Buch lesen: "Обуздать огненного демона", Seite 2

– И что… делать? – Окинув сей постамент сомневающимся взглядом, Дамиан встал напротив. – Молиться вашей Калиши, я надеюсь, не придется?

Старец лишь неодобрительно вздохнул.

– Подойдите к алтарю, наследник первородных. Положите обе руки, ощутите камень своей любви и единства.

– Поверьте, святейшество, мой камень любви и единства немного в другом месте, – хмыкнул тот. – И вряд ли для храма будет приемлемо, если я положу на него руки.

– Прекрати, – холодно произнес Миркелий.

Дамиан лишь равнодушно пожал плечами, а после, следуя словам старца, опустил широкие ладони на холодную поверхность. Алтарь дрогнул, свечи поблекли.

Огненный демон нахмурился, взглянув на настоятеля. Тот же внимательно следил за каждым изменением, за аурой вокруг постамента.

Лорд-демон Вефириийск недоверчиво оглядывал поблескивающую темную нить, которая постепенно тянулась к нему от алтаря, окутывая мощную мускулистую фигуру..

Темные ленты оплели его тело, коснулись черных волос. Дразня, они дотронулись до щеки с проступившей щетиной.

Повинуясь внутреннему порыву, Дамиан закрыл глаза. В голове сквозь множество неподходящих мыслей тут же раздался пустой, почти безжизненный, высокий женский голос:

«Не скрываясь, не повинуясь, не отвечая. Она рядом, всегда будет рядом. Если не хочешь заживо сгореть, упади на колени, огненный демон. Сними свой венец. Иначе ты никогда ее не получишь…»

Дамиан словно получил пощечину и неосознанно отшатнулся, поморщившись.

И приоткрыл глаза.

– Что это за бред? – Сбросив руки с алтаря, он шагнул со ступеньки вниз. – Чем я вообще тут занимаюсь?..

– Богиня Калиши не позволила вам даже услышать голос своей пары, ведь так? – спокойно поинтересовался настоятель. Сухие, потрескавшиеся губы изобразили что-то наподобие улыбки. – Это редкость… Вы отрекались от подношений Богов ранее, лорд-демон Вефириийск?

– Неправильная постановка вопроса. Дамиан Вефириийск не ответил ни на одно, если точнее, – почему-то с улыбкой ответил Миркелий.

Дамиан цинично хмыкнул:

– Не вышло из меня богоугодника, ничего не поделать.

– В таком случае мне нечего ответить, высший демон. Богиня Калиша не дает вам своего благословления. Но если вы…

– Нет, – отрезал мужчина, снова засовывая руки в карманы брюк. – Мне плевать на благословления вашей Богини любви. В своей жизни я предпочитаю принимать решения сам.

Настоятель храма настороженно нахмурился, сдвинув седые брови.

– Вы же помните, что такое единственная пара, лорд-демон Вефириийск? Возможно, следует обдумать такую поспешность решений касательно…

– Мне не нужны указания старика из захолустного подобия святыни, – резко оборвал его мужчина. – Это место даже приближенным к божественной энергии не считается. Не тратьте силы на пустые советы.

Дамиан раздраженно вскинул руки. И не стал задерживаться. Стремительным шагом он пересек комнату, покидая храм.

Наследник престола Империи Темных отчего-то усмехнулся.

– Примите мои личные извинения, Ваше Святейшество, – высказал он, подходя к алтарю. – Уверен, вы понимаете.

– Более чем, Ваше Высочество, – со слабой улыбкой ответил старец.

Миркелий аккуратно коснулся алтаря, сосредоточился на своих мыслях. Закрыл глаза, стоило золотистой линии начать виться вокруг мужской фигуры.

У нее был мягкий, окутывающий, согревающий изнутри голос. Миркелий Авриаль и раньше внимал словам Богини, поэтому мог поклясться, что слышал сейчас совершенно иной тембр, принадлежащий другой девушке. Его единственной паре:

«Принадлежащая иному миру, связанная чужими клятвами. В глазах плавится золото, в руках – мощь свыше крови. Сбереги, демон воздуха и ветра. Ей было предначертано погибнуть во имя спасения от твоей же войны…»

Миркелий приоткрыл веки и задумчиво нахмурился. Сам факт того, что ему позволено услышать голос единственной пары, радовал: она жива и почти рядом. Но меньше всего он хотел тревожиться за ту, которую еще не встретил.

– Теперь и Вы рискнули узнать правду, Ваше Высочество, – мягко заметил настоятель, чуть склонив голову в знак уважения. – В остальном я бессилен.

Кронпринц рассеянно поблагодарил старца – хватило и услышанного.

Дамиан ждал его неподалеку от храма, прислонившись к одному из стволов вековых деревьев. Он мрачно насупил брови, смотря вдаль, на остальных демонов, что сопровождали их к подозреваемым. Те не вмешивались, тихо переговариваясь в стороне.

– Зачем это все? – зло процедил огненный демон, стоило другу приблизиться. – Думаешь, это весело?

– И что тебя так раздражает, Дамиан? Ты вроде как не заинтересован в женитьбе по любви.

– Я планирую жениться на твоей младшей сестре, забыл?

– И где в этом любовь? Меня не прельщает ваш брак, сам знаешь, я никогда и не скрывал этого.

Лорд-демон Вефириийск отодвинулся от дерева, вскинул голову.

– Хочешь сказать, будешь рад, если я разорву помолвку?

– Я буду рад, если ты поступишь так, как хочешь, а не как вышло, – спокойно заметил Миркелий. – Преж де всего я твой друг, а не будущий император.

– О, польщен заботой.

Кронпринц не спешил повторять вопрос, но все же не выдержал:

– Что именно тебя так злит? То, что Калиши не благоволит твоему выбору? Что тебе отказано даже услышать голос своей пары?

Дамиан ответил не сразу – прокручивал в мыслях случившееся.

– Что мной пытаются манипулировать. Упасть на колени, как же…

Спустя минуту, почти дойдя до остальных демонов, он вдруг остановился и взглянул на Миркелия.

– А вообще, знаешь, я согласен сыграть. – Он нехорошо ухмыльнулся собственным решениям. – Раз терять мне уже нечего, я могу ведь пойти дальше, правда?

– Что ты на этот раз задумал?

Огненный демон оскалился.

– Я не буду противиться. Пусть эта… женщина, единственная пара – называйте как угодно – появится. Богам угодно наказать меня ею? Уверен, для нее самой я стану испытанием похлеще.

Миркелий внимательно слушал его.

– Я возьму с нее все. – Дамиан даже усмехнулся. Вышло будто с издевкой. – Вообще все. И отрекусь клятвой, созданной этими же самыми Богами.

– Ты настолько возненавидел все эти постулаты, что планируешь обречь себя? – устало поинтересовался Миркелий. – Не неси ерунды.

– Я – наследник огненных демонов, – процедил тот, – потомок первородных, один из самых сильнейших существ нашего пространства. Нет такой женщины для меня. Не будет. И чем больше меня постараются унизить, тем жестче я отвечу.

Друг больше не отвечал. Мысленно махнул рукой на все разумные доводы.

– Могу сказать на будущее, Мир. Если это в твоих силах, избавь от меня эту девушку. Поверь, что я уже готов показать Всевышним, насколько они самонадеянны, ставя условия живым.

Миркелий Авриаль не поменялся в лице. Но на лбу его появилась легкая морщинка. Почему-то с каждой фразой друга ему становилось все любопытнее.

– Я тебя услышал, Дамиан.

Глава 3

В огромном поместье огненного демона, именуемом наследным домом Дархэнаатра, почти никогда не горел свет. Он возвышался в строго оформленном саду, утыкался в небо тонкими башенками, казался мрачным, недоступным и величественным.

Дамиан Вефириийск с толикой привычного равнодушия поглядывал на собственную обитель, шагая от ворот к парадной двери поместья. Он всегда любил уединение и уже давно жил в большом пустом доме. После смерти любимой жены его отец не хотел подолгу застревать в стенах родного поместья, а старший брат воспользовался правом отсутствия наследия: после супружеского обряда предпочел жить отдельно, в другом владении первородного клана.

Дворецкий встретил его сдержанно, обойдясь парой необходимых фраз. Отдав распоряжение насчет ужина, Дамиан торопливо поднялся в свои покои, желая поскорее смыть с себя грязь и засохшую кровь, налипшие за целый день.

Однако в малой гостиной, примыкающей к просторной спальне, его ждал малоприятный сюрприз.

– Что ты здесь делаешь, Леци́лла? – мрачно спросил мужчина, пересекая комнату.

Любовница расположилась на одном из диванов, медленно пролистывая какую-то книгу. Недлинные кудри золотистого цвета красиво разметались по открытым плечам. Девушка подняла от фолианта голову, взглянув на Дамиана ярко-зелеными глазами. Красивое кукольное личико осветила легкая улыбка.

– Ты поздно возвращаешься домой, Дамиан.

– Я задал вопрос.

Демон стянул через голову тунику и нижнюю майку, принимаясь за ремень на брюках. Лецилла с лукавой усмешкой наблюдала за ним, приподнимаясь с дивана и оправляя ткань платья на пышной груди и округлых бедрах.

– Соскучилась. Ты долго не появлялся.

– Напомни, когда я стал рад видеть тебя в своем доме.

Девушка спрятала усмешку. За все годы их отношений она привыкла к грубостям и мимолетным уколам. И отлично знала, как он маскирует усталость и злость. Наверное, именно поэтому огненный демон на удивление долго оставлял леди Лециллу Анкри́ йски своей единственной любовницей. При частом отсутствии у демонов такой черты, как верность, подобное несравненно льстило.

– Тебе помочь? – все с той же улыбкой поинтересовалась девушка, рассматривая обнаженного мужчину, который снимал с запястий кожаные магические браслеты.

Бездна, как же хорош. Лецилла неосознанно прикусила нижнюю губу, впиваясь взглядом в подтянутое тело с широкими плечами и упругими бедрами. Под смуглой кожей канатами перетягивались литые мускулы.

– Не мешай мне. – Дамиан даже не повернулся в ее сторону, пройдя в ванную и громко хлопнув дверью.

Выражение лица любовницы не поменялось – все та же лукавая полуулыбка.

Он мог говорить и делать что угодно. Девушка в любом случае отлично помнила черные прищуренные глаза, так часто смотрящие на нее с похотью и вожделением; помнила разгоряченное сильное тело, по ночам вдавливающее женскую фигуру в перину. Дамиан Вефириийск желал ее. Достаточно сильно, чтобы не пренебрегать обществом даже с тех пор, как заключил официальное согласие на брак с дочерью императора.

Он вышел из ванной довольно быстро, с обернутым вокруг бедер полотенцем, отбросив назад мокрые, отросшие до плеч волосы цвета вороного крыла. Капельки воды сверкали на загорелой коже.

– Кажется, я сказал, что не хочу тебя здесь видеть, Лецилла, – безразлично заметил мужчина, подходя к невысокому столику. Он скинул пробку с хрустальной бутыли и наполнил стакан темно-бордовой жидкостью. – Если не желаешь услышать, как я пошлю тебя ко всем фархам, советую уходить как можно скорее.

– Я ведь сказала, что соскучилась, – вздохнула девушка. – Зачем грубишь?

– Не терплю, когда моими словами пренебрегают. Тебе не место в этом доме.

– Конечно, он ведь принадлежит будущей леди Вефириийск, – усмехнулась Лецилла, перекидывая ногу на ногу, изящно изогнувшись в пояснице, и легко рассмеялась. – Не претендую. Хотя и начинаю ревновать, что ты изменяешь мне со своей невестой.

– Я не могу тебе изменить, потому что ничего не обещал. – Хмыкнув, Дамиан присел в кресло напротив, сделал большой глоток напитка, пристальным взглядом рассматривая затянутые в тонкую ткань пышные формы. – Ты ведь не просто так пренебрегла моей просьбой? Что нужно?

– Почему ты решил, что мне что-то нужно? – Она наклонилась так, что пышная грудь показалась во всей красе.

Дамиан усмехнулся, насмешливо приподняв брови.

– Лецилла, я прекрасно знаю, какие объемы у тебя в декольте. Совсем не обязательно выпрыгивать из одежды. Говори или убирайся.

Девушка вмиг посерьезнела и сложила руки на коленях.

– Ты знаешь, что у нас поменялся секретарь внутренней канцелярии?

В снисходительно-высокомерном взгляде ничего не изменилось.

– У меня с ним возникли некоторые проблемы, – уклончиво протянула любовница. – Он как бы…

– Домогается?

– Не совсем, но… Просто он… излишне обходителен, – осторожно заметила она. – И сужает мои обязательства. Меня подобное отношение немного напрягает.

– Я понял. – Дамиан спокойно сделал очередной глоток дакшиского эля и потер глаза. – Больше не потревожит.

Лецилла не сдержала самодовольной улыбки.

– Редкий самоубийца позарится на честь женщины демона. Особенно если эта женщина принадлежит самому наследнику Дархэнаатра, – протянула она, красиво поправляя кудри насыщенно-медового цвета, и кокетливо рассмеялась.

– Ты очень льстишь себе, Лецилла, – равнодушно усмехнулся мужчина, покачивая в пальцах граненый стакан. – Не спорю, ты очень красивая и умная женщина. Но твоя честь уже давно слегла сбитой птицей еще на первой из охот.

– Снова хамишь? – весело поинтересовалась она.

– В чем ты услышала хамство? – притворно удивился Дамиан. – Я сегодня до противного вежлив.

Любовница медленно, умелым движением встала с мягкого дивана. Легко покачивая широкими бедрами, приблизилась к мужчине. Тот спокойно наблюдал, как она изогнулась, присаживаясь на подлокотник кресла. Женская ладонь скользнула по крепким мышцам плеча.

– Ты завтра отбываешь в Академию Боевых искусств? – Лецилла понизила голос, приблизившись к лицу мужчины. Теплое дыхание обдало висок, коснулось влажных прядей. – Мы еще долго не увидимся? Учти, я взрослая девочка. Мне очень хочется мужского внимания…

Дамиан ухмыльнулся и сделал новый глоток эля.

– Потерпишь. Навещу тебя после.

– А что скажет кронпринцесса?

– Не лезь не в свое дело, – коротко бросил демон, отставляя стакан. – И предупреждаю, Лецилла, не смей появляться в Дархэнаатре.

Она призывно приоткрыла рот, наклонилась к нему чуть ниже. Вдохнула немного пряный, с привкусом горького миндаля, аромат мужского тела.

– Боишься навлечь гнев законной невесты? – Мягкие губы аккуратно скользнули по щетинистой щеке, нежно осыпая лицо поцелуями.

Он почти никогда не целовался. Терпеть не мог нежности.

– Боюсь, что сверну твою красивую шейку, если продолжишь меня провоцировать. – Мужская рука не самым ласковым образом обхватила ту самую шею сзади. Дамиан повернул голову и выдохнул ей прямо в губы: – Что-то непонятно?

Лецилла замерла, но тут же насмешливо фыркнула. Она привыкла к резким выпадам. Ладонь любовника опустилась, легла на поясницу.

– А где твой ужин? Ты не голоден?

– Голоден. Если пришла меня поблагодарить за расположение – благодари. И выметайся. Я дико устал за сегодня, все, чего я хочу, это есть и спать.

Любовница обаятельно улыбнулась, чувствуя, как мужская рука ощутимо постукивает ниже поясницы. Ее же руки скользнули к бедрам, стремясь сдернуть узел завязанного полотенца.

– Может все-таки поужинаем вместе? – прошептала Лецилла, перемещаясь чуть ниже, наклоняясь к твердому прессу. Она знала ответ. Дамиан ненавидел, когда вмешивались в его личную жизнь.

– Не раздражай меня.

Демон растянул губы в усмешке, наблюдая за ее действиями. Он уселся поудобнее, запрокинув голову на спинку кресла.

Лецилла соблазнительно прикусила нижнюю губу, оставила след из поцелуев на крепких мышцах мужского живота.

Он всегда был ее. Как бы ни хамил, ни грубил, как бы отвратительно ни поступал. Мужчины могли смотреть на леди Анкрийски лишь кротко и целомудренно, ибо наследник Дархэнаатра сурово относился к посягнувшим на его собственность. И не скрывал этого ни перед кем, даже перед Высшим кругом. Уже столько лет Дамиан Вефириийск предпочитал ее всем окружающим женщинам. И продолжал предпочитать даже будущей жене.

Весь придворный свет знал о нежном расположении младшей кронпринцессы к наследнику огненных демонов. Вот только Лециллу это смешило. Светлые чувства пропитывались иронией жениха.

Любовница была готова терпеть будущий брак желанного мужчины. Клятва и уважение супруги для Дамиана мало значили. Он даже в брачную ночь способен выбрать другую постель, оставив законную жену третьей лишней.

* * *

Лентон подкинул пару сухих веток в разгорающийся костер между поваленных стволов деревьев. Их небольшая компания по привычке осталась за кромкой леса, окружающего Академию Боевых искусств. Традиция, которой друзья не изменяли уже почти пять лет.

– Ну что? – Дракон весело хлопнул в ладоши, обводя всех глазами. – Помолимся на сон грядущий? Завтра же представление в честь важных гостей, не опозориться бы еще до экзаменов.

Сидящая рядом с ним Альза закатила глаза, подпирая щеку рукой, и мельком глянула на подругу. Рия мало участвовала в разговоре, натачивая один из своих клинков. Их однокурсник Са́рен, бедовый молодой оборотень, разлегся на соседнем дереве, подложив локоть под голову. Здесь же был и наследный сын эльфийского герцогства – лорд Ти́ль Саршааму́н. Он вздохнул и поправил повязку на платиновых волосах.

– А где Мина? – поинтересовался эльф у Лентона. – Что-то ее почти не видно. У вас все нормально?

Лентон помрачнел. Остальные деликатно обходили тему их отношений с кареглазой добродушной магианной; девушки же быстро смекнули, чем все закончилось.

– Ты не говорил, что вы разошлись, – догадался Тиль по вытянувшемуся лицу балагура. – Родители?

– Разве что ее, – горько усмехнулся Лентон, глядя на пляшущий перед глазами огонь. – У нее не может быть никаких отношений с драконом. А Мина, на мою беду, крайне послушная дочь.

– Они так переживают, что ты внезапно найдешь свою истинную пару и оставишь Мину? – печально поинтересовалась Альза. За друга она явно переживала.

– Настолько, что нашли дочурке официального жениха. Свадьба сразу после экзаменов, – заметил Лентон. – Может, так действительно будет лучше. Остается лишь пожелать им счастья.

Никто не спешил делиться мнением. В конце концов, все знали, что драконы могут жениться лишь на своей истинной паре – той женщине, чья магия созвучна с силой самого дракона, а также способной выносить и родить здорового наследника. Это было даже не правилом и не обычаем – такой же естественной вещью, как принятые особенности каждого из видов.

– А ты, Рия? – вдруг подал голос Лентон, взглянув на подругу. – Араан ведь тоже дракон. Чистокровный и высокородный. Знаю, тебя мало заботят такие вещи, но ты спокойно принимаешь тот факт, что рано или поздно он полюбит другую?

Рия слегка улыбнулась и спрятала клинок внутрь формы адептов. Она не скрывала отношений от друзей, и тот же Лентон, будучи учеником профессора Вальринских, достаточно равнодушно отреагировал на новость об их отношениях. Все прекрасно знали, что это не уменьшит и не увеличит их шансы обойти друг друга.

– Вы сильно переоцениваете наше общение, – мягко ответила Рия. Движущиеся блики огня красиво падали ей на лицо. – Я буду лишь рада, если Араан встретит свою истинную. Это подарок судьбы, кажется…

– Тебе все равно, да? – перебил ее Лентон, выпрямляясь. – Оно и понятно, леди ИуренГаарских вообще мало что касается. Извини, Рия, но порой мне кажется, что ты родилась с заглушкой нормальных чувств. А вот я поступил как полный дурак. Влюбился. Знал, что ничем хорошим это не закончится, но все равно влюбился. Ай!..

Махнув рукой, товарищ поднялся со ствола огромного дерева и направился куда-то в сторону, во тьму вечернего леса.

– Принесу веток, – бросил он вскользь, скрываясь в ночном сумраке.

Альза с сочувствием глянула на остальных.

– Может, поговорить с Миной?

– Все уже решено, какой смысл? – пожал плечами Тиль. Эльф спокойно вертел странные кольца на пальцах. – Ничего, отойдет. Сложно жалеть драконов в сердечных делах. Им и так абсолютно точно повезет найти хорошую пару. А вот что будет с грядущим браком Мины, даже интересно.

– Они все равно поженятся, – неуверенно пробормотала Альза. – Значит, любовь имеет место. Или будет иметь.

Сидящая напротив Рия усмехнулась.

– Это слишком разные понятия, Альза. Можно любить, но выбирать себя и собственную жизнь. А можно провести вечность вместе, находясь по разные стороны вселенной.

Послышался недовольный кашель. Сарен вымученно вздохнул.

– Глубочайше извиняюсь, а кроме сладких соплей у нас совершенно нет тем?

Тиль рассмеялся. Альза же с улыбкой покосилась на оборотня. В человеческом обличии их мало что отличало от людей, кроме немного заостренных зубов и вертикальных зрачков.

– Глубочайше извиняешься? Это как?

– С удовольствием продемонстрирую тебе, Альза, только намекни.

– Пошляк! – Девушка кинула в него горсть опавших листьев. Тот возмущенно поморщился, стряхнул их с лица. – Я замужем.

– Я тебя не осуждаю, вертихвостка. И твой муж, вообще-то…

– Не смей! – наставила на него указательный палец магианна.

– Молчу.

Тиль закинул ногу на ногу, сидя на том же бревне. В размышлениях он повернулся к Рие.

– Как думаешь, почему Эллоус в этот раз заранее сообщил о противниках на парных поединках? В прошлые годы все было иначе.

– Мне вообще мало что нравится, – заметила девушка. – Видимо, учитель решил многое поменять. Не зря говорил, что экзамены в этом году будут проводиться куда строже.

– Ты заполняла анкеты на воина императорской Гвардии?

– Разумеется, – вздохнула Рия, немного откидываясь назад. – Ты не передумал, Тиль? Будешь возвращаться к отцу в герцогство?

– Зачем мне пахать на кого-то, если я могу заставить служить себе? – не без самодовольства хмыкнул эльф, заправив прядь прямых платиновых волос за длинное ухо.

– Не хвастайся, королевский отпрыск, – почесал нос Сарен. – Власть – это зло.

– А завистливый оборотень – добро? – рассмеялся тот. – Расслабься, дружище, я как в должность вступлю, сразу же подарю тебе самый большой дворец.

– Гордость или целый замок с содержанием? Конечно, второе. Можешь звать меня своей деткой.

Алеминрия улыбнулась, привыкнув к вечным шуткам лучших друзей. Ее несравненно радовало, что при наилучшем исходе почти все они продолжат работать плечом к плечу.

Сзади послышались тихие шаги: Лентон вернулся. Уже в гораздо более хорошем настроении, с небольшой охапкой сухих веток под мышкой.

– Знаете, что я заметил? – негромко поинтересовался дракон, швыряя хворостинки в костер. – Чуть дальше спуска, на второй площадке, Нуаль с Хвильзом тренируются.

Рия спокойно пожала плечами.

– Ничего необычного, скоро же экзамены, – протянула Альза, подтягивая ноги к себе: в такое позднее время в лесу она всегда мерзла. – И у них строгий наставник.

– Надеюсь, этот ушастый эльфийский засранец… Без обид! – Сарен заметил недовольный взгляд Тиля. – Так вот, Хвильз настолько редкостное дерьмо, что я удивлен тем, как Нуаль с ним поладила. Ты там осторожнее, Рия, я прям задницей чувствую, что эта мразь готовит для тебя особенный сюрприз…

– Своей задницей? Вот этой, квадратной?

Сарен громко фыркнул на выпад Тиля.

Рия почти никак не отреагировала, не особо вникая в разговоры приятелей. Волноваться или что-то планировать смысла не было. Один из этапов экзаменов в любом случае принесет много нового.

– Меня завтра не будет на представлении Высшему кругу, – кратко оповестила друзей Рия, поднимаясь с бревна. – Уже есть планы.

По лицам остальных сразу стало понятно, что почти никто не собирался появляться на вечере. Разумеется, отличники курса предпочитали проводить свободное время с пользой. Такие вольности им прощались.

Рия попрощалась с компанией, неспешно возвращаясь к своему корпусу. Мышцы ныли от утренней тренировки, больше всего сейчас хотелось выпить травяного отвара и лечь в горячую, ароматную ванну.

Несмотря на поздний час, в жилой части Академии было шумно – младшие адепты смеялись над собственными шутками, старшие подтрунивали друг над другом. Перед Рией некоторые отступали, окидывали короткими взглядами, несмотря на то что девушка почти не обращала внимания на малознакомые лица. Все же слава опережала своих носителей.

Погрузившись в мысли, Рия не сразу заметила, что точеная женская фигура преградила ей дорогу у самого входа в здание. Рассыпавшиеся по плечам золотистые волосы, миндалевидные черные глаза в обрамлении пушистых ресниц, прямые красивые черты лица. И элегантное кружевное платье чуть ниже колен, безупречно сидящее на женственных формах. Кронпринцесса Империи Темных терпеть не могла стандартную форму адептов Академии Боевых искусств.

– Наконец-то! – воскликнула девушка, складывая руки на груди. – Тебя сложно выловить, Алеминрия. Нам есть что обсудить.

– Давай завтра, Наринехах, – вежливо ответила та. – Был сложный день.

– А завтра будет еще хуже.

– Может быть.

Рия обогнула девушку, не желая вступать в бесполезную полемику. Демонесса скривилась.

– Стоять! Я не разрешала тебе идти, Алеминрия. Слово дочери императора не указ?

– Всегда считала высокомерие чем-то вроде половой неразборчивости, – мимолетом проговорила Рия, не замедляя шага. – Вроде и допустимо, но все равно отвратительно.

Неха поджала губы.

Леди Алеминрией ИуренГаарских либо восхищались, либо недолюбливали. Когда-то младшей кронпринцессе было абсолютно плевать на жалкую магианну. Но с каждым годом успехи и восхищение ею в Академии росло, что неимоверно раздражало Наринехах.

Здесь всегда было много красивых и аристократичных отличниц, чьи имена даже глупо узнавать. Но немного насчитывалось тех, кто, подобно Рие, в обществе кронпринцессы держались преимущественно с безразличным сочувствием. Словно принимая как данность, не заботясь о статусе вышестоящих, не уважая и даже не стесняясь это демонстрировать.

Алеминрия была хуже их всех. Она почти никогда не отвечала на выпады, не поддерживала чужие слова, ее ничто не беспокоило. Всегда в своем мире. Девушка не боялась никакой грязи.