– Алина не врала, у тебя и вправду очень богатый словарный запас! – восхитился Дмитрий. – Но отвечая на твой вопрос, я бы выразился чуть иначе. У нас с Ольгой, на мой взгляд, все начиналось лишь как временное увлечение друг другом, которое было закреплено неким соглашением. И я никогда не отрицал, что в будущем это увлечение могло бы перерасти во что-то стабильное и вечное. Но по некоторым причинам не переросло! Поэтому сейчас мне трудно сказать, что именно я испытываю к Ольге, и как разовьются наши дальнейшие отношения.
– Вы ведь с ней уже больше двух лет! Неужели этого времени не хватило, чтобы понять, как ты к ней относишься и что чувствуешь…
– Скажем так: были периоды, когда мне казалось, что никто, кроме Ольги, мне больше не нужен. Но иногда бывают дни, когда я не ощущаю, что люблю ее и готов всю жизнь провести только с ней одной. – Дмитрий грустно вздохнул. – Вот такие противоречия в последнее время во мне живут. И виной тому не только Ольга, вернее, ее поведение, которое порой меня очень удивляет, но и мое отношение ко всему женскому полу в целом.
– У тебя на душе какая-то плохо зажившая рана?
– Можно и так сказать. Да, мое сердце когда-то было разбито, и я потерял всякое доверие к женщинам. В большинстве случаев они встречались со мной из-за меркантильности. Я сам не был им нужен. Они хотели моих денег, но других мужчин. Потом я научился в них это распознавать и не каждой давал шанс сблизиться со мной.
– Но Олю ты решил к себе подпустить.
– Да, потому что она оказалась не такой, как остальные… ну, не совсем такой. Я сразу понял, что ее искренне ко мне тянет. И это оказалось взаимно. В нужный момент она проявила решительность и целеустремленность, и это меня вдохновило, подняло мне самооценку. Ольга, на мое удивление, оказалась очень настойчивой. Между нами вспыхнула страсть, которая, надо признаться, не ослабевает до сих пор. В какой-то момент я подумал: «Почему бы и нет?» Мне надоело быть одному. Люди уже начинали шушукаться, мол: «С ним что-то не так». Однажды, как мне донесли по секрету, кое-кто из моего близкого окружения предположил, что я скрытый гей. Другие почему-то были уверены, что – импотент. Пришлось долго отмываться от этих глупых предрассудков. Что касается Ольги, на данный момент среди всех остальных женщин я не вижу лучшей альтернативы.
– Это как-то странно прозвучало, на мой взгляд. Будто речь о покупке автомобиля.
– Согласен. Скажу иначе: Ольга подходит мне по всем параметрам, которые я когда-то для себя установил…
– Параметрам? – удивилась Яна. – Ты будто и вправду выбираешь себе машину. И что же это за параметры такие? Объемы, цвет, расход, форма кузова? – (Дмитрий скромно рассмеялся.) Яна продолжила: – Я поняла: ты имеешь в виду, что у тебя есть строгие требования к женщинам, с которыми ты мог бы начать отношения?
– Да, именно.
– И какие же эти требования, можешь сказать? Только честно!
– Почему тебя это интересует?
– Не знаю. Просто любопытно, какими девушки предстают в твоих глазах, и каких ты в итоге предпочитаешь.
– Ладно, раз уж ты спросила, то открою свои небольшие тайны. Первое мое требование к женщинам: молодость, от двадцати пяти до тридцати лет. Думаю, по сравнению с моим нынешним возрастом это оптимальный интервал…
– Ну, это вполне объяснимо, – кивнула Яна. – Все вы, мужики, предпочитаете нежных и упругих молодух.
– Не все. Некоторые ведутся на женщин постарше, так называемых «милфок», но я не из их числа. Может, когда-нибудь я подниму этот возрастной интервал, но до тех пор еще нужно дожить. Итак, второе: женщина должна обладать натуральной красотой и быть сексуальной без каких-либо хирургических или косметологических вмешательств. Терпеть не могу надутые губы, силиконовые груди, нарисованные брови, наращенные волосы или ногти, искусственный загар и все тому…
– А как же стремление девушек казаться красивыми? – снова перебила Яна. – Как быть с их желанием нравиться окружающим и ощущать себя в обществе более уверенной?
– Это всецело их проблемы. К тому же им должно быть известно, что невозможно понравиться абсолютно всем вокруг. Существуют индивидуальные вкусы, и у меня они тоже есть, только своеобразные, как ты уже поняла. Видишь ли, насколько я знаю, сто процентов женщин считают себя красивыми… но девяносто девять процентов из них ошибаются. По крайней мере, в моих глазах, с учетом моих личных вкусов и предпочтений. А Ольга, на мой взгляд, как раз таки вошла в оставшийся один процент…
А я? – шевельнулось в Яне.
Заткнись! – велела она себе.
– …у нее, как говорят, «все свое» и «все при ней». Упругое тело, смазливая мордашка, нежные руки. Да, груди у нее небольшие, но мне и не нужно, чтобы меня что-то лупило по лицу, когда она сверху.
Яна сразу же представила эту картину и снова ощутила болезненный укол ревности.
– Что по поводу искусственных изменений, – продолжал Дмитрий. – Я глубоко убежден, что любая женщина должна оценивать себя объективно и принимать себя такой, какая она есть в данный момент. Не льстя себе. Не изображая кого-то, кем она не является. Не уподобляться кому-то. И не строя из себя незнамо кого. Если женщина не дотягивает до какого-то определенного уровня, – как внешне, так и по другим параметрам, – то она должна осознавать это и вести себя соответствующе. Если она хочет изменить себя посредством хитрых штучек, то у меня с ней разговор короткий: «флаг в руки и скатертью дорога». Ты недавно привела аналогию с покупкой автомобиля, так вот добавлю: меня не заинтересует ржавая развалюха по цене новой, потому что даже тюнингованное ведро с гайками, как по мне, все еще останется ведром с гайками.
Яна грустно кивнула.
Значит, я для тебя всего лишь ведро с гайками? – подумала она, и ей стало невыносимо обидно.
– Третье, – продолжил Дмитрий, – наличие модельной фигуры, правильное соотношение роста и веса. Например, как у женщин на подиуме во время показа мод, плюс-минус пара сантиметров на всех трех уровнях, не больше. Я имею в виду…
– Я поняла: грудь-талия-бедра, – вставила Яна. – М-да, в таком случае тебе повезло, что ты родился не в Эпоху Возрождения, когда стандарты красоты были несколько иными, и мужики предпочитали полненьких и без бровей.
– Да, мои вкусы продиктованы современной модой, признаю. И да, для меня важна внешность женщины в первую очередь. Мужчины ведь любят глазами, верно? Но помимо этого, – сейчас выражусь немного грубо, заранее извини! – на мой взгляд, быть рядом со стройной девушкой намного приятнее, чем с той, от шагов которой у соседей снизу трясется люстра. Не обижайся на мои слова, но ты ведь сама просила честность. Дальше. Четвертое: отсутствие татуировок, пирсингов, окрашенных волос в неестественные цвета: зеленый, синий, фиолетовый, красный и так далее…
– Но каждая девушка имеет право на индивидуальность! Она способна сама решать, что ей делать со своим телом и волосами, как их видоизменять, чтобы выделяться среди остальных и обращать на себя внимание.
– Я с тобой полностью согласен. Каждый имеет право самовыражаться так, как ему вздумается. Но если женщина стремится нравиться мне, то пусть уж воздержится от всего лишнего и неприемлемого для меня. Выбирает: либо мое внимание, либо внимание кого-то другого. Дальше?
– Да.
– Пятое: отсутствие детей от прошлых браков или, что еще хуже, от случайных залетов.
– А если у девушки так сложилась жизнь? – Яна снова встала на защиту представительниц своего пола. – Если она оказалась жертвой обмана, неудачного брака или, того хуже, изнасилования? Неужели у тебя нет ни капли жалости и уважения к таким девушкам?
– Не поверишь, но… нет. Я считаю, что все жертвы обстоятельств стали таковыми лишь в результате собственных решений.
– Не согласна с тобой, но не буду спорить. Останусь при своем мнении, хорошо? Давай дальше.
– Шестое: смелость, решительность, умение в нужный момент проявить твердость характера. Только в этом случае я могу быть уверенным, что мой тыл надежно защищен.
– Странно! Обычно мужчины хотят видеть рядом с собой покорных, тихих, все позволяющих и терпеливых. Этаких хранительниц домашнего очага.
– Да, но с ними потом становится скучно. И в отношениях постепенно появляется все больше молчания и игнорирования, чем контакта. Например… взять тебя.
– Зачем меня брать?! – Яна вдруг напряглась. – Причем тут вообще я?
– Я заметил, что на каждый мой пункт ты сразу находишь встречные аргументы. И, на мой взгляд, это делает нашу беседу интересной. Если бы я знал, что ты умеешь так легко поддерживать диалог, давно бы начал общаться с тобой намного ближе.
Сердце Яны распахнулось в груди, как цветок под лучами солнца, но она сделала вид, что слова Дмитрия никак ее не затронули.
– Дальше, – предложила она.
– Тебе еще не надоело? – улыбнулся Дмитрий и отпил немного кофе.
– Нет, мне в самом деле интересно твое истинное отношение к девушкам.
– Хорошо. Седьмое: женщина должна быть честной, способной откровенно общаться, ничего не утаивая, какой бы темы ни касался разговор, в том числе… и секса.
– И какой тебе от этого прок? Неужели тебе так важно знать всю интимную подноготную своей девушки? И как ты будешь ощущать себя, узнав, например, что у своей избранницы ты не первый мужчина и даже не пятый, а, скажем… – Яна на секунду умолкла. Ее охватили сомнения, нужно ли раскрывать тему, которая ее совершенно не касалась. В итоге она решила перефразировать: – Интересно, ты знаешь, сколько у Ольги было партнеров до встречи с тобой?
– А ты? – парировал Дмитрий.
– Я – нет, – честно ответила Яна. – Никогда не интересовалась, мне было это не нужно.
– А я знаю.
– Ого! Она сама тебе сказала?
– Да.
– То есть ты в курсе, какую разгульную жизнь она вела до тебя?
– Да, в курсе.
– И тебя все устраивает?!
– Главное, что в отношениях со мной она ничего подобного себе не позволяет, и мне этого достаточно. А то, что у нее было до меня, я воспринимаю как опыт, который, по сути, является следующим моим требованием к женщинам.
– А именно? – заинтересовалась Яна.
– Итак, восьмое: умение и, более того, согласие удовлетворять меня самыми разнообразными способами, и как можно чаще. Другими словами, страстность и вседозволенность в постели. В рамках разумного, конечно же. Ничего из того, что относится к каким-либо отклонениям от нормы, я не требую. – Дмитрий умолк, ожидая следующий аргумент Яны.
Но в этот раз она, окунувшись в мысли, промолчала.
Да, Ольга однажды рассказывала, что вы с ней перепробовали в постели почти все, кроме… как она в тот день выразилась?.. а-а, вспомнила: «болезненного и невкусного», – текли мысли в Яне. – Неужели она и вправду в плане «этого самого» умеет все, что ты предпочитаешь? А умею ли это я?
Затем спросила:
– Какие отклонения от нормы ты имеешь в виду?
– Все, что противоречит морали и закону.
А «это самое» втроем разве не противоречит морали?
Но про себя Яна решила, что развивать эту тему не стоит, чтобы лишний раз не расстраиваться и не сердиться.
– Еще пунктики есть? – спросила она.
– Да. Девятое: отсутствие хронических, венерических, психических и тем более онкологических заболеваний…
– Ну, это само собой! – воскликнула Яна. – Кому захочется возиться с больной девушкой?! Сейчас даже среди влюбленных мужчин мало кто способен на искреннее сострадание и заботу, в отличие от девушек. Но не хочу развивать эту тему. Дальше.
– И, наконец, десятое: абсолютная интимная верность со стороны женщины. То есть стопроцентная гарантия, что она не прикоснется к кому-либо, кроме меня.
– То есть Ольга даже руку мужчине при знакомстве пожать не может? – удивилась Яна.
– Нет, я не до такой степени Отелло. – Дмитрий рассмеялся, затем отпил еще немного кофе и продолжил более серьезно: – Могу стерпеть даже ее дружеское объятие с кем-либо из знакомых ей мужчин, но, опять же, не со всеми и не всегда. В общем, есть некие границы, которые Ольга в отношениях со мной не имеет права перейти, и она об этом знает. За моей спиной и вне нашей спальни не должно быть никаких действий, которые хотя бы косвенно относятся к проявлению сексуального желания. То есть поцелуй или даже танец Ольги с кем-то я буду считать изменой. Позволит кому-то хотя бы в шутку шлепнуть себя по заднице – это будет измена. Разденется в присутствии кого-то до уровня нижнего белья – измена.
– Ясненько. – Яна в душе немного напряглась. – Это все? В твоем личном уставе всего десять пунктов?
– Нет, гораздо больше. Эти десять – основные, помимо того, что женщина на момент моих ухаживаний должна быть свободна от отношений. Не жевать мне мозги намеками, а всегда говорить прямо. Не пытаться манипулировать мной и не стремиться как можно скорее выскочить за меня замуж.
Яна вновь невольно уплыла в мысли:
Кажись, он немного охерел, Янштейн, не находишь? – всплыл голос Ольги.
Вот именно, Янчик! – согласилась мысленная Алина. – Кем он себя возомнил, скажи?!
М-да, – пыталась рационально мыслить Яна, – не каждой женщине понравится, когда мужчина (пусть даже такой, как Дима) всему противоположному полу выставляет жесткие требования, которым якобы нужно соответствовать. Все его пункты прозвучали довольно оскорбительно из его уст.
Но Яна не была обижена, рассержена или расстроена. Она быстро реабилитировала Дмитрия в своих глазах:
Конечно, с одной стороны, по каким-то причинам он невероятно плотно сужает круг женщин, у которых мог бы появиться шанс сблизиться с ним. Но с другой стороны, именно таким же принципом руководствуется каждый покупатель, скажем, того же самого автомобиля – выбирает по необходимым ему характеристикам, исходя из своих целей, предпочтений и возможностей…
– О чем ты снова задумалась? – Дмитрий вырвал ее Яну из мыслей.
Она не стала выражать терзания вслух, а вместо этого озвучила справедливый вывод:
– Значит, Ольга подошла тебе по всем пунктам?
– Верно. – Дмитрий на секунду задумался. – В ней есть минусы, конечно же. Ты не хуже меня их знаешь. Но мне они не мешают. Наоборот, мне с ними весело, пока они не перекинулись за пределы нашей с ней спальни. И в Ольге есть хорошие стороны. Она разбирается в индустрии красоты и моды, в дизайне, умеет общаться с успешными людьми, нравится моим друзьям и коллегам. Сама она уверена, что является единственной любовью всей моей жизни, и что мы созданы друг для друга. Порой мне казалось, что так оно и есть, но чаще всего я приходил к мысли, что она ошибается. А может, нет! Думаю, будущее покажет.
– Но она тебя очень любит.
– Знаю. Она часто говорит мне о своих чувствах и все еще с надеждой ждет, что я отвечу ей тем же.
– То есть ты обманываешь ее? – Яна была шокирована этим откровением. За все время знакомства с Дмитрием она впервые ощутила к подруге не белую зависть, а элементарную жалость.
– Нет. Просто у каждого из нас свои собственные иллюзии по отношению к нашему совместному будущему, вот и все.
– А у тебя, я так понимаю, дальнейших планов насчет нее нет?
– Ты имеешь в виду свадьбу?
– И ее тоже.
– Она не хочет замуж. Говорит, что для отношений штамп в паспорте вовсе не обязателен. Напротив, он лишь все испортит, принесет лишние юридические и бытовые хлопоты. А ты знаешь, что Ольга не любит заниматься чем-то лишним, что не входит в рамки секса и походов по бутикам.
– А ты уже делал ей предложение?
– Еще нет.
– Планировал?
– Однажды. Долгое время носил такую мысль, даже купил дорогое кольцо, но в итоге передумал.
– Почему? Что повлияло?
– Решил повременить, присмотреться к ней чуть лучше и понаблюдать еще некоторое время. Что-то заставило меня в один миг одуматься, не бросаться в омут и снова задаться вопросами: «Нужна ли мне такая девушка, как Ольга? Готов ли я связать с ней оставшуюся жизнь?» Иными словами, я решил еще семь раз измерить, прежде чем один раз отрезать. Меня родители когда-то учили, что жениться нужно раз и навсегда, хоть сами они этому наставлению не последовали. «В горе и в радости, пока смерть не разлучит» и все такое. Я не говорил с Ольгой на эту тему. Надеюсь, и ты не расскажешь ей об этом разговоре, чтобы у нее не вспыхнули ненужные надежды и иллюзии.
В Яне после этих слов надежда, напротив, проснулась. Нет, она не просто открыла глазки и потянулась, а вскочила на ноги, взорвалась, как вулкан, как бомба, как сверхновая звезда.
Значит, у тебя еще есть шанс, слышала?
Нет! А как же Ольга? Я не могу разбить ее счастье!
Думай о своей судьбе, о своих шансах и о своем счастье! Забудь, что вы близкие подруги! Дело касается любви, а в ней не должно быть третьих, лишних, посторонних!
– У меня, в свою очередь, тоже есть к тебе вопрос, – прервал ее мысли Дмитрий.
– Задавай. Отвечу честно. Мне ты всегда можешь доверять.
– Почему ты одна? Почему без мужчины? Достойных и свободных ухажеров вокруг пруд пруди. Или ты специально к себе никого не подпускаешь из-за какого неудачного опыта в прошлом?
Яна грустно улыбнулась.
– Мужчин много, искренней любви в них мало.
– Искренней? – Дмитрий буравил ее взглядом.
– Ага.
– Или ты имела в виду… взаимной?
– И ее тоже. Вернее, в первую очередь ее, конечно же. Да, если быть предельно честной, взаимности в мою вселенную не завезли, к сожалению.
– Я догадался. Ты безнадежно влюблена в кого-то?
– Да, если честно.
– В меня?
– Да, если… Что? Нет, я не это хотела…
– Честно и откровенно, Яна. – Дмитрий не отрывал от нее сосредоточенного взгляда.
Ей показалось, что он сейчас сканирует все ее мысли и чувства, и ощутила себя обнаженной.
– Ты влюблена… в меня? – Он повторил вопрос и терпеливо ждал ответа. – Скажи мне правду.
Яну будто подхватила мягкая карусель, сорвала со стула и закружила в воздухе. Ей показалось, что она становится все меньше и меньше, а кухня растет, ширится, как от вселенского Большого взрыва. А Дима становится еще больше: гигантским, необъятным, заполняющим все вокруг.
Он явно превосходил, царствовал, доминировал.
Над временем. Над пространством.
Над словами, взглядами, жестами и чувствами.
Над Яной. Она ощутила себя незначительной, глупой и растерянной морской каплей перед непробиваемой прибрежной скалой. Он был хищником, она – зажавшейся в угол добычей. Нулевым битом в расчетливой компьютерной системе.
Но внутри нее все еще продолжалась мысленная борьба:
Лучшего момента не придумать!
Что?.. Какого момента?..
Чего ты молчишь? Просто скажи ему «да», и все! Делов-то!
Нет, он спросил из любопытства! Оно ему не нужно! Он меня не любит! Если бы для него это было важно, то…
Просто скажи «да», ёперный твой театр! Неужели это такое сложное слово?
Очень сложное! Из-за него я могу попасть под его власть!
Ты уже давно в его власти, дурочка!
Это самое трудное слово в мире!
Всего-то две паршивые буквы! Вынь их из души, вырви из сердца! Упри язык в верхние резцы и выдохни это слово! Выложи его на стол, и пусть он сам решает, что делать с ним дальше!
Он испугается! Он отвернется от меня! Он начнет избегать меня! Так всегда бывало, и случится снова!..
– Не хочешь отвечать? – спросил Дима, заметив ее растерянность. – Ты сама обещала мне честность, помнишь?
Он уже все понял! Ты выдала себя! Ты сама загнала себя в ловушку! Теперь лишь нужно подтверждение, честное и откровенное, таково правило, ты не имеешь права ему солгать!
У меня нет желания ему лгать!
Что и требовалось доказать!
Но если?..
Без всяких «если»!..
– Без… – начала Яна и осеклась. Она опустила взгляд и постаралась взять мысли под контроль.
– Без чего? – не понял Дмитрий.
– Безумно! – выдохнула Яна. Голос ее дрогнул, и она тихо заплакала. Закрыла лицо руками, чтобы спрятать слезы.
Но почему она заплакала?
От унижения? От облегчения? От разочарования?
От того, что все произошло не так, как она мечтала?
Она много раз представляла, какими словами и в какой романтической обстановке сделает важное признание, но не думала, чего его просто-напросто вырвут из нее, как больной зуб. Определенно, некий груз с души снялся, но помимо этого произошло еще что-то, что принесло боль, укололо прямо в сердце, заставило ощутить себя неправой, опозоренной. Но пути назад уже не было – Яна наконец-то призналась в любви.
Дмитрий же ничем не выдавал эмоций. Обрадовался он или расстроился, испытал облегчение, тревогу или гордость – было неясно. Одно можно было сказать с уверенностью: он не издевался, он не насмехался, даже не думал об этом. Он просто ждал. Будто заранее знал, что именно так все случится, и терпеливо ждал итога происходящего.
Яна сделала глубокий дрожащий вдох и более уверенно произнесла:
– Я безумно тебя люблю! – И добавила: – Уже давно! – Затем уточнила: – С первой встречи! – И слова вдруг потекли, как из продырявленного бачка. – Я столько времени держала это в себе. Мучилась. Страдала. Ненавидела себя. И тебя тоже порой. Но не хотела ни в чем тебе признаваться. Я боялась Ольгу. Ты ведь ее мужчина. Я не хотела рушить ваши отношения. Да и не уверена, что у меня это получилось бы. Поэтому дала себе слово, что мои чувства тебя никогда и никак не затронут. Я пыталась убедить себя, что моя нежность к тебе какая-то ошибочная, неправильная, несвоевременная, ненужная. Надеялась, что в какой-то момент все пройдет, погаснет, и я перетерплю, переживу, перебешусь. Но нет, это не проходило, не гасло, не растворялось! Что бы я ни делала, как бы ни старалась выбросить тебя из мыслей, у меня ничего не получалось. Твой образ всегда был перед глазами, и я… и я, казалось, все глубже в тебе утопала, но… – Яна судорожно вздохнула и замахала ладошками перед глазами, пытаясь осушить их. – Теперь ты начнешь избегать меня, я знаю…
– С чего ты это взяла?! – удивился Дмитрий.
– Такова странная закономерность.
– А сама ты чего хотела бы?
– Для начала попросить тебя сохранить это втайне от Ольги. Боюсь, она возненавидит меня, если узнает.
– Ни слова ей не скажу, обещаю. Это будет нашим с тобой секретом. Что еще ты хочешь или планируешь по отношению ко мне?
Яна задумалась:
Ничего! Больше ничего!
Оставить все как раньше!
Просыпаться с тобой каждое утро!
Забыть тебя к чертям собачьим!
Выйти за тебя зам…
– Общаться. – Мысленный барабан с ответами был резко остановлен. – Почаще, чем раньше. Не как далекие знакомые, а как более близкие друзья. То есть не только в дни рождения или по праздникам, но и просто так, когда скучно, когда хочется поболтать, поделиться новостями, обсудить их.
– Вполне приемлемо. – Дмитрий улыбнулся. – Знаешь, я согласен. Мне всегда было приятно наше с тобой общение. Жаль, что мы так редко разговаривали и переписывались.
– Правда?! – Яна воодушевилась.
– Конечно. Так что можешь писать мне в любое время. Если я не буду занят, то всегда тебе отвечу. Ольге об этом нашем разговоре я ничего не скажу. Но учти одно: если она что-то заподозрит и потребует мой смартфон, чтобы прочесть переписку, я ей его дам. Так что будь осторожнее со своими сообщениями, ладно? Не попадись сама.
– Буду иметь в виду. Теперь я понимаю, насколько вы доверяете друг другу.
– И ты тоже можешь смело мне доверять, Яна!
Она смутилась и опустила взгляд, почувствовав себя намного уверенней и счастливей. Дмитрий вернулся в свои истинные размеры, Большой взрыв вновь сжался до объема кухни, а Яна снова ощутила себя человеком. Только на этот раз другим – более нужным кому-то, более важным для кого-то, более приближенным к кому-то.
И менее одинокой!
Ей хватило секунды, чтобы расставить новые приоритеты. Теперь взаимоотношения Димы с Ольгой волновали Яну намного меньше, чем ее собственные будущие контакты с ним – разговоры, тайны, смех, внимание…
– Кофе остыл, наверное? – Она встала из-за стола. – Давай свежий налью!
– Не нужно. – Дмитрий залпом осушил чашку и взглянул на наручные часы. – К тому же меня кое-где уже ждут.
Он встал из-за стола и положил пустую чашку в раковину.
«До встречи, любимый!»
Чего?
Скажи ему это!
Нет!
Открой пасть срочно, произнеси эти слова и поцелуй его! – завопил в Яне внутренний голос.
– Тогда… до встречи… – нежно шепнула она. – Спасибо, что зашел. Спасибо, что честно рассказал о себе. Спасибо, что выслушал. Спасибо, что отнесся с пониманием.
Я не так просила! Ты жопой слушала?
Перебьется! Я назову его любимым только тогда, когда буду уверена в его взаимности! А поцелую и того позже!
Дмитрий наблюдавший за эмоциями Яны, тихо рассмеялся. Затем одарил ее взглядом, которым обычно хотят испепелить, но его улыбка говорила, что он будто прочел ее мысли и согласился с ними.
– Именно это мне в тебе и нравится, – сказал он. – Ты умеешь думать, планировать, анализировать, аргументировать, сомневаться в выводах, оценивать. Это редкий талант, особенно для женщины.
– Ты умеешь читать мысли?
– Только эмоции. Они все у тебя на лице написаны.
– М-да, поэтому-то я всегда честная. Врать бессмысленно, я этого не умею. А когда вру, сразу же себя выдаю. Ничего не могу с собой поделать. Такая я есть, уж терпи.
– И не нужно с собой ничего делать. Я ценю твою честность и буду ценить.
Яна проводила Дмитрия до двери.
Он ушел, не попытавшись обнять или поцеловать.
А если бы он…
Хватит!
Яна закрыла за ним дверь и прислонилась к ней, устремив мечтательный взор в потолок.
В голове снова и снова крутился недавний разговор.
Кажется, он заранее спланировал его!
Может, он преследует какую-то цель?
Одурачить меня? Окрутить? Воспользоваться разок?
Я не отдамся ему! Нет, он не получит меня, пока я не буду в нем уверена!
Или не будешь достаточно пьяна…
Яна ощутила трепет. Правда, причины его пока были неясны.
Было ли это волнение от переполнявших ее нежных чувств?
Либо от тревоги, что Дмитрий обещал новый уровень общения лишь из вежливости, чтобы не расстраивать, а на самом деле поведет себя совсем иначе и начнет игнорировать?
Нет, он не такой! Он хороший! Он никогда не бросает слов на ветер! Ему можно верить! Он достойный…
Ёперный театр, таблица!
Яна вбежала в комнату (в которой откуда ни возьмись сразу же появился Марс) и схватила с доски лист бумаги. На ней более крупным почерком и другой толщиной чернильного следа – видимо, Дима воспользовался своей авторучкой, – было дописано:
· одевается со вкусом; и раздеваюсь с аппетитом)
· уверен в себе, тверд в решениях; приходится по жизни
· приятно пахнет (узнать парфюм); «Mantodea Alpha»
· хорошо воспитан; результат кнутов и пряников
· умен (высшее экономическое, вроде); плюс магистратура
· не выражается матом; порой вылетает воробьем ненароком
· хорошо относится к людям; если они того заслуживают
· нежная, но сильная рука; спасибо, не замечал даже
· грамотно пишет и говорит; как правильно: творог или творог?
· вежлив и обходителен; не всегда и не со всеми, но стараюсь
· очень красивый, потрясающий; не вгоняй меня в краску
· моет руки перед едой; результат кнутов, пряников и covid-19
· белые зубы (свои?); стоматология чуть помогла (пока да)
· никогда не повышает голос (спросить Олю); повышаю иногда
· не злоупотребляет алкоголем; положение не позволяет
· не курит; бросил шесть лет назад
· красив (уже было); ячейка зря испорчена, жалко
· никогда не унывает, оптимист; а куда мне еще деваться?
· не пробовал наркотики; потому что не пластилин вместо мозгов
· занимается спортом (иногда); если время есть (редко)
· хорошая крепкая фигура; держу форму и следую строгой диете
· честен и откровенен (Оля сказала); она заставляет, спасите!)))
· богат; почему это качество не в числе первых?
· уважаем другими людьми; а куда им еще деваться?
· всегда держит слово; это принцип любого настоящего мужика
· кра много читает опять испорченная ячейка
· внимателен к детям (любит детей?); только милых и послушных
· не боится публичных выступлений; они же не кусаются
· скромен; не люблю к себе лишнего внимания, так скажем
· щедр, умеет прощать долги; если это того стоит!
· много читает; если позволяет время… и Ольга
В графе недостатков добавился лишь недоуменный вопрос:
· извращенец; с чего бы?!
А под таблицей появились ответы:
Размер детородного органа: 21 см… или при эрекции?)))
Возраст потери девственности: в 17 лет.
Предпочитаемый размер груди: 1-ый (Ольгин)? от 2 до 4
Количество женщин: около 49,5% от всего населения Земли
Каков в постели: «непревзойденный» (цитата Ольги) теперь
Находит ли он меня привлек
«Теперь»?
Что «теперь»?
Что он хотел написать?
Почему не дописал?
– Вероятно, в этот момент я более настойчиво позвала его на кухню, да, Марс? – пришла к выводу Яна. – И последняя, зачеркнутая мной строка осталась без ответа. Нужно было дать ему еще минутку! Но откуда я могла знать?!
Ты сама зачеркнула строку! Ты отказалась от вопроса! Он был отменен еще до того, как дописан, поэтому ответ на него не требовался! Никто не дает ответы на незаданные вопросы, глупая!
Но все равно этот вопрос был для меня очень важен! А ответ на него – еще важнее! Так хотелось узнать его истинное отношение ко мне! Какой он меня видит? Какой он хотел бы меня видеть?
– Хотя… – Яна задумалась. – Можно сказать, что он уже ответил на это. Верно, Марс?
Коту было плевать на душевные терзания хозяйки. Он даже не сделал вид, что слушает ее. Свернулся клубочком на кровати и мгновенно провалился в кошачий сон.
– Ольга подходит ему по всем параметрам, которые он когда-то для себя установил, – вспомнила Яна слова Дмитрия, и непослушные мысли снова забурлили в ней:
По сути, он открыто сказал мне, каких девушек предпочитает.
Так, вспомнить бы, что он там упоминал…
Молодых! А Ольга моя ровесница, значит, я пока тоже вхожу в эту категорию.
Пометка: плюс.
Красивых и сексуальных без постороннего вмешательства! Меня сложно назвать таковой даже от природы.
Пометка: минус и минус.
С модельной фигурой! Снова мимо, на километр промазала.
Пометка: минус.
Без татуировок, пирсингов и неестественного цвета волос! У меня всего этого тоже нет. Слава богу, не сделала маленькое тату на лодыжке, когда хотела – мама отговорила. А красить волосы в химический цвет не позволяет сфера деятельности. Руководство школы не подпустило бы меня к ученикам, посчитав, что я подам им дурной пример.
Пометка: плюс.
Без детей от прошлых браков или случайных залетов! Судьба и тут соблаговолила. Детей я рожу только в браке с любимым человеком.
Пометка: плюс.
Смелых, решительных, умеющих проявить твердость характера! Мимо, мимо, мимо.
Пометка: минус.
Честных и способных откровенно общаться! Насчет первого пункта я согласна, но вот не каждую тему я могла бы обсуждать с мужчиной, особенно с любимым, чтобы не расстраивать его и не расстраиваться самой.
Пометка: плюс и минус.
Умеющих удовлетворять его самыми различными способами! Не уверена, что согласна ублажать мужчин всеми известными способами, которые они обычно предпочитают в постели. Ёперный театр, я даже ртом не умею доставлять мужчине удовольствие, в отличие от Ольги. Может, пора бы мне уже научиться, но… как?.. с кем?.. когда?.. Попытаться самой попрактиковаться на «силиконовой штучке»? Но это ведь невоодушевленный предмет, не часть мужского тела, и я в итоге могу лишь закрепить свои ошибки. Тут однозначно нужен кто-то еще, кто поможет, направит, посоветует… так, стоп, лучше подумаем об этом чуть позже, а пока…
Der kostenlose Auszug ist beendet.