– Чёрт подери! – ругнулась Артемида и схватилась за горло, словно его пронзила боль от ангины, представляя, что в конечном итоге всё дойдёт до раскрытия государственных тайн и бездумных эмоциональны решений.
Сейчас она могла подумать, забыв обо всём на свете. Но мог ли тот, кто лежал в беспамятстве по соседству? На следующее утро в главном доме на коленях перед Кином Иаком стоял бывший тёмный страж, который потерпел поражение в схватке с причудливым созданием, за спиной которого было столько крыльев, что короткого взгляда не хватило, чтобы их сосчитать.
– Значит, – начал глава антиутопии. – ты подначивал Наяну совершить суицид, но неожиданно был выдернут из пограничного мира кем-то, кто схватился за накидку.
– Да, сэр, – понуро ответил черноволосый моложавый мужчина.
– А когда ты попытался сразиться с ней, то она подавила твои силы и стянула накидку.
– Да, сэр…
Кин Иак достал из кобуры, спрятанной под пиджаком, пистолет и вышиб бывшему хранителю накидки мозги. Тело зависло на секунду, превратившуюся для тёмного стража в вечность, обещанную не ему, а затем рухнул на ковёр, испачкав очередной рисунок. Глава антиутопии вынул платок из кармана и стёр красные густые капли с лица, недовольно морщась.
– Мусор принёс в дом, сам же его и выкинул, – ухмыльнулся он и кинул испачканный платок на обезображенную голову.
Затем вызвал охрану и попросил завернуть тело в испорченный ковёр и закопать там, где никому не придёт в голову искать. Охранник ухмыльнулся, в голове строя маршрут до ближайшего кладбища Кина. Мертвеца быстро свернули в толстую трубочку и вынесли из зала. Кин сел в кресло и заметил, что испачкал дорогостоящий костюм.
– Дьявол! – крикнул он и резко всплеснул руками.
– Всё никак не выучишь, как меня зовут? – появился в углу такой же лысый Кин Иак, только глаза были пустые и стеклянные, будто мертвец с ним говорил.
– А, это ты, Азазель… – выдохнул насторожившийся глава. – Прости, что помянул всуе.
– Я и сам собирался наведаться к тебе. Один из моих подчинённых заснул, – сказал он и поправил пиджак. – Теперь мы не сможем получить накидку Вины обратно и обратить нового слугу в ангела Смерти.
– Что случилось? Почему уснул? – насторожился Кин Иак.
– Вы имеете дело с тем человеком, чья сила превышает мощь всех оставшихся ангелов Смерти. Она скрутила силы, светлые и тёмные, в прочный узел, который архидемоны не в силах развязать. Монахиня, о которой ты говорил, вовсе не человек, а могущественное существо, ниспосланное архангелами. А самое страшное, что собой она заняла почти весь Антипус, путая след лучше демонических интриг
Глава антиутопии подпрыгнул в кресле от услышанного и схватился за подлокотники. Лицо его побледнело, а поясница заныла, как обычно бывало, когда что-то ввергало его в шок.
– Что же нам делать, если она повсюду? – спросил глава.
Азазель, представший перед Кином Иаком его двойником и его устами зачастую отдававший приказы стражам, незаметно ухмыльнулся.
– Пусть все решения принимают стражи, среди них есть один талантливый, который справится лучше любых действий сообща. Остальные же пока затаятся. Дай каждому недельный отпуск и свободу выбора.
После сказанного Кин Иак остался наедине с собой, отчего снова рассвирепел и неудержимо откинулся на спинку кресла, думая про монахиню, пахнущую ладаном, уничтожившую накидку и усыпившую силы архидемона. Оказалось, что шутливость в данной схватке неуместна, но нельзя никому это поведать, чтобы не испортить раж равнозначной битвы. Кин Иак решил поведать тёмным двукрылым слугам о решении Азазеля, не раскрывая имени последнего. Отправив сообщения, он расслабился и, поднявшись на ноги и пройдя к столу с картой, принялся разглядывать территорию, которую в прошлом году так и не смог присвоить Антипусу.
– Ну ничего, – улыбнулся Кин. – Моя дочь ещё сыграет решающую роль в политике. Жалкая Мария, как же тебе удалось уберечь в тот день своего никчёмного сынка?
Над главным домом сгустилась энергия зависти, злобы, алчности, а после взрывом разнеслось по лишённому вины и тайн Антипусу, окатив каждого встречного обжигающей волной негодования.
Стражи уже подозревали, что случилось с ангелом Вины, поэтому невольно нервничали всё утро и последующий день, который начался в Антипусе со сплетен и странных шалостей детей. Один из них прилепил жвачку к лобовому стеклу Лора Стами, оставившего машину недалеко от магазина продуктов по пути на основную работу. Он, выйдя с полным пакетом, сначала не заметил этого, потому что клал продукты на заднее сидение, но, сев за руль, рассвирепел и выпрыгнул на улицу.
– Мерзкие ублюдки! – оглядывался Лор по сторонам, краснея от злости. – Найду каждого и отрежу яйца.
Он достал салфетку и снял мокрый, мягкий комочек, после чего резко раскрыл дверцу и сел на водительское сидение. «Мелкое тварьё, – подумал он и ударил ладонью по рулю. – Ещё не забыли вкус мамкиной сиськи, а уже наживают себе проблем». Агрессия была вызвана не столько выходкой, сколько страхом перед наказанием, которое постигнет их во время вечернего собрания. Вот и выплёскивалась она на любое событие, выбивающееся из наспех составленного плана на день, а может быть на остаток жизни. Бездна открыл чат тёмных стражей, где значилось, что из беседы выбыл мистер Вина. Он потерял накидку, о чём сегодня сообщил Кин через ёмкое сообщение: «Накидка утеряна. Каждого ждёт смерть за поражение». Бездна содрогался каждый раз, когда дело касалось собраний стражей, потому что никто не знал, какая шлея может угодить под хвост главы антиутопии. Но потом пролистнул вниз и нашёл уведомление о недельном отпуске, который освобождал от дурацких собраний. Теперь нужно было найти новый объект для ненависти, не тушить же столь сильный энергетический потенциал.
– Я найду тебя, монашка, – рыкнул Лор и со свистом вывернул на дорогу, оставляя после себя протяжный гудок едва успевшего среагировать старика в машине позади. – Найду и выпотрошу. – Крикнул он и ударил по кнопке воспроизведения на магнитоле.
Заиграл дэд-металл, а машина понеслась на всех парах туда, где недавно произошла первая и далеко не последняя встреча с необъяснимым.
Тёмные стражи сегодня крутились в мирской жизни, как пчёлы в ульях, только затворника Вины среди них уже не было. Никто, конечно, и не заметил, потому что видели его только в капюшоне и на собраниях, а настоящего имени не помнили. Однако всё же были двое тёмных стражей, знавших, как он выглядел в реальности, ведь наведывались к нему один раз, когда чуть было не угодили в руки правосудия. Вина, не зная тогда о возможном будущем, впервые в жизни показался им в человеческом облике и пригласил к себе в дом.
Влюбившаяся в тот день в него Лика, служившая ангелом Азарта, даже и не думала, что захочет бросить из-за этого моложавого мужчины мужа по имени Агат, который значился в беседе тёмных стражей как мистер Боль. Девушка сейчас сидела за столиком в кафе, неугомонно поправляя рыжие, длинные, кудрявые волосы. Агат подошёл к ней с двумя чашками кофе и сел напротив. Его пирсинг вылез изо рта вместе с языком. Будучи моложе жены, он вечно дразнился, сжимая зубами серёжку, чтобы обозначить её неотъемлемое присутствие.
– Не боись, – безграмотно сказал Агат и поставил перед Ликой чашку. – С ним всё будет норм.
– Бесишь… – выдавила из себя та и отвернулась к окну.
Несмотря на глупый взгляд, её изворотливость ума и небывалая хитрость не знала границ. Эта женщина была представительницей редкого вида, который мог из паутинки сплести канат, а из него сделать кнут, чтобы оставить на жертвах следы от пыток. Настолько искусными были её интриги, но при взгляде в это, очерченное рыжим облаком, лицо создавалось впечатление, что Лика – обычная простушка, разводимая молоденькими альфонсами, вроде Агата, который, кстати, зарабатывал больше любого дорого выглядящего бизнесмена. Он был профессиональным баристой, а кафе, где сейчас он с женой пил кофе, принадлежало ему.
– Ты можешь не хлюпать?! – рыкнула Лика, косо глядя на мужа.
– Ой-ой, – покривлялся Агат, а сам испытал негодование по поводу её состояния.
Он подозревал, что в тот вечер Лика неспроста так охотно полезла в квартиру мистера Вины. За его спиной она флиртовала и строила глазки тому мужику. «Похотливая стерва, – подумал он и с нездоровой улыбочкой сделал ещё глоток. – Сегодня, милая, этому подонку выпишут справку о смерти».
– Чего ты на меня так пялишься, а? – с надрывом спросила Лика.
– Твои печальные глаза возбуждают, – поиздевался тот, закусывая губу и щурясь.
– Да пошёл ты, – фыркнула жена и, нервно толкнув стакан и разлив кофе, встала и ушла из кафе.
Агат пребывал в эйфорийном состоянии. Он получил желаемое, ничего для этого не делая: убрал соперника и погасил вспыхнувшую к этому мужику страсть женщины, которую любил.
– Очаровательно, – протянул Агат, глядя через витрину кафе на жену, которая уже дёргала дверку припаркованной напротив машины и залазила внутрь. – Будешь знать, как с мужика на мужика прыгать. Помучайся, блудливая.
Лика в этот момент достала телефон и увидела новое уведомление от Кина: «Стражам даётся недельный отпуск и полная свобода действий без отчётности передо мной».
– Это что ещё за фигня? – сказала та вслух и открыла мессенджер. – Неподотчётный отпуск? То есть можно творить всё, что угодно?
До того, как Лика узнала новость об отпуске без обязательств, она планировала спустить заработанные Агатом деньги на шмотки. Но теперь она моментально изменила курс и рванула в сторону «Смотровой Башни», чтобы найти улики и, следовательно, ту, кто отняла у неё объект сексуального интереса, точнее коллегу.
В это время, пользуясь своим положением директора охранного агентства Лор Стами общался со своим другом из охраны «Смотровой Башни», который любезно по старой дружбе разрешил ему покопаться в записях камер внутреннего наблюдения, установленных на каждом этаже.
– Мне нужны данные за эту ночь, – попросил он. – Покажи последний этаж.
На трёх экранах высветились записи, которые ничего интересного не несли. И найти он мог только Вину, идущего от лифта до квартиры.
– Соседи вчера жаловались на твоего друга из этой квартиры, говорили, что было очень много шума. Мы даже отправили туда человека, который бы…
– Включи мне время, когда они начали жаловаться, – заткнул его Лор, экономя время и, возможно, поэтому, что-то упуская.
Его друг неожиданно остановил запись и снова промотал назад.
– Отсутствует запись в лифте, и коридорах с девяти тридцати четырёх до девяти сорока двух, – сказал он и посмотрел на Лора.
– Включи холл, – засуетился тот.
На экране сразу высветилась картинка, но ничего странного не происходило.
– А теперь парковку, – снова попросил Лор.
На парковке и близлежащей подъездной территории запись отсутствовала с девяти двадцати девяти до девяти тридцати четырёх.
– Что ты пытаешься найти? – многозначительно спросил охранник.
Но тот был поглощён просмотром, перемотав записи девяносто шестого этажа на девять сорок два. «А вот и ещё один перебой. Десять девятнадцать. И ещё один – десять двадцать семь. Она никак не могла попасть в квартиру, поэтому столько перебоев?» – подумал Бездна и снова просмотрел запись на стыке с десяти двадцати семи до десяти двадцати девяти. «Точно, – озарился Лор и достал телефон из кармана куртки. – В беседе можно посмотреть точное время, когда пришло уведомление о накидке». Рядом с сообщением значилось десять семнадцать.
– Но зачем ей понадобилось возвращаться спустя несколько минут? – пробормотал Лор. – Что-то должно быть в записи, хоть маленькая зацепочка.
– Смотри, – остановил видео друг охранник и показал пальцем на щель в соседской двери, которая была напротив бывшего тёмного стража. – Эту зацепку имеешь ввиду?
Бездна боялся дышать, не моргал и не двигался. Он нашёл её. Нашёл в квартире напротив, в той самой, которую демоны раньше использовали во время работы в другом мире, как укрытие и самую высокую точку, но после новости о продаже стали оставаться у себя дома, в зале главы антиутопии или прятаться в подвалах и на крышах, потому что отчего-то испытывали тревогу, подходя близко к двери напротив. Вина пытался выгнать угрозу подручными средствами, но потом сказал, что это бесполезно, потому что на огромного мужика не действуют демонические силы и магические уловки. «Мы не были жадными, отдали тебе место, чтобы жить, – подумал Лор и довольно выпрямился. – Но ты сунулась в наш огород, а теперь сожрала часть урожая. Ты даже не представляешь, что мы делаем с такими медведками, как ты».
– Спасибо за помощь, дружище, – хлопнул по плечу знакомого Лор и выскочил из комнаты охраны, направляясь в сторону лифта.
Когда Стами вышел в коридор на последнем этаже, то помчался к квартире Артемиды, предвкушая встречу с ней или тем могучим образом, который она вокруг себя собрала. Кругом были её невидимые обычными людьми следы, отпечатки, оставленные после ночного шоу с переодеванием в квартире Вины. «Сейчас я тебя достану из твоего кокона, куколка!» – подумал Бездна и начал стучать и дёргать ручку, зная, что старый код будет бесполезен.
– Открывай, – крикнул он и снова постучал. – Открывай, зараза!
Тогда он провёл рукой по замку, используя при этом способности стража взламывать любые замки, но его магия не сработала. Бездна понял, что не сможет противостоять энергии врага, отчего разозлился ещё пуще и с силой ударил в область ручки ногой. Затем ещё раз, но так и не смог разболтать прочный замок сейфовой двери.
Вдруг, после очередного удара Лор получил впитавшимися сгустками энергии, разбросанными по коридору, ответный удар в ногу. Внушительную подошву ботинка разодрало в клочья, а ступню слегка, но всё же поцарапало. Лор отлетел назад и врезался спиной в дверь Вины.
– Чёрт бы тебя побрал! – крикнул он и, встал на ноги, снимая при этом ботинки, чтобы не мешали бежать.
Он направился на крышу, где надел капюшон, поджигая и тем самым ломая записывающие происходящее камеры, и, расправив крылья летучей мыши, спланировал вниз.
В воздухе страж изогнулся, рисуя петлю, и живой пулей влетел в прочные стёкла, обернув себя не менее прочными крыльями. Осколки разлетелись по всей студии, а шторы слетели с карнизов и обволокли Бездну. Потребовалось несколько резких рывков, чтобы освободиться от их узлов. Глаза тёмного ангела позволили увидеть сильную защитную оболочку, которая мешала двигаться в пределах квартиры. Её Артемида поставила в первый же день, чтобы никто не мог проникнуть в её убежище. Именно эта бешенная энергия пугала демонов и не позволяла им даже думать о намерении открыть дверь.
– Не на того напала! – заорал Бездна и, сжавшись в комок, а потом резко расправившись, взорвался красными искрами, отчего вылетели остатки окон, а окна соседних квартир содрогнулись.
По его костюму лавовой сеткой протянулись полосы, а глаза засияли. Крылья покрылись мазутом, опаляя тягучий с пломбирным запахом холодный пузырь. Бездну злило, что он не мог избавиться от поймавшей его ловушки, отчего решил сделать шаг назад и выпрыгнуть наружу. Демон отлетел в сторону, давая себе больше расстояния для разгона, и снова врезался в пузырь. Он проник в его пределы, но вяз и застревал. От отсутствия воздуха и поглощения энергетического потенциала органы внутри мистера Бездны сжались и заломили.
– Получи, дрянь! – снова заревел Лор.
Из его ладоней полилась лава в недра защитного пространства и спустя пару мгновений достигли ядра ловушки, разрывая её на те же сдирающие кожу тёркой и дробящие подошву мясорубкой сгустки. Бездна упал на пол, раня щёку об осколок стекла, но, не обращая на это внимания, поднялся и огляделся.
– Меня не напугают эти приёмчики, – дикарём крутя головой, сказал Лор. – На каждую силу найдётся своя сила.
Неожиданно кто-то постучал в дверь. Бездна напряг зрение и увидел сквозь стены шлейф демонической накидки. Когда он открыл, то увидел Лику. Она услышала резкий удар, копаясь в вещах Вины, а потом просканировала пространство вокруг себя и, после уничтожения ловушки, увидела коллегу в соседней квартире, решив после этого наведаться в гости.
– Что ты здесь забыл? – спросила Лика и слегка прищурилась.
– Пытаюсь найти ту, кто украл нашу накидку, – ответил Лор и пропустил её внутрь.
Та прошла и захрустела, подошвой туфель ломая мелкие осколки на крошки.
– Но мы же говорим о девушке, а Вина упоминал сального мужика, – огляделась Лика и надела капюшон Азарта.
Глаза сразу приспособились к новому видению и распознали тлеющие остатки защитной ловушки.
– Уверен, что она заставила Вину поверить, что он видит мужчину, – заключил Лор и вытер раненую щёку, не заживающую, хотя накидки также давали способности быстрой регенерации. – Я еле пробрался сюда, несмотря на то что защитная ловушка ничем не подпитана и уже достаточно истощена.
Лика заглянула в ванную, в кладовку, везде посмотрела, но не нашла признаков того, что в этой квартире кто-то живёт.
– Ни одной вещички, даже волоса, – фыркнула она и скрестила руки.
– Она куда-то это всё перепрятала, – оглядывался Бездна в поисках зацепок. – Даже туалетной бумаги нет. Не может же она быть не человеком.
– А вдруг может? – запаниковала Лика, представляя мифическое существо, призванное Высшими силами уничтожить заигравшихся с душами демонов.
– Ну, ничего. Мы оставим ей послание, – загоготал Бездна, ещё больше заинтересовавшийся в разгадке тайн личности врага.
По щеке из энергетического и оттого незаживающего пореза выскользнула струйка крови и неприятной щекоткой прочертило к шее путь. Лор стёр неприятный зуд вместе с красной чертой. А затем посмотрел на стену перед собой, блестящую, белую. Он ухмыльнулся и дал себе несколько пощёчин, чтобы из пореза вышло как можно больше крови, и написал на стене послание, которое отразилось на стенах во всех трёх мирах. Лика скрестила руки и под маской скрыла довольную улыбку. А Бездна уже представил, как хозяйка возвращается домой, видит разруху и исписанные кровью белые стены. Но для этого Арти не нужно было возвращаться. В призрачном мире в этой же самой квартире хозяин оборотень читал молитвы, проводя ритуал экзорцизма. Он знал, что когда-то существовал в другом мире, но наличие неведомых призрачных сил в доме, заставили его расставить свечи, набрать святой воды в ковшик и забыть, что сам является неким вымышленным персонажем сказок для людского мира.
Оборотень, скрываемый за бледной человеческой кожей, сидел и читал с листочка, когда краем глаза заметил появляющиеся буквы на стене. Его волосы встали дыбом, а в груди перехватило дыхание, сыграв на диафрагме тревожный ритм, как на барабане. Живот скрутило, а желудок сжался. Артемида, сидевшая напротив на диване и отдыхавшая под приятные созвучия слов молитвы, насторожилась, когда услышала тишину и прерывистое дыхание хозяина. Она открыла глаза и посмотрела сначала на оборотня, а затем оглянулась на стену. Буква за буквой там выписывалось красным: «Я нашёл тебя».
– И не жалко ему кровь свою на стены тратить?! – растянула Артемида губы в линию.
Тут хозяин призрачной квартиры подскочил, закричал, заюлил и выбежал из дома.
Когда Арти только обрела накидки, то могла использовать прежние способности предсказания на уровне интуитивного чутья. Когда же она утратила накидку, то смогла увидеть настоящее видение, будучи дома в тишине и относительном покое. Бездна влетел в окно, когда она закрывала шторы. Он метался, не находил себе места, а после оставил кровавое послание, которое в момент видения Арти читала из-за спины тёмного стража, а сейчас провожая оборотня из собственной квартиры с криками о помощи.
– Больше всех достаётся ему, – выдохнула шаманка, краем глаза заметив его сверкнувшие страхом пятки, открыла подготовленный заранее и герметично запечатанный пакетик с бараньей кровью и достала из кожаной сумки кисть.
Рядом с надписью Бездны моментально появилась другая: «Ок».
– А теперь поищи истоки этой кровушки, дубина, – посмеялась Арти и, выйдя из квартиры оборотня улетела к секретному сараю, куда успела перенести все коробки и вещи из антипской квартиры.
Бездна же ухмылялся и даже посмеивался до тех пор, пока рядом с его корявым подчерком не появились идеально выведенные буквы прямо на глазах.
– Что это? – ахнула Лика. – Как она это сделала?
– Не знаю, – обескураженно замер Бездна и не сразу смог сделать шаг назад.
Тут буквы приобрели едва заметную дымку, которая высвободилась полупрозрачным облачком, потянувшимся прочь из квартиры.
– Я вижу энергию этой крови. Она пытается вернуться к хозяину – широко распахнул глаза Бездна и полетел следом в поисках хранителя биоматериала, оставленного на стене.
Он видел где-то вдалеке огонёк, куда стремилось почти рассеявшееся облачко, у которого пространство неумолимо откусывало кусочек за кусочком. Лика направлялась за Бездной, захваченная происходящим. Но всё что их обоих ждало, это захудалая окраина с почти обанкротившейся фермой, где бродили заросшие бараны, насобиравшие кучу репьёв на густую шерсть. На спине одного из них были искусственно сделанные красные пятна. Бездна приземлился рядом с животным и обхватил его, чтобы не убежал. Затем попросил подоспевшую Лику раздвинуть шерсть и позволить обнаружить след от укола.
– Она не дура, – хмыкнула Азарт и отстранилась, отряхивая с омерзением руки.
Бездна был настолько зол, что схватил этого барана и кинул на невысокую ограду загона. Животное врезалось в него и сломало шею. Бездыханное тело заставило Лику почувствовать себя паршиво. Человека бы она убила и глазом не моргнув, чтобы забрать его душу, но животных предпочитала не трогать, ведь они не несли никакой значимой энергетической нагрузки и были полезны только в сектантских жертвоприношениях, чтобы привлечь внимание тёмных сил безжалостным намерением.
– Зря ты так злишься, – недовольно пробормотала Лика, глядя на рассвирепевшего коллегу.
– А тебе что за дело, злюсь я или нет?! – всплеснул руками Бездна, уже приходивший в себя, но ещё не готовый спустить эмоции на тормозах.
– Не стоит кормить накидку своими чувствами, – расправила крылья Азарт и присела. – Иначе истощишься и станешь бесполезным.
Лика подпрыгнула и, оторвавшись от земли, направилась обратно в центральный диск Антипуса. То, что она увидела сегодня в квартире напротив Вины, повергло её в приятный шок. А ответ соперницы на угрозу Бездны был настолько самоуверенным, что внутри демонессы загорелось желание встретиться с ней и просто поболтать, чтобы прощупать все её потенциалы. А потом уже решить, переманить её на свою сторону или убить. Лика тоже почувствовала себя самоуверенной, наравне с неожиданно сильным соперником. И даже выходка с Виной ей уже не казалась такой болезненной, потому что он был самым слабым из всех и вполне естественно, что не смог с ней справиться. А вот Лика, вызывающая у людей непреодолимое желание играть, пить и поддаваться разврату, могла посостязаться с охотницей за накидками в хитрости.
Агат, который заметил необычное состояние жены, вернувшейся в кофейню и заказавшей прежде ненавистный холодный капучино, не спешил задавать ей вопросов. Ожидал нужного момента, когда увидит в болотных глазах Лики наступившее зелёное равнодушие. И вот он заметил пустой блеск и спросил:
– Ты чего такая загадочная?
– Хочу за этот отпуск наделать шума, – расплылась она в улыбке. – На окраине в районе к-зс есть превосходный игорный дом. Мне нужно полное разорение и муки.
Муж пожал плечами и огляделся, не услышал ли кто.
– Боль вряд ли тебе поможет, – шепнул он, случайно клацнув пирсингом о зубы. – Но Нажива…
– Ты будешь завершающим звеном в трёхэтапном плане, – подалась вперёд Лика и тоже зашептала. – Нажива-Азарт-Боль, такая комбинация.
– Хм, – задумался Агат и отстранился, почесав шею. – Думаешь, Кин одобрит самодеятельность?
– Ты не читал беседу? Он не просто дал отпуск, а включил на неделю зелёный свет на любые злодейства, – доставая телефон и показывая переписку мужу, сказала Лика.
Тот кивнул и довольно улыбнулся.
Der kostenlose Auszug ist beendet.