Buch lesen: "Империя праха"

Филип К. Квантрелл

Schriftart:

Philip C. Quaintrell

EMPIRE OF DIRT

This edition is published by arrangement with Hardman and Swainson and The Van Lear Agency LLC

Действующие лица

Адиландра Севари, эльфийская королева

Алидир Ялатанил, эльф, наставник в Полночи

Богиня, королева темнорожденных

Валанис, темный эльф, самопровозглашенный посланец богов

Гал Тион, первый человеческий король Иллиана, жил тысячу лет назад

Галанор Ревири, эльфийский воин

Галкарус Вод, человек, придворный маг короля Ренгара

Гидеон Торн, человеческий маг, ученик Корканата

Грегорн Орвиш, король Серого Камня, повелитель Ледяных долин

Дариус Деваль, человек, рыцарь ордена Серых плащей

Изабелла Харг, королева Лириана, повелительница Фелгарна

Кренорак, воин-темнорожденный

Меркарис Тион, король Намдора, повелитель Орита

Накир Галворд, генерал, член Длани Валаниса

Наста Нал-Акет, Отец Полночи

Натаниэль Голфри, человеческий рыцарь, член ордена Серых плащей

Нед Фенник, человеческий рыцарь, член ордена Серых плащей

Рейна Севари, эльфийская принцесса

Ренгар Марек, король Велии, повелитель Алборна

Ро Досарн, человек, аракеш, член Полночи

Самандриэль Затья, генерал, член Длани Валаниса

Таллан Тассарион, генерал, член Длани Валаниса

Тобин Голфри, Серый плащ, отец Натаниэля Голфри

Тиберий Серый, основатель ордена Серых плащей

Фарос Калванари, ребенок-император Карата, повелитель Иссушенных земель

Фэйлен Халдор, эльфийка, наставница Рейны Севари

Хайварк, первосвященник, советник Богини

Хорварт, лорд-маршал, глава Серых плащей

Эшер, человек, рейнджер, бывший член Полночи

Адриэль, последний эльфийский драгорн

Атария Данелл, ученица Хадавада

Бэйл, сын Хила, рейнджер, варвар из племени Дуболомов

Доран, сын Дорейна, рейнджер, гном из клана Сталебрюхов

Галандавакс, дракон, связанный с Адриэлем

Хадавад, рейнджер, маг

Халион Аль-Анан, заместитель командующего императорской армией

Йонус Глэйд, рейнджер

Калеб Йорден, рейнджер, бывший Серый плащ

Райнаэль Изумрудная звезда, королева драконов

Рассел Мэйбери, рейнджер, владелец «Кирки»

Салим Аль-Анан, рейнджер, бывший гвардеец

Тарен-сирота, Белый филин

Эхо Судьбы
Пророчество

Эльфы, любимцы богов, во тьме потеряют путь, гневу людскому под силу пламя драконье задуть.

Человек бессмертный владыке тьмы дарует желанное, звезда Палдоры на небо дневное взойдет, долгожданная. Ее красота неземная – верный знак разрушения, лишь двух берегов союз надежду дает на спасение.

Дети огня и пламени – будущего залог, но только избранный знает мрачный битвы итог. Боги даруют удачу и силу, избраннику прочат успех – но лишь для того, чтобы волей судеб один пострадал за всех.

НАЛАНА СЕВАРИ

Пролог

На мили вокруг разносился гром битвы за Элетию. Лязг эльфийской стали взлетал над стенами, баллисты метали огромные пылающие камни, целя по высоким башням, обломки сыпались на объятые хаосом улицы. В прохладном ночном воздухе стоны умирающих сливались с яростными, полными ненависти криками идущих в бой, драконы метались по небу, то и дело опаляя поле битвы смертоносным дыханием.

Но Валанис ничего этого не слышал.

У ног его лежал труп Горвандила Севари, короля эльфов. Супруга Горвандила встретила свой конец тут же, в нескольких шагах от мужа. Валанису они были неинтересны – все свое внимание он сосредоточил на леди Сайле, отчаянно хватавшей ртом воздух. Вдохнуть у нее не получалось: слишком сильно темный эльф сжал ее горло.

Благодаря своему упорству и легендарным талантам Сайла множество раз срывала его планы, и потому наблюдать, как ее жизнь по капле утекает из тела, смотреть в глаза, полные отчаянного желания выжить, было Валанису особенно приятно.

Даже самые могучие воины в последний миг боятся смерти. Боятся его. Разве не занятно?

– Тебе не одолеть судьбу. Конец этой истории написан богами, – прошептал ей на ухо Валанис и, прежде чем воительница испустила последний вздох, сломал ей шею и швырнул тело на холодный пол.

Переступив через трупы, он двинулся дальше, в сердце Элетии. Шепот богов вел его по древним коридорам, направляя каждый шаг. Валанис слышал их голоса так же ясно, как голоса генералов Длани, держащих перед ним совет и присягающих на верность. Самые могущественные создания вселенной избрали его для сотворения нового, подходящего им мира, и он не собирался отступать.

Он всходил на ступени центральной башни, и ветер развевал за его плечами черный плащ. Его бронзовый доспех служил скорее для украшения: защита от примитивного оружия темному эльфу не требовалась.

Валанис был прекрасен даже по эльфийским меркам: по плечам его струились шелковистые волосы, доходящие до середины спины, а височные пряди соединялись на затылке в единую косу. Впрочем, Валаниса красота больше не интересовала, он стал выше этого. Все его естество подчинялось теперь лишь одной цели.

НАЙДИ ЕГО!

Десятки голосов бесновались в голове. Он почувствовал, как сила Найюса бежит по венам – страстное желание бога вернуться. Золотистое сияние объяло Валаниса, но дрожь была так сильна, что ему даже пришлось остановиться на вершине лестницы. Он изо всех сил стиснул кулаки, пытаясь вернуть себе власть над струящейся внутри магией. Тщетно. Чувствуя, что огромная сила вот-вот разорвет его, он со стоном упал на одно колено.

Кристалл. Ему нужен кристалл, немедленно. С тех пор как Валанис в последний раз опустился в источник Найюса, приступы стали одолевать чаще и сильнее…

ОН БЛИЗКО!

Валанис давно научился различать в общем хоре голос Палдоры, богини звезд. Ее дар должен был помочь ему справиться с магией Найюса. Валанис поднял глаза и, напрягая зрение, увидел на лестничной площадке мальчишку-подростка, явно раненого. Мальчишка бежал навстречу, от Зала Жизни, и стоило ему приблизиться, как Валанис узнал в нем Элима, принца Элетии. Заметив его, мальчишка застыл как вкопанный, глаза расширились от ужаса. Но Валанис не мог даже рассмотреть его толком: агония все длилась, кожа горела, словно охваченная пламенем.

СОСРЕДОТОЧЬСЯ.

Голоса богов пробивались сквозь муку: это Атилан, повелитель богов, ниспослал ему сил и храбрости. Вскоре боль вправду отступила, угасла золотая аура, озарявшая бледную кожу Валаниса, тело вновь начало слушаться. Постоянный гул в ушах помог сосредоточиться, подняться на ноги… Но принц к тому времени уже сбежал. Пусть. Чем меньше народу, тем проще в бою. Ему нужны были лишь боги, а они-то никогда его не оставляли.

Вскоре он достиг белых резных дверей Зала Жизни, охраняемых двумя десятками эльфийских воинов в белых доспехах и голубых плащах. Они замерли, угрожающе вскинув сабли, глаза их горели решимостью. Немного осталось тех, кто осмеливался встать вот так против Валаниса, – поистине, кристалл Палдоры доверили охранять храбрейшим воинам!

– Я убил вашего короля… – Валанис не узнал свой голос: он стал глубже, в нем слышались отзвуки десятков иных голосов, добавлявших призрачные, зловещие нотки. – Я сломал шею леди Сайле… Думаете, у вас есть надежда? Присоединитесь ко мне – и я дарую вашим жизням смысл.

Воины даже не шевельнулись.

УБЕЙ ИХ!

Крайт, бог войны, шипел ему в ухо, словно стоял за плечом, подначивал выпустить гнев, уничтожить их всех.

– Да будет так…

Валанис поднял ладони, и десять эльфов пали тут же от ударов собственных клинков. Скимитары вырвались из рук хозяев и понеслись по коридору, кружась в полете, разя направо и налево. Кровь брызнула веером, окатив стены, запятнав белые доспехи. Некоторые рыцари умудрялись отразить атаку, но скорости им не хватало: несколько мгновений – и все воины затихли на полу, мертвые.

Валанис вздохнул. Он предпочел бы видеть их в рядах своих соратников, но они сделали выбор, глупый выбор – встать на пути богов.

Он прошел мимо, переступая через тела, остановился перед высокими дверями. Одно движение запястья, магический удар – и двери распахнулись, открывая его взору Зал Жизни.

Потолки просторного круглого зала поддерживали массивные колонны, окружавшие небольшое возвышение. Дальней стены у зала не было, вместо нее над городом раскинулся балкон – место для драконов, желающих посетить встречу старейшин.

ХВАТАЙ ЕГО!

Голоса вскричали, стоило Валанису завидеть возвышение. Наконец-то он обрел кристалл Палдоры! Он не задумываясь подошел к цели и схватил покоившийся на пьедестале черный кристалл, поднял его к свету, внимательно разглядывая. Валанис пытался понять, почему не чувствует исходящую от артефакта силу…

ЛОВУШКА!

Не упавший с небес дар – просто камень, добытый из земли! Валанис превратил его в пыль, сжав в кулаке. Подумать только, попался на такую уловку!

Четверо старейшин королевского совета бесшумно выступили из-за колонн, окружая его, у каждого на посохе переливался кристалл размером с кулак.

Пусть он попался на их уловку, но как можно было не заметить существо, таившееся под потолком?! Гарганафан, старейший из драконов, устроился под куполом, обвившись гибким телом вокруг колонн и глубоко вонзив когти в мрамор.

Эльфов Валанис убивал с легким сердцем: воля богов, желающих очистить мир для своего возвращения, придавала ему уверенности, но убивать драконов не любил. Они были древнейшими созданиями и, несмотря на их с богами войну, случившуюся еще до восхождения последних на небеса, оставались созданиями величайшими. Там, в глубинах своего разума, он всегда чувствовал, что боги до сих пор гневаются на этих тварей, и, если приходилось сойтись в бою с драконом, высвобождал этот гнев. Так он с начала войны убил многих и знал, что, прежде чем завершит свою миссию, придется убить еще больше.

Гарганафан, скользя вокруг колонн, приземлился на пол так, что вся башня содрогнулась, а мрамор пошел трещинами. Дракон навис над Валанисом, обернув длинную чешуйчатую шею вокруг ближайшей колонны.

– Тебе не добраться до кристалла, Валанис! – воскликнул один из старейшин… как там его звали? Валанис не смог вспомнить ни одного имени – такими незначительными были эти эльфы. – Твой поход закончится здесь!

– Закончится? – Валанис угрожающе рассмеялся. – Думаешь, я предал огню и мечу ваш дом ради кристалла? Да, он мне нужен, но не в этом моя цель… – Он бросил взгляд на Гарганафана и коварно усмехнулся. – Ты им не сказал? – Зверь глухо зарычал в ответ. – Какие мы таинственные… Плохой дракон!

Валанис готов был обрушить на них лавину заклинаний и чар, но эльфы оказались быстрее: вскинули посохи с горящими, словно раскаленными добела, кристаллами. Свет этот ослепил, выжег все ощущения, отрезал его от мира. Поток магической энергии накрыл его с головой, заглушая голоса, читающие заклинание, сковал тело. Валанис пытался сопротивляться, вспоминая одно разрушительное заклятье за другим, но вот чары Гарганафана влились в общий поток – и сопротивление сделалось бесполезным. От самого тела Гарганафана исходили волны магии, и волны эти смыли все усилия воли, что прикладывал Валанис.

Он чувствовал, как плетется и плетется заклинание, сетью обволакивая его, сковывая силу. В какой-то миг ему показалось, что он сам – средоточие магии и больше ничего от него не осталось. В белом как снег сиянии исчезли и эльфийские старейшины и нависший над ним великий дракон. Последнее, что он услышал, – громогласный рев Гарганафана, настолько могучий, что мог, казалось, обрушить всю башню.

Но белизна ослепила лишь на мгновение: вспышка – и вот мир вернулся вновь. Валанис огляделся… и застыл, пораженный.

Зал Жизни изменился. Не горели больше факелы, вокруг царила тьма. В куполе зияли дыры, окруженные сетью трещин, – словно вся конструкция вот-вот обрушится. Но удивительнее всего были фигуры старейшин: они все так же окружали его, но плоть их обратилась в унылый серый камень. Совершенно безжизненный.

Янтарные чары…

До Валаниса доходили слухи, что совет ищет их. Однако кто бы мог подумать, что они призовут дракона, дабы усилить древнюю магию? Валанис рассмеялся. О, какую огромную жертву они принесли, чтобы поймать в ловушку одного темного эльфа! Погибли сами, погубили сильнейшего из драконов – и ради чего? Вопреки их усилиям он, Валанис, свободен!

Мрачная мысль вползла в его разум. Как долго они продержали его здесь? Судя по состоянию зала, прошли годы. Он двинулся было к балкону, но колени подломились.

– Нет…

Он рухнул на пол, и знакомый гул вновь заполнил уши, кожа засветилась во тьме.

Цепляясь за каменный пол, Валанис выполз на балкон, под свет полумесяца, и, подняв голову к звездам, взмолился о помощи. Он не смог раздобыть кристалл, а без него… без него не хватит сил подготовить Верду к прибытию богов.

Тошнота накрыла его, он перевернулся на спину, пережидая спазмы, но не выдержал – заорал в ночное небо, чтобы выпустить из тела хоть малую толику разрушительной силы…

Этой энергии хватило, чтобы камень пошел трещинами, а перила сдуло начисто.

Постепенно приступ прошел, и Валанис кое-как смог встать на четвереньки. Глубоко вдохнув, он наконец поднялся, отвел с лица светлые пряди и, подойдя к краю, взглянул на руины, бывшие когда-то Элетией.

При виде развалин надежды его развеялись как дым. Нет, Янтарные чары сдерживали его не несколько дней, даже не несколько лет. Он застрял в ловушке Зала Жизни на века.

Ни единого дракона в небе. Ни единого темного эльфа на земле. И вокруг городских стен – болото.

Но где же Алидир, его верный генерал, глава Длани? Где остальные ученики? Да, они могли погибнуть в той битве или битвах последующих, но ведь он даровал каждому из них часть силы Найюса, доверил невероятное божественное оружие. Нет, они где-то здесь…

Он обратил взор на север, к горам Венгоры, где среди дремлющих пиков скрывалась его крепость, его дом – Калибан. А под Калибаном – источники Найюса, зачарованные воды. Единственное место, где он мог отдохнуть, не боясь новых приступов. Не боясь, что дарованная богами сила разорвет его.

Он представил пещеру источников и взмахом руки открыл портал… Но стоило ступить в чернильную тьму, как нахлынул новый приступ, и, вместо того чтобы войти под своды пещеры, он шагнул прямо в болотную жижу. Вестник богов, командир самой яростной армии Верды шлепнулся лицом в трясину. Отплевываясь от грязной воды, он кое-как выполз на твердую землю, борясь с желанием выпустить магию, потому что знал: в этот раз она его убьет.

Он пополз дальше, чувствуя, как тянет назад потяжелевший от воды и грязи плащ.

Обернувшись, Валанис увидел раскинувшуюся среди болот Элетию. Трудно было сказать, какая сторона победила в битве, какая – в войне. Эльфы покинули цитадель, но потому ли, что проиграли?

Валанис взревел: гнев помогал справиться с приступом. Получив маленькую передышку, он зачерпнул немного дарованной Найюсом магической силы и коснулся эфира. Его немедленно окружила знакомая аура Алидира, Таллана, Аделлума, Самандриэль и Накира. Все они находились далеко друг от друга, но зато были живы. Даже сквозь узы он почувствовал их удивление и бурную радость, но быстро оборвал их восторги и приказал немедленно найти его. Времени было мало, он нуждался в источнике Найюса: следующий приступ мог оставить его калекой.

Сперва он восстановит силы. А потом уж выяснит, что случилось с миром.

Часть 1

Глава 1. Валанис

Сорок лет спустя…

Алидир присел на корточки у края мерцающей воды и, погрузив руку, вытащил пригоршню кристаллов, составлявших ложе источника. В воде они оставались мягкими, как желе, но затвердевали, стоило им соприкоснуться с воздухом. Содержащейся в одном таком кристалле магии хватило бы, чтобы одним махом перешагнуть континент. Алидир полюбовался угасающим сиянием камней и ссыпал их в мешочек на поясе.

– А ты обленился. – Таллан Тассарион подошел к Алидиру сзади, вернее сверху: он передвигался по потолку в двадцати футах над землей, абсолютно не замечая высоты.

– Источник Найюса – это дар, Таллан. А дар богов отвергать не следует.

Таллан прошел между сталактитами, прошагал вниз по колонне и подошел к Алидиру. С его черного плаща и доспехов стекала вода, бледное лицо и бритая голова, не скрытые маской и капюшоном, будто светились в мягком свете источника, по голому черепу змеилась сложная татуировка – древние письмена некоего народа, жившего на этих землях задолго до эльфов.

– Судя по твоему виду, ты только что из Эдейского океана, от морских жителей. – Алидир двинулся к выходу из отрицающих земные законы пещер в сторону каменных залов Калибана.

На самом деле он в нетерпении ждал от брата новостей, но прикладывал все усилия, чтобы выглядеть хладнокровным перед остальными членами Длани: в конце концов, недаром он был их главой.

– Верно, брат. Однако вести я принес дурные. – Судя по тону, Таллан был этому даже рад. – Морской народ страшно оскорбился, когда я спросил их о кристалле Палдоры. Они заявили, что, если б такой артефакт появился в их владениях, уж они бы об этом знали!

Алидир отвернулся, чтобы Таллан не заметил, как темный эльф хмурится. Дурак! Поверил, что рейнджер и впрямь выбросил остаток кристалла в океан! В тот миг он был слишком опьянен силой, которую источал осколок в отнятом у Эшера кольце, опьянен мечтами о том, как поднесет дар Валанису… А теперь придется объясняться не только перед господином, но и перед всей Дланью. Он хотел приказать Таллану вернуться к морскому народу и потребовать, чтобы они еще раз обыскали океан, но понимал, что русалки говорят правду: Валанис запугал их так, что и через тысячу лет они не посмели бы лгать.

– Я немедленно доложу Валанису, – добавил Таллан, но Алидир развернулся, преграждая ему путь.

– Нет уж, это я ему доложу. Раз я глава – значит, это моя обязанность.

Алидир заметил на лице брата разочарование. Последние сорок лет, с тех пор как Валанис освободился от Янтарных чар, Таллан был главой Длани. Занял же он это место потому, что Алидир за тысячу лет так и не смог найти кристалл Палдоры. Теперь же все вернулось на круги своя: Алидир отобрал кристалл у рейнджера Эшера и вновь по праву возвысился над Талланом.

– Как пожелаешь. – Таллан склонил голову и вновь исчез во тьме пещеры.

Алидир перевел дух, собираясь с мыслями, и устремился в холодные коридоры Калибана. Вскоре он добрался до высоких дверей, ведущих в покои Валаниса. Покои, в которые тот лишь недавно смог снова войти, – если бы не осколок кристалла Палдоры, ему так и пришлось бы оставаться в источнике Найюса.

У дверей Алидир помедлил, подбирая слова. Преподносить подобные вести следовало с умом.

– Входи же, – позвал мелодичный голос. Женский.

Алидир закатил глаза и вошел, зная, кого увидит. И действительно: за дверями его ждала Самандриэль Затья. Она нехорошо ухмыльнулась ему, глянула с вызовом. Стоило ей взять в руки копье с двумя остриями, как она загоралась желанием вызвать его на бой. Из всей Длани она сильнее всех рвалась защищать Валаниса, словно родного отца, поэтому и теперь стояла в пустой комнате, как часовой, охраняя проход на балкон.

– Где господин? – спросил Алидир.

– Любуется рассветом. – Самандриэль бросила быстрый взгляд на дверной проем.

Алидир шагнул было вперед, но сестра преградила ему путь, сверкая золотистыми глазами. Он стиснул зубы: когда уже закончатся эти «семейные» игры!

– Он не желает, чтобы его беспокоили. – Тон Самандриэль не терпел возражений.

– Я, вообще-то, глава Длани…

– Еще шаг, брат, – и лишишься и главы, и длани.

Алидир скосил глаза на кончик ее копья. Настроена она была решительно. Он давно уже задавался вопросом: кто победил бы в их дуэли? Пусть он был коварным противником и изворотливым стратегом, оружием сестра владела куда лучше.

– Пропусти его, Самандриэль, – донес ветер отчетливый шепот Валаниса.

Самандриэль приподняла бровь, но поклонилась, продемонстрировав знакомые татуировки на голове. У Алидира были такие же, но он предпочел спрятать их под густыми черными волосами, когда основал братство наемных убийц, известное всему Иллиану как «аракеши из Полночи». Так было проще скрыть, кому он на самом деле служит.

Дождавшись, пока дверь за ним закроется, Алидир ступил на балкон. Даже в ясную погоду Калибан окружали облака и туманы, не добиравшиеся до башен, но они же делали рассвет прекраснее: солнце поднималось из них как из моря, навечно укрывшего Ледяные долины и Серый камень. Веками это королевство ютилось в тени Калибана, но ни один его король даже не догадывался об обитателях крепости.

Алидир прошел между древними доспехами, несущими караул по обе стороны арки, и вышел наконец на полуразрушенный балкон, нависший над морем облаков. Ледяной, пронизывающий до костей ветер немедленно растрепал его одежды. Алидира холод, впрочем, не беспокоил: боль закалила его, ведь ему пришлось порядком пострадать, пока господин не даровал Алидиру частичку своей божественной силы. Лед и пламя стали его покорными слугами, так стоило ли их бояться?

Он подошел к господину и как никогда остро ощутил потерю второго клинка. Тысячу лет мечи-близнецы везде сопровождали его, направляя в бою, приумножая жажду крови… И все же Алидир не мог позволить этому неудобству проявиться. В присутствии Валаниса надлежало показывать лишь свою силу.

Вестник богов стоял на самом краю разрушенного балкона, у провала, зиявшего между уцелевшими кусками перил.

Его черные одежды, перехваченные на талии поясом, развевались на ветру, капюшон грозил вот-вот слететь, выпустив на свободу длинные светлые волосы. Тело темного эльфа обхватывал подогнанный идеально по фигуре, словно вторая кожа, пластинчатый доспех, на плечах вздымавшийся короткими острыми шипами. Наручи закрывали руки полностью, до кончиков пальцев. Доспех этот был Алидиру незнаком – во всяком случае, во время Темной войны Валанис его не носил. Новый образ господина казался более утонченным, но при этом и более грозным: словно тени обволакивали стройную фигуру.

Стоило Алидиру приблизиться, как по коже побежали мурашки, каждый волосок встал дыбом. Магическая аура, окружавшая господина, пьянила – Алидир рядом с ним начинал чувствовать себя могущественнее.

Валанис лишь несколько недель назад покинул источники Найюса. Под его бронированной перчаткой на пальце покоилось кольцо, усмирявшее магию, готовую поглотить вестника богов. Однако даже Алидир видел, что одного кольца недостаточно: он заметил, как светится лицо господина под капюшоном, заметил золотые вены, пульсирующие под кожей.

– Чего ты страшишься, Алидир? Скажи мне, – не оборачиваясь, потребовал Валанис.

Его голос как будто расслаивался эхом, и Алидиру нравилось думать, что иные голоса в этом хоре принадлежат богам.

– Я боюсь, что осколка вам недостаточно, господин. – Алидир бросил быстрый взгляд в сторону исходящего из капюшона сияния. То, что господин так хорошо знал своего ученика, отрезвляло.

– Я разделяю твой страх, – сказал вдруг Валанис.

Раскрывать свои слабости и страхи было не в его натуре… но Алидир понял: на самом деле в господине говорила абсолютная уверенность. Даже ослабленный приступами, он, вестник богов, оставался сильнейшим.

– Потому я и не покинул Калибан, – продолжил Валанис. – День за днем я стою здесь, глядя на мир у моих ног, и думаю: убьет ли он меня, если шагну за ворота? Если я погибну, воля богов погибнет со мной. Лишь я могу ее исполнить…

Он обернулся к Алидиру, сверкая горящими сиреневыми глазами.

Алидир поклонился, выражая уважение и согласие. Рассказы о будущем, уготованном Верде, были самым прекрасным, что он слышал в жизни. Ради этого стоило выполнить любое желание господина.

– А теперь поведай, что на самом деле тебя беспокоит, – приказал Валанис, не сводя цепкого взгляда с горизонта.

От господина ничто не могло укрыться.

– Таллан вернулся с Сияющего берега, – доложил Алидир.

Сияющим берегом называлась восточная кромка Иллиана. Морской народ любил охотиться там на зазевавшихся рыбаков.

– Кристалл не в Эдейском океане, – перебил Валанис. – Рейнджер тебя обманул.

– Он ведь аракеш, мастер обмана, – сказал Алидир, но тут же исправился, помня, что господин терпеть не может извинений: – Я был ослеплен гордыней и не прошу о помиловании. Молю вас забрать мою жизнь!

Валанис сделал вид, что не услышал этого предложения.

– Рейнджер… Тот самый мальчик, что разделил со мной тысячелетний сон в Элетии… Бессмертный… – Валанис вновь обернулся к облачным просторам. – Очнувшись от Янтарных чар, я много думал о пророчестве. «Эхо Судьбы»… – Он тихонько рассмеялся себе под нос, и смех этот встревожил Алидира. – Достойное название для божественного изречения.

Алидир прекрасно понимал, о чем он, потому что сам тысячу лет назад передал Валанису пророчество, полученное принцессой Наланой Севари от богов незадолго до Янтарных чар.

Человек бессмертный владыке тьмы дарует желанное…

Впервые за долгое время он задумался об этих словах, и его поразила точность предсказания.

– Я раньше об этом не думал… – признался Алидир. – Но почему из всех эльфов боги выбрали именно Налану Севари? Да, она была принцессой и к тому же драгорном…

– Боги не смогли бы говорить со мной сквозь завесу Янтарных чар и в своей мудрости нашли посланницу, которая смогла обессмертить их слова, чтобы они звучали веками, пока я их не услышу. – Валанис закрыл глаза, подставляя лицо первым теплым лучам солнца, прорвавшимся сквозь облака. – Все мы связаны судьбой, жребием богов. Этот рейнджер, Эшер… Он ведь все еще жив.

Это заявление привело Алидира в замешательство: он обрушил на головы Эшера и принцессы Рейны Севари всю громаду Элетии, древней цитадели эльфов. После такого никто не смог бы выжить!

– Он единственный знает, где находится целый кристалл. Найди его – и найдешь величайший дар Палдоры. Боги желают, чтобы я владел им. – Валанис прогулочным шагом двинулся вдоль перил. – Я не могу здесь больше оставаться. Сорок лет я проспал в этой горе, десятилетиями отправлял тебя, твоих братьев и сестру нести мою волю миру. Но теперь моя сила вернулась.

Он поднял левую руку, рассматривая кольцо с осколком кристалла.

– Я вновь поведу наши войска в бой и одержу победу. Наконец выйду из тени. Пусть мир людей увидит меня и содрогнется! Пусть Иллиан познает истинную силу магии.

Услышав, с какой живостью говорит господин, Алидир воодушевился еще больше. Рядом с Валанисом он чувствовал себя сильным, почти неуязвимым. Тысяча лет прошла – и вот: Темная война вернется, снова охватит всю Верду!

– Сохраняй рассудительность, Алидир. – Всемогущество господина никогда не переставало удивлять. – Даже сила Найюса не сделает нас непобедимыми. Мы должны убедиться, что все пойдет так, как я задумал.

Алидир шел рядом с господином.

– Прямо сейчас три армии темнорожденных движутся по Тракту утопленников.

Этот архипелаг располагался на юге, за Иссушенными землями, за Вратами Сайлы. Единственный безопасный морской путь до Иллиана от Айды, восточного континента, населенного народом эльфов короля Элима Севари.

– К концу месяца они высадятся на Иллиан. Мои разведчики донесли, что Маллиата видели в Малайсае. Без дракона король Элим не сможет открыть драконью стену, его армия прибудет на эти берега без поддержки великих змеев. Мои аракеши победили Серых плащей, в Иллиане их остались единицы.

– Что ж, тебе повезло в этот раз найти осколок, – угрожающе заметил Валанис. – Провали ты и это задание, я велел бы твоим «родичам» казнить тебя за смерть Аделлума. Пусть твои слова несут смерть так же верно, как твой клинок…

Алидир приложил все усилия, чтобы не поморщиться. «Клинок». В единственном числе.

– Потому ты и стоишь во главе Длани. Но не забывай, аракеши на самом деле принадлежат мне.

Алидир вновь поклонился, признавая вину. Он ожидал последствий того, что непреднамеренно стал причиной смерти Аделлума, лишив Длань умелого воина. Поэтому ощутил внезапную признательность за то, что единственное наказание состояло из пары суровых слов и благодарности за кольцо.

– Прошу прощения, господин. Серые плащи разбиты, а через короля Меркариса Тиона вы уже управляете севером. Прикажите – и его армия выдвинется в бой. Когда с юга придут темнорожденные, а с востока эльфы, Иллиан погрузится в хаос и утонет в крови. Когда же земля очистится, боги смогут вернуться!

Валанис ответил не сразу. Он остановился, погруженный в свои мысли. Алидир, знавший, что в такие моменты господина лучше не перебивать, молчал.

– Меркарис давно не бывал у источников, – наконец сказал Валанис.

Он был прав: последние несколько лет Меркарис получал приказы только от Алидира.

В Калибан короля когда-то привели приключения: он потерялся с отрядом в пещерах Венгоры, горной гряды, нависшей над северными землями. Уже тогда он был человеком коварным и развращенным, Валанису не составило труда переманить его на свою сторону.

Длань избавилась от всех спутников Меркариса и отослала его обратно как единственного выжившего после «нападения троллей», а на деле – нового последователя Валаниса, и довольно полезного.

– Пожалуй, я должен нанести ему визит, – продолжил Валанис. – Лично наградить за убийство Мьоригана Мьорго.

Алидир знал, как господин презирает семью Мьорго. Во время Темной войны они тайно служили Валанису, но, когда поражение его стало очевидно, тут же перебежали обратно к Элиму Севари, вымаливая прощение и рассказывая небылицы о том, как Валанис их заколдовал и управлял их волей.

Меркарис убил Мьоригана, когда тот пытался защитить доверенную ему принцессу Рейну. Победить такого сильного мага… то был, пожалуй, настоящий подвиг! Для человека.

– Безопасно ли уходить так далеко, господин? – Алидир понимал, как именно Валанис собирается отправиться в Намдор, столицу Орита и всего севера.

Валанис положил ладонь ему на плечо, как будто по-дружески.

– Ты так обо мне беспокоишься, Алидир. Идем со мной, и ты убедишься в могуществе кристалла Палдоры.

Взмахом руки Валанис открыл в ледяном воздухе черный как ночь портал. Однако прежде чем войти, вытянул руку в сторону цитадели – и древние доспехи у входа затряслись и ближайший шлем влетел в раскрытую ладонь. Воздух задрожал вокруг него, по раскалившейся докрасна стали побежали оранжевые линии. Валанис магией перековывал шлем прямо на месте, и тот на глазах делался прочнее, по его поверхности зазмеились сложные узоры, сплетаясь в скуластую маску-личину, полностью скрывающую лицо.

Валанис откинул капюшон, на мгновение осветив Алидира золотым светом, но стоило темному эльфу надеть шлем, как аура исчезла, лишь сиреневые глаза горели в прорезях маски. Вид господина сделался еще более угрожающим.

– Идем же, – глухо донесся из-под шлема знакомый голос.

Стоило им сделать шаг в черноту портала, как Калибан оказался далеко позади, а они – в четырехстах милях севернее, в Орите. Оглядевшись, Алидир узнал мрачные покои Меркариса. Утреннее солнце едва проникало в щель между тяжелыми портьерами, пылинки танцевали в лучах. Простыни и одеяла в беспорядке валялись на полу, на мягкой кровати спала обнаженная женщина, игрушка короля.