Корректор Татьяна Князева
© Удалая Любовь, 2024
ISBN 978-5-0053-2291-3
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Меня зовут Жанна, мне 30 лет, и я всю свою сознательную жизнь, сколько себя помню, работаю на спецслужбы. Моя организация засекречена, по сути, нас нет. У меня и у моей команды тысяча имен и столько же паспортов, у нас нет дома, нет родственников, всех нас нашли на улице. Мне было три, когда моих родителей не стало. Родственники не удосужились доставить меня в детский дом, им было стыдно. А вот выставить трехлетнего ребенка на улицу – нормально. Я шла вдоль дороги, когда остановилась машина, и меня подобрали. С этого дня всё, что я должна была знать, – это то, что приказы не обсуждаются, а выполняются. И вот много лет спустя мы лучшие! Мы прошли боевые точки, мы были в такой заднице, что многим и не снилось. Мы – отряд «Безбашенных». Я любила свою работу и задания выполняла с усердием, задания выслушивала молча и приступала к действию. Но настал день, когда задание ввело меня в ступор.
– Жанна, – обратился ко мне мой начальник. – Тут такое дело, в общем, к нам с огромной просьбой обратился Интерпол, они там у себя банду ведут, та сливает важную информацию за бугор. Надо выйти на организаторов.
– Понятно, – кивнула я.
– Чего тебе понятно? Я не договорил. Организаторов они сами выследят, наша задача другая, и вот тут самое интересное.
Я насторожилась.
– Они, сволочи, что удумали: незнакомым людям в аэропорту флешки подбрасывают, а потом незаметно их обратно забирают. И Интерполу некому предъявлять претензии. Эти сволочи, как правило, мамашам с детьми подбрасывали. Те все в мыле со своими чадами, коляски, сумки, у них хоть что вытащи, они не заметят. Но в этот раз, видимо, что-то у них пошло не так и они флешку парню подбросили.
– И что? У парня не смогли вытащить потихоньку?
– Да там такая комичная ситуация произошла. Короче, подбросили они ему и стали, как всегда, ждать, чтоб он в самолет сел. Он в самолет-то сел, они успокоились, наши тоже, уже ждали его как зеницу ока, те бы его пасли, а наши тех. Вс наготове, а наш паренек перед посадкой чеснока нажрался, и нет бы сесть и свой рот закрыть, так он, зараза, к пассажирке целоваться полез.
– Целоваться? – удивилась я.
– Ну, говорит, что искусственное дыхание ей делал. Только, блин, кто его об этом просил?
– Он что, того?..
– Есть немного. В общем, выгнали его из самолета, агенты его перехватили и флешку изъяли, но те-то не знают, что ее у него больше нет. По последним сведениям, его приказано убить, дабы теперь они не знают, смотрел он, что на флешке, или нет.
– Я должна обеспечить ему безопасность?
– Именно. И, так как там работают тоже непростые парни, твоя задача – быть с ним 24 часа в сутки.
– Это как?
– Это, Жанна, вертись, как хочешь, но ты должна стать его девушкой, мы проверили: у нашего подопечного ее, слава богу, нет. Задание понятно? Выполняй. Следующие инструкции станете получать по мере поступления поставленных задач. Ну всё, вперед и с песней.
– Слушаюсь, товарищ командир.
Я пересказала разговор своей команде, и мы стали разрабатывать план.
– Жанна, – начал неуверенно наш снайпер Орел.
– Тебе это, платье надо бы прикупить.
– На кой оно мне?
– Ну как, чтоб понравиться. Или ты решила к нему в таком виде подрулить?
Я посмотрела на себя в зеркало. На мне белый маскировочный костюм «Леший Снег», спецунты и автомат через плечо.
– А что не так-то? – удивилась я. – Сейчас зима. Я в белом. Может, я Снегурочка.
– Ты где, блин, Снегурочек с автоматом наперевес видела и с кобурой, набитой ножами?
– Ну, может, я воинственная Снегурочка, – предположила я.
– Не дай бог с такой Снегурочкой ночью в переулке встретиться, – засмеялся наш минер Бомба.
– Да, ясень пень, платье надо, – согласился наш айтишник по кличке Голова.
– Да зима на дворе, под костюмом его и не видно будет.
– Жанна права, в костюме к мужику подкатывать как-то не то. Шубу ей надо. Короче, кто по магазинам пойдет? Ей нельзя, у нее сегодня виртуальная встреча с подопечным, она с главным к его дому поедет, из машины на него посмотрит и оценит масштаб, так сказать, бедствия. Вихрь, может, ты?
– Ну ты, блин, предложил. Если там пуль выбрать, калибр подобрать иль там, на худой конец, ножей для метания, это я! А бабские наряды, не… Не мое.
– Химик, ну а ты как?
– Я? Ну ты сказанул, бомбу собрать – пожалуйста, разминировать, заминировать – да завсегда пожалуйста, а платье – это ведь соображать надо! У меня, боюсь, на это мозгов не хватит, пусть айтишник идет, он у нас Голова.
– А чего чуть что сразу я?
– Голова, ты у нас самый умный.
– А я как посмотрю, Химик, ты у нас самый хитрый.
– Хорош спорить, – гаркнул наш командир Демон. – Ниндзя пойдет.
– А что, там надо драться? – съязвил он.
– Ага, еще как, скидки там и оголодавшие бабы, а это тебе пострашнее тех сирийцев будет, – ухмыльнулся командир.
– Жанка, и сними ты свой маскхалат, у тебя другая верхняя одежда имеется? В город ведь едем.
– А как же!
Я вышла к машине, командир что-то почесал голову.
– Это что? – уставился он на меня.
– Фуфайка.
– А другой одежды, блин, нет?
– А че не так-то? Тепло ведь в ней.
– Ниндзя, шубу норковую ей купи. У тебя какой размер?
– 42-й, российский.
– Вот, слыхал, да? И сапоги не забудь.
Посмотрел командир с презрением на мои кирзачи.
– Поехали, – кивнул он мне.
Мы подъехали к дому нашего подопечного и только припарковались, как командир стал меня инструктировать.
– Жанна, ты девушка красивая, видная, вот сейчас тебя приоденем, и ты эффектно появишься перед парнем. Ты, самое главное, побольше улыбайся и хлопай глазами, глядишь, он и клюнет.
Я только кивала и вздыхала, роль обольстительницы я с трудом представляла.
– Жанна, – сменил разговор начальник и серьезно посмотрел на меня, – мне сейчас по рации сказали, наш Антошка учудил: пальто выбросил. А наши к нему прослушку прилепили. Надо ее вернуть.
– А где пальто?
– В мусорном баке.
– Ну, я пошла.
– Под подкладкой она, у воротника.
Я махнула головой и вылезла из машины. Подойдя к мусорному баку, я подрасстроилась, он оказался высоким и глубоким. Я наклонилась и поняла, что придется в него залезть. Чертыхнувшись, я, перепрыгнув, легко оказалась на дне, перебрав мусор, я таки наткнулась на нужную мне вещь. Достав ножик и распоров подклад, я обнаружила жучок. Легко его отсоединив и спрятав в карман, я было уже привстала, как сверху услышала голос:
– А работать не пробовала?
Повернув голову, я увидела молодого человека.
– Пробовала, не получилось, – съязвила я.
– Жанна, – услышала я в ухе, – это наш объект.
– Что, эффектное появление отменяется? – прошептала я.
– Попробуй с ним познакомиться.
– Не хотите ли присоединиться? – обратилась я к парню.
– Вообще-то, если честно, я за этим сюда и шел. Я пальто выбросил, а теперь вот передумал, – говорил он, залезая ко мне в бак.
– Вот блин, какая-то сволочь его зачем-то порезала. Ух уж эти бомжи! – сокрушался он.
– Ну что я теперь маме скажу? – чуть ли не плача, жаловался Антошка.
– Ты бомж? – уставился он на меня.
– Только по пятницам, – замотала я головой.
– Ладно. Накормлю тебя, так уж и быть. Пошли.
Он с десятой попытки еле вылез из мусорного бака и подал мне руку. Я, игнорируя его, просто сделала сальто и через секунду стояла рядом.
– Ловко, – захлопал он в ладоши. – Видно, не только по пятницам ты по бочкам лазишь.
Мы пришли к нему домой.
– Да, кстати, я Антон.
– Жанна.
– Дурацкое имя, – скривился мой новый знакомый.
– Жанна, мы с тобой, – услышала я в ухе свою команду.
– Работаем, – сказал мой командир Демон.
– Жанна, – обратился ко мне Антон. – Ты девушка молодая, надо тебя на работу устроить. Ты что умеешь профессионально делать?
– Я…
– Ну…
– Блин, что я умею делать? – зашептала я.
– Убивать! – подсказывал мне Орел.
– Ножи метать, – помогал ему Вихрь.
– Ну что вы несете? – злился Голова. – Не слушай этих придурков, а то парень сбежит.
– Ага, или обсерится, – ржал Химик.
– Скажи, что ты хорошо готовишь, – спокойно сказал Демон.
Теперь в наушнике ржали все хором.
– Я профессионально готовлю.
– Правда? – неизвестно чему обрадовался Антошка. – Тогда, может, борщ сваришь?
– Сварю, а чего не сварить, а борщ – это что?
– Это суп, – удивился и уставился на меня Антон.
– Ну, тащи банку.
– Зачем?
– Варить будем.
– В банке?
– Варить будем в кастрюле, но суп ведь находится в банке, я их профессионально открываю.
– Всё, отравит мужика как пить дать, – услышала я в ухе.
– Ты питаешься консервами?
– Да.
– Да, вам, бомжам, нелегко, – сделал заключение мой подопечный.
– Сейчас праздники, на носу Рождество, так уж и быть, сделаю доброе дело, поживешь у меня, завтра к маме моей на праздничный ужин поедем, посмотришь, как живут нормальные люди. А я тебя сейчас картошкой накормлю жареной. Ты поможешь почистить?
– Помогу.
– На тогда, чисти, а я пока тебе постель постелю чистую.
Я достала нож и стала чистить картошку.
– Этими тупыми ножами только в гестапо людей мучить, что за хрень! – злилась я про себя.
Меня хватило ненадолго, достав из-за пазухи свой перочинный ножик и наточив об него все ножи Антона, спокойно продолжила чистить эту хрень.
– Так мало начистила? – услышала я за спиной обиженный голос.
– Давай я тебе покажу, как надо.
Антошка схватил ножик и тут же порезался. Орал он – мама дорогая.
– Что у вас там происходит? – кричал мне в ухо Демон.
– Подопечный порезался.
– А чего орет, как будто его там жарят?
– Неокрепшая психика, – равнодушно ответила я. Антон всё продолжал визжать и бегать по кухне.
– Какая сволочь наточила мне ножи? – верещал он.
– Жанка! – услышала я в ухе.
– Ты давай там молчи, что этой сволочью была ты, – хихикал Химик. – А то выставит тебя, и дело провалим.
– Этот полудурок меня достал, – шипела я от злости.
– Очень даже понимаю, но задания мы не обсуждаем, а выполняем. Давай держись!
– Хватит прыгать, как кузнечик! – прикрикнула я. – Это всего лишь небольшой порез.
– Я истекаю кровью, ты что, не видишь? – плакал навзрыд Антон.
– Сколько тебе, мать твою, лет?
– Я не понял вопроса, мне или моей маме?
– Тебе, – еле сдерживалась я.
– 33.
– А ведешь себя как пятилетний. Давай я перевяжу палец, и всё пройдет.
– Нет, ты не умеешь, как мама, я только маме доверяю такие ответственные дела.
– Какие на хрен дела? Это маленький порез.
– При чем тут хрен? – взвыл Антон.
– Пристукну этого полудурка, – прокричала я в ухо.
– Жанна, остынь, и без тебя желающих хоть отбавляй, только двоих на площадке обезвредили. Шли нашего прикончить.
– Ух, как я их понимаю и даже осуждать не берусь.
– Полудурок, то есть Антон. Давай сюда палец, – дернула я ему руку. – Бинт есть или пластырь?
– Есть, – плакал он, не переставая.
– Вон, в шкафчике.
Я достала аптечку и быстро принялась за дело.
– Ну вот и всё, дел-то на полминуты.
– Я говорил, что у тебя ничего не получится, – всхлипывал он.
Der kostenlose Auszug ist beendet.