Buch lesen: "Сплетённые звёздами"

Данное произведение содержит откровенные эротические сцены, ненормативную лексику. Так же присутствуют сцены жестокости. Все персонажи, события и места, изображённые в этой книге, являются вымышленными.

Глава 1

Кира

«Уважаемые пассажиры! Посадка на рейс NU 435 до Пхукета завершается. Просим всех, кто ещё не прошёл на борт, немедленно проследовать к выходу G5. До окончания посадки остаётся десять минут».

– Ева, нам пора! – тороплю подругу.

– Минуточку, – протянула она, смакуя последний глоток коктейля. – Просто твой апельсиновый сок – кислятина! Вот ты и бесишься, – усмехнулась Ева.

– Мы ещё даже не сели в самолёт, а ты уже на взлёте! – отчитываю её.

– Мы летим в отпуск или в монастырь, в конце концов? – взорвалась она, шумно втягивая остатки напитка.

– Если сейчас же не пройдём на посадку, я отправлю тебя в наркологический диспансер! – уже не на шутку разозлилась я.

– И зачем я согласилась на эту поездку с тобой? – ворчала подруга, собирая вещи.

Ева – моя лучшая и единственная подруга. Она всегда умела находить приключения на свою упругую пятую точку. По пути к самолёту она окинула себя взглядом в витринном стекле, распустив каскад белокурых волос.

Я лишь покачала головой, предчувствуя, в какие ещё передряги втянет меня эта ненормальная.

Через два дня мне исполнится двадцать один год. Родители подарили поездку в Таиланд. Я много где побывала за свою недолгую жизнь, но этот отпуск был особенным – меня впервые отпустили одну. Не знаю, как они решились. Их чрезмерная опека ограждала меня от всего. С детства мои дни были расписаны по минутам: от раннего подъёма до позднего вечера, когда я валилась в кровать от усталости, не успев даже помечтать. Всё, что я делала, должно было соответствовать их требованиям. Желания, не совпадавшие с их взглядами, встречали жёсткий отказ. Со временем я перестала заводить знакомства, а самостоятельные решения давались с трудом. Родители наконец прозрели и отправили меня к психотерапевту. Та предложила подарить мне первый свободный отпуск: родители научатся доверять, а я – постепенно отделяться. Конечно, отпустить одну в чужую страну они согласились не сразу. Но постепенно смирились и предложили взять с собой подругу. Выбор был невелик: Ева – единственная, кто со мной общался. Родители оплатили обе путёвки, и она, загоревшись, радостно кинулась собирать чемоданы.

У трапа нас встретила старшая бортпроводница – женщина лет сорока. Гладко уложенная причёска, идеально сидящая форма, на лице тренированная улыбка и оценивающий взгляд.

– Рады приветствовать вас на борту. Позвольте пригласить в бизнес-салон, – сделала она лёгкий жест, пропуская нас вперёд.

Перед глазами – широкие кресла, обитые кожей, похожие на уютные коконы. На каждом – мягкий плед в фирменной упаковке, подушка в хлопковой наволочке, на подлокотнике – беруши и маска для сна. Сверкая медовыми глазами, Ева первой рванула к месту.

– А шампанское дают сразу? – жалобно спросила она.

– Конечно. Могу принести сейчас, – вежливо ответила стюардесса. – Вам тоже? – повернулась ко мне.

– Нет. Мне, пожалуйста, воды. – Стюардесса кивнула и удалилась.

– Ты весь отпуск собираешься вести трезвый образ жизни? – скривилась от возмущения Ева.

– Ты знаешь моё отношение к алкоголю. Можно и без него отлично провести время.

– Милая, тебе точно надо было в монастырь, – усмехнулась Ева.

Я только отмахнулась.

Написала короткое сообщение родителям:

«Сели в самолёт. Напишу, как прилетим».

Затем надела наушники, закрыла глаза и погрузилась в свой привычный мир под звуки любимого джаза – там было спокойно и хорошо.

Через пару часов полёта дико захотелось в туалет. Подойдя к кабинке, дёргаю ручку – закрыто. Жду минуту, другую. Изнутри послышался голос стюардессы:

«Секунду».

Затем дверь открылась, и она сообщила:

– Извините, туалет временно не работает. Что-то с системой вакуумного смыва. Техник уже идёт, но придётся подождать. Если срочно, можете воспользоваться туалетом в эконом-классе, в хвостовой части.

Не раздумывая, согласилась и побежала в хвост. Повезло – очереди не было. Помыв руки, аккуратно выхожу и не замечаю, как врезаюсь в молодого мужчину. На вид около двадцати пяти, на лице небрежная щетина, тёмные волосы. Высокий, широкие плечи, на нём – чёрная футболка, сложенные на груди руки прикрыты курткой. Мужчина холодно осмотрел меня карими глазами шоколадного оттенка. Мой взгляд зацепился за металлический браслет на его запястье. Наручник. Второе запястье скрыто под тканью, но звено цепочки виднелось. Преступник! От страха замираю. Парень, перехватив мой взгляд, медленно опускает руку, натягивая куртку ниже. Какое-то время мы смотрим друг на друга. В голове путаются мысли: опасен? Устроить скандал? Какого чёрта мы летим с преступником в одном самолёте?

Неожиданно он заговорил:

– Просто пройдите мимо. Ничего не случилось… – прошептал он, отступая в сторону, чтобы пропустить меня. Взгляд был усталым. Ему явно не хотелось привлекать внимание.

Стремительно делаю шаг, сердце колотится. Бегу по проходу обратно в бизнес-класс.

– Ты долго. Очередь? – спросила подруга.

– Нет. Туалет сломался. Пришлось идти в хвост, – пытаюсь говорить ровным голосом.

– Кошмар, вот тебе и обслуживание по высшему разряду! – прошипела Ева. – Ты какая-то бледная. Всё в порядке?

– Всё нормально. Просто душно.

Если скажу Еве, она не оставит это так. Начнутся расспросы, узнают другие пассажиры – поднимется паника. Нет! Буду молчать. Это вообще не моё дело! С этими мыслями мне удалось задремать.

***

Внезапно самолёт начинает потряхивать. Легонько, будто на ухабах. Стюардесса проходит по рядам с просьбой пристегнуть ремни из-за небольших изменений погоды. За иллюминатором изредка вспыхивают разряды молний. Тряска усиливается, стакан с водой на столике подпрыгивает. Толкаю Еву:

– Проснись! Надо пристегнуться.

Подруга неохотно открывает глаза.

– Всего лишь турбулентность. Сейчас наладится, – промямлила она сонным голосом. Завидую её спокойствию, хоть оно и было благодаря шампанскому. На душе тревожно. Заметила сосредоточенное лицо стюардессы – она уже не улыбалась.

Одно мгновение – и самолёт резко проваливается вниз. Вскрикиваю, вцепившись в подлокотник. Ева наконец окончательно просыпается и бледнеет. Капитан объявляет по громкой связи:

«Внимание, пассажиры! Возможно резкое снижение. Пожалуйста, оставайтесь на своих местах, держите ремни пристёгнутыми».

Голос капитана ровный, но в динамиках слышны помехи. Самолёт бросает вправо, затем резко задирает нос. Несколько секунд тишины – двигатели замолкают. Затем летим вниз. Сверху падают кислородные маски. Пытаюсь дотянуться – пальцы не слушаются, трясутся. Ева начинает кричать.

– Тише! Надевай маску! – приказываю я.

Подруга кивает, взгляд растерянный. Пристёгнутая стюардесса что-то кричит в телефон – не слышно, свист воздуха перекрывает всё. За иллюминатором мелькают огни, слишком низко. Мы уже над водой.

Самолёт разрывает на три части. Носовая пролетает вперёд, мы остаёмся в центральной. При ударе переворачиваемся на бок и частично погружаемся в воду. Всё смешивается: темнота, крики, вспышки искр. Тело вырывает из кресла, но ремень прочно держит. Ева рядом – её голова безвольно мотается, она без сознания. Хочу закричать, но в лёгких нет воздуха. Вода заливается в салон – мутная, тёмная, с запахом топлива. На несколько минут вырубаюсь.

Очнувшись, понимаю – это не сон. Салон перевёрнут, кругом обломки. Ева рядом, по-прежнему без сознания. А может, умерла? Паника накрывает с головой. Пытаюсь глубоко дышать – нужно выбираться. Отстёгиваю ремень, поднимаю подругу, тащу к разрыву в фюзеляже. Выползаем на берег лагуны.

Осматриваю Еву: дыхание есть, но тяжёлое. Рядом кто-то плачет. Из воды выбираются другие выжившие.

Глава 2

Даниил

Захожу в туалет, захлопываю дверь. Идиот! Не удержал куртку – соскользнула с плеча, пока я ждал очереди. Девчонка может привлечь внимание. Явно напугана. Впивалась в меня изумрудными глазами – запоминала. Умываюсь ледяной водой, дёргано поправляю воротник. Запястья полыхают, сталь безжалостно врезается в кожу – кажется, ещё чуть-чуть, и брызнет кровь. Выхожу, крадусь на своё место. Тишина. Она промолчала.

– Чего такой хмурый? – бросает капитан Соколов.

– Заметил кто? – уточняет лейтенант Пахомов, сердито хмуря брови.

– Всё в порядке, – прошипел сквозь зубы.

– Смотри мне! Если начнётся паника в самолёте – высаживаемся, – отрезает Соколов, рубя воздух ладонью.

– Я же говорю, всё хорошо! – холодно заверил я.

Нервничаю. По спине ползёт ледяной пот. А вдруг всё же сказала? Высадка – потеря времени. Хотя этого добра у меня сейчас навалом. Но злить конвоиров себе дороже. Кто станет церемониться с преступником? Со мной – и подавно. Я привык к такому отношению. Детство провёл в приюте, из родных – только младший брат. Собственно, из-за него я здесь. Поганец связался с международной преступной группировкой.

Я чувствовал, чем всё кончится, но разве меня слушали? «Всего-то ограбить инкассаторский броневик», – подумал брат. Деньги ушли в Таиланд. Нас вычислили мгновенно. Оказалось, за ограблением стояла международная группировка, давно промышлявшая такими делами. Ну а если накрыли такую банду, что уж о нас говорить? Я взял вину на себя. Брата отпустили. Мне впаяли восемь лет строгого режима. Но поскольку все ключевые фигуры группировки осели в Таиланде, местные власти запросили меня для допроса очно.

***

Через час самолёт встряхнуло мощной турбулентностью. С полок посыпались сумки. Лейтенант нервно озирается, поглаживая кобуру под пиджаком.

– Не ссы! Сейчас успокоится, – ухмыльнулся капитан. Стюардесса, бледная как мел, цепляется за кресло. Что-то неразборчиво бормочет в трубку, голос дрожит. Поворачиваюсь к иллюминатору – вспышка молнии выхватывает из тьмы крыло. Вижу, как с законцовки срывается искрящийся шлейф. Поворачиваюсь к Соколову.

– Это не просто болтанка! – тихо говорю я.

– Заткнись, – процедил он, расстёгивая ремень и высовываясь в проход.

После объявления «Пристегните ремни» до меня дошло: самолёт не летит, а падает вниз. Соколова швыряет в проход. Он ударяется головой о полку и с глухим стуком оседает. Пахомов злобно ругается, пытаясь дотянуться до товарища.

– Нельзя! – кричу я. – Ремень!

– Твою мать! – не умолкает Пахомов.

Инстинктивно вжимаюсь в кресло, упираясь ногами в спинку впереди. Крыло складывается пополам, обломки разлетаются в стороны. Фюзеляж кренится вправо. Оторвавшаяся хвостовая часть скользит по манговым зарослям, словно санки по льду. Кресла срываются с креплений, люди кувыркаются в проходе. Тело Соколова проносится мимо и с глухим ударом вмазывается в металлическую перегородку.

Я повис вниз головой, пристёгнутый к перевёрнутому креслу. Вокруг – джунгли. Самолёта больше нет, лишь обломки фюзеляжа, вмётанные в деревья. Отстёгиваю ремень и падаю на мягкую, влажную землю. Темно. Но в разрыве крон сверкает круглая луна, окружённая яркими звёздами. Металл наручников жжёт кожу. Надо избавиться от них, пока другие не пришли в себя. Подхожу к Пахомову. Дыхание тяжёлое, с хрипом. При падении в грудь ему вонзились два осколка.

– Данил… ключи… у Соколова в кармане… – прохрипел он, закатывая остекленевшие глаза.

В темноте, среди бездыханных тел, нахожу Соколова. Шарю по карманам – пальцы скользкие, липкие. Выхватываю ключи, пистолет, нож, фонарик. Наручники летят в песок под сплетение мангровых корней. Зарываю ногой.

Пистолет прячу чуть дальше. Вблизи слышу крики выживших – бегу на звук. Теперь я просто пассажир.

Глава 3

Кира

Я неподвижно сидела на берегу, не чувствуя времени. Всё поглотила безысходность; хотелось лишь открыть глаза и оказаться дома. Ева лежала без сознания. А вокруг – крики, стоны, мольбы о помощи. Мир застыл. Я не кричала, не плакала – просто сидела, уставившись в туманную даль.

– Нужна помощь? Я врач! – ко мне подошёл мужчина. На вид лет сорока, в тёмных волосах серели прядки. Глаза усталые, но добрые. Осторожно начал осматривать Еву.

– Она жива? – выдохнула я.

– Жива! Но похоже на сотрясение и сильный ушиб.

Он достал фонарик, проверяя её зрачки.

– А ты как?

– Нормально, – прохрипела я.

– Давай осмотрю, – он взял мою руку. – Что болит?

– Рука. Я показала левую кисть.

– Так больно? – он аккуратно подвигал пальцами.

– Терпимо.

– Вывих, – определил он.

– Как зовут?

– Кира.

– Я – Влад.

Внезапно дикая боль пронзила руку – я взвизгнула.

– Тихо, тихо, – продолжая работать, сказал Влад. – Вправил. Теперь нужно зафиксировать.

Из аптечки появился эластичный бинт; он наложил повязку.

– Готово!

– А что с ней делать? – я указала на подругу.

– Её лучше не трогать. Присматривай.

Он смочил ткань и поднёс к её голове.

– Положи холодное на голову. Если очнётся — зови.

Влад исчез в толпе других пострадавших.

Крики постепенно стихали. Я наблюдала, как горизонт заливается алой полосой. Нас встретили первые лучи солнца.

– Где я? – слабое шипение Евы пробилось сквозь тишину.

– Осторожно. Не двигайся! – я подползла к ней. – Мы на острове, у тебя сотрясение. Позову врача.

Не раздумывая, побежала искать Влада. Он уже сидел на песке, измождённый – всю ночь помогал.

– Влад! Ева очнулась! – крикнула я.

– Идём, — схватив аптечку, он двинулся к ней. Ева жалобно просила пить. Влад осторожно поднес бутылку с трубочкой.

– Не торопись, – мягко сказал он. – Как самочувствие?

– Будто меня всю ночь молотили, – пробурчала она.

– Понимаю, — усмехнулся Влад. – Тебе нельзя вставать. Но под солнцем опасно. Найдём носилки и переместим в тень.

– Парни! – он крикнул проходящим мужчинам. – Нужны носилки – девушку надо перенести.

– Я на руках могу, – один из них бросил наглую ухмылку.

– Нет, нужны носилки. Её нельзя трясти, – твердо сказал Влад. – Кусок фюзеляжа подойдёт.

– Как скажешь, док. Я Никита.

Он протянул мне руку. Я робко пожала его ладонь. В его хищном взгляде я уловила нотки похоти. После того как они ушли за фюзеляжем, Влад повернулся ко мне.

– Если будут проблемы – обращайтесь.

Видимо, его тоже насторожили новые «помощники».

Позже Никита с двумя другими мужчинами подошли к нам. Под присмотром Влада они погрузили Еву на носилки и перенесли под навес хвостовой части, предварительно очистив место от тел. Затем было предложено собрание выживших.

Первым делом мы посчитали, сколько нас осталось. Семнадцать человек, трое – в тяжёлом состоянии, включая Еву. Без МРТ трудно оценить её состояние, но Влад запретил ей двигаться. Двое других всё ещё без сознания.

– Нам нужен лидер, – бодро объявил Никита.

– Вы думаете, мы здесь надолго? – тревожно спросила пожилая женщина.

– Мы поверхностно осмотрели остров; он, скорее всего, необитаем, – голос Никиты был спокойным, будто он не первый раз в таких условиях. – Вряд ли помощь придёт скоро.

– Но нас будут искать! – вмешалась молодая женщина.

– Вы можете надеяться, но факт остается: мы на острове и должны сами себя обеспечить, – твёрдо сказал Никита.

В толпе я заметила парня из хвостовой части – того, что был в наручниках. По спине пробежали мурашки. Он выжил! А если опасен? Стоит рассказать остальным? Мысли, как надоедливые мошки, кружились в голове. Его взгляд вдруг упал на меня – хмурый, холодный. Не отрывая чёрных глаз, он двинулся в мою сторону. Сердце забилось тревожно, ком подступил к горлу.

– Как тебя зовут? – спросил он.

– Кира… – промямлила я.

– Я Данил. Он протянул ладонь. Я не ответила. – Не рассказывай, что видела в самолёте, – серьезно попросил он.

– Но… вдруг ты… – попыталась я.

– Вдруг я опасен? – он улыбнулся.

– Угу, – кивнула я, понимая, как это глупо звучит. Вряд ли он сам признается, что опасен для других.

– Кира… девочка из бизнес-класса, – продолжал он, всё ещё улыбаясь. – Ты мало что знаешь о выживании. Скоро здесь начнётся настоящая борьба за лидерство. Она уже идет. Видишь этого верзилу, Никиту… Заметила, как он на тебя смотрит? Думаю, через пару дней его взгляды перейдут в действия. Не ответишь взаимностью – останешься одна. Или возьмёт силой.

– Влад! Он нормальный, – пробубнила я.

– Слишком хороший… Его легко сломать, но он ценен как врач. Станет подчинённым, без права голоса. Здесь решает сила.

– Это тебя в тюрьме научили? – хмыкнула я.

– Нет. Жизнь! – коротко ответил. – Так что – молчишь?

– Предлагаешь мне молчать в обмен на помощь?

– Именно! Такие друзья, как я, тебе не помешают.

– Я подумаю, – оборвала разговор и поспешила к толпе, чтобы послушать следующие указания.

Глава 4

Довериться преступнику или рассказать всё остальным? Сложный выбор. Но что-то внутри упрямо сопротивлялось признанию. Никита со своими друзьями действительно не внушали доверия. Его хищный взгляд часто останавливался на мне, будто пытался просверлить дыру в душе. Данил же держался сдержанно. После нашего разговора я наблюдала за ним. Его порывы помочь другим казались искренними – я не чувствовала той дерзости, что исходила от Никиты.

Оба были под два метра, но Никита значительно крупнее. Коротко стриженные светлые волосы, серые, как тучи, глаза, проникающие насквозь и вызывающие одно желание – спрятаться. Данил, несмотря на сомнительное прошлое, был мягче. Его взгляд успокаивал, словно обнимал, укрывая от надвигающейся беды.

В первый день мы принялись осматривать остров. Никита, взяв с собой Костю и Андрея, снарядились и ушли вглубь джунглей – их задача была найти чистую воду. Остальные разгребали обломки в поисках полезных вещей. Алюминий, пластик, провода, куски обшивки, сиденья – всё сейчас было важным. Мы отыскали закупоренные бутылки с водой, остатки еды, немного алкоголя, пластиковые приборы и аптечку. Носовая часть оторвалась при ударе о мангровые заросли и по инерции улетела вперёд, перелетев через полосу камней, рухнула в море. Течение быстро унесло обломки – найти что-либо было невозможно. Нам с Евой повезло: мы находились в центральной части, которая упала на мелководье лагуны и лишь частично затоплена. Данил с другими ребятами вынесли багаж и то, что не успело затеряться в воде. Хвостовая секция осталась на суше, в мангровых зарослях. Почти все выжившие летели в хвосте.

– Не твоё? – подошёл ко мне Данил, держа несколько дорожных сумок.

– Нет. Мы с Евой сдали багаж. Похоже, я осталась без вещей, – тяжело вздохнула я.

– Там женские шмотки. Забери себе, пригодится, – протянул он находку.

– Спасибо, – улыбнулась я. – Пытаешься меня подкупить?

– Есть немного, – ехидно ответил он. – Но думаю, ты не скажешь!

– С чего это?

– Хорошо чувствую людей, – подмигнул он.

В это время из джунглей вышли ребята, лица их светились.

– Мы с хорошими новостями! – восторженно произнёс Никита. – Нашли чистую воду. Возле скал есть ручей, вполне пригодный для питья.

– Но есть и плохие новости, – перебил его Костя. – В джунглях полно всякой живности: змеи, скорпионы, дикие свиньи… Это пока малая часть того, что мы видели.

– К сожалению, да… – добавил Никита. – На земле спать опасно, пока можно разместиться в хвостовой части самолёта. Потом что-нибудь придумаем.

После этих слов парень подошёл ко мне, слегка приобняв.

– Не бойся, будешь со мной – и с тобой ничего не случится. Я почувствовала, как его руки плавно опустились на мои бёдра. Растерянно отпрыгнула назад.

– Пойду посмотрю, как там Ева, – пробормотала сквозь зубы.

– Да ладно, ты и так постоянно крутишься возле неё. Что с ней случится? Побудь со мной, – уже нагло прижимая меня к себе, продолжил он.

Его прикосновения стали грубее. В глазах – язвительный блеск. Он тянулся ко мне губами, не обращая внимания на людей вокруг. Я пыталась вырваться, ещё немного – и он поцелует. Неожиданно вступился Данил.

– Отойди от неё. Она не хочет, – отталкивая Никиту, сказал он.

– Какого хрена ты лезешь? – злобно прорычал Никита, бросившись с кулаками. Врезал Данилу по лицу, тот ответил тем же. Завязалась драка.

Такого я не ожидала. В первый же день – разборки. Данил был прав: этот придурок от меня не отстанет.

– Что тут происходит? – влетел разнимать ребят Влад, а за ним поспешили другие мужчины.

– Все нормально! – отпихивая Влада, крикнул Никита. – Я успокоился, можешь отпустить!

От переизбытка эмоций не выдержала. Взяла Данила за руку и потащила подальше. Сама не знала, что на меня нашло – это даст ещё больше поводов для вражды. Но присутствие Данила меня успокаивало.

– Зачем ты это сделал? – прошипела я.

– Я же обещал помочь, – спокойно ответил он.

– Теперь они от тебя не отстанут!

– Они ни от кого не отстанут… Подожди, скоро объявят себя лидерами, и начнётся деспотизм.

– И что же нам делать? – испугалась я.

– Завтра пойду в джунгли, осмотрюсь. Держись пока рядом с людьми, не оставайся одна.

– Как думаешь, есть шанс, что нас спасут? – совсем отчаявшись, спросила я.

– Все возможно, но этот ублюдок прав в одном: ждать нет смысла, нужно самим о себе позаботиться!

После этого разговора я вернулась к Еве, а Данил продолжил искать потерянные вещи. В этот день Никита ко мне больше не подходил. Но изредка, я чувствовала на себе его до дрожи прожигающий взгляд.

Глава 5

Даниил

Собирая вещи из обломков, я старался не думать о произошедшем. Но гневные мысли не давали покоя. Хотелось держаться в тени. Однако разве в этой жизни что-то происходит по-моему? Смиряюсь. Кира мне нравится. Такая хрупкая, нежная… казалась совсем беспомощной, но внутри этой малышки прячется огромный потенциал. О котором она сама ещё не догадывается. А мне, похоже, доставляло удовольствие вечно кого-то опекать. Сначала брата, теперь – её.

– Что между вами произошло? – тихо подошёл ко мне Влад.

– Ничего, – пробурчал я.

– Мне так не кажется, – возмутился он, изучая мой фингал.

– Слушай, я понимаю твоё рвение быть сознательным гражданином, но здесь это не работает, – начал я. – Мы в джунглях. Здесь правит сила, а не здравый смысл.

– Знаю… – вздохнул он. – Но всё же согласись: если мы все поддадимся инстинктам, многие ли выживут? Надо держаться за тех, кто ещё с нами. Никита и его дружки тоже имеют слабые стороны, и их пока меньше.

– Предлагаешь объединиться?

– Мне нравится твоя сообразительность! – похлопал меня по плечу Влад.

– Ладно, помоги приподнять этот обломок. Но знай: я не особо лажу с людьми. Контакты – это не моё, – предупредил я.

– С Кирой же ты как-то поладил? – язвительно заметил он. Я лишь поморщился – толи от тяжести, толи от смущения. – Тебе и не придётся. Говорить буду я. Мне важно знать, что тебе можно довериться.

– Можешь доверять, – освободив руки, протянул ему ладонь.

– Отлично! Рад взаимопониманию, – пожимает руку в ответ.

– Завтра я пойду в джунгли, проверю обстановку. Присмотри за Кирой.

– Хорошо, – кивнул он. – Возьми Макса и Игоря. Они вроде адекватные. Заодно понаблюдай за ними.

Влад казался надёжным, к тому же союзник сейчас не помешает. Никита больше не подходил, но это временно. Теперь я у него на крючке — малейшая оплошность, и он с радостью разотрёт меня в порошок. А Кира будет прислуживать этому уроду, пока не надоест. И всё лишь чтобы потешить его раздутое эго. Вряд ли ему знакомы такие понятия, как любовь и забота. Мне и раньше приходилось сталкиваться с подобными. На своём опыте я понял одно: бессмысленно что-то доказывать, надо бежать без оглядки. Но проблема в том, что мы на острове. От сюда нет выхода, а на помощь остаётся только надеяться.

***

Первая ночь была тяжёлой. Мы не знали, как всё тут устроено, поэтому разделились на группы. Женщинам дали отдохнуть – их меньше, да и что они сейчас могут. Я был в группе с Владом; Никита с друзьями караулили после нас. Я ждал подвоха, поэтому заснуть не смог.

На следующее утро, как и планировал, отправился в джунгли. Со мной пошли Макс и Игорь. Макс – примерно мой ровесник. Молодой, амбициозный, и, несмотря на тяжёлое положение, улыбка не сходила с его лица. Позитивный настрой заряжал даже меня. Игорь же оказался неразговорчивым. Взгляд хмурый, застылые морщины между бровей делали его лицо суровым. Он был значительно старше; грубые руки выдавали человека, много работавшего физически – возможно, мастерившего что-то. Здесь мало кто рассказывал о своей прошлой жизни, а мне и не хотелось знать больше.

Мы сразу направились к скалам, чтобы посмотреть ручей, о котором говорил Никита. Он находился примерно в трёхстах метрах от пляжа. Чистейшая вода плавно огибала скалы, стекая вниз. У подножия стояли две пещеры: одна — сухая и просторная, вполне пригодная для жилья; другая — узкая, наполненная летучими мышами. Недалеко было карстовое озеро, но вода там застоявшаяся, с бактериями.

Решили подняться на вершину. Подъём занял почти час. Ладони исцарапаны острым известняком, колени дрожат от напряжения. Но когда я перевалился через последний выступ и встал во весь рост – мир замер. Остров выглядел игрушечным. Джунгли не были сплошной зелёной массой – их разбавляли светлые ленты ручьёв, там и тут виднелись проплешины скал, а где-то вдали поблескивали обломки самолёта. Море простиралось до самого горизонта. Ближе к берегу вода светилась бирюзой – коралловые рифы лежали под поверхностью; дальше синева уходила в густой ультрамарин, а у горизонта – почти в чёрный. Прямо внизу, к северу от скалы, я заметил скрытую лагуну. Мы ещё не знали о ней – с земли её не видно. На берегу росли пальмы, но не привычные кокосовые, а веерные, с пушистыми кронами. Белый, как сахарная пудра, песок, на который волнами накатывала прозрачная вода изумрудного оттенка. Стая белых птиц кружила над лагуной, иногда падая камнем в воду и взлетая с серебристой рыбкой в клюве.

На скале было несколько углублений, где скапливалась дождевая вода. Сама вершина – плоская, местами покрытая жёсткой травой и низкорослыми кустами с мелкими белыми цветами. Идеальное место для сигнального костра.

– Предлагаю прийти сюда ночью и разжечь костёр! – сказал я.

– Отличная идея! – подхватил Макс. – Так нас могут заметить поисковые службы.

– Ветки внизу сырые, похоже, недавно был дождь. Вряд ли будут гореть, – пробурчал Игорь.

– Я нашёл в обломках блокноты, тетради, документы… – доставая из сумки находки, показал я.

– Сойдёт, – кивнул Игорь.

Среди документов был паспорт Киры. Я не отдал его. К тому же мы решили всю бумагу использовать для костра. Рассматривая остров, я думал о Кире. Хотелось, чтобы она была рядом – ей бы понравились эти виды.

– Тогда сегодня заночуем здесь? – поинтересовался Макс.

– До вечера ещё полно времени. Можно набрать воды, собрать кокосы и бананы, которые видели по дороге, – предложил я. – Затем вернёмся в лагерь, расскажем остальным, а на ночь придём сюда. Возможно, найдём сухих веток и ещё бумаги.

– Поддерживаю! – кивнул Макс.

– Только как мы пойдём ночью, если ничего не видно? – возмутился Игорь. – А вдруг зверь какой дикий?

– Есть фонарики, – ответил я. – Согласен, риск ночью больше. Но, тогда как быть? Днём от костра толку нет… а ночью есть шанс, что нас увидят.

– Можем разделиться на группы. Каждую ночь — новая группа, – выдал идею Макс.

– Ладно, как знаете, – фыркнул Игорь.

По просьбе Влада я наблюдал сегодня за ребятами. Макс казался безобидным, но с Игорем дела обстояли сложнее. Думаю, он ещё проявит себя – и не с лучшей стороны.

Глава 6

Кира

Распахнув глаза, я увидела обломок самолёта. Как же больно осознавать, что всё это происходит с нами на самом деле. Влажный воздух смешивался с запахом авиатоплива, а где-то вдали уже слышны голоса пробудившихся птиц и крики обезьян. Пляж усыпан мусором, который мы ещё не успели собрать.

Позавтракав сухим пайком из самолёта, Данил отправился исследовать джунгли. Мне это совсем не нравилось – остаться в лагере с Никитой и его дружками – так себе идея. Но я смирилась: ведь с нами был Влад. Большую часть дня я провела с Евой. Ей становилось лучше, и Влад разрешил ненадолго вставать. Двое других пассажиров так и не пришли в себя; сегодня некоторые из мужчин готовили для них погребальные ямы. Такова теперь наша реальность – мы в условиях, где выживают сильнейшие.

Я познакомилась с милой пожилой женщиной – Татьяной Александровной. Она летела на отдых с внучкой Викой, которой недавно исполнилось восемнадцать лет. Добрые и открытые, они поддерживали нас и вселяли уверенность, что мы спасёмся. Тем временем Никита со своими друзьями готовили снаряжение для ловли рыбы. В лагуне у рифов её было полно, а в мангровых зарослях можно найти крабов. Я заметила, что Ева старалась привлечь внимание парня, и он, похоже, отвечал ей взаимностью. Безусловно, меня это радовало – возможно, теперь он не притронется ко мне. Хотя Еву мне было жаль: если у них что-то получится, счастлива она, скорее всего, не будет. Эгоистичный, самовлюбленный мужчина – сомневаюсь, что кто-то сможет его исправить.