Buch lesen: "Гений войны Скобелев. «Белый генерал»"

Schriftart:

Введение

Вторая половина XIX века в военной истории Российской империи оставила несколько ярких имен, в числе которых, пожалуй, самое видное место занимало имя Михаила Дмитриевича Скобелева. Видно, не зря в день его похорон офицеры Генерального штаба к его гробу возложили венок, на котором было написано «полководцу, Суворову равному». Это было признание реальных заслуг, для оценки которых не нашлось никаких других сравнений…

В то же время нужно признать, что по настоящее время в личности М.Д. Скобелева остается еще слишком много загадок. Обилие литературы о нем – обманчиво. Портрет нашего героя, мотивацию поступков зачастую приходится попросту домысливать. В круговерти драматических событий (революция, Гражданская война) семейный архив Скобелевых, не единожды менявший владельцев, оказался вне пределов России, и все попытки заполучить и изучить его закончились безрезультатно.

Гробовое молчание хранят и государственные архивы Российской Федерации. Из них неведомая рука с особой тщательностью и скрупулезностью отобрала и изъяла многие бесценные документы. Бесследно исчезли послужные списки Скобелева, подлинники приказов, решения Государственного совета… а главное – медицинский акт о вскрытии и многое другое, что могло бы пролить свет на загадочную смерть Белого генерала.

Тем не менее определенная база для исследований создана. Она включает различные опубликованные работы, посвященные жизни и деятельности М.Д. Скобелева, которые условно можно разделить на три группы.

В первую группу следует включить труды, которые были изданы до 1917 года. В этот список было включено около 250 работ, но наиболее интересных из них намного меньше.

Впервые имя М.Д. Скобелева появляется в статье, опубликованной в журнале «Русский вестник» в связи с событиями на бухарской границе. К середине 70‐х годов XIX века после Хивинского похода количество печатных трудов, связанных с биографией Скобелева, возрастает. Крупный массив изданий, посвященных М.Д. Скобелеву, вышел после окончания Русско-турецкой войны 1877–1878 годов. Но наиболее значительный пласт «скобелевской литературы» появляется уже после его смерти в период 1882–1916 годов. В это время имя генерала Скобелева наряду с именами А. Невского, А.В. Суворова, М.И. Кутузова становится символом славных побед, одержанных русской армией, и активно используется для поддержания патриотических настроений и морального духа не только низших чинов и офицеров, но и гражданского населения Российской империи.

Безусловно, особого места в этом списке заслуживают труды публициста В.И. Немировича-Данченко. Произведения этого писателя построены как описания его личных встреч с М.Д. Скобелевым. Вместе с тем они имеют и ряд недостатков. К наиболее существенным из них можно отнести отсутствие четкой внутренней структуры, строгой последовательности изложения материала. К этой же категории «фронтовых репортажей» можно отнести серию публикаций Л.Н. Максимова в издании «Биржевые ведомости».

Заслуживают внимания статьи в газете «Русь», написанные И. Аксаковым сразу после кончины генерала.

Но наибольшую в то время известность получила работа М.М. Филиппова, вышедшая в серии «Жизнь замечательных людей», которая содержит подробное изложение биографии военачальника и анализ основных сторон его военного таланта. В качестве источников автором использованы мемуары участников событий и архивные документы. В отдельную главу выделены взгляды генерала на войну и военное дело. К недостаткам труда можно отнести поверхностное освещение отдельных периодов жизни М.Д. Скобелева, не дающее полной картины формирования его как личности и военачальника.

Также большой интерес представляет работа Д.Д. Кашкарова, в которой автор выделяет противоречия, свойственные натуре генерала. С одной стороны, Скобелев любил войну, «как специалист любит свое дело». Но с другой – понимал весь ужас и страдания, которые она приносит. Помимо раскрытия взглядов военачальника на войну и политику вообще Кашкаров приводит его мнение по некоторым частным вопросам европейской и азиатской политики Российской империи.

В отдельную группу необходимо выделить монографии, посвященные Русско-турецкой войне 1877–1878 годов и содержащие эпизодические упоминания о деятельности генерала Скобелева. Среди них отмечается работа крупного военного историка, генерал-лейтенанта Е.И. Мартынова, а также труды А.К. Субботина и Г.П. Неболсина. Особый интерес представляет работа Е. Толбухова, которая стала одной из первых публикаций, где автору удалось уйти от стереотипа и представить объект исследования не героем с лубочной картинки, а живым человеком, не лишенным недостатков.

Также нужно отметить монографию Н.И. Гродекова, посвященную подготовке и проведению второй Ахалтекинской экспедиции (1880–1881), ценность которой заключается в том, что она написана непосредственным участником этого похода с привлечением большого количества документальных источников.

В целом можно констатировать, что дореволюционные публикации положительно оценивали деятельность М.Д. Скобелева и старались скрыть противоречия, свойственные его личности в различные периоды жизни. В результате этого в дореволюционной России начиная с конца 80‐х годов XIX века образ Скобелева было широко почитаем во всех слоях русского общества. Однако неумеренное восхваление заслуг создало своего рода культ Михаила Дмитриевича как неустрашимого царского ура-генерала с лубочной картинки, ставшего атрибутом империи.

В советский период имя М.Д. Скобелева долгое время было незаслуженно выброшено на «свалку истории». Поэтому, как отмечает один из современных исследователей жизни и деятельности генерала Скобелева В.Н. Масальский, «из литературы советского времени взять нечего». Исключение составляют учебные и исследовательские работы, посвященные развитию русского военного искусства во второй половине XIX века, а также издания, вышедшие за рубежом – в Берлине и Париже. В этом ключе несомненный интерес представляет монография Н.Н. Кнорринга, считающаяся одним из лучших исследований, рассказывающих о жизни и деятельности М.Д. Скобелева. Ценность его работы определяется тем, что автор имел доступ к архиву потомков военачальника князей Белосельских-Белозерских, который был вывезен в Лондон. Также большой интерес представляет монография А.А. Керсновского, посвященная истории становления и развития русской армии.

Во время Великой Отечественной войны в советской литературе предпринимались попытки возродить образ М.Д. Скобелева для подъема патриотических чувств народа и воодушевления армии. Тогда генералом А.А. Игнатьевым было подготовлено несколько статей, написан киносценарий и в соавторстве с народным артистом Б.Н. Ливановым пьеса о Скобелеве. Н.Н. Шаповаленко создал историческую пьесу «Смерть Скобелева». Однако ни одна из этих работ не была разрешена к публикации и постановке.

Для современной историографии начиная с начала 90‐х годов XX века и по настоящее время характерен возродившийся интерес к личности М.Д. Скобелева. В последние годы в различных изданиях вышли монографии, а также статьи научного и популярного характера, раскрывающие читателям отдельные страницы из жизни этого военачальника.

Особое место в литературе, посвященной генералу Скобелеву, занимает монография В.Н. Масальского, за которую автор был выдвинут Скобелевским комитетом кандидатом на присуждение Макарьевской премии за 2000 год. В то же время Масальский, в угоду веяниям времени, выдвигает гипотезу о его бонапартистских устремлениях, а также делает попытку раскрыть тайну смерти генерала.

Безусловно, доброго слова заслуживают работы, посвященные М.Д. Скобелеву, историка и публициста Б.А. Костина. Их ценность состоит в детализации жизни и деятельности героя, а также в том, что практически все вехи его биографии наложены на исторический фон, что позволяет выявить отдельные причинно-следственные связи, понять мотивацию многих поступков Михаила Дмитриевича. Также необходимо отметить работы Бориса Васильева «Генерал Скобелев» и «Скобелев», вышедшие в серии «Русские полководцы».

Значительно богаче и разнообразнее список сборников и статей о жизни и деятельности М.Д. Скобелева. В нем выделяются сборник документов и статей «О долге и чести воинской в русской армии», подготовленный к изданию генералом армии В.Н. Лобовым.

В то же время нужно признать, что многие моменты, связанные с жизнью и деятельностью М.Д. Скобелева, пока все еще остаются за пределами проведенных исследований. И это при том, что в российской военной истории крайне мало личностей такого крупного масштаба и такой сложной судьбы.

В 2023 году Скобелевский комитет и администрация Рязанской области широко отметили 180‐летие со дня рождения М.Д. Скобелева. Старт был дан в поселке Александро-Невский, где был открыт памятник Михаилу Дмитриевичу. В Рязанском областном художественном музее была открыта выставка под девизом «Полководец, Суворову равный». Мероприятия также прошли в родовом имении Скобелевых – селе Заборово, в музее-усадьбе «Мемориальный комплекс М.Д. Скобелева» где похоронены М.Д. Скобелев и его родители. Однако, к сожалению, в государственном масштабе это событие широкой огласки не получило.

В своей книге я хочу напомнить читателю основные этапы жизни и деятельности М.Д. Скобелева на фоне некоторых событий второй половины XIX века, имевших отношение к нашему герою. С точки зрения профессионального военного историка с позиций прошедшего времени я возьму на себя смелость порассуждать по вопросам военного искусства Михаила Дмитриевича. Но при этом сразу же хочется сделать оговорку и признать, что далеко не все современные взгляды и принципы были присущи времени генерала Скобелева. Поэтому вместо математических моделей боя или операции нередко применялись модели, основанные на личных переживаниях и ощущениях. Поэтому я посчитал необходимым включить в книгу некоторые приказы М.Д. Скобелева, пункты которых, на мой взгляд, позволят более глубоко и всесторонне узнать этого человека.

Глава первая
В начале пути

Корни

Судьба любого человека, как и дерева, тесно связана с его корнями. Именно с корней молодой побег берет силу, формирует ствол и лишь затем обзаводится собственной кроной, по которой его и узнают в этой жизни. Так в человеческой «роще» появляются трепетные березы, плакучие ивы и могучие дубы…

Корни М.Д. Скобелева были такими, что из них просто физически не могла вырасти ни трепетная береза, ни плакучая ива. Его предки не просто служили Марсу, но служили ему хорошо и на этом пути добились многого.

Прадед Михаила Дмитриевича Никита Скобелев (крестьянин-однодворец) в молодости был отдан в солдаты и к концу своей 25‐летней службы, участвуя во многих сражениях и походах, выслужил чин сержанта. Уволившись по выслуге, он поселился в деревне Новиковка Самарской губернии и занялся сельским хозяйством. Проводя весь день в трудах, он вечерами предоставлял свою избу для сбора крестьян и их детей, которым увлеченно рассказывал о боях и походах. Среди слушателей был и его собственный сын Иван, который в самых торжественных случаях показывал собравшимся пулю, извлеченную лекарем из ноги его отца после очередного жаркого боя.

Никита Скобелев женился на ставропольской дворянке Татьяне Михайловне Коревой, и в этом браке родилось трое сыновей: Федор, Михаил и Иван. Как дети ветерана все они избрали военную карьеру. Федор Никитич Скобелев дослужился до чина полковника, Михаил Никитич умер поручиком.

Дед Михаила Дмитриевича – Иван Никитич Скобелев, который родился в 1778 году, не только пережил своих братьев, не оставивших после себя наследников, но и получил все наследство его отца, которое он приумножил и оставил своим детям. Но он выбрал для себя путь воина и в 14 лет от роду по ходатайству отца был записан на военную службу солдатом в первостепенный полевой Оренбургский полк. В составе этого полка он участвовал в Итальянском походе Суворова, неоднократно отличился в боях и в 1803 году, в возрасте 25 лет, получил первый офицерский чин прапорщика.

Последующая офицерская карьера Ивана Никитича складывалась достаточно удачно. В 1806 году он был прикомандирован к генералу Эриксону для участия в сформировании 26-го Егерского полка. В Финляндскую кампанию 1808–1809 годов он участвовал в двадцати сражениях и дважды был ранен. Затем, во время Русско-турецкой войны 1806–1812 годов, состоя адъютантом при известном генерале Н.Н. Раевском, И.Н. Скобелев участвовал без малого во всех сражениях против турок, в особенности отличившись при взятии Силистрии и Шумлы. При этом он был еще несколько раз ранен.

С началом Отечественной войны 1812 года И.Н. Скобелев был адъютантом главнокомандующего М.И. Кутузова. Он участвовал в Бородинском сражении, в боях под Малоярославцем и при Красном. Ему выпала горькая участь сопровождать тело Кутузова из Бунцлау в Петербург. Затем он принимал участие во всех крупных сражениях русской армии 1813, 1814 и 1815 годов. За эти годы он выслужил чин полковника и получил несколько боевых наград, в том числе медаль «За взятие Парижа». Этой медалью он гордился особенно.

Безусловно, И.Н. Скобелев был честный служака и абсолютно преданный престолу человек. Он любил говорить: «За царем служба, а за Богом молитва, никогда не пропадет». И, следуя этому правилу, он требовал службы от своих подчиненных. Не исключено, что именно это качество стало решающим при производстве Ивана Никитича в генеральский чин.

И.Н. Скобелев не был «паркетным генералом». Он знал цену жизни и заработал свои два Георгиевских креста дорогой ценой. 25 июня 1807 года, в сражении под Фридландом, он был ранен пулей навылет в правую ногу. 20 августа 1808 года, при завоевании Финляндии, ему оторвало два пальца правой руки и контузило грудь. 18 марта 1814 года под Парижем он был ранен в левую руку, а 14 апреля 1831 года в сражении с польскими мятежниками Ивану Никитичу ядром оторвало кисть левой руки. Но он, несмотря на все свои раны, после лечения снова и снова возвращался на военную службу.

В 1821 году, будучи генерал-полицмейстером Первой армии, И.Н. Скобелев неожиданно для многих встал на защиту взбунтовавшихся солдат лейб-гвардии Семеновского полка, которые не выдержали жестокой муштры и издевательств со стороны некоторых офицеров. Тогда он провел тщательное расследование случившегося, добился оправдания многих солдат, а под конец даже заявил, что полиция в армии не нужна. Последнее далеко не всем пришлось по душе, и над Скобелевым даже нависли тучи опалы. Но благодаря вмешательству императора Александра I, который хорошо помнил Ивана Никитича по его предыдущей службе, дело было прекращено.

Видимо, урок, полученный при расследовании бунта семеновцев, для него не прошел зря. Иван Никитич в последующей своей службе стал не только более жестким, но и сильно подозрительным. В частности известно, что в период с 1822 по 1826 год он, желая угодить власти, даже написал ряд доносов на либерально настроенных генералов Балашова и Закревского, а также на случайно знакомого ему А.С. Пушкина, который имел неосторожность «в присутствии многих гостей непочтительно отзываться о государе».

Но это только одна из сторон жизни этого человека. Была и вторая, тесно связанная с публицистикой. Она раскрылась довольно поздно, уже после 50 лет, но не исключено, что тайно жила в нем и ранее долгие годы.

В 1831 году И.Н. Скобелев напечатал сборник коротких рассказов под заглавием «Подарок товарищам, или Переписка русских солдат в 1812 году», встретивший сочувствие в публике и в печати. Поэт И. Веревкин, более того, написал по поводу выхода в свет «Подарка» вирши в честь его автора, которые были напечатаны в «Северной пчеле» и в «Русской старине». С 1834 года на страницах «Библиотеки для чтения» стали появляться рассказы русского инвалида, под этим псевдонимом скрывался И.Н. Скобелев. Правда, они не были окончены вследствие того, что автор был назначен инспектором резервной пехоты, дислоцировавшейся в Нижнем Новгороде. Памятником трехлетней деятельности Скобелева в этом звании были также и его «Приказы», выпущенные отдельной книгой в 1836 году. Позже Скобелев печатал свои труды в «Библиотеке для чтения» и «Отечественных записках» и выпустил в свет «Беседы русского инвалида, или Новый подарок товарищам» (1838).

В 1839 году неожиданно для себя И.Н. Скобелев был назначен комендантом Петропавловской крепости. В этом качестве состоял до конца своей военной службы, выслужив чин генерала от инфантерии. Он оставил о себе память как о сострадательном человеке. Благодаря его ходатайству были освобождены из заточения декабрист Г.С. Батенков, прапорщик И.В. Браккель и некоторые другие узники, искренне раскаявшиеся в своих проступках.

Продолжалась и писательская деятельность Ивана Никитича. В 1839 году по его сценарию на сцене Александринского театра были поставлены две пьесы: «Кремлевский солдат» и «Сцены в Москве в 1812 году», которые имели успех, в особенности первая. В 1839 году из-под его пера вышли «Письма из Бородина от безрукого к безногому инвалиду». Была издана брошюра под названием «Переписка и рассказы русского инвалида», которая затем переиздавалась в 1841 и 1844 годах. Характерными особенностями произведений И.Н. Скобелева, которые в силу его малограмотности подвергались исправлению со стороны его друга Н.И. Греча, были оригинальная форма и простота изложения материала, который был доступен и понятен всем, от вельможи до простолюдина. Об этом писали многие литературные критики того времени, в том числе С.Д. Григорович в своей книге «Русские знаменитые простолюдины», изданной в Санкт-Петербурге в 1860 году.

В наставлении к своему сыну Скобелев-дед писал: «Советую не забывать, что ты не более как сын русского солдата и что в родословной твоей первый, свинцом означенный кружок – вмещает порохом закопченную фигуру отца твоего, который потому только не носил лаптей, что босиком бегать было ему легче. Впрочем, фамилию свою можешь ты не краснея произносить во всех углах нашего обширного Отечества. И сей, исключительно важнейший для гражданина шаг, ты не употребляя собственного труда, уже сделал, опершись на бедный полуостров грешного тела отца своего, который пролил свою кровь за честь и славу Белого Царя и положил фунтов пять костей на престол милого Отечества».

Он умер в 1849 году, оставив добрую память в сердце своего внука.

Иван Никитич был женат дважды. Второй его женой была Надежда Дмитриевна Дурова, дочь владимирского предводителя дворянства. У них было две дочери и восемь сыновей. К несчастью, мало кто из этой семьи дожил до старости. Один из сыновей утонул в Оке, а пятеро – умерли во младенчестве.

Отец будущего полководца – Дмитрий Иванович Скобелев родился 5 октября 1821 года и был записан как дворянин Калужской губернии и сын генерала. В юности он воспитывался в Школе гвардейских подпрапорщиков и кавалерийских юнкеров. После ее окончания в 1838 году начал строевую службу унтер-офицером самого привилегированного в русской армии лейб-гвардии Кавалергардского полка, где в 1840 году был произведен в корнеты.

Служба в гвардии и связи при дворе сыграли свою роль. В 1846 году Д.И. Скобелев был назначен адъютантом к военному министру генерал-адъютанту князю А.И. Чернышеву, состоя при котором исполнял различные поручения по сбору справочных данных и по следственным делам. В 1849 году в чине штабс-ротмистра был назначен флигель-адъютантом к Его Императорскому Величеству и командирован по высочайшему повелению в города Вильно и Бобруйск для производства следствия по делу о побеге рекрутов, которые должны были призываться на военную службу с территории Литвы и Белоруссии. Но, к его счастью, события в Венгрии избавили его от этого дела.

В 1849 году Д.И. Скобелев принял участие в Венгерской кампании. Он был назначен в 5-й пехотный корпус в Трансильванию «для военных действий и для наблюдения за исправностью снабжения оного корпуса всем необходимым». С 9 июня по 7 августа Дмитрий Иванович находился в составе действовавших войск и участвовал в ряде сражений. За боевые заслуги и проявленную храбрость он был награжден орденом Св. Владимира 4-й степени с бантом, орденом Св. Анны 2-й степени, а также австрийским орденом Железной короны 3-й степени, а в 1850 году произведен в ротмистры.

Вернувшись из Венгерского похода, Д.И. Скобелев был направлен в командировку и «находился на смотрах и ученьях в Сувалках, Ковно, Белой Церкви, Варшаве, Елизаветграде, Чугуеве и Вознесенске». В 1851 году он был прикомандирован к Кавалергардскому полку для прохождения строевой службы и оставался в нем до июня 1852 года, выполнив за этот промежуток времени целый ряд разнообразных служебных командировок в губерниях Архангельской, Таврической, Херсонской, Екатеринославской и Могилевской.

В конце февраля 1853 года Д.И. Скобелев по высочайшему повелению был командирован в город Севастополь для приведения на военное положение 13-й пехотной дивизии. Исполнив это назначение и произведя подробный осмотр военно-госпитальных учреждений в Севастополе, Кинбурне, Симферополе, Перекопе, Феодосии, Керчи и Херсоне, он в связи с началом Крымской войны отправился с названной дивизией морем на Кавказ. Здесь Скобелев участвует в сражении при Баяндуре, находясь под начальством князя Орбелиани, и значится в списке «особенно отличившихся». Наградой офицеру становится золотая шпага с надписью «За храбрость».

Затем Дмитрий Иванович участвовал в Баш-Кадыкларском сражении, за отличие в котором был произведен в полковники и награжден орденом Св. Анны 2-й степени с короною. В 1854 году он, командуя тремя сотнями кубанских казаков, проводит ряд успешных боев против турок, за что был награжден орденами Святого Владимира 3-й степени и Святого Георгия 4-й степени.

В 1855 году по высочайшему повелению Д.И. Скобелев назначается исправляющим должность походного атамана донских казачьих полков, расположенных в Финляндии. Правда, в этой должности он оставался недолго. Уже в следующем году он был назначен командиром вновь формировавшегося Елизаветградского драгунского принца Карла Баварского полка, а в 1857 году – командиром лейб-гвардии Конно-гренадерского полка. За хороший вид и выправку гренадер на императорском смотре в 1858 году ему был пожалован перстень с вензелевым изображением высочайшего имени, а вскоре после этого состоялось его назначение на должность командира собственного Его Величества конвоя, с зачислением по гвардейской кавалерии и с оставлением в звании флигель-адъютанта. А в 1860 году Д.И. Скобелев был произведен в генерал-майоры с назначением в свиту Его Величества.

Но, как видно, придворная жизнь мало привлекала генерала. В 1864 году по собственному прошению Д.И. Скобелев был отчислен от должности командира собственного Его Величества конвоя, правда, с оставлением в свите Его Величества и с сохранением мундира лейб-гвардии казачьих эскадронов собственного Его Величества конвоя.

В 1869 году Дмитрий Иванович произведен в генерал-лейтенанты, назначен заведовать ротой дворцовых гренадер. В январе 1877 года он возглавил вновь сформированную Кавказскую казачью бригаду и командовал ею до перехода русских войск через Дунай, а за отличие под Плевной был награжден орденом Белого орла с мечами. В 1878 году Дмитрий Иванович участвовал во взятии Филиппополя, за что получил орден Святого Георгия 3-й степени. В 1878 году он вновь был назначен состоять при генерал-инспекторе кавалерии.

Еще в молодости, будучи блестящим гвардейским офицером, Дмитрий Иванович женился на Полтавцевой Ольге Николаевне, дочери отставного поручика, выпускнице Смольного института. Ольга была на то время очень образованной, красивой и умной девушкой, знала французский язык в совершенстве и обладала отменным вкусом. Современникам запомнилась ее внешность: брюнетка среднего роста с умным энергичным и добрым лицом.

У Ольги было еще две сестры. Одна из них была замужем за графом Адлербергом – бывшим министром двора, другая – за графом Барановым. Наличие столь именитых и знатных родственников, конечно же, сыграло немалую роль в жизни будущего полководца.

17 сентября 1843 года в семье Дмитрия Ивановича и Ольги Николаевной Скобелевых родился сын, которого назвали Михаилом. Таким образом, Михаил Скобелев был внуком и сыном генералов, хорошо зарекомендовавших себя на службе государю и Отечеству. Правда, современники утверждали, что Дмитрий Иванович не очень стремился к военной карьере, его больше интересовали дом, хозяйство, дети. Д.И. Скобелев был достаточно богатым человеком, владельцем 40 тысяч десятин земли, и он внимательно следил за тем, насколько тщательно обрабатываются эти земли, в каком состоянии находятся крестьянские деревни (до 1861 года крестьяне были крепостными), дороги, мосты.

Любовь к хозяйству Дмитрий Иванович сохранил до конца своей жизни. Позже, когда семейство собиралось в своем родовом поместье Спасское-Заборово Ряжского уезда Рязанской губернии, Михаил Дмитриевич часто подшучивал по этому поводу над отцом. Тот вроде бы досадовал, но был безмерно рад за сына, за его успехи и воинский талант.

Между отцом и сыном Скобелевыми, по мнению знавших их людей, отношения были довольно странными. Они любили друг друга и в то же время нередко вели себя как враги. Старший Скобелев ревновал сына к успешной карьере и постоянно упрекал молодого и неразборчивого в связях с женщинами и друзьями. Младший называл отца скрягой, постоянно клянчил у него деньги и откровенно дразнил. Они были в равных чинах, но младший Скобелев уже имел два Георгиевских креста и во второй части Русско-турецкой войны командовал большими отрядами.

– Я по служебному положению старше тебя, – говорил сын.

– А я тебе денег не дам, – парировал Скобелев-старший.

– Как это не дам? – удивлялся сын.

– А так, не дам. Живи на жалованье…

– Но, папа, я без твоей поддержки, без твоего совета жить не смогу.

– Куда уж там… – смягчился Дмитрий Иванович. – Стать генералом еще не значит быть генералом. А этот чин обязывает многому. Но все равно денег не дам.

Нужно сказать, что у Михаила Дмитриевича никогда не было денег. Когда они у него появлялись, он раздавал их щедрой рукой налево и направо. Когда денег не было, брал в долг. При этом забывал, кто ему должен и кому должен он сам.

Однажды, когда отец в очередной раз отказал сыну в деньгах, Михаил Дмитриевич заявил:

– Я, отец, твоей скупости всей своей карьерой обязан.

– Как это так? – удивился отец.

– А так. Когда закрыли университет, я хотел ехать доучиваться за границу, – рассказывал Скобелев. – Но ты, отец, не дал мне на это денег, и я вынужден был поступить юнкером в кавалергарды. Там ты мне тоже не дал денег, и я вынужден был перевестись в гусары и направиться в Польшу. В гусарах ты меня тоже не поддержал.

– Не поддержал? – переспросил Скобелев-старший. – Но только постоянно твои долги оплачивал.

– Какие-то гроши, – уточнил сын. – А по-настоящему не поддерживал, и я вынужден был перевестись в Тифлис. Но там жизнь оказалась дорогая, и я перевелся в Туркестан. Потом твоя жадность загнала меня в Хиву, а затем – еще дальше – в Фергану.

– Именно Туркестан и Фергана тебя человеком сделали, – парировал Дмитрий Иванович.

В то время отец постоянно интересовался делами сына, переживал за него. Когда узнал, что Михаил Дмитриевич заболел, был очень расстроен.

Скобелев-старший и в самом деле был скуповат. Когда он умер, сыну достались большие суммы.

Однажды на позиции Скобелев-младший прогуливался с офицерами. Неожиданно появился отец. Офицеры забеспокоились.

– Сейчас отец уйдет, – пообещал Михаил Дмитриевич.

Он подошел к отцу и начал просить денег.

Скобелев-старший поспешно ушел с позиции.

Для крестьян, проживавших в окрестностях, Дмитрий Иванович запомнился все-таки рачительным хозяином. Он достроил в имении так называемый «большой дом» и «маленький», в котором обычно жил и работал Михаил Дмитриевич Скобелев, когда наведывался в отчие края. Он построил каменный скотный двор, выписал и развел чистопородный скот, посадил прекрасный парк. Хозяйство он вел сам и поднял его на большую высоту, как писал Доброхотов. При нем произошло освобождение крестьян от крепостной зависимости. В дошедших до нас преданиях крестьяне о нем отзывались как о хорошем хозяине, скуповатом, но, однако, никогда не обижающем крестьян.

Скончался Дмитрий Иванович внезапно на 59-м году жизни 27 декабря 1879 года и был похоронен в церкви села Спасское-Заборово.

Мать М.Д. Скобелева, Ольга Николаевна, пользовалась огромной любовью сына и сама его очень любила.

Семья часто проживала в своем имении, и окрестные крестьяне хорошо запомнили Ольгу Николаевну «как мать помещика, понимавшую крестьянскую нужду». Еще она собрала за 20 лет в своем доме большую библиотеку, составила на нее каталог, много времени уделяла детям, их воспитанию. Когда семейство собиралось в своем имении, то дом наполнялся шумом и гостями: к Дмитрию Ивановичу приезжали однополчане, к Михаилу Дмитриевичу – товарищи, к дочерям – многочисленные подруги.

Она даже посещала Михаила Дмитриевича в походной обстановке во время пребывания того на Балканах. А после смерти мужа она отправилась на Балканы, где руководила болгарским Красным Крестом, открывала приюты и школы для детей.

6 июля 1880 года она была зверски убита на территории Восточной Румелии. В тот день она направилась на смотр окрестностей Филиппополя. В 5 километрах от города на путешественников напали вооруженные разбойники во главе с 29‐летним капитаном румелийской полиции Алексеем Узатисом. Поразительно то, что во время войны этот человек в чине поручика был ординарцем М.Д. Скобелева, за храбрость им был награжден орденом Св. Владимира с мечами и золотой саблей с надписью «За храбрость». Именно этот человек саблей и зарубил Ольгу Николаевну, убили и нескольких ее спутников. Однако сопровождавший коляску унтер-офицер Матвей Иванов, несмотря на ранение, смог убежать и поднял тревогу. Узатиса догнали, окружили, и, видя безнадежность своего положения, он застрелился. Позже выяснилось, что причиной нападения и убийства стало то, что Узатис знал, что при Ольге Николаевне находится сумка, в которой она хранила свои наличные деньги – 25 тысяч рублей.

В журнале «Болгарская женщина» за 1964 год генерал-лейтенант Иван Винаров опубликовал статью об Ольге Николаевне, где говорилось о намеренном нападении на эту замечательную русскую женщину, которая много сделала для детей и обездоленных граждан Болгарии. Кому-то надо было прекратить ее полезную деятельность, благодаря которой еще больше увеличивалась любовь болгарского народа к своим русским освободителям. Правда, это не удалось. После ее гибели филиппопольский городской совет поставил памятник на месте убийства Ольги Николаевны, который стоит и поныне. На нем русская женщина изображена с болгарскими детьми, которых она спасала.