Монтикор. Молчание тигра

После прочтения этой книги сразу писать о ней не хотелось. Это та история, которая требует осмысления, переживаний и выражения эмоций.

Назвать эту книгу можно «Защита свидетеля». В центре повествования — два героя, Юнас и Кадир. Кадир - старый друг отца Юнаса. Их диалог - переписка, но чаще мысли излагает Кадир, поэтому больше монолог, Кадир выступает от имени своего друга. Он же отвечает и за Юнаса. До середины книги было весело. Некоторые слова, выражения и поступки героев вызывали смех. Отец Юнаса, как приезжий, казался мне героем из сериала «Теория большого взрыва» — Раджешем Кутрапали (представьте, что он рассказывает вам свою историю, и вы улыбаетесь). До определённого момента всё было оптимистично: Отец настроен позитивно, несмотря на трудности. Он переехал в Швецию к любимой, но её родители не принимают его, считая обманщиком. Работа у него тоже не самая престижная. Однако появляется сын, и он счастлив, ведь семья для него витально важна. С ростом сына их отношения меняются. То, что раньше вызывало умиление и радость, становится холодным и чуждым, а затем и вовсе превращается в безразличие. Сын вырастает и от нежных отношений не остается и следа. Отец погружается в боль и печаль. Кажется, он выгорел. Нельзя быть таким оптимистичным постоянно. Его солнце сгорело, и его поведение становится мне понятным. Кадир, больше защищает его. Удивительно, откуда он всё знал, но знал. Где-то я читала, что эта история частично автобиографична. Возможно, автор сам пережил её. Эпилог от лица друга отца уморителен и немного грустен. Кадир просит переписать или вычеркнуть то, что он «не говорил». Он диктует свои правила в написании, хочет, чтобы историю изложили так, как ему нравится, а не так, как решил сын. Сын обижен, и его печаль понятна.

Мне понравилась эта история и метафора, внесённая в её название. И глубокий смысл отсутствия имени отца и само повествование в виде писем… Она эмоциональна, свежа и трогательна.

Меня зацепила

Роман устроен как эпистолярный, однако без четкого разграничения между письмами от "друга детства отца" к молодому шведскому писателю смешанного происхождения, успевшему заявить о себе громким дебютным романом - и собственно текстом этого писателя, который ни разу не ответ, а скорее включение воспоминаний, пробужденных очередным письмом старика.

Знакомство с "Отцовским договором" позволяет утверждать, что в творчестве Кемири значительное место занимает своего рода "Телемахида" - попытки сыновней деконструкции истории Одиссея отца: вечно отсутствующего плута, отчалившего в неизвестном направлении годы и десятилетия назад, но оттого не ставшего менее значимым для сына. Кто он: супергерой, великий странник, влюбляющий в себя полубогинь, побеждающий циклопов, и гениальный фотохудожник, достойный лавров Роберта Каппы? Или лжец и предатель, мелкий мошенник, обокравший приятеля, чтобы добраться до Швеции и вечный лузер; фотограф-самоучка, что-то о себе вообразивший, чей потолок - съемка облезлых котов и шавок шведских пенсионеров по дисконтной цене?

Любовь и ненависть, стыд и гордость, нарочитое пристрастие к молодежному сленгу и неуклюжие витиеватости, арабскость и шведскость - все смешалось в этой книге. Ее по-читательски, с острой эмоциональной сопричастностью, интересно (я имею в виду, не только с позиций литературного критика или книжного блогера) читать все время. Она наотмашь бьет финальным открытием, к которому исподволь подготавливала.

Здесь просто восхитительная переводческая работа Натальи Братовой, за которую буду держать кулаки в нынешнем ЯП-сезоне. Рекомендую! От всей души.