Buch lesen: "Методология зла и добра. Эссе. Комментарии"
Нет зла, нет добра; есть разум и глупость.
Из книги «Диалоги с самим собою»
Необходимое зло
Зло «господствует» на Земле потому лишь, что добро, обычно, не замечают. Люди интересуются больше злом, чем добром, часто бессознательно для себя (однако же, справедливо) находя сведения о нем более значимыми для выживания.
Но не есть ли зло – лишь отсутствие необходимого для жизни добра? Привычное не замечаешь, его отсутствие сразу заметно.
Война – нарушение мира. Землетрясение, наводнение, засуха, любое стихийное бедствие – отклонение нормальных жизненных условий для человека, природы.
Но и отклонения тоже необходимы для развития Целого.
На нашей планете добро обычно, зло исключительно и не выходит за границы выживаемости организмов, если природу брать в совокупности. Если это было б не так, оказалось бы невозможно возникновение жизни, ее эволюция, появление и развитие человечества.
Добро – привычный, необходимый для жизни порядок вещей; зло – нарушение такого порядка. Преодоление зла – путь к добру, восстановлению нормальных условий существования. Постоянное стремление к возвращению от зла (отклонения) к добру (норме) – необходимо для выживания и заложено в нашей природе.
Но есть и другой путь – приспособление к злу. Организм привыкает, приспосабливается к новым, первоначально для него опасным условиям и потом иногда уже даже не может существовать без этих условий. Тогда исходное зло становится добром, а отсутствие этого зла – злом.
Приспособление к злу, преодоление зла, ограничение и контролируемое использование его на благо людей и мира – основной путь развития, расширения сферы добра. Это проявляется в увеличении числа измерений и расширении диапазонов измерений среды, пригодных и уже даже необходимых для существования все более сложных структур. Все более сложные структуры существуют во все более сложной среде. Это и есть – развитие мира.
Второю причиною кажущегося господства зла является то, что зло и добро обычно рассматриваются относительно конкретных субъектов. Кроме общего для всех людей зла и добра, есть индивидуальные их приложения, когда то, что для одного является добром, для другого – зло, или наоборот. А поскольку человеку интересно зло не только относительно себя самого, но и относительно других тоже – и это естественно, потому что каждому необходимо знать об опасных вещах как можно больше – еще и поэтому представляется, что зла в жизни так много. Каждый мысленно примеряет зло, относящееся к различным людям и распределенное между всеми, на себя одного. И получается нечто чудовищное.
На самом деле, относительно средне статистического человека зла гораздо меньше добра, добро превалирует и стратегически побеждает. Это очевидно, потому хотя бы, что большинство людей доживает до старости и умирает более-менее естественной смертью.
Самые добропорядочные и благополучные люди в разговорах между собой, в книгах и фильмах предпочитают темы о зле. Касание зла волнует гораздо больше добра. Зло, как отсутствие добра, отсутствие благоприятных, необходимых условий существования, задевает в человеке глубинные силы самосохранения, приводя в состояние возбуждения и повышенной готовности основные жизненные центры, организм в целом: опасность! опасность для жизни!!
И более всего волнует новое, неведомое нам зло.
Ощущение опасности по силе и остроте ни с чем не сравнимо. Это понятно – в организме в готовность приводятся все резервы. Оно, в своем роде, ни с чем не сравнимо по наслаждению. Ведь наслаждаемся мы, когда органы наши работают, и именно теми органами, которые находятся в работающем состоянии, активно передают сигналы по нервной системе в мозг.
Как еще достичь подобного состояния? Его можно испытать мысленно. Далеко не все желают себя испытывать на поле битвы, среди дикой природы, в космосе… Но даже последний трус и лентяй не откажет себе в удовольствии испытать опасности понарошку, не в реальном мире, а только в сознании, как играющее на нервах, но безопасное зрелище или чтиво.
Все наши переживания сводятся к работе нервной системы и мозга. Фиктивное их задействование – учеба, тренинг, безопасная проверка критических режимов работы нашего организма.
Грустно смотреть, как никто почти не желает или же не умеет заметить многочисленные примеры добра. Каждый выискивает зло, чтобы обратить на него внимание всех, отчего создается ложное впечатление, будто бы мы живем в мире зла. Возможно, это рудимент первобытного мироощущения человека, когда все мысли были естественно со злом связаны и человеку угрожало больше прямых опасностей, чем в наш век цивилизации, системного ограждения индивида от неожиданностей природы.
Но тогда вооруженное ожидание зла было необходимостью. Нужно ли оно нам сегодня?
В каждом веке свои опасности, их надо остерегаться. Зло – тренинг наших возможностей. Чем чаще и изощреннее, разнообразнее зло, тем в лучшей физической и духовной форме находится человек.
Зло мобилизует. В экстремальных ситуациях люди раскрывают способности, о которых никто не подозревал у них раньше. Недаром в самые кровавые, переломные времена, смуты и революции, появляется так много гениев.
В не слишком далеко отстоящих временных промежутках и географических координатах среднестатистические способности людей примерно равны, и сходный вид имеют кривые распределения способностей между людьми. Однако реализуют люди собственные способности, развивают то, что дано от рожденья, в разные времена не одинаково, в зависимости от состояния окружающей их среды, в меру необходимого. Чем среда менее постоянна, благоприятна, чем больше разнообразного зла, тем лучше развиваются способности человека. Конечно, если зло не переступает грань потенциальных возможностей индивида, общества, человечества, тогда – упадок и смерть. Зло уже не бодрит, не развивает, но отбирает в борьбе с ним все силы. Или сразу бьет наповал.
Зла боятся и его бессознательно любят, именно за то, что оно сильнее всего влияет на чувства и ум. Зло мобилизует ресурсы организма; добро, наоборот, расслабляет и успокаивает. Зло остается в памяти, вызывая сильные ощущения; добро же почти всегда вызывает ощущения слабые или не дает вообще никаких ощущений, потому запоминается редко. А если запоминается, то потому только, что жизнь наша слишком далека от идеальных условий существования, и добро сколько-нибудь необычное мы ощущаем как праздник. Увы, запоминаются только необыкновенные праздники. А праздник всей нашей жизни многие считают «серыми буднями», чьей-то над нами «насмешкой», «цепью невыносимых страданий физических и духовных»… Надо ли объяснять далее, насколько это не отвечает действительному положению дел и является неправильным субъективным восприятием ленивого, недоразвитого сознания?
По силе воздействия, по сравненью со злом, добро почти не заметно. Утрируя, можно даже сказать, что полное отсутствие зла, т.е. добро абсолютное, идеальные условия для человека это – полное отсутствие раздражителей, а значит, и ощущений. Нечто типа нирваны. Именно потому все впечатления от добра, если они не совсем уж редки, сливаются у человека в одно. Для многих, увы, все добрые дела скучны и похожи одно на другое.
А зло для человека невдумчивого – почти всегда неожиданно, оригинально. Но это не оттого, что объективно оно более разнообразно. Добро так же бесконечно в многообразии, как бесконечен и человек в данных ему природой возможностях. Зло впечатляет как нарушение нормы, опасность для жизни. Соответственно, к нему больше внимания, отчего виднее нюансы.
Что будет, если исчезнет вдруг зло в том смысле, в каком обычно его понимают? Ответ очевиден. Человечество быстро выродится.
Наверно, поэтому, если нет внешнего зла или его недостаточно, люди сами выдумывают, изобретают и производят зло, как будто специально усердствуя в обманах и убийствах друг друга. В этом, возможно, проявляется объективная необходимость и неизбежность зла вообще в мире и среди человечества в частности. Здесь, видимо, срабатывает внутренне присущий сложным формам материи закон самосохранения за счет поддержания высшей активной своей составляющей в надлежащей «спортивной форме».
Полное отсутствие зла означает отсутствие необходимости борьбы за существование. Не только войны, но и любой конкуренции – в идеях, экономике, искусстве, и прочем. Очевидно, что без зла, невозможно существование человечества, природы, вообще какой-либо жизни и даже структур неорганических. Полное отсутствие зла для всех – наибольшее зло.
Отсюда ясно, что наше, общепринятое сегодня, понимание зла и добра в корне не верно. Добро – разумная мера зла, а самое страшное зло – добро без какой-либо меры.
О расширении границ человеческого
Как можно рассуждать о Боге, не зная что есть зло, по собственному именно опыту? Нельзя прийти к Богу, по дороге ни разу не повстречав дьявола; различать добро, не ведая зла. Ведь если абстракция зло, и добро – только абстракция!
Нет, надо испытать зло на себе, пройти через зло, не утратив ясности разума и любви сердца. Не переставая, наоборот, все более становясь человеком. И человеком всевидящим и разумным, а не слепым слугою-марионеткой, пусть даже самого Господа Бога!
Вхождение в среду зла зланежелающего, наоборот, желающего уменьшить его, включение, проникновение в область зла разумной силы, имеющей знания законов движения, развития, результатов зла, может уменьшить и абсолютный, и относительный вред от неизбежного, изменить направление основных сил разрушения, ввести действия их в определенное русло, где последствия ограничены и известны заранее.
С развитием мира пределы добра и зла расширяются непрерывно.
Это можно представить следующим образом. Однажды выйдя из некоторой, возникшей каким-либо образом в многомерном пространстве качеств точки нового качества, поле деятельности природы расширяется конусообразно. Одно из множества измерений конуса – добро-зло. В двумерной проекции одна сторона луча жизни – абсолютное добро, другая – абсолютное зло. Внутри луча – весь спектр, от зла до добра. За образующими луча – нет жизни, только структуры неорганические. А за пределами сферы качеств вообще нет структур, небытие.
Но где ничего нет сегодня, что-то появится завтра, через миллион, миллиард лет. Пройдет череда последовательных изменений, и появится жизнеспособное там, где никто и думать не мог. Кажется, невозможно существовать в условиях столь жестокого зла, но вдруг появляются какие-то немыслимые еще недавно структуры, которые выживают, живут…
О зле можно говорить только там, где есть хоть какие-нибудь структуры. А они есть везде. Зло – атрибут материи, абсолютно необходимый. Без зла не может быть никаких изменений, следовательно, невозможно развитие мира. Потому зло в абсолютной системе отсчета, на самом деле, – добро.
Что же есть добро и что зло?
Нет действия, которое по отношению абсолютно ко всем объектам было бы добром или же, наоборот, злом. Любое конкретное действие для одних объектов – добро, других – зло. Для третьих, и таких абсолютное большинство во вселенной, именно это конкретное действие нейтрально или же мало значимо.
Все во вселенной взаимосвязано, но мы, все же, полагаем действие любое конечным, а ее – бесконечной. Добро и зло всегда относительны к конкретным объектам или субъектам, участвующим или же не участвующим в данном взаимодействии.
Для человека собственная смерть – очевидное зло. Хотя иногда, кажется, лучше бы умереть, чем терпеть страдания, духовные или физические. Для родственников смерть близкого тоже, обычно, зло; хотя бывает добром уже чаще (терпеть старого, больного, пьющего; желающие получить наследство и прочее). А для общества, для природы? Если человек этот – Гитлер или Аттила? Или, например, Ленин?.. Жизнь или смерть этих людей – добро для Вселенной?
Для одних частей сущего, субъектов и групп конкретное действие конкретного человека – добро, для других – зло. И так в мире повсюду.
Есть только одно, по отношению к чему любое действие мы можем рассматривать абсолютно. Это – Вселенная с большой буквы, наша Вселенная, центром которой является планета Земля, место в бесконечной вселенной, где родилась жизнь и развивается наша цивилизация. Это и есть абсолютная система отсчета добра-зла для человечества и природы.
Что есть абсолютное добро во Вселенной и что по отношению к ней зло? Представляется очевидным, что добро – расширение границ нашей Вселенной количественное и качественное, рождение новых, более сложных и оптимальных структур; т. е. добро – развитие материи, духа и активности в нашей Вселенной.
Что же есть зло? Зло – противоположность добра, разрушение, действие, ведущее к хаосу, сужение границ Вселенной, разложение структур материального и идеального, деградация инструмента самопознания и саморазвития материи – человека.
Мы находимся на переднем фронте развития окружающего нас мира. Действия наши, направленные на развитие Вселенной, – добро, на ее разрушение – зло. Причем развитие Вселенной, а не сам человек – здесь мерило.
Означает ли это, что для какого-нибудь «важного» опыта, нацеленного на создание новой структуры, материальной или же идеальной, позволено губить чьи-то жизни? Нет, безусловно! Человек – самый совершенный инструмент самопознания и саморазвития материи во Вселенной и он же высшая цель, причем движущаяся, несущая сама себя цель. Т. е. цель – не тот человек, который сегодня, и дальше ничего больше не надо, сохраним этого человека во чтобы то ни стало такого. Цель – человек развивающийся и желающий непрерывного познания и развития мира.
Убивая людей, уничтожают самую совершенную и предназначенную для дальнейшего совершенствования активную часть нашего мира.
Каждый человек – уникальный представитель материи и решает сам – где зло и добро. Но не за счет любого другого, объективно равноправного ему представителя интересов материи. В этом – ограничение. Миссию свою надо исполнять таким образом, чтобы исключалось насилие над другими. Насилие – зло. Почти всегда оно разрушение или ограничение возможного, неисполнение чьих-то желаний.
Любое желание – желание мира. Но мир разумный должен сам ограничивать собственные желания непосредственно изнутри каждого «я» осознавая единство свое во множестве «я».
Каждый человек – представитель материи. Она создала нас, наделила разумом для высших целей своих. Кто знает, что это за цели? Кто скажет без тени сомнения: «Только я знаю!»? Никто не должен ограничивать право другого на выбор. Материя хочет перепробовать все. Дадим же ей и себе такую возможность! И это будет добро.
Если кто-то ограничивает другого без особенной необходимости, он ограничивает весь мир и себя тоже, и это – зло.
Ограничивая друг друга, люди снижают количество проб и ошибок активного начала Вселенной, соответственно, уменьшают возможности для развития мира. Добро – максимальная свобода для творчества всех людей в рамках естественных ограничений – тех, которые накладывает на мир природа, наша Вселенная, выработавшие их за миллиарды лет собственного существования. Искусственные ограничения устанавливает небольшой круг лиц для большинства из каких-то надуманных соображений, обычно, эгоистических.
Повторять чужие ошибки – глупо, и это тоже, конечно, зло. Повторяют их те, кто не знает путей уже пройденных. Можно различать собственное нежелание знать и отсутствие возможности получить информацию. Сами себя или другие вас ограничили, в любом случае, это – зло.
Разумный представитель материи, располагающий всеми знаниями и возможностями, накопленными цивилизацией и природою, осуществляющий свободный поиск исследователя, творца – вот каким должен быть человек! Когда таким будет все человечество, процесс самопознания и саморазвития мира станет осознанным и разумным, что потенциально позволит нам в бесконечной вселенной развиваться неограниченно долго.
Как быть, если желания одного пересекаются с желаниями другого? Все переплетено – не может быть все позволено.
Позволено все, что не запрещено “правилами игры”. И главное правило – не ограничивать проявления позитивных возможностей каждого человека.
Важно всем уяснить, что такое наши возможности. Разум должен соизмерять собственные желания и усилия с вероятными результатами действий. Ясность эта должна быть у каждого в сердце и голове, быть живою, подвижною, важнее бумажных “законов”.
Допустим, у человека есть динамит, он в пустыне или горах, вокруг никого нет и нет ничьей собственности. Может он взорвать динамитом какую-нибудь скалу – для дела или же просто, оттого что хочется узнать результат? Почему нет? А если человек в городе, взорвет ли он бомбу? Может, конечно, взорвать… Но сначала подумает и, скорее всего, не станет, зная, что это нарушит основные законы человеческого общежития, будет посягательством на права других людей, их жизнь и имущество. Он решит, что не располагает такою возможностью, и решит правильно.
Ну, а если этот человек купит в городе значительный участок земли и захочет построить на нем небоскреб? Тогда он сначала уберет с него лишнее. И никто слова против не скажет, если он выполнит все законы и нормы. Но откуда он возьмет необходимые деньги? Деньги – надобно заработать. В рамках свободной конкуренции. Вот, если человек заработает деньги, со всеми договорится, тогда сможет осуществить то, что хочет, – взорвет свою бомбу, а потом выстроит небоскреб.
Таким вот образом определяются наши фактические возможности в условиях не пустыни, а среди таких же, как мы, свободных людей, обладающих равными правами, но не обязательно равными способностями, трудолюбием и удачей.
Этические отношения между человечеством и природой, в том числе даже и миром неорганическим, т.е. отношения между частями разного уровня иерархии развития, имеют такое же значение для сохранения и развития Целого, как отношения между людьми, частями одного уровня иерархии.
Ничего не надо взрывать только лишь потому, что нам этого хочется.
То, что мы в обществе, – дополнительное условие окружающей индивид среды, высшего порядка условие, накладываемое разумом, каждым сознанием именно на свободу своих волений. И это отнюдь не оковы, но свобода сознательная, всем в равной мере дающая дополнительные возможности. Ограничивая разрушение, она открывает простор созиданию.
Тот, кого не устраивают нормы жизни людей, может уйти в пустыню, туда, где нет никого, улететь на Луну, попробовать найти другую Вселенную с иными законами, где можно творить что захочешь. Там, может быть, неограниченная свобода и будет добром, только вряд ли.
Мы сами – главное собственное ограничение, которое не отменить. Нельзя развиваться, взрывая бомбы под собой или другими.
Границы разума надо расширять, а не рвать. Творить чудо из хаоса, из простого складывать сложное, из несовершенного создавать более совершенное. И наша Вселенная будет расти, может быть, вечно и бесконечно!..
О самоубийстве
Чем больше мы развиваем собственное сознание, особенно, если в каком-нибудь новом, неведомом ранее направлении, дальше отрываемся от остальных, тем сильней мы страдаем, и страдания наши – все мучительней, и мучительней! Разбираясь в себе, все яснее мы видим несовершенство внутреннего нашего мира. Но это – второе, не главное, здесь можно работать, исправить… Первое, главное, – это наше отличие от других, от несовершенного мира вокруг; несовершенство внешнего мира даже по отношению к сознанию нашему несовершенному!
Неодолимая – ясно видно, неодолимая! – пропасть лежит между красотою задуманного, строящегося храма внутреннего нашего мира и миром обыкновенным среднего человека, тем более убогостью, глупостью человека наинижайшего. А обычное и убогое и составляет большинство на земле!..
Чем выше мы поднимаемся в гору, тем дальше становимся от людей, живущих кучей в долине. Чем богаче дворец наш, тем мы в нем более одиноки.
Жизнь человеческая на две трети – страдание. Представим себе невозможное: всеобщее счастье, нет больше глупости, зла. Что же есть – ум и добро? По отношению к чему добро, к каким мерам? Добро и зло, глупость и ум – крайние проявления человеческого. Уничтожьте зло, то, что сегодня считается злом – и что же? Завтра добро, то, что считалось добром, распадется опять на зло и добро, т.к. добро тоже неоднородно, и в нем есть крайние проявления.
У магнита два полюса. Разрежем его пополам – получится меньший кусок магнита, у которого снова будут два полюса. Так же и с человеческими отношениями. Устраните из жизни то, что сегодня называется злом, и духовный мир наш урежется на половину. Но зло-то опять, как полюса у магнита, возникнет напротив добра.
Понятие «рая» неотрывно от «ада». Все сложные идеи пространны, их наполняют смыслами все сущие «я», каждое – соответственно своему видению. У сложных идей всегда есть крайние полюса, два или больше.
Ад и рай, абсолютное зло и добро, сами по себе, по отдельности, – абстракции типа однополюсного магнита. В природе нет ничего подобного, не было и не будет.
Страдание, в высшем понимании этого слова – не физическое страдание, когда тебе прищемили палец или болит зуб, страдание духовное – есть осознание закономерности вечного существования в мире зла и добра, неизбежности того низкого, что мы видим вокруг, и необходимости бытия нашего в мире.
Страдание – возвышающая нас боль. С ним рождается любовь истинная, не только наблюдающего, но преобразующего мир разума.
Зло невозможно запретить вообще. Это бессмысленно, глупо и даже вредно. Но нельзя и оправдывать всякое зло. Скажем, уничтожение Земли должно быть исключено. Злом управлять нужно, предупреждая крайние, особенно катастрофические его проявления.
Зло существует, и оно должно, даже непременно должно присутствовать в духовном мире всего человечества и каждого человека. Отрицательный опыт зла имеет положительный смысл. Уничтожьте всякую память о зле и, непременно, в реальной жизни оно повторится. Кто знает, не будет ли этот повтор страшнее опыта первого? Нет хуже зла, чем уничтожение следа, сокрытие или искажение информации.
С ростом могущества человечества возрастает плата его за ошибки. Любой путь надо пройти, и часто лучше это сделать сегодня, чем откладывать попытку на завтра. Вселенная устроена так, что через своих представителей, природу и человечество, непременно исследуют все возможности. Но, получая результат негативный очевидно достаточное количество раз, какой смысл повторять опыты дальше?
Человек должен знать и уметь все, тогда он свободен. Весь опыт не только добра, но и зла, случившегося когда-либо в мире, должен собираться в хранилищах информации и быть открытым для всех. Наши знания – мера нашей свободы.
Великие идеи доставляют великие радости развитому уму, но в той же мере доставляют они и страдания. Первое из них – одиночество.
Были писатели, утверждавшие, что убийство себя – высшая свобода сознания и не может человек жить, полагая, что жизни нет после смерти, когда от нас ничего не останется; только наличие Бога озаряет смыслом существование…
И, действительно, если теряется вера в жизнь после смерти, зачем беречь себя и других? «После нас хоть потоп!..»
Но ведь останется что-то от человека или же не останется зависит не только от самого факта наличия или отсутствия Бога, чтобы под Богом ни понимали, а еще оттого, сможет ли человек совершить в жизни своей нечто существенное, оставить то, что понадобится другим, даже после смерти его. Оставь – и останешься. Имел человек значение в жизни, расширил горизонты материальные и духовные, внес что-то новое – вот и след от него. Чем особенней след, тем дальше будет он виден.
Можно сжечь храм, славный перед всем миром, уничтожить миллионы людей – и след останется. Но это будет отметина Хаоса, не вершина достижений ума, но полное его поражение. А можно построить здание красоты, разума, истины; и дворец этот будет стоять тысячелетия, нельзя его будет разрушить никому, никогда. И будут молиться в нем миллиарды, молиться – означает учиться, стремиться к совершенству, добру. Вот где жизнь после смерти. И, даже если какой-нибудь злой гений от разрушения станет уничтожать эти самые миллиарды большими частями, здание все равно устоит, нельзя ведь всех уничтожить, тогда надо действительно всех, и себя тоже. Прежде всего – себя.
Любая мысль, связка понятий, родившись однажды, не исчезает уже никогда. Надо только хоть раз ее высказать и чтобы кто-нибудь другой понял. И мысль эта, если она действительно имеет какую-то ценность, будет расходиться все дальше. И вот – бессмертие мысли.
Может, это и есть бессмертье души?..
Что останется? Мысль – та, которая отличает человека от прочих, новое, что внес в мир именно он. Значит, в остальном сознание этого человека ничем не отличалось от массы уже существующих идей и понятий. Сложение какой-то части из этой массы (общественного сознания, идеальной сферы качеств) и единственной новой мысли – двух, трех, тысячи новых мыслей, все это зависит только от нас – и есть внутренняя сущность, бессмертная наша душа, которую мы развили, оставили, прибавили к единой, всемирной, всеобщей душе.
Когда-нибудь будут собраны и систематизированы все мысли, созданные за всю историю человечества и природы и точно определены создатели каждой – новой мысли, конечно. Всякое повторение меняет количественную, но не создает качественную информацию. Подобные повторения мыслей, как броуновское движение мелких частиц, не создающее ничего нового, во всей своей совокупности проследить невозможно, и ни к чему.
Что такое самоубийство? Физически можно себя уничтожить, отделить душу от тела. Но можно ли уничтожить саму душу свою? Кто-то или же что-то способно ее уничтожить? – Да. Но только в единственном случае.
Если нажмут «Красную кнопку», после чего Земля перестанет существовать. А может быть, для этого надо перевести в начальное состояние, приближенное к субстанции, не только всю Землю, но и солнечную систему, галактику, нашу Вселенную… Лучи или поля, мы не знаем пока что именно, мыслей наших не остановить, они уже существуют, распространяются беспредельно.
Хорошо бы всем в это верить…
Кроме того, и это всем очевидно, среди человечества информация фиксируется, распространяется речью, письменно, электронными технологиями…
Какой же самоубийца решится убить себя окончательно, уничтожить бессмертную душу свою, свой след во вселенной? Ведь уничтожится всякий – самый прекрасный и гениальный и самый ужасный, разрушительный след. Нет, каждый хочет остаться, как угодно – остаться! К тому же, сегодня и, надеюсь, так организовано будет всегда, полное разрушение нашей Вселенной ни для кого в отдельности невозможно.
Настоящий самоубийца должен найти или сделать сначала такую «красную кнопку».
Обыкновенное самоубийство – глупость, отчаянный шаг слабого человека, когда страдания духовные или физические превышают его внутренние возможности.
В определенном смысле, самоубийство – естественное разрешение неисполнимой мечты о существовании рая – аналога однополюсного магнита, воплощения в мире реальном абстрактного однополюсного понятия счастья.
