– Ну?! – прикрикнул я, стараясь растормошить мозги товарищей.
– Сидим, ждём дальнейшего развития событий. Хозяева квартиры не вернуться до осени. Лидия Сергеевна уверена, что ты Олежка. Жаль, конечно, потраченного времени, но план самый оптимальный.
– Ждать хуже, чем догонять. Там хотя бы бежишь, а сидя, связан по рукам. Если бы я сейчас был в Чечне, то мой командир первым делом приказал произвести разведку. Без сбора данных мы, как слепые котята. Будем тыкаться куда попало, пока нам сиську в рот не положат.
Я подумал, поставил на стол чашку.
– Разумно. Выдвигаемся, как только полностью стемнеет. Чай больше не пить. Не хочу, чтобы кто-то обмочился по дороге.
– Это не проблема. Там в холодильнике бутылка водки стоит. Наташа купила. Сразу видно правильная девочка.
– Предлагаешь идти пьяными, как в анекдоте?
– Нет, масса босс. Сто грамм и ссать до утра не захочется. Свойство у водки такое. Главное не переборщить. К тому же она нервишки успокаивает.
Я промолчал, потом сменил тему.
– Есть одна проблема, но я готов признать её второстепенной.
Слушатели заинтересовались.
– Мы не можем уйти без артефакта. Трудно объяснить, почему так думаю, но уверен, что весь сыр-бор из-за него. Если сейчас он не окажется у нас в руках, то потеряем навсегда. Не спрашивайте, откуда такие мысли.
– Не буду, – задумчиво ответил Макс, – Ты маг, а у вас свои заморочки. Только у меня предложение.
– Озвучь.
– Как понимаю, дипломатическая миссия провалилась. Поэтому нет смысла притворяться. Не нравилась мне эта роль телохранителя, предлагаю перераспределить обязанности. Наташа – гемод военной специализации. Так?
Девушка кивнула.
– Я – бывший ВДВешник и ОМОНОвец. Год в разведке в зачёт не беру. Там в цивильном работать приходилось, хотя и обучили разным тонкостям неплохо.
– Ты к чему это сейчас?
– К тому, что начинаем боевые действия на оккупированной противником территории. Режим ЧП ведь не против нас ввели? Значит, есть противник, который напал на город, жителей и военные выступили с целью защитить население. Так? А потому мы с Натахой бойцы, ты наш командир. Никак иначе. Боевое подразделение не терпит бардака, а без дисциплины мы ни артефакт не получим, ни домой не вернёмся. Согласен?
Я кивнул. Странно было, что командиром тебя назначает подчинённый. Хоть бы голосование для вида объявил.
Вышли около одиннадцати часов, предварительно осмотревшись с балкона и стараясь вслушаться в звуки ночи. Окна многих квартир освещали только небольшой участок перед собой. Внизу темнота царила кромешная. Присутствовали какие-то непонятные шорохи и голоса, но выстрелы или что-то подобное тишину не нарушали.
Я несколько иначе представлял себе действия разведгруппы. Макс сразу оттёр меня на задний план, командуя сам.
Сначала решил проверить существование поста на перекрёстке. Каждый раз перед поворотом за угол дома, вперёд посылал Наташу. Со скоростью гемода это было не сложно. Она еле уловимо для глаза носилась туда-сюда, докладывая, что путь свободен. Город опустел. На дороге стояло несколько машин, закрытых и аккуратно припаркованных у обочин. Поста под светофором не обнаружили, хотя автомат работал в ночном режиме, часто моргая жёлтым. Витрины магазинчиков, может недостаточно направленно, но вполне приемлемо освещали улицу. Фонари уличных столбов почему-то не горели. Может авария?
В конце концов, Макс принял решение, что в спальном районе делать нечего. Необходимо пробираться в центр. Нам ведь нужна информация, а не бесцельное блуждание по ночному городу в поисках романтики.
От перекрёстка пошли налево, почти не срываясь. Наташа проверила весь переулок до проспекта и доложила, что он совершенно пуст.
Я порадовался за жителей, которые так беспрекословно соблюдают комендантский час. Главная улица Старокощеевска тоже выглядела безлюдной. Следов беспорядка или вандализма не наблюдалось и Макс, категорически запретив разговоры, махнул рукой в сторону площади.
Здание администрации непременно должны охранять. Значит, там есть посты, техника, люди. Что будем делать, встретив их, мы пока не знали, разумно отложив этот вопрос на потом.
Неторопливо двигаясь вдоль стены, мы неожиданно увидели фигуру на противоположной стороне проспекта. Контуры тела чётко указывали, что это девушка. Она словно в трансе, не отрываясь, смотрела на витрину какого-то бутика модной одежды, возможно мысленно примеряя на себя наряды, с расположившихся по другую сторону стекла, манекенов.
Её простенькое, весёлой расцветки, платье выглядело странно, совсем не по погоде. Не май все-таки месяц. Температура к ночи опустилась почти до ноля, а к утру будет ещё холоднее.
Макс, приложив палец к губам, прошептал:
– Осторожно переходим на другую сторону. Не растягиваемся. Не нравится мне эта девица. Что-то в ней неправильно.
– На ней нет обуви. – Пояснила Наташа.
Точно. Мало того, что девушка стояла без куртки, так ещё она стояла босиком. Причём совершенно не обращая на это внимания.
– За мной, – приказал Макс и двинулся через проспект.
Примерно на середине расстояния между нами девушка будто услышала наши шаги и обернулась. Лицо, находясь в тени льющегося от окна магазина света, не просматривалось, зато мы услышали её голос, низкий, торжествующе-радостный вой. Словно давно сидящий в засаде зверь внезапно увидел добычу и не сдержался. Она вытянула вперёд руки. Широко расставленные пальцы шевельнулись, царапая воздух и чуть пригнувшись, она двинулась в нашу сторону.
– Ёёёё…, – выдохнув из себя смесь удивления и нецензурно брани Макс, выхватил кнут и, выпустив косичку сплетённых нитей бросился ей на встречу.
Первым взмахом он перерубил ноги в районе коленей. Однако девушка каким-то образом удержала равновесие, и продолжила движение на обрубках. Вторым, более расчётливым, рассёк череп на две половинки. Тело мгновенно обмякло и свалилось. Ни агонии, ни обязательных конвульсий.
Зато точно такой же вой донёсся из арки возле магазина. На свет из темноты вышла женская фигура, возможно, её подружка, а следом парень. Нет. Это был мужик в возрасте. Лысоватый и с солидным брюшком. Одна рука застряла в рукаве, и пальто волочилось следом. Рубашка на груди и плечах сильно изодрана и заляпана кровью. Одновременно, скуля и подвывая, показалось ещё несколько силуэтов из разных подворотен и тупиков. Они словно шли на зов первой девушки. Медленно, но решительно. Определённо никого и ничего не боясь.
– Назад, в квартиру, – крикнул Макс, выводя нас из ступора, а сам отставил кнут в сторону, – Я прикрою. Близко не подходите.
Волокна плазмы исходящие из кнутовища принялись расплетаться из косы и каждая, пульсируя огнём, задвигалась независимо от остальных. Это уже выглядело не как кнут. Вокруг Макса вращался веер разящих молний. Мы, стараясь сохранять расстояние между собой, отступали туда, откуда пришли. Сначала медленно, потом ускорившись и, наконец, побежали по оказавшемуся свободным переулку.
Мы опять спасались бегством. Второй раз за один день.
На возвращение мы затратили раз в десять меньше времени, чем на начальный этап разведки. Похоже, бегство становиться одним из главных наших достоинств.
Влетев в квартиру, Макс первым делом запер дверь на оба замка и накинул цепочку. Затем как-то отрешённо, на автопилоте поставил на плиту чайник, помялся и, достав из холодильника водку, отхлебнул прямо из горла. Подумал, предложил нам, а когда получил отказ, убрал бутылку обратно в холодильник. Я решил, что Макса лучше пока не трогать. Пусть успокоится, переварит увиденное.
Мы с Наташей прошли в комнату и заняли привычные места, словно и не покидали наше убежище. Я включил телевизор, девушка на кресле погрузилась в изучение интернета.
На местном канале шёл фильм со странным сюжетом. Обтянутая латексом сексапильная девушка бегала по руинам разрушенного и разграбленного города, легко уворачиваясь от рук нападавших на неё полуистерзанных, с торчащими кусками гниющего мяса, людей. Периодически она мастерски срубала монстрам головы катаной, и при этом клинок оставался идеально чистым и сиял, несмотря на отсутствие солнца или направленного источника света. Картинка выглядела мрачной, умышленно затемнённой. Похоже, снимали в павильоне или использовали дешёвую компьютерную графику. Кстати, почему она пользовалась катаной, если чертами лица девушка принадлежит европейской расе?
Макс вернулся. Молча бросил в три кружки по заварочному пакетику и залил кипятком. Ни пить, ни есть не хотелось. Просто сидели и смотрели кино, сюжет которого оказался так похож на только что произошедшее с нами.
– Вот и ответ, – сказал я, прерывая молчание, – Власти города, видимо, ищут научное объяснение происходящему, не решаясь объявить людям правду. А пока запустили в эфир кино, как бы подготавливая население. Макс, смотрел этот фильм?
Здоровяк отрицательно помотал головой.
– Проснись, боец, – рявкнул я, стремясь привести Макса в нормальное состояние, – И хватит бухать на службе!
– Виноват, – словно просыпаясь, ответил бывший десантник, – Больше не повторится. Фильм не видел. Вернее эту версию. Актёры другие, но сюжет напоминает четвёртую часть «Обитель зла». В моей реальности героиню играла Милла Йовович. Бред полный, масса нестыковок и прочих глупостей. Первые две лучше.
– Абстрагируйся от сюжета и подумай, зачем местное телевидение запустило именно этот фильм?
– Подготовить людей к тому, что произошло или произойдёт в ближайшее время. Скажем завтра, – откликнулась Наташа, практически не отвлекаясь от смартфона.
– Думаю да. И какой вывод?
– На город напали восставшие мертвецы.
– Это обобщённое заключение. Конкретно по трансляции.
– Нужно готовиться к битве с зомби? – предположил Макс.
– Разумеется, но я не об этом. Выбор фильма говорит, что в руководстве города отлично понимают, хотя ещё не могут обосновать, с чем столкнулись. И это меня радует. Значит, среди военных и администрации особой паники нет. Если они правильно организуют оборону и рационально используют имеющиеся ресурсы, то, вполне возможно, в итоге могут победить. Хотя жертв, судя по виденному нами, уже много.
– Делать то что? – спросила Наташа.
– Ответ не знаю, устроит? Кстати, что там с интернетом?
– В целом по стране ничего. Их аналог ютуба забит в основном ерундой. Пытаюсь найти местные сайты или отдельные аккаунты.
– Сделай упор на соцсети. Ищи что-то типа «Я люблю Старокощеевск» или «Типичный Кощеевск». Макс, сюжет фильма знаешь?
– В общих чертах. Только чем это нам поможет?
– Возможно ничем. Просто приготовит тебя к возможным событиям. Избавит от страха и паники.
– Избавит? Я привык с людьми воевать, а не с зомби. Извини, Андрюх, но это скорее по твоей части. Мистика, паранормальщина и прочее. Ты маг, а я десантник.
Такой некомпетентности от подчинённого не ожидал. Первым делом нужно вправить ему мозги, чтобы не путал дар и яичницу.
– Магия имеет абсолютно научное подтверждение. Основывается на физической концепции волновых колебаний. А мистика – это антинаучное понятие. На основе сказок, мифов и преданий. Ясно?
– Нет, конечно, но тебе верю. Правда, хотелось бы поподробнее.
– Сейчас нет времени. До утра необходимо разработать более-менее приемлемый план действий. Так о чём фильм?
Макс, вкратце, пересказал сюжет. Из чего я понял, что он нам никак не поможет. Ситуация разворачивающаяся в кино слишком фантастичная даже для реальности Ордена. При этом большая часть населения либо дураки, либо подонки. Странно, что они сумели достичь таких высот цивилизации, не перебив друг друга ещё на начальном этапе.
– Так, – подвёл итог я, – Про кино забыли. Делаем упор на фактах. Единственная параллель с зомби – это способ убийства. Поразил мозг, обездвижил тело. Далее. Способ превращения обычных людей в зомби?
– Вирус? – предположила Наташа.
– Колдовство. – Уверенно сказал Макс.
Я подумал, затем озвучил своё мнение.
– Колдовство решительно отметаю. Это не совсем магия, но в его основе лежит магическая энергия. Независимо от того, кто накладывает заклинание: колдун, чародей или волшебник, объект, к которому применили колдовство, обязательно будет фонить. Это я уловлю обязательно, неважно, сильный заряд или слабый. Дошло?
Пока Макс раздумывал, подключилась Наташа:
– Понимаешь, Винни Пух, Андрей у нас своего рода дозиметр. Только прибор улавливает радиоактивное излучение, а наш командир магическое.
– То есть мы в плюсе. У военных нет прибора, улавливающего эту самую магию. Так?
– Не так. У военных есть ведьмы. Их возможности сопоставимы с моими.
– Ага, – принялся рассуждать десантник, разматывая логическую цепочку, – А ведьм, в свою очередь, осадили в их усадьбе и они не могут помочь военным. Значит у нас два варианта. Либо пробиваться к тем, кто сейчас руководит обороной в городе, либо к ведьмам. Я за первый вариант.
– Почему? Люди тебе по духу ближе?
– Ведьмы далеко. К тому же не стоит отметать тот факт, что на них напали гораздо раньше. Возможно, их уже взяли в плен или перебили.
– Или превратили в зомби, – добавила Наташа, демонстрируя, что следит за разговором.
Я кивнул соглашаясь. Всё-таки разумные у меня бойцы.
– Возвращаемся к вопросу распространения заразы.
– Можно я! – Наташа подняла руку словно школьница, знающая ответ.
– Нет, пусть думает Макс. Ты занимайся интернетом. Из телевизионных передач в ближайшее время мы ничего не почерпнём.
– Могу дать общую справку. Народ не спит и активно общается в соцсетях. В комментариях царит полное смятение. Никто ничего не понимает, но пишут о нападениях маньяков, каннибализме и превращении люде в зомби. Якобы свидетели видели, как люди падали мёртвыми, а через некоторое время поднимались, становясь упырями. И в свою очередь бросались на встречных, стараясь не просто укусить, а сожрать. Это не я, тут так пишут.
– Кстати, – встрял Макс, – Упыри – это российский эквивалент вампира. Почему мы отбрасываем эту версию? Говорят, что кровососы не чувствуют боли и могут отращивать отрубленные конечности. Ещё имеют два сердца. Поэтому убить их трудно.
– Эта версия слишком фантастична.
– Ничуть. И зомби, и упырь нападают на людей с одной целью: насытиться. Одному нужна плоть, другому кровь. Но цель одна: утолить голод. Так?
Я пожал плечами.
– Опустим пока этот вопрос. Как их называть пусть разбираются филологи. Меня интересует, как их убить.
– Я убила ножом, – сказала Наташа, – Макс раскроил череп плетью. Уверена такой же эффект вызовет пуля. Подойдёт любое оружие способное повредить мозг.
– Итак, – подвёл итог я, – Средством заражения является укус зомби. Через него в кровь человека попадает… назовём его вирус, который в свою очередь убивает и, через определённое время, оживляет труп, делая его новым носителем и распространителем заразы. Процесс перезапускается по новой. В таком случае количество зомби должно возрастать в геометрической прогрессии. Один зомби, если его вовремя не убить, способен укусить сотни, а те, ожив, укусят тысячи.
– Жуть, – тяжело вздохнул Макс, но страха в его голосе не слышалось, – Вопрос в том, знают ли власти, как убить зомби.
Я указал пальцем на экран телевизора, где уже шёл следующий фильм. В нём снова люди сражались с полчищами оживших мертвецов, убивая их, выстрелом в голову.
– Знают. Меня больше волнует, что они собираются предпринять, чтобы спасти ещё живых.
Пока мы рассуждали, препирались и строили версии, время неумолимо двигалось вперёд. После пяти тьма за окном разбавилась серой мутной взвесью. Словно в кофе плеснули немного молока. Солнце, скрытое соседними пятиэтажками, начало восхождение по небосклону, абсолютно равнодушное к трагедии, происходящей на небольшой пока территории суши, расположенной на третьей по счёту планете. Не думаю, что его интересовало сколько у планеты отражений и вряд ли его заботила судьба каждого из них. Скорее всего, ко всем оно относилось одинаково безразлично.
План действий мы так и не выработали. Камнем преткновения встал неразрешимый вопрос: искать штаб местной самообороны или выдвигаться к усадьбе ведьм. Я зевнул и понял, что самое правильное решение сейчас – поспать. Недаром в народе говорят, что утро вечера мудренее. Утро уже наступило, но ведь не это подразумевается в поговорке. Речь о том, что на выспавшуюся голову соображается лучше. При этом неважно, когда ты лёг спать. Главное выспаться.
Макс что-то бурчал о необходимости выставить пост охраны, установить очерёдность и смену караула, но я, приняв единовластное решение, отправил заклинанием всех спать. Предварительно навесив на входную дверь и все окна, защитные руны.
Будильник заводить не стал. Ключевым словом моего понимания выспаться – это встать отдохнувшим, а не по принуждению. Улёгся в комнате своего альтер эго, который находился сейчас в деревне Кошкино, и знать не знал о моём существовании. Надеюсь, пребывал там в добром здравии и деревня не подверглась нападению зомби.
Очнувшись от сна, услышал, как на кухне кто-то гремит посудой и, сделав вывод, что не первый проснулся, двинулся поздороваться с личным составом. У плиты, одетая в бежевую майку и найденный тут же фартук, суетилась Наташа. Услышав шаги, девушка обернулась и, улыбнувшись, пожелала доброго утра. Татуировка так же встретила меня весьма довольной улыбкой. Беспорядочно растрёпанные волосы разметались по плечам, она с наслаждением потянулась, и только теперь до меня дошло, что девушка на рисунке абсолютно голая. Впрочем, это совершенно не моё дело и подчинённые знают о последствиях.
Отхлебнув несколько глотков чая, дождался, когда Макс освободит ванную. Пошёл туда сам и с удовольствием побрился, после чего принял душ.
Наташа уже сварила спагетти, а Макс научил её, как, добавив в них тушёнку, превратить в блюдо, отдалённо напоминающее макароны по-флотски. Когда закончили завтрак электронные цифры смартфона показывали четверть минут второго. Никто пока не проронил ни слова и думаю, всем было совершенно плевать на положении дел в городе. Если военные справились с нашествием мертвецов, то хорошо, если нет, то от нас вообще ничего не зависело.
– Ну, командир, какие будут распоряжения? – расслабленно спросил Макс, откидываясь на спинку дивана, заложив за голову руки.
Преимущество бодрой головы в том, что мысли не толпятся в ней, призывно сигнализируя о своей первоочерёдности, не толкаются и не суетятся. Нужное решение всплыло как-то само собой.
– Независимо от того куда мы решим идти: к военным или ведьмам, пробиваться нам в любом случае предстоит с боем.
Оглядевшись, понял, что никто спорить не намерен. Макс, полузакрыв веки, нежился сытым покоем. Наташа углубилась в изучение интернета, отслеживая пропущенные за время сна события.
– Посему делаю вывод: к выступлению мы не готовы.
– Отдыхаем дальше? – мечтательно поинтересовался ставший похожим на большого кота Макс, плотоядно косясь на девушку.
– И не надейся. В нашей одежде воевать несподручно. Первым делом нужно обзавестись хорошей экипировкой.
– И оружием, – поддержала Наташа, – Кнут Макса в городе бесполезен. От него ущерб превышает пользу.
– Согласен. Вопрос где?
– Нужна карта. Лучше электронная. Наверняка есть спортивные и охотничьи магазины. Ружьё открыто не понесёшь. Понадобятся пистолеты. С моей скоростью можно обчистить пару патрулей. Забрать не убивая.
– Принимается, – согласился я, – Что интернет? Всё так же в непонятках?
– Хуже. Одна часть в панике, другая близка к истерике. Оказывается руководство, вкупе с администрацией, около девяти утра, покинуло город. Вслед за ними отступили военные, полицейские и прочие специальные службы. Здесь пишут, что власть бежала, бросив жителей на растерзание ожившей нечисти. Называют их трусами и… впрочем, это не интересно. Вот. Некоторые полагают, что военные укрепились на территории мотострелковой дивизии, километров в ста от Старокощеевска. К ним даже подтянулся танковый корпус из-под Владимира.
В городе беспредел и анархия. Не хило мы вздремнули.
– Раз уж кто-то, не буду показывать пальцем кто, назначил меня командиром, то слушай мой приказ. Слухи и домыслы из соцсетей имеем в виду, но не более. Относимся к ним, как к возможной, однако непроверенной информации. Потому выдвигаемся на поиск нужных нам магазинов. Наташа на тебе интернет. Макс поищи в кладовке подходящую сумку. Жильцы, люди запасливые, что-нибудь найдёшь. Сложи съестные припасы и жди в коридоре.
– Может я на балкон, обстановку проверю?
– Разговорчики! – мне определённо нравилось командовать, – Там охранная руна стоит. Тебя развоплотит на атомы.
С балкона открывался вид на вполне мирный пейзаж двора. С одной поправкой. На улице, за исключением одинокой фигура воле детской горки, было совершенно пусто. Зато все балконы и окна облепили испуганные, но вместе с тем любопытные жильцы. Они шёпотом переговаривались между собой.
– Добрый день! – крикнул я, отворяя оконную створку, – Что происходит?
На меня предостерегающе зашикали и замахали руками
– Не кричи. Эти твари реагируют на человеческий голос. – Объяснил мне мужик в очках с ближайшего соседнего балкона.
– Откуда такой вывод?
Я решил не ломать комедию, типа, только проснулся и не в курсе происходящего.
– Ты друг Олега Кислова? Мне Лидия Сергеевна вчера говорила, но так сумбурно, что я ничего не понял.
Я кивнул.
– Тогда смотри.
Сосед на мгновенье исчез и возник вновь с пустой трёхлитровой банкой. Затем швырнул её в стоящего внизу человека. Банка упала в метре от него, громко звякнув, разбилась, но человек даже не обернулся.
– Мы уже проверяли. Он реагирует только на человеческий голос, остальные звуки совершенно игнорирует.
– Понятно. Значит, выйти из подъезда незамеченным не получится?
– Не. Пробовали. Этот упырь сразу начинает выть, как оглашенный и к нему изо всех щелей подтягиваются такие же нелюди. Минут десять порыскают и опять ховаются по своим нычкам.
– Света боятся?
– Кто их знает? Упыри же.
– Спасибо, – сказал я и собрался идти поделиться информацией с бойцами.
– Ты либо выйти решил?
– Да сосед. Я не один и нам пора выдвигаться.
Мужик хмыкнул, почесал затылок и неожиданно сказал.
– Ты вроде как совсем не удивлён, а мы тут с утра с ума сходим. Бают всё начальство, полиция, короче все кто мог, давно из города свалили. Нас тут вроде как на заклание оставили, типа, наживки для упырей.
– Тебя как звать, сосед?
– Зови Данилычем.
– Ну, так слушай, Данилыч. Мы сейчас уйдём, а вам всем советую носа из поезда не показывать. Упыри это или зомби неважно, пока вы сидите по домам, им вас не достать. Ясно? Жрать-то есть чего?
– Так с зимы не всё ещё подъели. И вообще народ у нас запасливый. В крайнем случае поделимся, с тем кого особо припрёт. Ты лучше скажи надолго?
Я честно пожал плечами.
– Извини, Данилыч, к вашей администрации не имею никакого отношения. Мы сами по себе. Теперь до свидания.
Но сосед, привлекая моё внимание, замахал руками, шепнул «погодь» и скрылся. Секунду спустя опять появился с охотничьим ружьём неизвестной мне модели. Вертикалка с укороченным стволом, магазином, как у «Сайги» и пластиковым прикладом, окрашенным в лесной камуфляж с преобладанием зелёного и коричневого.
– Что это?
– Ружьё. Братан подогнал на юбилей. Только мне оно уже ни к чему. Зрение садится, одышка и руки трясутся.
– Бухаешь?
– А чем ещё заняться военному пенсионеру?
– Купить предлагаешь?
– Посмотреть сначала.
Данилыч вскинул ружьё к плечу, долго прицеливался и выстрелил. Пуля вошла в плечо стоящего на детской площадке. Прошла насквозь и, выбив из выходного отверстия фонтанчик тёмной жидкости и плоти, ушла в землю. Тот и ухом не повёл.
– И что?
– Я в него шесть раз попал. А ему хоть бы хны.
– В голову целься.
– А я куда целюсь! – вздохнул сосед и добавил, – Бери, пригодится. Верхний ствол под картечь, нижний под 7,62 на 39. Магазин на десять патронов. Подача автоматическая.
– Так не бывает, – усомнился я, лихорадочно вспоминая образцы охотничьего оружия.
– А это что, по-твоему? Умельцы в Коврове сварганили, на экспериментальном заводе. Только в серию пока не запустили. И теперь уже, наверное, не запустят.
Последнюю фразу Данилыч сказал совсем тихо. Видимо, в удачный исход мало верил.
В квартиру я вернулся в наихудшем настроении со времён расставания с Мариной, рассованными по карманам патронами и двумя запасными магазинами. Очень хотелось плюнуть на ведьм, артефакт, Орден и, прячущихся за бетонным забором части, военных. Только внутренний голос менторским тоном нашёптывал, что городу уже не помочь. Нас всего трое, а зомбаков, вероятно, не одна сотня. А может больше.
Вкратце обрисовав обстановку, я изложил ближайший план действий, снял оберег с входной двери и повёл свой отряд вниз. Спускаясь, не стал спорить с прагматичным вторым я, только мысленно передал:
«Хотя бы один двор нам под силу очистить? Вот этим и займёмся».
Первой из подъезда вышла Наташа. Насвистывая что-то весёленькое, и вульгарно виляя бёдрами, она направилась прямо к стоящему в карауле мертвяку. Когда-то, до обращения, ему стукнуло никак не меньше сорока, и тогда он считался солидным, вполне преуспевающим человеком. Сейчас же дорогую ткань полупальто портили пятна крови, грязь и ошмётки прилипших кусков мясного фарша. Услышав свист, ходячий труп обернулся, принюхался и огласил двор, жутким призывным воем. Одновременно, выставил вперёд руки и, скребя ногтями воздух, двинулся к девушке.
Наташа приблизилась шагов на десять, затем ускорилась так, что практически пропала из виду, и, появившись за спиной зомби, вогнала клинок прямо в темечко. Мертвяк замер и рухнул, соскальзывая с лезвия.
Вздох одобрения, радости и аплодисменты донеслись с балконов.
Оповещённые о появлении добычи зомби начали появляться со всех щелей. Из подвалов, подворотен и кустов, отделявших двор от муниципального строения. Один вылез из детского домика возле качелей. Спал он там что ли? Впрочем, не важно. Ему гемод воткнула нож прямо в висок.
Я взял на себя левый участок, Макс, активировав кнут, правый. Времени, следить за бойцами не было. Первому идущему на меня зомби снёс полголовы картечью. Далее, почти в упор, целясь исключительно в лоб, уложил ещё десять. Стрелок из меня средний, поэтому целился не столько через прицел, а наводил пули магией. Сменил магазин и уложил ещё десять. Вставил последний и, понимая, что патронов на всех не хватит, крикнул:
– Макс, Наташа, уходим!
Краем глаза заметил, что десантник и гемод успели выработать определённую тактику боя. Макс буквально косил нападавших кнутом, разрубая пополам, а девушка пронзала ножом упавшие к её ногам головы.
Уходя, я поднял глаза кверху. Соседа не различил, столь много народа стояло на балконах и подоконниках, но, на всякий случай, крикнул:
– Данилыч, остаёшься за старшего. Вернусь, доложишь обстановку.
Больше мы помочь ни чем не могли и отступили.
Der kostenlose Auszug ist beendet.