Третье небо

Несмотря на непрестанный поиск, эксперименты, Александр Горностаев был и остается глубинно русским, национальным поэтом. Всегда стоявший за прогресс формы, за аналитический, филосовско-исследовательский характер содержания стиха, он генетически происходит из есенинско-васильевской традиции Великого Созерцания, и, погоняя эволюцию литературы, сам же, в духе хрестоматийного славянского противоречия, осаживает её, как лихую тройку: Ещё с прогрессом чуточку помедлите, позвольте на заре увидеть мне…