ритуал. Ее здесь не ждут и вряд ли захотят видеть своей королевой. Однако принцессе нужно закрепиться, нужны безопасные земли для отступления в случае неудачи в дальнейшем походе. Ей нужен был номинальный дом, который всегда примет обратно, хочет он того или нет. Хейл отошла от окна, села на постель и обхватила голову руками. О чем она думает? Во всем этом плане не было ни слова о людях, которые здесь живут уже несколько поколений. Она даже не пыталась представить, каково будет им под властью банд, под ее властью. Принцесса прекрасно понимала, контролировать банды она не сможет. Ее душа замирала от осознания ужаса, принесенного в эти земли, только вот разум уже повернулось к войне. Жертвы будут, и это просто надо принять. Резким движением Хейл схватила браслеты, лежащие у ее изголовья, и защелкнула их на запястьях. Она пойдет против королей, а не простого народа. Тем нужно будет лишь дать ей возможность пройти. Принцесса поднялась и, глядя во все еще затуманенное окно, наощупь распустила волосы и переплела косу. Осталось немного подождать, и она покажет отцу, какой королевой выросла его дочь.
В полдень на площади было не больше света, чем утром. Туман лениво покидал низины, небо же все равно отказывалось расчищаться и пропускать солнечный свет. Тучи не двигались в ожидании событий, разворачивающихся под ними. Город стекался на площадь. По всем улицам, переулкам и тайным тропам люди шли на зов неизвестных объявлений. Кто-то шел из страха, кто-то подчинялся чувству толпы, но большинство влекло любопытство. Люди надеялись узнать, что произошло во дворце, и куда делась королевская семья, в глубине души уверенные, что их собственная жизнь от этих событий не особо пострадает. Они же так далеки от двора!
Постепенно площадь заполнилась до отказа, оставив небольшой пятачок с постаментом в центре, охраняемый подозрительного вида мужчинами. Смельчаки забирались на крыши домов и чужих повозок. Женщины просились на балконы к своим товаркам, откуда была видна площадь, а дети сновали туда и сюда, совершенно не прислушиваясь к происходящему. Напряжение нарастало, хотя беды еще никто не чувствовал. Сгоревший дворец на заднем фоне смущал жителей, а заявления о смерти всей правящей семьи вселяли страх, и все равно до конца никому не верилось в такую трагедию. Все ждали короля или его представителя, ждали королевских гвардейцев в знаменитой коричневой с темно-зеленой вышивкой форме, ждали заверений в безопасности и благополучии собственных жизней.
Полдень. На глазах изумленных жителей число неизвестных мужчин, одетых во что попало, с оружием в руках, начало расти. Они появились у каждого дома, группами встали на улицах и улочках и построились по периметру самой площади. Толпа притихла. Неприятное ощущение подготовленной ловушки зарождалось в душах жителей. Женщины инстинктивно отловили детей и прижали их к себе покрепче. Вдруг где-то прошелестел шепот. Кто-то узнал в нескольких незнакомцах разбойников с тракта. Толпа заволновалась. Слух мгновенно пронесся в каждый уголок заполненного пространства. Теперь и на другой улице черты вооруженных мужчин стали кому-то смутно знакомыми. Волнение выросло, и гул толпы стал отчетливо слышен. И тут высокий блондин с перекошенным шрамом лицом сильными руками расчистил себе дорогу и прошел к пяточку. Он внимательно осмотрелся, криво ухмыляясь одного стороной лица.
– Тишина! – неожиданно громко рявкнул громила.
Толпа разом затихла. Воран немного растерялся под взглядом тысячи глаз. Давно он не имел дело с людьми в открытую.
– Королевство захвачено, – без предисловий собравшись с духом, звучно произнес разбойник. – Дворец сгорел, и ваши правители действительно погибли вместе с ним. Но бояться нечего, – усмехнулся Воран, – вам сильно повезло. Встречайте вашу новую королеву!
На этих словах в гробовой тишине за спиной оратора толпа тихо расступилась, чтобы пропустить процессию из четырех совершенно непохожих друг на друга мужчин, которые обступили хрупкую девушку. Они прошествовали к пятачку, и девушка взошла на постамент. Возглас удивления пронесся по толпе. Послышались торопливые вопросы «кто там?», все с ужасом узнавали юную принцессу, которую редко видели, но о которой много слышали. Но как же она изменилась! Девушка с гордо поднятой головой стояла посреди толпы и властным взором смотрела на людей. В ней будто ничего не осталось от той светлой и мягкой Мариэль, любимицы жителей как минимум трех королевств. Одета она была подстать тем, кто ее представил, а за спиной волнами на постамент спускался теплый темный плащ, точь-в-точь королевская мантия. Воран дал толпе не больше минуты для осознания случившегося, взял корону королевства и подошел к принцессе, которая как статуя замерла на своем постаменте.
– С этой минуты властью, данной мне моим мечом, нарекаю тебя Ее Величеством Хейл – Королевой Тенистых Низин, – громко и четко произнес громила.
В торжественной тишине он возложил на голову девушки корону почившего короля и смиренно отошел к своим подельникам. Хейл выдохнула, почувствовав тяжесть металла на своих волосах. Вот и все. От правды уже было не скрыться. Они убили их и захватили власть. Она убила и забрала корону. Неожиданно внимание девушки привлекла толпа. Внутренне спрятав страх и ужас от проделанного в глубины сознания, королева впервые обратилась к своим новым подданным.
– Вы видите во мне Мариэль – принцессу из Хвойного Бора, ставшую женой вашего принца и наследницей престола вашего королевства. С величайшим сожалением сообщаю вам о смерти всей королевской семьи, включая принцессу Мариэль. Отныне вы находитесь под властью королевы Хейл и ее армии. Безопасность вашей жизни будет зависеть от вашего послушания. Нам не нужны лишние жертвы. С этого дня в престольном городе Варха, а в течение двух дней и во всем королевстве вводится комендантский час. После захода солнца на улицах не должно быть ни одного человека без специального разрешения. Меры будут суровы, поэтому советую вам проводить время дома с семьей.
Хейл говорила холодно и властно. Удивление в глазах собравшихся сменялось ужасом и осознанием невозврата их мирной веселой жизни. С каждым словом новой королевы толпа будто сжималась, стараясь защититься от нее. Люди были подавлены и напуганы, однако даже самых смелых и отчаянных останавливал вид хорошо вооруженных бандитов королевской армии.
– Жизнь не будет прежней, но мы можем помочь друг другу сохранить ее на должном уровне, – закончила свою речь королева.
Жизнь и правда не будет прежней ни для кого. Юная Мариэль взошла на престол под именем Хейл, и встретила ее гробовая тишина, пропитанная животным страхом.
Ни Воран, ни Хейл не имели опыта ведения военных кампаний, но оба понимали одно: действовать нужно, как можно быстрее. Сразу после импровизированной коронации королева вместе со своим советом отправилась в замок народных приемов на другом конце города.
Много лет назад один мудрый король Тенистых Низин решил дать возможность каждому его подданному обратиться к нему. Для этого был построен небольшой замок, отделанный светлым камнем, с просторной приемной, где стоял непритязательный трон для монарха. Дом народных приемов, как его вскоре окрестили местные жители, располагался при входе в город рядом с главным трактом Долины. В пузатой башне обустроили покои, на случай если король захочет переночевать в Доме или если королева пожелает прибыть с ним в день приема. И раз в две недели жители Тенистых Низин могли рассказать своему королю все, что им заблагорассудиться. Обычай существовал долго, но за десятилетие до появления Мариэль он сошел на нет сам собой. С каждым приемом посетителей становилось все меньше, сами просьбы все мельче, а король все неохотнее прислушивался к своим подданным. Установленные правила и законы прочно вошли в жизнь обитателей королевства, и дни шли по накатанной год за годом. Замок же поддерживали на должном уровне, только теперь он использовался королевской семьей в качестве дополнительной резиденции, где можно было отдохнуть от назойливого двора.
Хейл бывала здесь, когда принц ссорился с родителями и демонстративно покидал дворец. Девушка покорно следовала за ним, привязанная клятвой перед алтарем. Дом был простым, но удобным. Никаких лишних украшений и золота, чтобы посетители не ощущали той чудовищной разницы в положении между собой и королевской семьей. Перед коронацией Воран пришел к принцессе обсудить, каким образом они будут действовать дальше. Им нужен штаб, место, куда не посмеет никто сунуться, и где они могли бы спокойно разработать стратегию захвата. Впервые за эти несколько дней Хейл пожалела сожженный дворец, сейчас он пришелся бы, как нельзя кстати. И тут она вспомнила Дом приемов. Оттуда принц уезжал охотиться и ненадолго оставлял свою молодую жену в покое. Самое лучшее место, где можно спрятаться и при этом не повредить репутации новоявленной королевы. Так и условились.
Процессия торжественно покинула площадь. Вооруженная охрана легкими тычками начала разгонять народ, который ошарашенно смотрел на происходящее, не в силах поверить в реальность. Одинокие голоса попытались возмутиться, но были быстро заглушены опытными бойцами. Все были против самозванки, а еще более против ее армии, заполонившей город. Однако открыто высказаться никто не решился. Теперь каждый был сам за себя, и родной дом уже не казался таким безопасным местом, как это было всего несколько часов назад.
Хейл держалась гордо и отстраненно. Высоко подняв голову в тяжелой короне, символизируя новую власть, она шла между двух рядов бандитского конвоя к своему замку. Внутри было пусто, казалось даже душа покинула земную оболочку, а тело запрограммировано выполняло необходимые действия для очередного шага в этой безумной игре, которую однажды ночью в лесу задумали алчный Воран и отчаявшаяся Мариэль. Девушка даже не заметила, как они прошли через весь город и добрались до Дома приемов. Она очнулась, только когда увидела обшарпанный трон в зале, куда Крон предложил ей присесть и передохнуть. Хейл послушно опустилась на деревянное кресло, обитое истертым коричневым бархатом, и с детским удивлением наблюдала за тем, как разные банды объединяются и располагаются в их новом временном доме.
Совет сложился сам. Главы банд, обсуждавшие положение в маленькой хижине в лесу, негласно так и остались вожаками бандитской стаи. Они первые бросили клич и предложили крупную добычу, и теперь за ними тянулись остальные. Мелкие главари согласились подчиниться Совету пятерых, втайне считая королеву красивой ширмой для невиданного доселе грабежа. Именно поэтому с первых же минут в замке все четко подчинялось приказам Совета. Хейл была поражена, насколько слаженно заработал механизм. Тогда она еще не догадывалась, что он строился отнюдь не на доверии и преданности.
Дрейк тут же занял большой зал и приказал собрать в нем общее оружие, захваченное в сгоревшем дворце. Вместе с Хантом они распределяли людей по улицам города и собирали небольшие отряды, коим была поручена миссия донести до всего королевства волю нового монарха. Методы при этом не обсуждались. Необходимо было поставить людей в известность, и при этом пресечь слухи, разносимые по всему тракту в Долине.
– Делайте все необходимое. Мы не можем упустить такой куш, – ровно произнес Дрейк на вопрос одного из своих про допустимые действия с мирным населением.
Хант невольно обернулся на мрачного бородача. Сомнение промелькнуло во взгляде бывшего королевского капитана. Нет, далеко не все в бандитской братии были кровожадны или охочие до насилия, однако развязывать им руки все же не стоило. Ни один мускул не дрогнул на лице Дрейка. Он ответил тяжелым взглядом своему подельнику и продолжил работу. Кампания набирала обороты с каждой минутой, и вряд ли что-то уже могло ее остановить.
Крон занимался казной. За ночь его отряды обчистили казну дворца дочиста. Что-то было уже «утеряно», но в целом самопровозглашенный казначей добросовестно доставил награбленное в их новый штаб. Золото было связующей нитью, поэтому раздавалось ровно в той минимальной доли, которая была нужна для поддержания порядка и послушания. Крон понимал, война может затянуться, а может и вовсе обернуться катастрофой, поэтому сразу отложил часть для откупа жизней всего Совета и королевы. В глубине души ему было жаль растерянную девушку, сидящую сейчас на троне, но не имеющую реальной власти. По крайней мере, бандит в нее не верил. До настоящего момента все контролировал Воран. Могучий воин крепко держал всех в своем кулаке, заряжая безумной затеей большого похода.
Для защиты казны Крон отобрал самых надежных ребят из своей банды. С ними он когда-то давно лазил по деревням и воровал домашнюю птицу на пропитание своей семьи, с ними переживал самые удачные вылазки и самые провальные разгромы вплоть до некоторых королевских тюрем. Он доверял им, они доверяли ему и только ему, что больше всего устраивало любителя желтого металла.
Хейл периодически видела каждого из Совета, и больше всего ее удивлял Лис. Этот проныры успевал везде. По первому зову он раздобыл для Дрейка и Ханта подробную карту королевства со всеми населенными пунктами. Для Крона нашел чудесную замену казне в виде небольшой часовни внутри самого замка. Именно в этом святом месте решено было спрятать драгоценности и золото. Кто же посмеет грабить на глазах бога? Лис принес замки для задних комнат за алтарем, и дело пошло. Его банда была самой малочисленной, зато вся подстать ему. Казалось, для них нет невыполнимой задачи, они могли пролезть везде и узнать обо всем. С лица вора никогда не сходила его традиционная ухмылка, а глаза скрывала тень от мягкой шляпы. Он не беспокоился, ибо знал все и обо всех. За это его ценили и ненавидели, а втайне даже побаивались, что совершенно не трогало самого Лиса и его команду.
Во всей этой кипучей деятельности Воран выделялся своим ростом и мощью. Он переходил из одной залы в другую, выслушивал идеи подельников, раздавал приказы своим людям и мысленно прикидывал их шансы на успех. Периодически он нервно теребил щеку со шрамом. Она нестерпимо чесалась, выдавая его переживания. В глубине души громилу пугал масштаб их кампании, который никак не укладывался в голове. И тут, уже собираясь выйти из замка, он вдруг бросил взгляд на Хейл. Королева все так же неподвижно сидела на своем троне. Она беспомощно смотрела на суету, ее руки, сложенные на коленях, заметно дрожали, а на лице разлилась совсем не благородная бледность. Девушка была на грани своих сил, и Воран это прекрасно видел. Бандит жестом подозвал к себе Лиса.
– Все готово? – тихо поинтересовался он.
– Обижаешь! – притворно оскорбился проныра. – Все было сделано в первую очередь.
– Хорошо. Забери ее отсюда, и, – Воран осекся, но через несколько секунд все же произнес, – позаботься о ней.
Во время разговора громила не отрывал взгляда от королевы. Впервые за все время он почувствовал тень ответственности за ее жизнь. Да, она нужна им, чтобы официально вторгаться на территории королевств. Однако была ли она для него всего лишь куклой в короне? Встряхнувшись от ненужных мыслей, Воран вышел во двор, проверить образовавшуюся у них конницу. Он не видел, как Лис тут же подошел к Хейл и со всей почтительностью предложил ей пройти в ее новые покои. Не видел, как тому пришлось поддерживать королеву, готовую в любой момент потерять сознание, и как она рухнула на кровать за закрытыми дверьми опочивальни.
Сон так и не пришел. Хейл чувствовала себя истощенной и разбитой, но голова так и не отключилось, а тело отказывалось расслабляться на свежей мягкой постели. Девушка лежала в той же позе, в которой свалилась, как только ушел Лис. При полном отсутствии желания двигаться королева очень хотела раствориться в пространстве этой комнаты и больше никогда не показываться на людях. Она даже прикинула высоту, на которой располагались ее покои. Нет, слишком низко, в окно выйти не удастся, тем более для этого придется встать.
Спустя еще несколько минут безвольного существования Хейл напряглась и села. Она с удивлением осмотрелась. Комната была частью женской половины замка, предназначавшейся для королевы. Насколько знала девушка, сюда давно уже никто не заглядывал, даже во времена принца она жила вместе с ним на мужской половине. Однако комната выглядела опрятной и чистой. На столике для умывания стоял полный кувшин прохладной воды, а белье на постели пахло розами.
«Лис неплохо потрудился», – подумала Хейл.
Ее встретили с настоящим королевским размахом.
Внезапно девушке нестерпимо захотелось переодеться. От туники пахло гарью и прелостью утреннего тумана. Оглядевшись еще раз и не заметив признаков одежды, королева с трудом встала и на деревянных ногах прошла в небольшую гардеробную. Как и следовало ожидать, там хранились платья королевы. Расшитые жемчугом и полудрагоценными камнями, прошитые золотыми и серебряными нитями, пронизанные множеством шнурков и увитые оборками – платья никак не подходили для правления Хейл. Девушка с грустью шла мимо них, проводя рукой по вычурным тканям. Когда-то давно в другой жизни она мечтала о таких нарядах, о восхищенных взглядах и праздниках, на которых могла бы блистать во всей своей красе. В глубине комнаты у большого туалетного столика с овальным зеркалом Хейл заметила еще один наряд, выделяющийся среди всех своей аскетичностью. Мягкие коричневые штаны для верховой езды, утепленные изнутри, длинная темно-зеленая туника с золотой отделкой в виде причудливых завитков на груди и длинных рукавах и теплый плащ с двумя вышитыми витками плюща – эмблемой королевства Тенистые Низины – посередине спины. Рядом лежал пояс с ножнами и мечом Хейл. Девушка вздрогнула и обернулась на прекрасные платья. Не такого будущего она загадывала себе в детстве, когда они с Амандой засиживались допоздна и с замиранием сердца ждали падающих звезд. Откинув лишние мысли, королева перенесла умывальные принадлежности в гардеробную и плотно закрыла дверь.
В комнату вернулась совсем другая девушка. Вода помогла освежить голову и запустить сердце в привычном ритме. Влажные волосы Хейл собрала в очень свободную косу, с улыбкой вспомнив слова мамы, что принцессе не пристало появляться перед подданными в домашнем виде.
– Прости, мамочка, сейчас не до условностей, – нежно прошептала она.
Королева вспомнила о суете, что совсем недавно творилась внизу. До покоев не долетало ни звука. Замок нарочно был спроектирован таким образом, чтобы женскую часть двора не могли побеспокоить возгласы просящих простолюдин. Интересно, что там происходит? В воспоминаниях вдруг пронеслась толпа на площади и лицо Ворана при возложении короны. Сам золотой символ власти лежал здесь же на прикроватном столике. Хейл медленно подошла и аккуратно взяла тяжелый обруч, дающих столько возможностей и вместе с тем подставляющий жизнь своего хозяина под удар. Девушка покрутила корону в руках, ощупывая камни и выступы ее пиков.
«У папы она ниже и более округлая, если я правильно помню. Не важно, скоро сама удостоверюсь», – усмехнулась королева своим мыслям.
Из глубины души незаметно поднялась та сила, что несколько недель назад дала ей смелость организовать нападение на дворец мужа. Хейл почувствовала себя готовой идти дальше, но сначала нужно было узнать, чем занята ее армия и ее Совет. Перед тем, как выйти, девушка подошла к зеркалу и зависла перед своим отражением. Она не узнала ту, которая смотрела на нее. Другое лицо и совершенно другой взгляд, и лишь где-то глубоко в золотистых прожилках карих глаз еще можно было заметить признаки бывшей принцессы Хвойного Бора. Хейл мотнула головой и решительно вышла из комнаты, оставив плащ и оружие на постели.
Замок гудел, в каждом углу кто-то что-то делил на словах или порой даже на кулаках, повсюду слышались приказы, раздаваемые раздраженными голосами. То и дело на глаза попадался спрятанный клинок, несмотря на старания Дрейка и Ханта захваченное оружие потихоньку растаскивалось и пряталось по всему Дому приемов. Продолжались попытки попасть в часовню замка и захватить пару монет, надежно хранящиеся там. Однако люди Крона пресекали их и популярно объясняли незадачливым ворам, кто тут главный. Без своих главарей армия новой королевы превращалась в большой детский сад, оставленный без присмотра взрослых, только игры были жестче, а «дети» более изворотливые и злобные.
Хейл продвигалась аккуратно и тихо. Ей совершенно не хотелось оказаться замеченной раньше, чем она сможет сама оценить обстановку. Девушке без труда удавалось скрываться от случайных встреч, только вот никого из Совета она не могла найти. Малый зал оказался закрыт, и никто из проходивших даже не пытался туда попасть. Догадка осенила королеву – Совет заседает, причем без нее!
В каждом маломальском королевском замке помимо основной планировки комнат всегда разрабатывалась система тайных ходов и переходов. Никто и никогда при дворе не доверял никому полностью, ибо это было опасно для жизни. В конечном счете полагаться можно было только на себя, ведь даже самому преданному слуге можно предложить цену выше и не всегда это были деньги. В свое время Хейл изучала карту Дома приемов на всякий случай, и теперь смутные знания, пылящиеся в голове, пригодились. Она смутно припомнила, из малого зала, кроме основного выхода, была еще одна дверь, спрятанная между двумя высокими статуями древних богов в самом углу, подальше от круглого стола переговоров. Дом приемов использовали также для собраний советников короля, когда появлялась угроза недовольства народа. Король обычно не присутствовал, выслушивая потом решение советников, и на его основании отдавал приказ. Однако иногда он незаметно проникал в Дом, послушать, о чем на самом деле там шла речь. Хейл прикинула, куда мог вести ход из нее, и поспешила в покои короля. Знакомый коридор подстегнул память. Совладав с неожиданно навалившимися эмоциями, девушка сосредоточилась на карте тайных ходов. Ей пришлось немного поплутать, и, наконец, в небольшой приемной короля за богато расшитым гобеленом она обнаружила нужную дверь.
Хейл зажгла факел, услужливо оставленный при входе, и с дрожью в руках плотно закрыла за собой дверь. На удивление ход был сухим и чистым, будто его поддерживали в необходимом виде, как и весь замок. Медленно и осторожно девушка начала продвигаться вперед. Она прислушивалась к неясным голосам за стеной, стараясь угадать, кто шел мимо. Хейл несколько раз по наитию завернула по направлению к малому залу и вдруг четко услышала голос Лиса:
– Коней недостаточно, да и не все умеют на них ездить. Лучше взять телеги и хотя бы часть пути проехать. Будет быстрее.
– И заметнее, – буркнул Хант. – Нас тут же засекут, стоит только выползти на тракт.
– Боишься попасться своим бывшим дружкам? – рассмеялся Крон.
Хант грязно выругался и, судя по всему, толкнул обидчика, так как Хейл услышала недовольный возглас Крона.
– Прекратите, – гаркнул на них Воран.
Девушка застыла. От звука его голоса ее резко накрыло всеми эмоциями Мариэль разом. Хейл вдруг сразу почувствовала себя маленькой девочкой, которой необходима помощь и защита. Она прижалась к каменной стене, благоразумно вставив факел в специальный держатель. Сердце билось так громко, что заглушало мысли, а воздуха в коридоре вдруг стало нестерпимо мало. Девушка сдавила голову руками, стараясь успокоить себя. Запутавшись в себе, королева пропустила часть разговора. Однако слова Дрейка заставили ее вернуться в действительность.
– Нам нужно выйти немедленно, если хотим сохранить эффект неожиданности.
– Думаешь, наша малышка будет готова? – усмехнулся Лис.
– А она нам нужна? – слегка удивился Дрейк. – Надолго нас не хватит, максимум еще один дворец, потом они все перегрызутся. Девчонку можно бросить здесь и…
– Она нам нужна. И идти мы будем не как жалкая сборная банда, а как армия, способная смести любого со своего пути. Это понятно?
Тон Ворана не предполагал возражения. И в малом зале повисла тишина. В Хейл же поднималась волна возмущения. Они бы и этого не достигли, не пусти она их в королевский дворец!
– Думаешь, она готова двигаться дальше? – тихо поинтересовался Крон.
Не задумываясь, Хейл резко открыла тайную дверь и повелительным тоном произнесла:
– Спроси у нее сам.
Der kostenlose Auszug ist beendet.