Buch lesen: "Почему психоз не безумие. Рекомендации для специалистов, пациентов и их родных"

Stijn Vanheule

WHY PSYCHOSIS IS NOT SO CRAZY

A Road Map to Hope and Recovery for Families and Caregivers

Перевод с английского Анны Алиповой

© Stijn Vanheule, 2024

© Алипова А. А., перевод на русский язык, 2024

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательская группа «Азбука-Аттикус», 2025 КоЛибри®

* * *

«В этой книге я подробно исследую, как следует понимать скрытые и очевидные проявления психоза. И объясняю, что галлюцинации и заблуждения призваны вернуть порядок в мысли, которые не складываются в истории, а также описываю проблемы, ответом на которые становится приступ психоза. В последней главе я исследую приемы, которыми диалог и творчество указывают путь к выходу из безумия, сопровождающего психоз».

Стейн Ванхеле

Люди уступают животным в знаниях. Животные знают ровно столько, сколько им нужно. А человек – нет.

Фернандо Пессоа¹

Пролог

Во время приступа психоза мир переворачивается с ног на голову. Голоса, которые никто больше не слышит, нашептывают странные послания, окружающие вынашивают коварные замыслы, а реальность странным образом искажается. Это сложное время не только для тех, кто испытывает психоз, но и для тех, кто находится рядом. Но что такое психоз? Можем ли мы понять, что в такие минуты испытывают люди? Или у них в сознании воцаряется полнейшее безумие? И как вообще возможно, что заблуждения, галлюцинации и прочие неприятные явления захватывают разум людей и заставляют их делать странные вещи?

Если мы хотим заглянуть в мир человека, подверженного психозу, недостаточно просто признать, что психоз непостижим. Этот факт не требует доказательств. Тому, кто не расшифровывал секретное послание из радиопередачи и не сталкивался с тем, что слова внезапно утратили смысл, будет сложно принять тот факт, что с некоторыми людьми происходят подобные вещи. Чтобы сократить пропасть непонимания, мы можем воспринимать психоз как проявление глубокого кризиса. Психотический эпизод – это кризис, в котором сама суть реальности подвергается сомнению. Слова перестают выстраиваться в мыслительную цепочку, знакомые истории утрачивают правдоподобность, и все это выливается в самые разные проявления отчужденности от мира.

Тот факт, что такое вообще возможно, вызывает удивление. Ведь все мы используем слова и рассказываем истории. Значит ли это, что психоз может поразить любого из нас? Это лишь доказывает, что язык и истории играют важную роль в выражении реальности, ведь она вовсе не столь линейна, как может показаться на первый взгляд. Это мы наделяем реальность выражением посредством языка. Именно мы устанавливаем связь между словами и явлениями для того, чтобы сформировать мысли – они становятся кирпичиками, из которых складываются истории. Истории, которые мы сперва рассказываем себе, а потом окружающим, или же наоборот.

Истории помогают нам закрывать досадные трещины. При помощи слов и мыслей мы ищем правду, смысл, свободу и чувство сопричастности. В лучшем случае эти истории помогают нам объяснить происходящее и смириться с реальностью. Не до конца, разумеется, но достаточно, чтобы не впасть в отчаяние. Достаточно, чтобы делиться с окружающими тем, что нас волнует и трогает, а это, в свою очередь, рождает чувство сопричастности.

Очень важно делиться историями, потому что мы и представить себе не можем, насколько глубока связь между языком и паттернами социального взаимодействия. Истории, которые мы воспринимаем как данность, помогают нам понять, кто мы и как должны поступить. Но как только мы делаем выбор, взгляд на мир становится избирательным. Нарратив определяет восприятие и одновременно порождает белые пятна, которые очень сильно влияют на то, как мы взаимодействуем с миром. Будучи психоаналитиком, я называю эти пятна «бессознательным» – собранием перепутанных между собой историй, которые заполняют разум и формируют нас без нашего ведома.

Но порой бывает непросто воспринимать реальность в форме нарратива. Иногда истории слишком иллюзорны, или события до того ужасны, что их невозможно описать словами. И в такие минуты мы восклицаем: «Просто непостижимо». Такое не выразишь привычными словами. Непостижимое не осмыслить при помощи слов. Нарратив терпит крах. А когда такое случается, то следом страдает и восприятие жизненного опыта. Это приводит сознание в замешательство, и тогда на первый план выходит ярко выраженный ассоциативный тип мышления. Последствия этого очень даже осязаемы. Реальность становится враждебной и непредсказуемой, и все, что вы знали и во что верили, включая вас самих, разрушается и выходит из равновесия. Пока вы вплотную не приближаетесь к состоянию безумия. Или переступаете эту черту.

Без связного повествования человеческий разум теряет фокус и отвлекается на спутанные и малозначительные истории. Это очень неприятный опыт; реальность искажается, заполняясь осколками ужасов подсознания; и все это приводит к тяжелому психологическому кризису, известному как психоз.

Именно его мы и рассмотрим на страницах этой книги. Коллега однажды сказал мне, что китайское «вай йе», которое переводится как «кризис», содержит коннотацию возможности и испытания. Я был поражен и не мог выкинуть эту мысль из головы, ведь психоз – это тоже одновременно и возможность, и испытание историями, мыслями и прочим. Возможность найти место для безумия жизни.

В этой книге я подробно исследую, как следует понимать скрытые и очевидные проявления психоза. И объясняю, что галлюцинации и заблуждения призваны вернуть порядок в мысли, которые не складываются в истории, а также описываю проблемы, ответом на которые становится приступ психоза. В последней главе я исследую приемы, которыми диалог и творчество указывают путь к выходу из безумия, сопровождающего психоз.

Последнее утверждение может удивить читателей. Сегодня многие считают, что психоз – это генетически обусловленное расстройство мозга, которое нужно лечить таблетками. Так почему же важно разговаривать с людьми, которые переживают психоз?