© Воропаева Светлана, 2024
ISBN 978-5-4483-1423-0
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
***
Он написал после долгого молчания.
Он написал, всколыхнул воспоминания…
Он ждет, он ждет, что я отвечу,
а я – «время душу лечит»:
прошло, забылось,
ушло – затмилось,
он написал – и все по новой —
луна, Париж, обед в студенческой столовой…
прогулка, катер, Сена, вечер,
и обещания, что все навечно.
пришлось уехать, так сложилось.
он сразу все забыл, мол, не получилось…
прошло 3 года,
кон снова вспомнил
и написал.
Зачем? ведь я его не помню.
есть фотографии, свидетельства немые
тех мимолетных дней слепого счастья,
а также есть и те, что помнят слезы,
и дни душевного ненастья.
но все прошло, забылось,
я думала ушло – затмилось,
ан нет, он написал спустя 3 года, э
но нет – в душе моей совсем не летная погода.
***Сестре в её День рождения
Сегодня твой День Рождения —
Тебе исполняется 19.
Сердце полно предвкушения:
А что же будет в 20?
Сегодня ты ждешь и мечтаешь
О завтрашнем дне, о любимом,
А ты оглянись и подумай —
Судьба все что хотела вручила?
Ты молода и прекрасна
И взор обращен вперед,
Хоть жизнь трудна и опасна,
Я знаю, тебе повезет!
И пусть твой характер вздорный
Поможет тебе в пути
Весь этот мир огромный
В сердце своем уместить.
Будь счастлива, дорогая,
Верной дорогой иди
И солнышко пусть согревает
И светит тебе в пути.
***
О Боже, скажи, что это не правда, что я не еду домой, в Россию…
Я так этого не хочу, я еще не надышалась этим ароматом свободы и творческого полета, я еще не устала от грохота парижских вагонов метро и этих запутанных лабиринтов нескончаемых переходов между станциями…
Я не хочу туда ехать, я не хочу снова окунаться в эту рутину и подчиняться всем этим глупо-бессмыленным правилам и порядкам, у меня просто нет сил менять уже давно и навечно укоренившиеся устои ТОГО общества, которое ждет меня.
Я возвращаюсь в пекло, в разинутую пасть огнедышащего дракона «домашнего очага», в котором все осточертело и приелось.
Пока я была здесь, я была собой, я была свободна и независима, в самых лучших смыслах этих двух прекрасных слов. Я была свободна внутренне. Я летала и наслаждалась жизнью.
Конечно, мне каждый день приходилось решать насущные проблемы, которые сопровождают нас по всюду: стирка, готовка, уборка… Но это было не в тягость, это давалось легко и непринужденно. Я зависела только от самой себя, от своих решений и ни перед кем не отчитывалась.
Боже, я чувствую, что теряю это ощущение свободы и радости жизни, а я ведь еще здесь, еще в сердце Парижа, тащу на вокзал свою тяжелую от ненужных подарков родственникам сумку и постепенно угасаю внутри.
Как же так? Не прошло и месяца с тех пор, как я села в автобус Москва – Париж, а я уже так изменилась.
За все это время у меня была одна очень хорошая возможность, за которую я премного благодарна и себе, и моей маме. и Господу Богу. Я смогла ею воспользоваться и ничуть об этом не жалею. Я увидела свою жизнь со стороны и совсем не порадовалась этому открытию. Все это время я непроизвольно сравнивала жизнь ТАМ и жизнь ЗДЕСЬ. Сравнивала по очень многим критериям, параметрам. Иногда осознанно. Иногда бессознательно. И меня поразил результат: я не хочу туда возвращаться. Здесь все по-другому, здесь днем поют другие птицы и светят другие звезды по ночам. Но я хочу остаться здесь, в этой атмосфере уважения человеческих ценностей и внутренней свободы. Я хочу продолжать жить и наслаждаться каждым мгновением. Я не хочу умирать и ломаться под гнетом ненужных обязательств и прессом неискренних чувств.
За это короткое время я очень многому научилась. Я смогла поломать многие свои стереотипы. У меня хватило смелости взять на себя ответственность (не на словах, а на деле) за свою жизнь и прожить ее так, как я прожила этот месяц. Это была очередная проверка на прочность. Только кто меня проверял? Мама? Ей не зачем это делать. Моя половинка? Он не хотел меня отпускать. А я уехала. Судьба? Не знаю. Если это и так, я знаю, что этот экзамен жизни я сдала на отлично. Я справилась со всем, что выпадало на моем пути. Я выросла в собственных глазах и поняла, что я способна на очень многое.
Теперь меня ждет еще одно испытание. Более сложное и изощренное. Мне предстоит вернуться в прежний кокон жизни. И на подготовку у меня всего три дня…
Mar. 14th, 2006.
***
я подарю тебе чуточку света,
чуточку солнца и каплю любви;
ты подари мне свежесть рассвета
и тихо супругой своей назови
будем мы счастливы, долго, навечно;
будем любить мы гулять при луне,
будем вести себя крайне беспечно —
это все то, что так хочется мне.
***
Рабочий день уже давно закончен
Коллеги спешат домой,
а я все сижу, хочется очень
немножко побыть одной.
подумать, помучиться, почитать в Интернете
безумные мысли незнакомых людей.
О Боже, как здорово, что на нашей Планете
так много хороших и светлых идей
***
сегодня случилось то, чего я боялась:
рассвет постучался в окно, а весны еще нет.
наверное, зря я так долго сопротивлялась:
и завтра весна не придет, надежды уж нет
когда ж наконец все изменится в лучшую сторону?
когда же я скину с себя эти сто шуб?
приди же, родная, прошу, согрей наши головы…
такие вот мысли тихо срываются с губ…
***
И все-таки она снова пришла,
вступает в свои промерзшие владения,
Я так долго ее ждала —
теперь наслаждаюсь каждым мгновением:)
она дарит нам радость и солнце теплое:
мы медленно таем в его лучах,
зима от злости громко дверью хлопнула:
грустно взглянула на нас и ушла
Было очень тепло. И совсем не верилось, что на улице – 1 ноября. Я шла одна. На этой самой многолюдной улице я была не в первый раз. Но сегодня особенный день. Завтра мой День Рождения. И я впервые отпраздную его так далеко от дома.
Я иду одна и смотрю на проходящих мимо людей. Как же все-таки это странно – я здесь одна, приехала только вчера; приехала и где-то в глубине души осознала, что это уже не тот город, каким я его запомнила в последний раз. Он изменился, стал более величественным и закрытым для меня. Я тоже стала другой. Подумать только, прошло всего полтора месяца, но за это время во мне что-то надтреснуло и дало слабину. Я стала черствее и сильнее, если такое сочетание вообще возможно.
Я очень много сделала, чтобы вырвать у судьбы эту поездку. Я вовлекла в этот процесс очень многих даже незнакомых мне людей, которые, как это ни странно, пошли мне навстречу и помогли оказаться здесь.
На самом деле я все еще не могу привыкнуть к тому, что еще 3 дня назад, в Москве, мела метель и за бортом было -15, а теперь я иду, и меня пригревает теплое ноябрьское солнце; люди, проходящие мимо меня, одеты еще совсем по-летнему – в футболках и шортах, потому что разница температур феноменальная: здесь +15!
На клумбах, расположенных по обе стороны дороги, рассыпаны гроздья незнакомых мне розово-красных цветов в обрамлении листьев, зелень которых уже давно не напоминает майскую.
На мне теплые осенние ботинки и кожаный плащ. Я в буквальном смысле парюсь в одежде, но раздеться не могу – нет летней формы, не предусмотрела. В голове роятся мысли на бесчисленное множество тем. Я иногда даже не успеваю даже додумать одну мысль до конца, как тут же на ее место водружается другая…
Время от времени я прохожу мимо какой-нибудь лавочки, и мои ноги напоминают мне, что пора возвращаться, иначе я просто не доеду завтра до городка, милое название которого постоянно теряется в моем потоке сознательного и бессознательного. Но я не могу этого сделать. У меня есть цель: дойти до дома пешком. В прошлый раз мне помешал дождь, но сейчас, я это решила, я это сделаю во что бы то ни стало. Я знаю, это похоже на сумасшествие. Но это только на первый взгляд. Мне осталось совсем не много – по сравнению с тем, что я уже преодолела. Я уже подхожу к Площади Согласия с ее знаменитыми фонтанами и Обелиском, которые украшают многочисленные открытки расположившихся неподалеку сувенирных лавочек. Здесь же, совсем рядом, я помню, есть карта города. Я целенаправленно иду к ней, чтобы уточнить свой дальнейший маршрут и не сбиться с намеченного пути. Главное – дойти до Оперы, а там – буквально еще минут 20 и долгожданный финиш. И я дойду. Я знаю. В это раз я смогу. Где-нибудь по пути куплю чего-нибудь вкусненького, а потом, у площади перед вокзалом Saint-Lasar, в том самом, уютном и сладком магазинчике буду наслаждаться необыкновенно вкусными, таящими во рту пирожными с клубникой и сливками – приз за столь долгое путешествие.
***
мы шли по достаточно широкой по французским меркам улице. Точнее, это был сам Бульмиш – Бульвар Saint-Michel, о котором я так много читала раньше.
Вечерело. Было очень тепло и уютно в этом новом, еще совсем незнакомом мне городе.
Это был только мой второй вечер в аромате сладких парфюмов и теплых круассанов. Я знаю многих, до сих пор мечтающих попасть в этот удивительный и немного сказочный мир.
Этот день был полностью посвящен знакомству с городом, его транспортной системой (чтобы я, не дай Бог, не потерялась завтра) и особенностями местной студенческой столовой, в которой мне еще предстояло вкусить немало приятных обедов, благо я говорю по-французски, и все меня принимали за иностранную студентку, которыми кишмя кишит столица мировой моды.
Мы шли очень медленно потому, что устали от многочасового похода;
потому, что я задавала много вопросов и пыталась запомнить все, что мне говорили;
потому, что наши взгляды блуждали по витринам бесконечных сувенирных лавочек и книжных магазинов;
потому, что голод начал подавать голос, и мы подсознательно и очень бегло изучали выставленные на улице меню небольших ресторанов и кафе.
Воздух казался очень теплым и свежим одновременно. Я думала о том, что больше нигде не встречу такой смеси ароматов города, в котором в равной мере присутствовали и запахи всех национальных кухонь одновременно, и запах свободы, который можно почувствовать только «фибрами души», и свежесть вечернего ветерка, дующего с Сены, и древность зачитанных до дыр книг, разложенных на стоящих вдоль тротуара прилавках, и сладость туалетной воды продефилировавшей мимо местной модницы.
Мы остановились у небольшого кафе, и мой спутник стал изучать меню. Рядом, у соседней двери, посетителей зазывали не совсем обычным способом: каждому желающему предлагалось разбить одну из имеющихся в наличии прямо у входа тарелок, больших и маленьких, фарфоровых и стеклянных. В качестве «расплаты» тот, кто дерзнет разбить посуду, автоматически становился посетителем этого кафе. Я захотела поучаствовать в этой милом сумасшествии, тем более, что желающих было не очень много. Но мой спутник объяснил мне, наивной русской душе, что каждая разбитая тарелка превращается в очень круглую сумму при оплате счета за ужин. Мне эта перспектива показалась не очень заманчивой (все-таки мы, русские, любим халяву) и пришлось согласиться на то, что предлагал он – а именно, провести с полчасика в том кафе, меню которого было уже внимательно изучено. Я не имела ничего против, хотя есть хотелось не очень сильно и немного тянуло продолжить прогулку и дойти до набережной
***
Молчит телефон, ты сидишь в ожиданьи
Что я позвоню и скажу привет,
Что душу открою в личных признаньях,
О том как мне плохо или везет.
Стрелки бегут, день сменяется ночью,
А я не звоню, хоть я знаю, ты хочешь
Услышать мой голос, рассказ мой о жизни,
О том, как живу без тебя я в дали
О том, что скучаю и хочется видеть
Тебя и наш дом, полный любви.
Прости, я сегодня опять не звоню,
Я слишком устала от мелких забот,
Но верь, что тебя я очень люблю
И хочу оградить от своих хлопот.
Прости меня, ладно? Еще впереди
То время, когда болтая часами,
Расскажем друг другу все мысли свои
И выясним мы, что не за горами
Тот день, когда в гости к тебе я приеду
Но не сегодня, конечно, потом,
Ведь ты меня знаешь, я непоседа,
Вернусь я к тебе в родительский дом.
Милая мама, я, правда, скучаю
По нежности рук, аромату волос,
Твоим добрым глазам и чашечке чая,
Что выпить в тот раз нам не удалось.
Ты не грусти, у нас все в порядке,
Мы дружно живем, на работе окей.
Вот снег растает, я приеду на грядки
И будем сажать мы редис и порей.
Ты будешь смеяться и мягко журить,
Что я позабыла, как надо садить
Картошку, капусту, лук и морковь
И говорить: «Вот приедет свекровь,
Вот что она скажет, ведь ты не умеешь
Работать в земле, полоть огород.
Хоть ты ее сына холишь, лелеешь,
Кто знает, как жизнь повернет…»
Милая мама, конечно, права ты,
И буду я слушать всю эту браваду…
Но это потом, недель через несколько,
Сейчас же мы далеко.
Включи послушать любимую песенку
И думай о том, что мне легко
***
Собор Sainte-Chapele. Этот устремленный ввысь двухэтажный собор практически не возможно рассмотреть во всем его величии и убранстве. Он так тесно зажат между двумя соседними зданиями, одним из которых является Здание Суда, что даже на самых лучших фото можно рассмотреть только остроконечные шпили и витражи второго этажа. Когда я оказалась внутри, я даже расстроилась от увиденного: меня неприятно поразило обилие обшарпанных стен, которое можно наблюдать только в собственной квартире во время капитального ремонта. К тому же все это сопровождалось тусклым светом маленьких электрических лампочек, расположенных приблизительно на высоте полутора метров от пола рядом с сувенирной лавочкой слева от входа. Свет этих лампочек делал и без того тусклые краски стен еще более мрачными, и создавалось впечатление, что потолок нависает тяжелой каменной глыбой над головой. После того, как глаза немного привыкли к полумраку, мне удалось разглядеть стоящий в глубине зала, каменный постамент («тумбочка»), который, как я предположила, и предназначался для хранения тернового венка Христа. Он оказался пуст. После беглого осмотра первого этажа я отыскала узкую винтовую лестницу с обколотыми ступеньками, которая вела наверх.
Der kostenlose Auszug ist beendet.