Buch lesen: "В объятиях ангела"

Глава 1

Руслан Борцов. 29 лет.

- Уважаемые пассажиры, просим вас пристегнуть ремни, убрать столы и поднести спинки кресел в вертикальное положение. Мы начинаем процедуру посадки.

Стандартные слова стюардессы, которые почти все знают наизусть. Прямой рейс из Лондона в Москву, всего лишь четыре часа полета, и ты снова… А собственно говоря, куда я прилетел.

Нет ни капли ощущения, что я спустя столько лет вернулся домой. Уже как десять лет у меня нет этого ощущения, что где — то мой дом. Бросаю бегло на свою соседку. Девчонка весь полет не сводила с меня глаз.

Подбирала любой повод, чтобы завести разговор и познакомиться. Но уже спустя час бесполезных попыток поняла, что у нее нет абсолютно никаких шансов. Согласен, на мордашку она довольно ничего.

Сошла бы для одноразового снятия пара. Но я не в настрое. Даже стюардесса и та пытается своим вырезом привлечь мое внимание. Я уже давно привык к такому вниманию у девчонок, еще со времен… да можно сказать еще с начальной школы.

Все девчонки из класса, да и не только из класса были влюблены в меня. Писали любовные записки, позже сами звали на свидания. Даже караулили возле дома. Раньше это вызывало только смех. Особенно, вспоминая, как Еська постоянно отгоняла от меня надоедливых особ.

Но из сотни влюбленных девчонок меня интересовала только одна. Скромная, тихая девочка, которая ни с кем не общалась и особо ни с кем не дружила. Старалась всегда держаться в стороне от богатеньких и избалованных детишек.

На нее я обратил внимание еще задолго до нашего с ней знакомства. Отлично помню то время. Мне было почти девять, как я наконец смог пойти в обычную школу, а не заниматься дома с учителями. Вернее, школа далеко не была обычной.

Лучшая гимназия, только для самых избранных, для наследников самых влиятельных семей. Мне было тогда все равно. Лишь бы наконец влиться в общество, найти настоящих друзей и просто стать самым обычным ребенком.

Настоящих друзей я так и не нашел. И дело было не во мне. Как оказалось, и Еся тоже не смогла особо ни с кем найти в той гимназии общий язык. У нас с ней была самая влиятельная фамилия, которая давала свои особенные привилегии.

Тогда мы с сестрой поняли и в полной мере осознали, что значит лицемерие, ложь и подхалимство. Абсолютно каждый пытался подружиться с нами и отнюдь не по своему собственному желанию. Родители настраивали своих детей, что с Мальтовыми стоит дружить. А их наследников приглашать на все праздники.

Не знаю, откуда мы с Есей поняли всю гнилую сущность наших одноклассников, но ни с кем мы так и не подружились. Именно поэтому некоторые и взъелись на нас, особенно на меня. Ведь в то время я был слабаком. Худощавым, бледным мальчишкой, который кроме рисования толком ничего не умел.

Я и по внешнему виду и по развитию заметно отставал от сверстников. Конечно, никто не знал, через что мне пришлось пройти, чтобы выжить и стать полноценным. Сколько боли испытать и сколько раз доказывать жизни, что я должен, просто обязан выжить.

Многие считают, что во взрослом возрасте многое забывается из детства. Но это совсем не так. В моем уж случае так точно. Больницы, клиники, тонна боли, которую даже не каждый взрослый выдержит.

Все это постоянно было в течении первых лет моей жизни. Но все изменилось, когда в нашей жизни с отцом, который по факту является моим родным дядей, появилась мама Алина. Именно она подняла меня на ноги.

Научила разговаривать, есть, ходить. Эта женщина с большой буквы всегда вызывает в моей мрачной душе тепло, а на лице улыбку. Все эти чувства для меня уже редкость. За последние годы можно по пальцам пересчитать, сколько раз я испытывал нечто подобное.

Все воспоминания моментально всплывают стоит лишь только вступить на родную землю. Воздух, люди, обстановка — здесь все другое. Но, к сожалению, ни капли не родное. Если бы не обстоятельства я бы ни за что не вернулся в Россию. И не потому что не хочу. Просто здесь те воспоминания, которые хочется похоронить навсегда и как можно глубже, чтобы никто и никогда не вытянул их наружу.

- Привет, Рус.

Миха, мой самый преданный и настоящий друг. Единственный кому я могу доверять и кто неоднократно доказывал свою дружбу.

- Давно ждешь? - обмениваемся дружеским приветствием. В отличии от членов моей семьи с Михой мы постоянно на связи. И дело не только в дружбе. Есть и другие причины, о которых знает только узкий круг людей.

- Нет. Но видеть тебя в столице совсем не привычно. Но я рад. Надеюсь, ты надолго. С тобой дела пойдут намного быстрее.

Я молча киваю. В подробности я еще никого не посвящал. Но у моего прилета есть куда более весомые причины.

- Лови! - друг перебрасывает ключи. - Странный выбор тачки, Рус. Помнится, раньше ты любил эксклюзивные игрушки. Внедорожники были не в твоем приоритете.

- Вкусы меняются, Мих. Спасибо. Мне нравится. - снимаю тачку с сигнализации.

- Уверен, что сам поведешь?

- На все сто. Надеюсь, о моем прилете никто не знает?!

- Обижаешь, дружище! Я могила. Даже Марк не в курсе, как и все остальные. И буду рад, если вечером ты будешь в нашем месте. Одно дело все видеть удаленно, другое — вживую.

Я быстро благодарю Миху и прощаюсь, ничего не обещая. Сажусь в новый салон, ощущая запах кожи. Стоит только выехать за пределы аэропорта, как тут же набираю скорость, нарушая правила движения.

Кто бы мне в девятнадцать сказал, что я так буду летать. Ни за что бы не поверил. Сильно серьезно я относился к штрафам, да и вообще опасался гонок на дороге. Всегда удивлялся Есе. Эта девочка ничего не боялась. Гоняла так, что сердце уходило в пятки.

Не один раз присутствовал с ней на уличных гонках, в которых она лично участвовала, и в которых всегда одерживала победу, оставляя далеко за финишем своих соперников. Конечно, про наши с ней приключения мать даже не догадывается. Иначе бы ее точно приступ схватил. Все эти воспоминания, как из прошлой жизни. Как будто меня в них и не было. Как будто — то тогда был совсем другой Руслан.

И в какой — то степени так и есть. Та жизнь была Руслана Мальтова. Наследника самой влиятельной семьи. Единственного сына знаменитой Ангелины Мальтовой, которая уже несколько лет замужем и носит фамилию Белова.

Сейчас же совсем другая жизнь. Новая. Жизнь Руслана Борцова. Единственного сына криминального авторитета, о котором до сих с ужасом все вспоминают и не только в пределах России. И в моих руках все его наследие. И только мне решать, что с ним делать и на какой путь вступить.

Дорогие читатели!!! Вот и настал этот момент!!! Долгожданное продолжение про Руслана Борцова! Что нас ждет в его истории? Как всегда эмоции через край, любовь на грани, непредсказуемый сюжет, новые герои и встреча с уже знакомыми и любимыми героями. Очень прошу вашей поддержки на старте. Ваш лайк( или звездочка) на кнопке — мне нравится, ну и ваши комментарии, которые невероятно поднимают настрой писать.

Ну что, дорогие мои, в путь. Это будет невероятное приключение.

Для тех, кто впервые знакомится с моим творчеством -

История про родителей Руслана называется Слезы Ангела

Про сестру Руслана - Под крылом Ангела

Про дядю Руслана - Грешная любовь

Глава 2

Сигналы других машин, которые едва слышны из — за громкой музыки. Да, я отвык ездить как черепаха и плестись от каждого светофора. Мое время дорого стоит и тратить его на пробки уж точно не входит в мои планы.

Сколько бы лет не прошло, но дорогу к нужному месту знаю и помню наизусть. Конечно, город не стоит на месте. Новые развилки, здания. Но я еду даже без новигатора. Даже если придется сделать лишний круг, не страшно.

До вечера время есть. Но это все оправдания. Я как могу хочу отсрочить встречу с родными людьми. До сегодняшнего дня мне прекрасно это удавалось. За девять лет в России я был от силы раз пять, не больше.

Первый раз - сразу после годовалого возвращения из Тибета, где произошла полная моя перезагрузка и вообще осмысление всей моей жизни. Я получил тогда ответ на самый важный для меня вопрос — для чего я вообще родился?

Потом был бал в особняке Мальтовых по моему желанию. Пришлось несколько недель быть в России. А после наконец - то долгожданный отъезд в Лондон. Нужно было продолжать учебу. Главное, что я сам хотел вернуться в институт. О чем ни разу не пожалел. Учеба помогала отвлечься от раздирающих душу мыслей.

В то время как раз и появились мои первые проекты. Причем самый главный пока именно здесь в России. Тогда как раз наша с Михой дружба и прошла жесткую проверку на прочность. Он полностью руководил всем рабочим процессом здесь на месте.

Докладывал регулярно обо всем. Забросил все личные дела, сам загорелся этим проектом. И совсем не ожидал, что получится такой размах. Никто не ожидал. Мое тайное творение не имеет никаких аналогов во всем мире.

Проект, который пытались и хотели выкрасть, мечтали создать хотя бы нечто отдаленно похожее на оригинал. Но все попытки были не более, чем жалкий суррогат, который ни у кого не пользовался никаким интересом.

И, наверное, можно даже сослаться на гены. На наследственность от Марка и… его гены, которых я бы мечтал не иметь. Но увы. Как показала жизнь, во мне в равной степени всего пополам.

Талант Марка и его ум. Гремучая, одним словом, ядерная смесь. Когда все это собрано в одном человеке, в данном случае во мне, это пиздец. Пиздец для всех.

У старшего Борцова в свое время была Десятка, Экватор, которые пользовались бешеной популярностью. Но даже по самым легким подсчетам мой проект победил их. На Миху неоднократно покушались, считая, что он главный исполнитель и заказчик.

Его бы и грохнули к херам. Если бы… Если бы я не воспользовался беспроигрышным козырем. И нет, это не связи Мальтовых или репутация Беловых. Это фамилия Борцов. Именно она молча сделала основное дело.

Больше не одна тварь даже не пыталась доебаться до моих людей. И как оказалось, Борцовым мне понравилось быть намного больше, чем скромным пареньком Мальтовым. Никогда бы не подумал, что настанет тот день, когда мне придется сменить фамилию матери и отчество моего деда по ее линии.

Все началось с того ебучего досье. Я, как вчера помню, как оно попало ко мне в руки. Я всегда считал, что моя жизнь разделилась на до и после, когда увидел мать впервые. Но нет. Моя жизнь изменилась, когда мне было девятнадцать.

Именно тогда я узнал всю гребаную правду о своем рождении. Меня годами кормили ложью о моем настоящем отце. И Марк и мать в один голос как под копирку говорили, какой он был хороший отец и муж.

И я верил. Каждому их слову верил. Потому как не представлял, что может быть как - то по — другому. Ведь моя семья не могла мне врать. Не могли пичкать меня враньем все годы. Но оказалось, могли.

Еще как могли. Я помню каждую строчку в той папке, которая даже по цвету была ярко — красной. Именно такого же окраса были и мои глаза тогда. Красными от ярости и злости. Оказалось, он был редкостным ублюдком. Убийцей, на чьих руках море крови.

Он месяцами насиловал мать и удерживал ее силой рядом с собой. Как после узнал, он и замуж ее заставил выйти по принуждению. Про себя я называю биологического отца, как угодно. Применяю к нему любые местоимения и существительные лишь бы не называть его отцом.

Это слово совсем не вяжется с ним. И пусть Марк сколько угодно доказывает, что его брат желал моего рождения, в эту хрень я не поверю.

Иначе он бы не избил мать на седьмом месяце беременности. Именно по его вине я долгие годы пытался выжить. Врачи не давали мне больше пару лет от момента рождения. Никто не верил в больного ребенка, который сутками орал от боли.

И снова, наверное, помогли семейные гены. Я подробно изучил историю всех своих предков. Борцовы, надо отдать им должное, всю свою долгую жизнь выживали как могли. Вылазили из такого дерьма. Еще одна общая черта — выжить любой ценой.

Даже если весь гребаный мир против тебя. Стараюсь перелистать в голове те дни, как узнал правду. Сейчас с таким характером, если бы узнал всю правду, однозначно бы поступил по — другому. Не наломал бы столько дров. Не отправился бы сначала в клуб, в котором напился до беспамятства.

И в котором увидел ее. Ее не должно было быть там. Но она была там. И я сорвался. Сделал то, чему просто нет прощения. В том состоянии я должен по всем законам ничего не помнить.

Но черт возьми! Я помню все. Ее крики. Ее слезы. Ее мольбы о помощи. Она сопротивлялась до последнего, как могла. Боролась до последнего. А когда все произошло, просто перестала на все реагировать.

Я должен был остановиться, прекратить. Но я не сделал ни того, ни другого. Наоборот, превратился в зверя. Я дорвался до нее. И в ту минуту вырвалась вся моя черная, Борцовская натура.

Я не мог остановиться. Даже алкоголь успел полностью выйти из меня. Я протрезвел, но опьянел от другого. От нее. Вместо утешений я лишь сильнее еще больше взорвался. Меня бесило ее безразличие.

Мне хотелось, чтобы она снова начала сопротивляться, бороться, сыпать в меня проклятиями. Все что угодно, но не лежать подо мной, как кукла. Я уверен, что кроме душевной травмы, нанес ей много и физической боли.

Хоть было и темно, но я точно знаю, что ее тело после меня было все в синяках и моих укусах. Через несколько долгих часов я от бессилия наконец отключился. Пришел в себя благодаря Михи. Он с трудом смог привести меня в чувства.

И первое, что увидел, когда открыл глаза, была кровь на светлом диване. Ее кровь. Али уже не было. Даже запаха ее, который я знал с детства, больше не чувствовал в той проклятой комнате. На моих ладонях были глубокие царапины от ее ногтей.

Больше ничего. Что могла мне сделать маленькая хрупкая девочка, которую я годами тайно оберегал от всех и как мог помогал? Я же еще со школы клялся, что никогда никому не позволю ее обидеть.

А оказалось, что оберегать ее нужно было от меня. Тогда я понял какое я на самом деле чудовище. Какая опасная тьма хранится внутри меня. Решение пришло сразу. Таких как я не должно быть на земле.

Мне нет прощения. С самого начала я не должен был родиться и тем более выжить. Я понимал, что не смогу жить с таким грузом. Просто не смогу. Я не думал о матери, о Марке, о Есе.

Я просто мечтал поскорее сдохнуть. Но проблема была в том, что легкая смерть меня никак не устраивала. Я хотел мучиться, выть от боли, стонать и корчиться. Желал, чтобы мне было в стократ больнее, чем Але.

И мои желания были услышаны. Я попал в самый настоящий ад на земле. Даже название у этого ада было. Долина. Место, построенное последователем Борцовых. Я хотел боли и унижения.

И я их сполна получил. У меня была привилегия. Я мог сам выбрать себе соперника. И я выбрал. Самого сильного. Я не сопротивлялся, не защищался. Просто хотел, наконец сдохнуть. И когда уже думал, моя мечта сбылась, снова в своем полудохлом сознании увидел ее.

Своего ангела. Свою Алю, которая вопреки всему смотрела на меня не с ненавистью, а с заплаканными глазами. И прежде чем отключиться, я точно помню, как попал в ее объятия. В объятия своего любимого ангела.

Глава 3

Первая порция воспоминаний улетучивается моментально, стоит только подъехать к нужному месту. Еще сидя в самолете, я точно знал, где именно у меня состоится первая остановка в России, и с кем именно я хочу встретиться в первую очередь, по ком сильнее всех соскучился и о ком больше думал по сравнению со всеми остальными.

Даже не думаю ставить тачку на сигнализацию. Все равно никто ее отсюда не угонит. Охрана секунду смотрит на меня и тут же пропускает внутрь без всяких слов и ненужных вопросов. Меня они все знают.

А своим взглядом даю понять, чтобы Марка не предупреждали о неожиданном госте. Иду к дому не спеша. Оглядываюсь по сторонам, замечая слишком заметные изменения вокруг. Вместо удивления лишь слегка улыбаюсь.

В каждом сантиметре чувствуется рука мамы Алины. Она что — то задумала, а Марк это без вопросов все воплощает. Помню те времена, когда он никого не допускал к личной собственности.

Сам все проектировал, разрабатывал все до мелочей. Его дом тоже больше напоминает шедевр архитектуры. Простота и роскошь, переплетение прошлого, настоящего и будущего. Всегда поражался воображению Марка и постоянно задавался вопросом — как он все это придумывает?

С годами понял как. Сам точно также сейчас все воспроизвожу у себя в голове, а потом уже и в жизни. Да, за десять лет всего лишь пятый приезд на Родину уже сильно сказывается, а ведь времени даже толком и не прошло еще. Если бы прилетал почаще, не стоял бы так долго, разглядывая территорию.

А еще чувствую запах, аромат дома, домашней еды, которая уже разносится из приоткрытого окна на кухне. И снова это щемящее чувство внутри. Такое уже непривычное, из далекого прошлого, которое совсем не помнишь.

Знаю, Алина сама все готовит и также сама следит за домом. И все это несмотря на ее занятость. Она с боем отвоевала себе возможность работать. Правда, Марка прогнуть полностью так и не смогла.

Максимум, что он ей позволил, это рабочий день два раза в неделю в собственной, небольшой, многопрофильной клинике. И как я понял, Алина набрала себе штат лучших врачей, которые спасают многим жизнь, как когда — то и было со мной.

Каждый шаг — это возвращение в прошлое, спокойное, когда я еще не знал кто мой настоящий отец. Стоит только зайти внутрь, как кроме родных запахов, слышу еще и такие же голоса.

- Борцов! - кричит Алина, стоя в домашнем халате на лестнице. Марк же стоит ко мне спиной в гостиной. Все его внимание обращено только к самой любимой женщине. Стараюсь идти тихо, чтобы как можно дольше остаться незамеченным и подольше понаблюдать за семейной картиной.

В Марка со второго этажа летят подушки, одеяло и еще какие — то, судя по всему его личные вещи. Отец лишь только успевает отмахиваться от груды брошенных на него вещей. Стараюсь не засмеяться. С виду как подростки и понимаю, что эти двое точно нашли друг друга и скучно им однозначно никогда не бывает.

- Нашему сыну нет и девяти, а ты его уже учишь стрелять! - орет Алина на мужа. - Мать твою! У него настоящее оружие, Марк! О чем ты только думал?! Если бы не была врачом, решила бы что у тебя старческая деменция. Он уже умеет водить машину. Марк!

- Умеет, только на автомате, Алина! И только в моем присутствии. Оружие было не заряженное. Дал, чтобы привыкал.

- К чему он должен привыкать, Марк!? По твоему лет в пятнадцать он должен уже стать киллером? Я прибью тебя, муженек! Точно, сама лично придушу тебя своими же руками! Мы же договаривались, что воспитанием сына займусь я.

Ты нарушил свои обещания, Борцов. Поэтому с этого дня спишь в гостиной! Ты понял меня?! Вход в нашу спальню теперь для тебя закрыт.

- Во — первых, жена, я не нарушал своих обещаний. Уговор был, что ты воспитываешь сама до школы, а потом уже я вступаю в свою роль. А, во — вторых… А, во — вторых, как ты собираешься меня придушить, если спать мы будем по раздельности?!

Скажи, любимая. Тебе и правда не жаль тысячную дверь, которую я непременно выбью, как и все предыдущие!

- Ты не исправим, Борцов! Ненавижу тебя!

- А я обожаю тебя, Алина. Моя любимая Алиночка. И эту ночь, как и все остальные я проведу в нашей спальне со своей законной и любимой женой.

- Да ты… - запинается мама Алина. - Да я сейчас на тебя всю мебель спущу… Я тебя…

Тут ее взгляд падает на меня. Глаза смотрят, не моргая. Марк следит за ее реакцией и медленно оборачивается в мою сторону. Теперь две пары глаз смотрят в упор на меня. Непривычная тишина для этого дома окутывает пространство. Не только у меня перед глазами прошлое. Каждый из них вспоминает свои моменты.

Кто — то из нас должен нарушить первым молчание. Но ком в горле не дает это сделать. Я уже отвык от таких моментов и с трудом понимаю, что делать дальше. Но среди двух мужчин единственная женщина в который раз берет все в свои руки. Алина с бешеной скоростью летит на первый этаж прямо в мои объятия.

Обхватывает меня обеими руками, обнимает, прижимается. Не верит, что я здесь, в их доме, рядом.

- Рус… - начинает плакать самая сильная женщина из всех кого я знаю. - Руслан…

- Мама Алина! - выдыхаю и снимаю с себя часть накопившегося груза. Сам прижимаю ее к себе. Соскучился. Безумно соскучился по ним. Можно лгать кому угодно, но только не самому себе.

- Тише! Тише, мама Алина. - поглаживаю ее трясущую спину. Мне хватило пары минут, чтобы рассмотреть ее. Она все такая же. Красивая. Яркая. Годы ее не берут. И в этом еще одна схожесть с моей настоящей мамой.

Ее волосы такие же длинные, шелковые на ощупь, а лицо без косметики нереально выразительное.

- И ты тоже, Борцов. - поднимает на меня заплаканные глаза. - Не предупредил, что прилетел. Наверное, уже несколько дней в России и только сейчас решил навестить нас.

- Нет, мама Алина. Я только из аэропорта. И сразу к вам.

Алина смотрит на меня и как будто не верит.

- Сразу к нам? Так это… Ты же голодный. Давай руки мой. Я сейчас на стол накрою. Ярик будет счастлив, когда узнает, что ты здесь. Я только сейчас… быстро…

Запинается в словах, вытирая слезы, которых меньше так и не становится.

- Руслан, ты не обращай внимания. Мы с Марком несерьезно. Ты не подумай только. - показывает на гору вещей на полу.

Только сейчас смотрю на отца. Марк стоит и вовсе не шевелясь. В его взгляде такая гремучая смесь. Он смотрит на меня, но видит совсем другого человека. И я точно знаю кого именно.

- Мам, не суетись. Я ненадолго. Заехал поздороваться и… поговорить с отцом. Есть точно не буду.

Вижу, как мои слова ее сильно задевают. Но вопреки своему характеру Алина молчит. Понимает, что я уже не мальчишка и заставить меня что — то делать против воли просто невозможно. Но Алина все равно улыбается и счастлива, что именно к ним я приехал вначале.

Потом ее взгляд проходится уже осознанно по всему моему росту. Особенно задерживается на массивных руках. Она тут же поджимает губы, и я стопроцентно знаю, о чем именно она думает.

- Руслан. - тише произносит, ища ко мне правильный подход. Алина всегда была умной женщиной и могла с ходу оценить обстановку. Внешне она уже поняла, что за эти годы во мне произошли значительные изменения.

- Ты… Ты стал крупнее. Видно, что проводишь много времени в зале. Но тебе все равно противопоказаны многие нагрузки, так же как и некоторые продукты. Ты нарастил мышечную массу и так нельзя, Руслан.

И почему я уверена, что ты нарушил все ограничения.

- Алина. - вмешивается Марк. - Рус уже большой мальчик. Ему почти тридцатник. Сам разберется. Видишь каким стал. Были бы проблемы, ты непременно узнала бы обо всем самая первая. Хватит трястись над парнем. Вот одна из причин почему решил заняться Яриком.

А иначе ты из него оленя воспитаешь или бабу. И Рус с дороги. Еще успеете наговориться. У тебя будет еще возможность отчитать парня. Дай хотя бы в себя прийти. Свыкнуться с разницей во времени.

- Конечно же! Как же не так! Будет возможность! Марк, ты сам хоть в это веришь!? Ты же и сам прекрасно знаешь, что за десять лет Руслан прилетел в пятый раз домой. Всего лишь в пятый, Марк!

Мы виделись всего лишь несколько раз за эти годы. Совсем словно чужие. А в последнее время Руслан почти и не звонил.

Я даже не удивлюсь, если он уже сегодня же вечером улетит обратно в свой родной Лондон.

По щекам Алины текут новые слезы. Она и не пытается их скрывать. Ей больно. Больно и обидно из — за меня.

- Нет! - уверенно отвечаю, смотря ей в глаза и ощущая взгляд Марка на себе. - В этот раз я надолго. Очень надолго. Не на один год точно. Обещаю.

Алина не верит и в надежде спрашивает:

- Так возможно и навсегда останешься в России?

Усмехаюсь и честно отвечаю им обоим:

- Навсегда, мама Алина, это уже точно не про меня.