Андрей Валентинов

Страна, не имеющая своей фантастики, обречена на потребление чужой!

Судьбе не только подчиняются – ее выбирают.

Города стоят не на камне, а на памяти и легендах, - неспешно рассказывала Чайганмаа. - В этом их мощь и залог долгой жизни. Даже если камень разрушить и разметать по пустыне, память поможет воздвигнуть все заново, а легенды дадут силу преодолеть боль потерь.

Раньше - долгий срок.

Мафия и социал-демократическая партия между собой немалое сходство имеют. На местах - вожди ("каппо", если по-итальянски), над ними главный вождь - "каппо ди тутти каппи". Местные вожди своих подчиненных тиранят, а главный вождь - их самих. Но дальше начинаются различия. Партия живет по законам обезьяньей стаи. Главного вождя сами "каппо" между собой выбирают, драки на съездах и пленумах устраивают. Самый сильный всех побеждает и правит. В Каморре такого нет. Там все по-людски: старый вождь перед смертью назначает преемника, и "каппо" с этим соглашаются, перстень в знак верности лобызают.

– Дрянь ресторанишко, – вставил барон. – Вообразите, Фрол, дамы приходят в ресторан, извините, в брюках. А еще говорят, что большевиков свергли!

Невеселые размышления Корфа прервал какой-то небритый, очень юркий молодой человек кавказской наружности, который без спросу подсел к барону, представившись князем Чавчавадзе и предложив свои услуги по оформлению и поиску нужных для анноблирования документов. Оплату за услуги он просил в какой-то «эскавэ», но только не в «географии».

Корф прикинул, что в его времена подобного «князя», попади он по недоразумению в Собрание, отхлестали бы по физиономии и вышибли пинком, но смолчал, поинтересовавшись лишь, как здесь обстоят дела с дуэлями.