О.Шеллина (shellina)

забрали, потому что я храню их в спальне. Так что вполне могу

. Но приняв решение и отдав приказ, я чувствовал себя плохо

генерал Сукин был, и полковник Футов, и Фулертон, и Чебышев, и Тимашов, и многие другие – все те, кому предстояло

запереть по казармам. Выяснить, что там произошло, и через два часа ко мне с докладом, – процедил я, направляясь к привязанному неподалеку Цезарю. Хватит с меня преображенцев. Доигрались они, похоже, окончательно. Ноги слушались плохо, руки дрожали, но я довольно бодро вскочил в

будет хорошо. Иначе и быть не может. Я вышел из комнаты и прикрыл за собой дверь. Ко мне подбежал бледный Бехтеев. – Фёдор Дмитриевич, если я кого-то из них увижу, то, клянусь, возьму грех на

остановиться император, успеть приличную встречу организовать.

его убедить в том, что город может оказаться не столь уж беззащитным, как представляется