Buch lesen: "Вампир. Восхождение. Том 1"

Глава

Пролог часть первая.

Астральный мир окутывали мерцающие туманы и всполохи искрящихся энергий, в этом параллельному материальному миру месте, на одном отдаленном, парящем в потоке энергии острове, проходила тайная встреча двух существ. В тронном зале заброшенного Пантеона, чьи стены были покрыты чёрным обсидианом с прожилками светящихся кристаллов едва освещавших пространство вокруг, стояли двое - бог Мор и богиня смерти Эрешкигаль, чьё имя, древнее, чем сами подземелья, шептали в страхе даже боги.

Мор стоял рядом с богиней смерти, возвышаясь над ней как скала, подавляя её маленький рост своей исполинской фигурой высотой около трёх метров. Его кожа отливала тусклым серебром, словно покрытая слоем древней пыли веков с нанесёнными узорами татуировок, по которым пробегали всполохи золотого пламени. Длинная борода, сплетённая из черных как ночь волос и мерцающих серебром нитей, ниспадала до пояса. Глаза бога сияющих изнутри как два холодных голубых огня смотрели на богиню пристально, не мигая, в них читалась подозрительность и осторожность. Бог был одет в доспехи из чёрного металла с инкрустацией драгоценными камнями и вырезанных серебром рун слабо пульсирующих в такт его дыханию. На плече сидел ворон с перьями цвета полуночного неба и глазами цвета луны - молчаливый свидетель божественной сделки.

- Ты просишь о многом, сестра, - произнёс Мор низким, гудящим голосом. Его фигура, облачённая в плащ из теней, чуть качнулась.

- Кража души из призываемого потока героев… Это не просто нарушение равновесия. Это вызов божественным законам, определяющим наше мироздание.

Эрешкигаль склонила голову на бок, задумавшись над его словами. В процессе её раздумий, облик богини постоянно менялся. Она то обращалась древней старухой с пустыми глазницами, то юной девой с бледной кожей и чёрными волосами до пят, сверкая янтарными глазами. В моменты перехода между обликами вокруг неё кружились призрачные силуэты умерших - молчаливых слуг богини смерти.

- У меня нет выбора, - ответила она. - Ра и Сет много лет назад уничтожили мой пантеон. Отобрали подземелья, лишив источника эфира. Я сама едва избежала смерти и теперь держусь лишь на крохах, что дают мне вампиры. Ещё сто лет и я растворюсь в забвении и не смогу влиять на материальный мир, что для нас, богов, фактически равноценно смерти. Что хорошего в том, чтобы быть запертым в астральном мире и медленно угасать, растворяясь в потоке вечности теряя разум и превращаясь в ничто?

В ответ Мор только усмехнулся, издав звук напоминающий скрежет стекла о камень.

- А вампиры? Что им до тебя, какая польза?

- Они, так же, как и я, подошли к краю бездны. По результатам войны с людьми и эльфами, был изгнан их бог, убит основатель Виктор и перебито множество главных кланов, чем был нанесен непоправимый урон их численности. Пленен и заточен в подземелье Кхарос его потомок, самый младший сын. С тех времен, без своего создателя, сила вампиров медленно угасает. Рождается всё меньше истинных вампиров, а новорождённые слабее предыдущих поколений, а те кто рождаются по договору должны посылать часть своих детей на защиту границ государств победителей на защиту их владений от набегов монстров и расширении их территорий. Они пытаются вернуть в материальный мир свою богиню, Лилит, но он был запечатан и теперь спит в астральном мире и его сон становится всё глубже, а снять печать может только младший сын Виктора, ну по крайнее мере они в это верят. Без защиты своего бога от других пантеонов богов, род вампиров выродится и вымрет через несколько веков.

Мор задумчиво провёл рукой по длинным волосам бороды и посмотрел на чашу с мерцающей жидкостью. В ней словно на экране отражались образы прошлого: война вампиров, вмешательство богов Ра и Сета, отступление на исконные острова, клятвы мира…

- И что ты предлагаешь? - спросил он.

- Согласно предоставленным сведениям от Хроноса и моим расчетам, ритуал призыва героев будет свершен через 15 лет относительно нашего времени, но ты прекрасно знаешь, что время в астрале течет по-иному и все души, которым нужно перемещение проходят именно через него. Я хочу поймать одну душу из идущего потока - самую подходящую для моих планов, с твоей помощью. Так же помимо этого ты передашь мне одноразовый артефакт с конструктом для оживления тела младенца и переноса него души, ведь дитя вампира и высшего темного эльфа, родится мёртвым, как и многие его предшественники. Так же мне нужна модификация его тела, чтобы с самого рождения гарантированно была способность поглощать эфир и управлять им. Этот ребёнок станет ключом к освобождению плененного старейшины и пробуждению Лилит.

Выслушав план богини Мор прищурился.

- Модификация тела, да еще и способность поглощать эфир….. Что ты дашь мне взамен?

Эрешкигаль протянула к нему руку, раскрыв ладонь. В ней появились три крупных кристалла цвета темно-фиолетового ночного неба с пульсирующими внутри серебристыми нитями. При их появлении призрачные слуги богини затрепетали и отступили вглубь зала.

- Эфирные кристаллы. Старейшины вампиров отдали их мне как залог. Каждый содержит силу, равную десяти лет жизни самого слабого божества.

Мор задумчиво нахмурился, татуировки на его коже вспыхнули ярче, а глаза запылали от алчности.

- Три кристалла? Это смехотворно мало. За такую работу я потребую тридцать таких.

- Столько мне не передавали, - твёрдо ответила Эрешкигаль.

- Не верю, - холодно произнёс Мор. - Даже за создание одноразового артефакта с конструктом модификации тела и перемещения в него души в требуют не меньше пяти кристаллов. При том, что я мастер в управлении энергий для зачарования и создании артефактов, за работу с учетом моего молчания потребую пятнадцать. И не забывай, что я говорю здесь с тобой исключительно по просьбе богини Мораны. После гибели богов твоего пантеона ты отверженная никто не желает иметь с тобой дел.

Услышав эти слова Эрешкигаль сжала кулаки, её облик на мгновение исказился, явив жуткую маску с оскаленными зубами.

- Проклятый хитрец! Зная в каком я положении ты… ты… - зашипела она. - Ты грабишь меня на краю гибели!

Она с явной неохотой вытащила из поясной сумки ещё двенадцать таких же кристаллов и передала их в руки бога.

- Вот! Бери! У меня и так почти ничего не осталось! Но раз так я требую что бы ты добавил в модификацию полный ментальный блок, даже от богов и возможность использовать магию света со всеми знаниями заклинаний сразу!!!!

Мор громко рассмеялся, собирая кристаллы. Они засияли в его ладони, отдавая часть энергии, а ворон на его плече издал хриплый торжествующий крик, будто подтверждая заключение сделки.

- Ты всегда вырываешь зубами сверх того о чем просишь. В прочем так и быть, рад иметь с тобой дело, сестра, увидимся через неделю - самодовольно произнёс он.

- Я никогда, ни за что, больше не буду иметь с тобой дела, - сквозь зубы процедила Эрешкигаль, - разве что снова окажусь на грани неминуемой гибели.

Мор снова заразительно расхохотался.

- О, не переживай, ведь это не последний раз, когда ты ко мне обращаешься... Но после твоих обидных слов цена за помощь в твоих темных делишках будет существенно выше, чем для остальных.

С этими словами он развернулся и его фигура постепенно растворилась в тумане энергий астрала. Эрешкигаль провожала бога злобным взглядом. Когда он окончательно исчез, она яростно прокричала в пустоту:

- Будь ты проклят, Мор! И вдвойне пусть будут прокляты Сет и Ра за то, что разрушили мой пантеон! Да падёт на них кара забвения…

Туманы энергий сгустились вокруг неё, скрывая фигуру в клубящихся тенях. Где‑то далеко, в материальном мире, уже вовсю готовились к ритуалу призыва. А в глубинах подземелья Кхарос, запечатанный магией эльфов, спал старейшина вампиров.

Пролог часть вторая.

Эрешкигаль покинула тронный зал заброшенного Пантеона, скользнув сквозь клубящиеся туманы астрального мира. Путь её лежал к тайному убежищу, место о котором не знал ни один из ныне живущих богов.

Оно располагалось на крошечном острове, парящем в отдалении от основных потоков энергии астрала. Остров покрывали густые леса с деревьями, чьи стволы отливали металлическим блеском, а между ними вздымались острые скалы с извилистыми расщелинами. Ни единого следа построек не было видно, всё выглядело абсолютно естественным, словно здесь никогда не ступала нога разумного существа. Лишь опытный глаз мог заметить среди скальных выступов неприметную пещеру, скрытую за завесой мерцающего плюща с листьями цвета лунного серебра. Вход был настолько органично вписан в ландшафт, что сливался с окружающей природой и неровные каменные стены, свисающие лианы и россыпь светящихся грибов у подножия создавали иллюзию дикой местности.

Эрешкигаль приблизилась к этой кажущейся случайной расщелине. Едва она сделала шаг вперёд, плющ расступился, открывая узкий проход, а грибы вспыхнули ярче, освещая путь мягким голубоватым светом. Богиня коснулась невидимой руны на скале и каменная глыба, преграждавшая вход, бесшумно отъехала в сторону.

В отличие от величественного Пантеона, убежище не поражало масштабами, скорее, оно оказалось небольшим, но роскошным и абсолютно безопасным, в объёме пятнадцати комнат, продуманно вырезанных в толще скалы. Приёмный зал с мозаичным полом из отполированных камней соседствовал с уютной спальней, где кровать была укрыта покрывалом из нежного паучьего шёлка, переливающегося всеми оттенками сумерек. Рядом находилась ванная комната с бассейном, наполненным термальной водой, от которой поднимался лёгкий аромат горных трав, и кухня, где в очаге постоянно горел холодный синий огонь.

Стены были отделаны полированным чёрным камнем с узорами из светящегося кварца, складывавшегося в сложные защитные руны. Вдоль коридоров парили светильники в виде хрустальных сфер, изнутри которых изливался теплый и мягкий свет, ровно освещая пространство вокруг. Воздух здесь был свежим и лёгким, с едва уловимым запахом можжевельника.

Каждый уголок убежища дышал безопасностью: магические барьеры защищали от любых вторжений, иллюзии скрывали его от божественного взора недоброжелателей, а системы оповещения мгновенно предупреждали хозяйку о приближении чужаков.

Эрешкигаль прошла по извилистому коридору и остановилась в центре приёмного зала. Здесь, в самом сердце своего тайного убежища, она наконец могла позволить себе расслабиться и удовлетворённо улыбнувшись, она произнесла, обращаясь скорее к себе, чем к кому‑либо:

- Глупец, этот Мор… Он думает, что обхитрил меня, выторговал больше кристаллов, чем я изначально предлагала. Но он даже не подозревает, что я оставила себе гораздо больше, чем показала. Разыграть загнанную в угол жертву было несложно - его алчность сыграла мне на руку. Он получит свою плату, выполнит условия сделки… и даже не догадается, что я всё рассчитала заранее.

Она подошла к одной из стен, коснулась едва заметной руны, и часть каменной кладки бесшумно отъехала в сторону, открывая тайник. Внутри, на бархатной подушке глубокого пурпурного цвета, покоились сто три крупных кристалла цвета тёмно‑фиолетового ночного неба с пульсирующими внутри серебристыми нитями. Эрешкигаль с удовольствием пересчитала их. Затем с лёгкой улыбкой переложила пять кристаллов из поясного мешочка обратно в тайник, надёжно спрятав.

Оставшиеся десять кристаллов из мешочка она взяла в обе ладони и крепко их сжала. На мгновение богиня замерла, прислушиваясь к ощущениям исходящей от них силы, а затем с наслаждением поглотила их один за другим. Каждый кристалл, растворяясь в её сущности, наполнял тело энергией приятной волной наслаждения.

Подойдя к высокому зеркалу из полированного обсидиана, Эрешкигаль взглянула на своё отражение. Перед ней стояла девушка лет семнадцати, среднего роста, с бледной кожей и чёрными волосами до пят и янтарными глазами светящихся изнутри. Богиня улыбнулась своему отражению, но тут же прикусила губу, задумавшись.

- Как хорошо быть молодой… - тихо произнесла она. - даже поглотив целых десять крупных эфирных кристаллов, я восстановила лишь одну сотую от своей изначальной силы. Печально, но ожидаемо. Впрочем, пока и этого достаточно. Я привыкла сражаться хитростью, а не силой. Остальные кристаллы стоит поберечь, ведь они понадобятся для пробуждения погибших друзей из моего пантеона.

Она на мгновение прикрыла глаза, вспоминая давние времена, когда её пантеон был могущественен, а подземелья дарили неисчерпаемый источник эфира. Затем, резко распахнув глаза, решительно добавила:

- Что ж, пожалуй, пора, навестить старших детей Виктора. Они ждут моего ответа. Пришло время окончательно обсудить все детали. Сделку необходимо обязательно заключить ведь от этого зависит не только моё выживание, но и будущее моих павших друзей.

С этими словами Эрешкигаль взмахнула рукой, и перед ней в воздухе замерцал портал, ведущий в материальный мир. Богиня шагнула вперёд, и её фигура растворилась в переливах магических энергий, оставив после себя лишь лёгкое мерцание рун на стенах и шёпот теней, склонившихся в почтительном поклоне.

Пролог часть третья.

Эрешкигаль шагнула из портала в плохо освещённую потайную комнату. Тусклый свет единственного факела, закреплённого на каменной стене, бросал дрожащие тени на неровную кладку. В углу неподвижно стоял молодой страж — стройный юноша лет двадцати с бледной кожей и коротко подстриженными серебристо‑пепельными волосами. Его глаза, ярко‑голубые, словно льдинки, внимательно следили за богиней. Одет он был в облегающий чёрный доспех с кожаными вставками, на поясе висели два изогнутых кинжала в резных ножнах. На плече юноши красовалась татуировка — стилизованный ворон с распростёртыми крыльями.

Страж склонил голову в почтительном поклоне:

— Великая Эрешкигаль, вас ожидают, — произнёс он низким, ровным голосом. — Прошу следовать за мной.

Он развернулся и двинулся вдоль узкой каменной галереи, освещая путь факелом. Эрешкигаль последовала за ним. Через несколько минут они вышли в просторную комнату. Пол покрывали татами из плетёной соломы, вдоль стен стояли низкие деревянные шкафы с раздвижными дверцами, украшенные лаконичной резьбой с изображением бамбука и журавлей. В нише токонома висела свисающая шёлковая картина с пейзажем гор и туманных долин, рядом стояла ваза с ветками цветущей сакуры — её лепестки едва заметно дрожали, словно от невидимого ветерка. Лёгкие ширмы сёдзи, расписанные сценами охоты на оленей, отделяли комнату от внешнего мира. Мягкий свет проникал сквозь полупрозрачную бумагу, создавая на полу причудливые тени. В углу мерцал очаг ирори, над которым висел чугунный котелок; от него исходил тонкий аромат сандала и зелёного чая.

У низкого стола, покрытого тканью цвета осенней листвы, сидели двое — дети Виктора.

Мужчина, которого звали Кайто, был высок и строен. Его чёрные волосы были аккуратно собраны в низкий хвост, несколько прядей свободно падали на лоб. Лицо отличалось резкими, но благородными чертами: высокие скулы, прямой нос и пронзительные тёмно‑серые глаза с крупными вкраплениями, светящимися изнутри красным цветом. Он был одет в тёмно‑синий кимоно с вышитыми серебряными волнами, поверх — чёрный хаори с гербом рода на спине: переплетённые змеи, кусающие собственные хвосты.

Его сестра, Юми, выглядела моложе, хотя в её глазах светилась мудрость, не свойственная юным. У неё были длинные, струящиеся каштановые волосы с проблесками рыжего, заплетённые в сложную косу, украшенную нефритовыми заколками. Её светло‑зелёное кимоно с узором из листьев гинкго подчёркивало хрупкость фигуры. Взгляд больших миндалевидных глаз цвета мёда с вкраплениями красного, светящегося изнутри, был одновременно мягким и цепким, словно она оценивала каждое слово и жест Эрешкигаль.

За дверью, у раздвижных сёдзи, неподвижно стоял доверенный посыльный — пожилой мужчина в скромном сером кимоно. Его поза была прямой и собранной, руки сложены перед собой, взгляд устремлён вдаль, но уши, казалось, ловили каждый звук из комнаты.

Эрешкигаль присела напротив них, скрестив ноги на татами. Её голос прозвучал ровно и уверенно:

— Я подготовила всё, как вы просили. Я смогу спасти ребёнка и наделить его дополнительной силой, которой, как правило, нет у потомков вампиров. За это я прошу ту оплату, что была обговорена ранее — 500 крупных эфирных кристаллов.

Кайто слегка склонил голову, его пальцы непроизвольно сжались на рукояти скрытого под рукавом кинжала, но голос остался ровным:

— Мы благодарны вам, великая Эрешкигаль, — произнёс он. — Ваша помощь бесценна. Мы заверяем вас, что после спасения дитя вы получите всё обещанное.

Юми мягко добавила, её голос звучал как шелест осенних листьев:

— Вы даёте нам надежду, которой мы уже не смели ждать. Наш дом в долгу перед вами.

Эрешкигаль чуть расслабилась, едва заметная улыбка тронула её губы. Она уже собиралась ответить, когда из‑за двери сёдзи раздался жалобный голос, наполненный страхом. Он обращался к Кайто:

— Господин Кайто… простите, что прерываю, но… беда!

Кайто резко вскинул голову:

— Я слушаю тебя, говори кратко, — приказал он.

— Жена старшего сына родила живых близнецов на две недели раньше срока, — выпалил посыльный.

Юми удивлённо приподняла брови:

— И где же тут беда? Это же радость!

Посыльный замялся, опустив глаза. Кайто нахмурился:

— Говори, в чём дело!

— Пришлось при родах, ради спасения детей, производить кесарево сечение, — с трудом выговорил посыльный. — В процессе на лица детей попала кровь матери, и они резко выросли до роста двухлетних детей… и сразу набросились на одного из слуг, выпив его досуха. И так, пока не убили в убежище всех, кроме матери, а это около 100 взрослых человек, хоть среди них и было не меньше 10 пробуждённых вампиров. Теперь они похожи на детей 4–5 лет, находятся в убежище и не выходят оттуда.

Все в комнате потеряли дар речи. Юми задумчиво произнесла:

— Нам повезло, что они не убили мать. Она же вампир‑тёмный эльф, её жаль было бы потерять. Остальных… их не особо жаль, ведь они всего лишь расходный материал.

Кайто раздражённо возразил:

— Сестра, это были мои доверенные люди, а не материал! Впрочем, уже ничего не исправить.

Он обратился к посыльному:

— Передай приказ: обеспечить полную изоляцию убежища. И направить отряд для наблюдения не вступая в прямой контакт. Мы с Юми соро прибудем и сами всё решим.

Кайто медленно повернулся к Эрешкигаль, его глаза с красными вкраплениями сверкнули холодным огнём.

— как видите, обстоятельства изменились, — произнёс он твёрдо. — Наше соглашение придётся пересмотреть. Клан понёс непоправимый урон, и сейчас мы не в состоянии выплатить обещанную сумму.

Эрешкигаль слегка приподняла бровь, её янтарные глаза вспыхнули золотым светом.

— Это не моя вина, — возразила она ровным голосом. — Свою часть уговора я уже частично выполнила, подготовив всё необходимое для спасения ребёнка и наделением его дополнительными силами.

Юми слегка наклонилась вперёд, её голос звучал спокойно, но твёрдо:

— Вам был выдан задаток, который должен был покрыть все расходы и вам бы ещё осталось в качестве компенсации. Вы знали все риски сделки с самого начала.

Эрешкигаль выпрямилась во весь рост. Аура силы вокруг неё сгустилась, воздух задрожал от напряжения. Посыльный за дверью сёдзи не выдержал упав на колени, с трудом переводя дыхание. Богиня с холодной улыбкой посмотрела на Юми:

— Вот, значит, как проводят дела потомки моего покойного друга Виктора…

Кайто ответил ей тем же выпустив наружу часть своей силы. Давление в комнате стало почти осязаемым, посыльный за дверью рухнул на живот и захрипел, хватая ртом воздух. При этом Кайто улыбался — вежливо и почти дружелюбно:

— В знак уважения к давней дружбе Виктора и Эрешкигаль мы заплатим неустойку в 20 кристаллов.

— Не меньше 100, — твёрдо ответила богиня.

Юми невозмутимо завела одну руку за спину — пальцы крепко сжали рукоять кинжала с выгравированными на нём защитными рунами. Она явно готовилась к броску, но голос её оставался абсолютно спокойным:

— 50 кристаллов — и это последнее предложение.

Эрешкигаль на мгновение замерла, оценивающе глядя на обоих потомков Виктора. Затем примирительно кивнула, с улыбкой ослабляя поток силы:

— Хорошо. Согласна. Прошу передать их немедленно.

Кайто протянул руку и позвонил в маленький серебряный колокольчик, стоявший на краю стола. В стене бесшумно открылась потайная дверь, та самая, через которую ранее пришла Эрешкигаль. Бледный молодой страж, который ранее привел её сюда, едва держась на дрожащих ногах, подошёл к богине и почтительно передал ей мешочек с кристаллами.

Эрешкигаль взвесила мешочек в руке, удовлетворённо кивнула и, не прощаясь, открыла портал. В последний момент она обернулась:

— Надеюсь, ваши внуки окажутся достойными потомками своего рода, — с этими словами она шагнула в переливы магических энергий и исчезла.

Портал схлопнулся, давление в комнате ослабло. Посыльный за дверью смог наконец нормально вздохнуть и поднялся на ноги, опасливо поглядывая на сёдзи.

Кайто повернулся к Юми, пристально посмотрел ей в глаза и сказал:

— Нам повезло. Без потерь среди нас мы, скорее всего, не смогли бы одолеть вдвоём богиню, которая поглотила не менее 100 эфирных кристаллов.

Юми лишь пожала плечами, поправила заколку в причёске и спокойно ответила:

— Пойдём знакомиться с внуками. Возможно, они станут новым оружием нашего клана — или его главной угрозой.

Она поднялась, расправила складки кимоно и направилась к выходу. Кайто последовал за ней, задумавшись над её словами

Пролог часть четвертая.

Вернувшись в своё тайное убежище, Эрешкигаль с грохотом захлопнула невидимую дверь, и магические руны на стенах вспыхнули алым — так сильна была её ярость. Богиня металась по приёмному залу, словно загнанный зверь: её янтарные глаза полыхали нестерпимым огнём, а воздух вокруг дрожал от высвобождаемой силы.

— Неблагодарные потомки Виктора! — прошипела она, сжимая кулаки. — Он сам когда‑то клялся в верности, а теперь его отпрыски смеют унижать меня, богиню, способную испепелить их род одним взглядом!

Она остановилась у зеркала из полированного обсидиана, но не стала смотреть на своё отражение — вместо этого с размаху ударила по гладкой поверхности ладонью. Камень покрылся трещинами, похожими на паутину.

— Судьба играет со мной злую шутку, — продолжала она, расхаживая вдоль стены с защитными рунами. — Виктор, старый глупец, верил, что его род станет опорой нового мира… А теперь его внуки рождают чудовищ, которые пожирают собственных слуг, как голодные волки!

В порыве злости Эрешкигаль выхватила мешочек с полученными кристаллами — все пятьдесят, сверкающие тёмно‑фиолетовым с пульсирующими серебристыми нитями. Не раздумывая, она поглотила их один за другим. Каждый кристалл, растворяясь в её сущности, наполнял тело энергией, но не приносил облегчения — лишь усиливал жгучее желание мести.

Когда последний кристалл исчез, богиня замерла посреди зала, тяжело дыша. Её аура стала ещё мощнее, а в глазах читалась холодная решимость.

«Что же делать дальше?» — мысленно спросила она себя, медленно обходя мозаичный пол приёмного зала.

Перед её внутренним взором пронеслись образы: Кайто с его надменностью, Юми с кинжалом, готовым к броску, и те загадочные близнецы, что за считанные минуты убили сотню взрослых, включая пробуждённых вампиров.

«Они думают, что перехитрили меня, — размышляла Эрешкигаль. — Но они не знают, что я веками наблюдала за интригами богов и смертных. Я видела, как рушились империи из‑за одной ошибки, одного неверного шага…»

Внезапно её осенило. Губы богини изогнулись в зловещей улыбке.

— Что, если я найду другой, более могущественный клан? — прошептала она. — Такой, что сможет потягаться с королевским родом потомков Виктора. Я передам эту невероятную силу одному из близнецов — не обоим, нет. Только одному, тому, чья душа окажется достаточно сильной, достойной стать героем… или орудием в моих руках.

В её сознании начал складываться чёткий план.

— Я воспитаю его, научу всему, что знаю сама, — продолжала она мысленно. — Направлю его силу, помогу раскрыть потенциал, который сейчас лишь пробуждается. Он станет моей пешкой — но пешкой могущественной, способной сокрушить власть королевской семьи. Интриги, заговоры, открытые столкновения — я использую всё. А он, ведомый моей мудростью, станет тем, кто нанесёт решающий удар.

Она представила, как её воспитанник, обладая силой, превосходящей ожидания Кайто и Юми, начнёт действовать. Как королевский клан, ослеплённый собственной гордыней, не заметит угрозы, пока не станет слишком поздно. Как власть, казавшаяся незыблемой, начнёт рушиться под натиском её замысла.

— Именно так, — прошептала Эрешкигаль с холодной улыбкой. — Я не просто отомщу. Я уничтожу их влияние, лишу опоры, заставлю расплатиться за унижение. А взамен получу верного союзника, чьё могущество будет служить моим целям.

С этими радостными мыслями богиня взмахнула рукой — и разбитое зеркало, треснувшее от её предыдущей вспышки гнева, мгновенно восстановилось, вновь отражая её облик без единой трещины. Она улыбнулась своему отражению, а затем, не сдерживаясь, издала короткий смешок, переходящий в похрюкивающий от радости хохот.

Не теряя времени, она направилась в ванную комнату, на ходу сбрасывая одеяния. В несколько шагов преодолев расстояние до бассейна с термальной водой, Эрешкигаль прыгнула в него нагишом, с плеском погрузившись в тёплую воду, от которой поднимался лёгкий аромат горных трав.

Расслабляясь в бассейне, она закрыла глаза, позволяя телу отдохнуть после бурных эмоций. Мысли текли плавно, выстраивая детали будущего плана.

Уже засыпая, богиня с удовлетворённой улыбкой подумала: «Через шесть дней я начну вершить свой план мести. И ни Кайто, ни Юми, ни весь их королевский клан не будут готовы к тому, что их ждёт».

Её дыхание стало ровным, а аура, ещё недавно бушевавшая, успокоилась, сливаясь с защитными рунами убежища. Сон окутал Эрешкигаль, но даже во сне её разум продолжал просчитывать ходы грядущей игры — игры, в которой она собиралась стать не пешкой, а мастером, управляющим судьбами.

Пролог часть пятая.

Через шесть дней, как и задумала Эрешкигаль, она вновь оказалась в астральном мире. Путь к месту встречи с Мором был непрост: богине пришлось миновать вихри хаотичной энергии, обойти стороной скопления блуждающих духов и проскользнуть сквозь завесы мерцающих туманов, скрывающих опасные разломы пространства.

Остров, на котором обитал Мор, разительно отличался от тихого убежища Эрешкигаль. Парящая в потоках астральной энергии земля была покрыта дымящимися вулканами, извергающими не лаву, а потоки раскалённой магической плазмы. Воздух дрожал от напряжения, а небо над головой переливалось всеми оттенками фиолетового и багряного — словно предвестье грядущей бури.

У подножия самого высокого вулкана, чьи склоны были испещрены рунами сдерживания, находилась небольшая пещера — укромное убежище бога смерти. Вход в неё скрывался за завесой из переплетённых энергетических нитей, мерцающих холодным синим светом. Эрешкигаль коснулась невидимой границы — и барьер послушно расступился, пропуская её внутрь.

Внутри пещера оказалась оборудована множеством загадочных устройств для отслеживания и захвата энергий. Стены были увешаны кристаллами‑накопителями, пульсирующими в такт дыханию пространства. В центре зала располагалось массивное каменное кресло, инкрустированное серебряными схемами, перед которым возвышалось проецирующее устройство — сфера из дымчатого кварца, парящая над пьедесталом. От неё отходили десятки тонких трубок, соединённых с другими устройствами, улавливающими колебания астральных потоков.

Мор уже ждал её. Он сидел в кресле, пальцы его скользили над сложными рунами на подлокотниках, а глаза неотрывно следили за картиной, разворачивающейся в сфере. Когда Эрешкигаль вошла, бог лишь слегка повернул голову, не отрывая взгляда от проекции.

— Ты вовремя, — произнёс он низким, гудящим голосом. — Взгляни на это.

Эрешкигаль подошла ближе и замерла. В сфере разворачивалась грандиозная картина: огромный поток душ, напоминающий метеоритный рой, проносился через пространство астрала. Каждая душа светилась своим светом — от тускло‑голубого до ослепительно‑золотого. Они двигались упорядоченно, словно ведомые невидимой силой, и оставляли за собой следы мерцающей энергии.

— Такого количества призываемых и сильных душ я никогда не видел, — удивлённо произнёс Мор, указывая на проекцию. — Посмотри на яркость свечения — у каждого из них сразу будет сформировано от 4 до 7 источников силы. Они почти все, можно сказать, герои — это немыслимо! И что самое удивительное — призывающая сторона явно не одна.

Эрешкигаль задумчиво хмыкнула и попросила:

— Оцени плотность информационной составляющей душ.

Мор сделал несколько пассов руками над управляющими частями устройства. Руны на подлокотниках кресла вспыхнули, а сфера изменила изображение: теперь рядом с каждой душой появились сложные диаграммы и символы, отображающие структуру и насыщенность энергии.

Бог смерти внимательно изучал данные, его брови слегка приподнялись от удивления.

— Есть четыре подобных души с 5–7 источниками, — произнёс он наконец. — Но есть одна… Пусть и не такая яркая — до героя в обычном смысле не дотянет, но 4 источника полноценных будет точно. Зато плотность информации в 3 раза больше, чем у многих. И примечательно, что его тело было практически уже мертво на момент призыва — он идеально подойдёт для перемещения в мёртвое тело. Хотя для такого перемещения он не единственный вариант.

Эрешкигаль улыбнулась — в её янтарных глазах вспыхнул хищный блеск.