Анатолий Иванов

Люди – они как церковные колокола. Иной вроде и отлит чисто, на солнышке янтарем горит, по виду так и красивше нету. А ударь – с дребезгом звон, со ржавчиной, вроде в чугунку ударили. А бывает – и на вид неказистый, зеленью изъеден. А тронь – и запоет, вроде бы заря по чистому небу расплывается. Это и есть звень-колокол.

голову прицелюсь, ежели ты во время дела начнешь за спины других прятаться. И не промахнусь, не надейся. Впереди меня пойдешь. И гляди у меня! По растерянным глазам уголовника Павел видел, что сломал его, подчинил себе без остатка, хотя, конечно, понимал, что при удобном случае рыжий без колебаний пристрелит его. Но случай такой должен еще наступить, а Павел не лыком теперь

четким почерком начинался текст: «И будут помниться вечные слова тебе апостола славного: „Если кто

...добрых людей земля любит, а нехороших и сама наказать умеет.

- А страшно, должно быть, подлым людям один на один с землей оставаться? А пап?

- Им страшнее, видать, с совестью своей один на один встретиться, сынок.