Zum Hörbuch
Дизайнер обложки Мария Ведищева
© Ирена Боровска, 2024
© Мария Ведищева, дизайн обложки, 2024
ISBN 978-5-0062-5094-9 (т. 1)
ISBN 978-5-0062-5095-6
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Макс открыл глаза, надо было подняться с постели, но тусклое солнце над Лондоном вяло освещало пол его комнаты и нисколько не грело. Вставать не хотелось, хотя часы показывали начало девятого. Он с тоской подумал о родном Балтийском море в литовском городе Паланга, где в это время можно с утра выкупаться и пробежаться по берегу. Конец июля – в Лондоне ещё пару часов будет зябко, и придётся надевать в дорогу ветровку. Голова болела с похмелья. Сейчас он пойдёт в душ, оденется, выпьет кофе и поедет: не на машине – на поезде. В курортном городе Маргите, на северном побережье Ла-Манша опять не избежать выпивки. Он едет на работу: играть в карты. Вообще-то он бармен, но и игрок. С детства жизнь его заставляла хитрить, просчитывать результат действий своих и других, чтобы утвердиться в дворовой команде, а потом и во взрослом мире. Родители его жили своей, какой-то непонятной ему жизнью и редко проводили время всей семьёй. Ему хотелось их любви, внимания, но большую часть времени он проводил с мальчишками во дворе. С ними он играл в карты, часто проигрывал и казался наивным Мишкой-дурачком. Но с лет четырнадцати подросток стал выигрывать у друзей почти всегда. Хорошая память, наблюдательность, быстрая реакция помогали ему. Хотя товарищи думали: просто дурачку везёт. Его прозвали Джокер. Дурачок или мудрец – этого не понимал никто. Да и сам он забыл, каким был, и не задумывался, кто он есть сейчас. Он усвоил, что лучше не иметь врагов и не показывать своего настоящего лица. Надо быть хамелеоном: с добрыми надо быть добрым, со злыми – злым, с глупыми – глупым, с умными – умным. Надо говорить то, что люди хотят услышать. Так он и плыл по течению. Он хотел жить весело, беззаботно и ждал, когда же приплывёт золотая рыбка и предложит исполнить его желания. Пожалуй, пока он и сам не знал этих желаний, но золотую рыбку ждал. Он был обаятелен, любил балагурить и быть в компаниях, но всегда уходил, когда вдруг кто-то пытался проникнуть в душу. Девушек он не воспринимал серьёзно. И мстил, если его не любили: провоцировал конфликт, незаслуженно мог обидеть и хлопал дверью, или неожиданно оставлял их, ничего не объясняя. Это началось тогда, когда его мать бросила отца. Она стала известным юристом, а отец работал простым механиком. Мама была всегда занята, а папа пил часто и много. Мать не стала отца спасать, она просто нашла другого мужчину, не спросив разрешения у Мишки. Отец скоро погиб, а Мишка уходил с уроков и проводил время с друзьями. Воспитанный интеллигентный мальчик стал ругаться матом, курить траву, пить водку и еле-еле закончил школу. Когда ему исполнилось 18 лет и стало противно от самого себя, он уехал со своим другом Альгисом в Англию. Единственно, что друг знал хорошо, это английский язык. Родители Альгиса жили заграницей давно. Альгис несколько лет учился Лондоне и приезжал часто на каникулы в Литву. Говорил он с Мишкой только по-английски. Ему так было уже легче. И вот теперь Мишка уже десять лет в этой стране. Здесь он давно не Мишка, а Макс. И только, когда он изредка звонит матери, то слышит свое имя: Мишенька, Мишка мой плюшевый, ласковый мой и нежный. Как ты там? Он не слушает, что она говорит. Ему представляется белая скатерть, полевые цветы в вазе, чистые салфетки, ножи и вилки на столе, его маленькие детские тарелка и чашка, тонкие летящие мамины руки и запах водорослей из открытого окна. А потом отец берёт его за руку, мама надевает зелёное шёлковое платье, и они вместе идут к морю. И так хорошо всем и весело. В этот момент Мишка всегда кладет трубку, иногда, не попрощавшись.
Наконец, он откинул одеяло и пошёл варить кофе. На постели осталась маленькая, свернувшаяся калачиком, как котёнок, девушка. Малышка натянула на себя одеяло, но не проснулась, наверное, знала, что кофе ей в постель не принесут, на прощанье не поцелуют, и спокойно спала. Кем она была ему? Просто девушка с Родины. Ей казалось, что она любит его. Макс звал её Лорчик. Он мог не заходить к ней неделями и не звонить. Временами он был нежен и ласков, а назавтра – холоден и неприступен. По вечерам они часто ходили в разные клубы, а если были вместе, то он больше был занят друзьями, чем ею. Он открыто подчёркивал свою свободу и давал эту свободу подруге. Иногда её бесила его независимость, и тогда они надолго ссорились. Ей хватало того, что Макс слал поцелуйчики в вайбере, говорил нежные слова, назначал свидания, хотя потом напрочь забывал обо всём этом. Такая у него была игра. А Лорчик верила, что это правда. Ей нравилось в это верить. Ей было позволено заходить через окно в его квартиру, и изредка она это делала. Лорчик звонила ему, убеждалась, что его нет дома, бежала к нему, влезала в окно и ждала. Порой Макс приходил рано, порой ночью, порой вообще не появлялся. Девушка была весёлой, беззаботной, и не строила никаких планов; прибегала к нему, когда он звонил или звал, и уходила, не прощаясь. Сейчас, когда она выспится и захочет уйти, то просто вылезет в окно и плотно его закроет с той стороны. Ключа от его квартиры у неё не было, а окно никогда не закрывалось на ключ. Кто тут догадается зайти в этот маленький заброшенный дворик в лабиринте улиц пятой зоны Лондона? Так Лорчик уже не раз делала, и Макса это вполне устраивало.
Макс прибыл в Маргит к полудню и сразу пошёл к морю. В курортном городе на побережье Англии было тепло, примерно, как и на Балтике в солнечные дни. Люди загорали, но немногие купались: вода не грелась больше восемнадцати градусов. Берег был каменистый, а поверхность моря – то ли серой, то ли песочной. На берегу не пахло океаном и солоноватым ветром, а, в большей степени, асфальтом, стенами города и фаст-фудом из прибрежных ларьков. Макс брезгливо поморщился и не стал купаться. Он пошёл по бетонированной дамбе, которая огибала побережье вдоль всего города. Внизу, слева плескались волны, а справа были открыты двери бесчисленных игровых залов и небольших магазинов. Макс отлично знал эти стандартные дешёвые игровые автоматы, которые можно увидеть в любом курортном городе. Он заглянул лишь в маленький магазинчик с футбольным тотализатором, по привычке купил пару билетов и направился к казино, где вечером ему предстояло играть в покер. Это Альгис ему подсказал, что сегодня здесь соберётся компания бизнесменов, и можно будет присоединиться к игре. Альгис иногда подрабатывал как крупье, был мастером в своём деле, и порой его приглашали из Лондона в другие города. И хотя сегодня вход в карточный зал ограничен, у Макса есть приглашение, благодаря другу. Макс надеялся на свою память, выдержку, слабости партнёров, удачу, а иногда и на ловкость рук. Как новый игрок, парень покрутился у входа в казино, чтобы запомнить лица входящих, и направился в гостиницу.
Макс взял ключ у портье от забронированного номера. Номер был не закрыт. Перед ним стояла девушка. С высоты своего роста между двух длинных прядей рыжих волос, падающих на грудь, он увидел маленький кулон в дорогой оправе с рубином в виде черешни. Он поднял глаза, и в мочках аккуратных ушек заметил точно такие же сережки. Сама девушка особого впечатления не производила: обыкновенная веснушчатая, с бледным лицом и зелёными кошачьими глазами. На ней был форменный халатик персонала гостиницы, который тоже её не украшал. Тем не менее, он подумал: надо с ней познакомиться: откуда у горничной рубины на шее и в ушках? Тем более, что знакомых в этом городе у него не было. С ходу он отодвинул девушку от двери к кровати и посадил:
– Что это Вы, дорогуша, не успели убрать номер клиента вовремя? Да и волосы прибрали бы. Не всякому понравится рыжий волос на его постели или на полу.
– Простите, пожалуйста. Я уже ухожу: у меня эта последняя комната, и мой рабочий день заканчивается. Она, краснея, стала собирать непослушные пряди с плеч, сворачивать их жгутиком и закалывать. Но волосы были такие густые, что никак не сворачивались и снова падали на плечи. Она рванулась с его постели к двери, нажала ручку двери и исчезла.
«Странная девушка, горничная, а носит настоящие рубины, фигура у неё классная, очень сексуальная, хотя и не модельный стандарт», – подумал Макс, повалялся полчаса на постели с телефоном, побывал в соцсетях, спустился к портье и выведал адрес, встретившейся в номере барышни, использовав все своё обаяние и красноречие. Скоро он опять шёл по набережной в противоположную сторону и дошёл до конца города. Здесь главная дорога уходила от моря, и пришлось спуститься по тропе в сторону берега, где сквозь деревья просматривался дом, который он искал. Это была старинная одноэтажная усадьба с большой мансардой, увитая плющом и диким виноградом, с колоннами и роскошной лестницей у входа. Вокруг росло много экзотических деревьев, но они не были подстрижены; заросшая травой дорожка к морю почти не видна. Размеры парка вдоль берега трудно было определить, так как, где он кончается, невозможно разглядеть сквозь неухоженные заросли. Да и темнело уже. Создавалось впечатление, будто дом стоит в заброшенном месте. Свет горел только в одной комнате, прямо у входа. По-видимому, это была гостиная в английском стиле. За стеклом высокого окна, на подоконнике стояла потухшая свеча в бронзовом подсвечнике и в золотом одеянии расположилась большая фарфоровая кукла с такими же рыжими волосами, как у незнакомки. Макс подошёл поближе к окну и увидел сидящую в кресле горничную. Её имя ему уже было известно: Анна. Но казалось, что этой смутившейся в его номере девушке, больше подходит имя Анечка.
Остальные все окна не освещены и закрыты шторами. Стало понятно, что в доме больше никто не живёт. «Не бедная девочка! Усадьба, гектары земли у моря! Но все знакомства потом! Пусть эта рыбка ещё поплавает в своей стихии. А сегодня дела важнее!», – решил незваный гость. Он сорвал с разросшегося куста рододендрона ветку с цветами, вложил под подкову на массивной двери и ушёл, вполне довольный своей прогулкой. Через три часа, при полном параде, он уже был в казино.
Зал казино сверкал огнями, а женские наряды – драгоценностями. Макс не задержался у стойки бара, а прошёл прямо в игровой зал. Здесь стояли несколько столов, но только один был занят. За ним сидели трое мужчин и одна женщина. Её возраст было определить трудно: далеко за тридцать, а остальные 20 лет по-видимому спрятали косметологи и пластические хирурги. Хотя мужчины в такие тонкости не вникают, Макс понял, что это его шанс. Женщина была явно очень богата. Её эксклюзивный, брендовый наряд подчёркивал высокую грудь, ухоженную спину, прятал немолодую кожу рук. Умело подобранные украшения не только на пальцах, шее и даже в волосах, поражали своей роскошью. Их цену определить было невозможно, потому что они явно были в одном экземпляре и, естественно, с натуральными камнями. Когда-то Макс работал в помощниках у ювелира, и достоинства таких вещей определял безошибочно. Он сел за стол, но игра его уже увлекала мало: заинтересованно смотрел на даму, многозначительно ей улыбался, глазами показывал, когда брать карту, а когда отказаться. И она это оценила. После пятой партии Макс вышел из игры. Дама посмотрела на него лукаво и сказала.
– Ну, если вы больше не играете, может, сядете рядом со мной и будете моим консультантом?
– С удовольствием и почтением, – он сел рядом с дамой и представился:
– Макс, не женат, работаю барменом, но мечтаю о своём бизнесе.
– Ольга Павловна, – скромно сказала дама и закурила.
В этот вечер оба были в ударе. Она выигрывала и, когда в последней партии к двум своим тузам, по его совету, взяла ещё двух тузов, оба были просто счастливы.
– Покер! В один голос закричали они, собрали выигранные фишки и вышли из-за стола. По дороге к барной стойке Макс рассказывал:
– В детстве я часто играл в карты с друзьями. У нас в колоде было 4 джокера, именно их мы и называли – покер. Они перекрывали все карты. Четыре джокера забирали самый крупный выигрыш, а остальные картинки по четыре мы называли как каре. В детстве меня прозвали Джокер, потому что я часто выигрывал.
– Как забавно. Я вас тоже буду называть Джокер. И мы вместе всегда будем выигрывать. Они пили шампанское, смеялись, дурачились в автоматах, поужинали и пошли в её номер, который был в этом же здании. Потом ещё долго сидели за столиком и рассказывали друг о друге. Макс узнал, что Ольга Павловна, имеет офисы в Лондоне и Стамбуле, занимается недвижимостью. Макс вспоминал какие-то смешные истории и, как бы между прочим, сказал:
– Я ведь не успокоюсь, пока не останусь у Вас на ночь. Вы меня так заводите.
На что она ответила:
– Знаете, Макс, каждая женщина хочет, чтобы её любили и, если мужчина убедит её в этом, то она запомнит его на всю жизнь, а, возможно, и будет любить всю жизнь.
Максу очень хотелось, чтобы его помнили всю жизнь, а ещё лучше любили. Ведь это было так недолго в его детстве. И он скоро лёг в её постель, не помня о разнице лет или положений, или ещё о каких-то различиях. И он очень старался, чтобы его запомнили на всю жизнь, вспоминали с восторгом и без печали.
Утром, когда горячечный сон азарта, игры и алкоголя развеялся, он понял, что находится в гостиничном номере. На столе лежала женская сумочка. Он взял из кошелька Ольги Павловны 2000 фунтов и тихо ушёл: а что? Ведь он приехал сюда за этим. Они больше никогда не встретятся, и не надо будет оправдываться. Макс был беспечный авантюрист, расчётливый игрок, но и романтик. Он не мог так откровенно обидеть женщину. На столе он оставил записку: прекрасная ночь, какая женщина! До встречи! Мой номер телефона… И, хотя карточку с этим номером он очень редко вставлял в телефон, выглядело всё красиво.
Ольга Павловна проснулась поздно. Рядом никого не было. Неумытая и непричесанная, она походила по комнате, выпила рюмку коньяка, заказала кофе в номер, закурила сигарету. На столе валялись её ключи от машины, от номера и сумочка. Она открыла сумочку. На дне было несколько фишек, деньги не были положены в кошелёк, а просто лежали кучей. Она пересчитала их. Вчера был безумный пьяный вечер, но она всегда помнила, сколько денег у неё было и сколько потратила. В любом состоянии она считала расходы, и в этом плане её голова работала точно, даже в алкогольном угаре. Она поняла, что её «кинули», очевидно, на пару тысяч. Ну что же, в конце концов, за удовольствия надо платить. Хорошо ещё, что машину не увёл. Вор, но стеснительный. Что-то в этом роде было у Ильфа и Петрова. Она грустно улыбнулась, посмотрев на себя в зеркало, и пошла в душ.
Выходя из номера, дама скомкала записку со стола и хотела уже бросить в мусорник, но что-то её остановило. Да… ночь… Он был как-то по-детски трогателен в своём желании любить и быть любимым. Он не совсем потерян. Она записала его номер в мобильнике и позвонила. Позвонила, просто, чтобы проверить, есть ли вообще такой номер. Телефон был включен, долго не отвечал, наконец, гудки прекратились.
– Да! Жиголо, но не желающий в этом признаться, в Турции таких на каждом перекрестке, – подумала она и стёрла номер в мобильнике.
По дороге из Маргита в Лондон, сидя за рулем, Ольга Павловна уже обдумывала дела на сегодняшний день. Во второй половине дня надо будет провести совещание. Июль – время отпусков, и продаж недвижимости не будет. В обычном режиме трудится только отдел аренды. Миграция людей из Европы идёт постоянно, помещения будут освобождаться, сдаваться под квартиры, комнаты и офисы – это надёжный доход. Отдел маркетинга займется аналитикой рынка недвижимости, динамикой цен и спланирует возможности продаж и покупок на осень по конкретным объектам. Менеджер по рекламе пусть планирует очередную компанию на конец августа и сентябрь. Потом надо связаться со Стамбулом, чтобы мой заместитель провёл аналогичные мероприятия там. В Лондоне я ещё должна пробыть до осени, пока точно не буду знать объекты для конкретных сделок и возможности доходов от этих сделок. Потом можно всё отдать в руки менеджеров и юристов. Здесь люди надёжные и проверенные. В Лондоне работают мои лучшие кадры. Они годами зарабатывали возможность жить в Англии, и вполне счастливы. Профессионалу, довольному заработком и жизнью, можно доверять. Он сделает всё точно, чтобы сохранить свою стабильность и мобильность работы своей фирмы. А вот в Турции надо будет быть осенью обязательно. Там на каждой сделке придётся присутствовать самой. И хотя команда, как будто опытная, но есть и новые люди. Надо всё держать под контролем: на то и щука, чтобы карась не дремал. Как всегда, нужны сводки на каждый день по рынку продаж и курсу валют. По понедельникам будут совещания. Пока, пожалуй, всё.
Она приехала в лондонский офис во время ланча, около часа дня. Быстро дала распоряжение о времени совещания, забрала почту и прошла в свой кабинет. Вытаскивая сигареты из сумочки, она снова наткнулась на фишку из казино, подумала и вызвала начальника по охране. Он вошёл в её кабинет через пару минут. Ольга Павловна погасила сигарету, выпрямила спину, сидя за рабочим столом, и деловым тоном начала говорить:
– Петр Васильевич, вчера я в Маргите играла в покер и неосторожно познакомилась с одним молодым человеком. Его зовут Макс, он работает барменом в пабе «Чёрный пес» в пятой зоне Лондона. Останавливался в гостинице «Флорида», в Маргите последние двое суток. Вот его фотография на моем мобильнике. Пожалуйста, найдите его и установите слежку, выясните его контакты и образ жизни. Сами не светитесь и ничего не предпринимайте, докладывайте мне по мере поступления информации.
– Хорошо, Ольга Павловна. Всё будет сделано. А вы думаете, что вам угрожает опасность?
– Нет, дорогой мой, но он игрок, а какой ход может сделать игрок? Лучше знать, с кем имеешь дело – сами понимаете.
– Понимаю, Ольга Павловна. Я буду держать вас в курсе.
– До свидания и успеха.
– До завтра.
Ольга Павловна сама ещё вполне не осознавала, зачем ей это нужно. Угрозы парень вроде не представлял, мелкий мошенник, но её всё же задевало то, что деньги украдены. Она не собиралась его покупать. Он сам так решил. Она не привыкла, чтобы кто-то, что-то решал за неё, притом ущемлял её же интересы. Это бесило и задевало самолюбие. Хотя, она увидела в нём азарт игрока, жажду удовольствий жизни, а это так понятно и знакомо ей самой. И потом он воспитан, всегда весел. Его можно брать как сопровождение на игры, в поездки: с заводным фантазёром, да ещё неглупым, скучно не будет. Но за воровство он должен быть наказан, знать своё место, понимать её силу, возможности и, кто хозяин. Она пока не знала, как поступит: уничтожит его или приблизит и поможет.
День закончился, как и планировала. Совещание провела, Указания дала. С менеджерами в компаниях связалась и отправила все решения по факсу. Приняла душ, переоделась здесь же в офисе и поехала снова в казино в Маргите. Выиграю или проиграю? Неважно. Главное – не оставаться одной до ночи.
Анечка сидела в кресле с чашкой мятного чая и старалась отогнать от себя мысли о неприятном рабочем дне. В этот день, как всегда, она убирала номера, меняла постельное белье и полотенца, заполняла холодильники напитками, докладывала менеджеру о номерах, готовых для нового постояльца гостиницы. Здесь она работала неполную рабочую неделю, а в свободные дни училась в колледже, изучая гостиничный и туристический бизнес. В конце рабочего дня девушка задержалась у менеджера, который суетился, много говорил по телефону, давал какие-то стандартные указания и отпустил её позже обычного. Она убирала последний номер, торопясь и нервничая: её смена кончалась, а после полудня начнётся следующий заезд гостей. В любой момент мог появиться в номере новый постоялец. Он появился и испортил ей настроение. Девушка не запомнила его лица – её мучило то унизительное состояние, когда, нелепо оправдываясь, она прилипла к постели, на которую новый гость её усадил. Молодой человек ей выговаривал неприятные вещи и, наверное, был прав, но зачем так грубо? Как это всё нелепо! Она смотрела в кружку чая и жалела сама себя: одна целый год в этом роскошном и пустом доме и в городе, уже ставшим чужим. Наконец, Анечка заметила, что чай уже остыл, залпом выпила оставшийся и посмотрела в окно. Кукла в блестящем платье, с позолоченной лентой, вплетённой в рыжие искусственные волосы, одиноко сидела на подоконнике у окна.
Десять лет назад девочка с золотистой косой попала в этот дом. Мама вышла замуж. Девочку с побережья Балтийского моря посадили в самолёт. Она летела и смотрела из круглого оконца вниз на игрушечные домики необозримых глазом городов, бесконечные поля, как квадратики шахматной доски зелёного цвета, обнесённые посадками деревьев, вместо привычных заборов, необъятное море, с рядами ветряков у побережья. А потом мама и очень приветливый седой господин, говорящий на непонятном языке, встретили её у самолета, её посадили в серебристую, как балтийская чайка, машину и привезли в праздничный город. На длинной улице каждый вход в дома был освещен разноцветными лампочками, и много весёлых людей с шарами в виде сердца, плюшевыми игрушками в руках, с детьми всех возрастов и без детей, заходили в эти двери или выходили. Крутились карусели, играла музыка, а внизу под высокой дамбой тоже было море. Хотелось зайти во все двери, спуститься к морю или покататься на карусели, но машина проехала мимо этого праздника жизни до конца города и остановилась около большого дома с колоннами и множеством цветов вокруг. Цветы были на деревьях, кустах, в траве и даже висели в больших горшках у дверей дома. Седой господин открыл высокие деревянные двери и, улыбаясь, пропустил вперед маму и девочку. Они прошли через холл, повернули налево и поднялись по лестнице, покрытой тёмно-зелёным ковром в цвет деревянных, оливкового цвета, перилл и ступеней. Этот же ковёр устилал пол коридора на другом этаже. Вдоль коридора было пять деревянных дверей Мама открыла последнюю дверь, рядом с душевой и туалетом, провела девочку внутрь комнаты. Всё в комнате было розовым: шкаф, кровать, постельное бельё, пижамка и халат в шкафу, столешница письменного стола, даже компьютер, телефон и шариковые ручки на столе тоже были розовыми. Только кукла, сидящая на кровати, очаровывала платьем цвета солнца. Рядом лежало такое же платье размером на девочку, атласная лента для волос, а на полу стояли маленькие туфельки, цвета позолоченных ручек на дверях комнаты.
– Это твоя спальня, Анна. Скоро у тебя День рождения, тебе исполняется десять лет. Это твой праздничный наряд. В субботу соберутся гости, приглашены и дети. Ты будешь у меня, как принцесса на балу, – сказала мама, радостно засмеялась, обняла и поцеловала дочку.
– А пока у тебя нет подружки, эта кукла будет с тобой. Ты можешь с ней говорить, доверять ей свои секреты и играть. Потом мама подвела дочь к зеркальцу на розовом столике, открыла небольшую шкатулку и достала маленькие серёжки с красными камешками в виде черешни и таким же кулоном на золотой цепочке.
– Это твой первый очень дорогой подарок. Береги его. Ты будешь получать в каждый свой день рождения новое украшение, но ты должна быть послушной и стараться следовать этому расписанию. В нашем новом доме все имеют свои обязанности и живут по распорядку этого дома. Мама подвела её к письменному столу, где в рамке под стеклом была расписана по дням вся её дальнейшая жизнь. Здесь было время завтрака, обеда, ужина, занятия в школе, уроки английского, плавание в бассейне и занятия в спортивном зале, время работы в саду, время занятий в библиотеке, обучение пользованию компьютером и гигиенические процедуры. Время с понедельника по субботу было расписано по часам. Но в воскресенье можно было заниматься, чем хочешь, и даже лениться. Анечке нравилось в этом доме, она любила свою маму и старалась выполнять всё, чтобы все были счастливы. И все, на самом деле, были довольны: девочка, мама, её муж, которого Анечка скоро стала называть папой.
Год назад случилось несчастье: автокатастрофа. Погибли оба. Анечка осталась сиротой в двадцать лет. Она переселилась на первый этаж в гостиную и никогда не поднималась в спальни второго этажа. Теперь, когда первая боль от потери родных так часто не беспокоила, Анечка попыталась разобраться с имуществом, Читая документы, она выяснила, что является наследницей дома и земельных угодий вокруг, стоимостью в несколько десятков миллионов. Собственно, самому дому уже более двести лет, и он в настоящий момент большой цены не имеет. Миллионы стоит земля под домом.
Но этот небольшой особняк является исторической реликвией, государство обязывает владельца реставрировать его и запретило продажу на неопределённое время. Значит, невозможно продать и землю. Кто купит собственность, в которую надо сразу вкладывать большие деньги. На реставрацию у Анечки денег нет, и она не может воспользоваться наследством, во всяком случае, в ближайшее время. Денег после смерти матери почти не осталось, и приходилось жить на своё скромное жалованье или продавать кое-что из драгоценностей, чтобы оплачивать учебу и налоги за недвижимость. Пока она училась в Англии, но твёрдо знала, что хочет вернуться на Родину. И хотя бабушки уже не было в живых, но остался скромный домик у Балтийского моря в родной Литве.
Сейчас она сидела в одиночестве и вспоминала детство. Как по утрам садилась на велосипед и по бетонной дорожке, от дома до моря, сквозь дюны по обеим сторонам, выезжала навстречу стихии побережья. Долго катила по песчаному берегу, уклоняясь от накатывающих под колёса толчков морской воды. Как будто, соревнуясь с волнами, она уклонялась от них, хотя и было немного боязно, что какая-нибудь шальная волна захлестнёт велосипед и унесёт её в море. Но азарт борьбы гнал вперёд быстрее и быстрее по скрипящему от продавленных ракушек жёлтому песку. Ощущение молодой силы веселило, горьковатый от прибрежных сосен и морских брызг воздух наполнял лёгкие и разливался в каждой клеточке тела восторгом и радостью. Гребешки небольших волн, словно спинки рыбок, светились от восходящего солнца и бежали от горизонта к берегу. Над ними кружились чайки. И от их крика всё оживало и пробуждалось.
Анечка оставляла велосипед, снимала майку, джинсы и бросалась в море. Вода сводила мышцы, и надо было плыть очень быстро, чтобы согреться и привыкнуть к холоду. Она плыла к горизонту, навстречу солнцу. Вода уже не казалась такой ледяной, и здесь, вдали от берега, не было больших волн – можно было лечь на спину, расслабиться и заглянуть в небо. Анечка нырнула к песчаному, без водорослей и камней дну, подобрала на песке жёлтый прозрачный кусочек затвердевшей сосновой смолы, вынырнула и поплыла к берегу. На берегу рассмотрела найденный на дне янтарик. Такие камешки-янтарики можно часто найти на побережье или на песчаном морском дне. Мастера делают из них бусы, броши, а в былое время богатые люди даже украшали янтарем интерьеры. Тёплый полудрагоценный камень выносится водой на берег с морского дна, куда, как капельки пота, сбрасывали свою смолу в жаркие дни прибрежные сосны. Этот камешек, в форме раковины, изнутри сиял, как лучик солнца, и удивлял многоцветием, от лимонно-жёлтого до желудево-коричневого. Он будет согревать её ладошку в дождливый или снежный день долгой балтийской зимы. Анечка кладёт его в кармашек джинсов и садится на велосипед. После студёной воды ветер кажется приятным. Лучи солнца уже согревают кожу, и хочется, чтобы так было всегда: свежо, тепло, возбуждающе и радостно.