Buch lesen: "Сладкий бунт"

Глава 1. Стоило потратить немного больше магии!

Деревня Болтон пахла навозом, свежим хлебом, свободой и добротой.

Именно за этим запахом я сюда и пришла. Ну, и за морковкой, если честно. Морковка здесь была особенная — ярко оранжевая, хрустящая, сладкая. Местные крестьяне называли её «медовый корень» и продавали на рынке по три медяка за пучок. Я же, будучи драконом ростом с невысокую лошадь, имела полное право на дегустацию бесплатно. В конце концов, разве я виновата, что у меня нет карманов, чтобы носить деньги? И рук, чтобы их отсчитывать?

— Снова ты, шоколадка бесстыжая! — раздался звонкий женский голос.

Я подняла голову от очередной грядки. Ко мне бежала тётушка Мира — кругленькая, румяная, с вечно взлохмаченными седыми волосами и деревянной ложкой в руке. Она была главным поставщиком моего счастья в этом мире.

Я виновато моргнула и попыталась изобразить невинность. Получалось плохо — в пасти у меня торчал хвостик морковки, а на морде красовалось земляное пятно.

— Ох, бессовестная! — Мира замахнулась ложкой, но ударить, конечно, не ударила. Мы обе знали, что она просто делает вид. — Я же тебя вчера кормила! Целую миску каши поставила у забора!

Я фыркнула. Каша — это вкусно, но морковка — это морковка. Я аккуратно вытащила из земли ещё один корнеплод, положила его перед Мирой и легонько подтолкнула носом к её ногам. Мол, это тебе. За доброту.

Мира расхохоталась, присела на корточки и почесала меня за ухом.

— Боже, какая же ты милая. Жалко, что не лошадь — пахала бы на тебе. А так... зверь не зверь, птица не птица. Кто ты у нас вообще?

Я фыркнула в ответ. Хороший вопрос, тётушка Мира. Если бы я знала.

На самом деле, знала, конечно. Я — Ашна, беглая наследница магического рода Северных Ветров, сбежавшая из дома два месяца назад, когда родители решили, что лучший способ укрепить союз с соседним герцогством — это выдать единственную дочь замуж за герцога, который был старше моего деда и пах так, будто его уже похоронили.

Ну уж нет. Я выбрала свободу. Свободу в обличье шоколадного дракона размером с пони, который кормится на крестьянских огородах. Да, это не королевские покои, зато никто не говорит мне, что надеть, и не заставляет улыбаться мерзким старикашкам.

— Ладно, ешь, — махнула рукой Мира. — Только смотри, чтобы староста не увидел. Он вчера говорил, что вызовет охотников, если ты ещё раз помнёшь его капусту.

Я подняла морду и с достоинством посмотрела на тётушку. Капусту? Я? Да, я главный вредитель этого огорода, но капусту я не трогаю! Капуста горькая.

Мира засмеялась, будто прочитала мои мысли, и ушла в дом. А я осталась на грядке, наслаждаясь моментом: солнце припекало спину, ветер прогуливался по чешуе, и никто не женит меня на тех, кто у господа занял пару понедельников.

Идиллия длилась всего три дня.

На четвёртый день в деревню приехал браконьер.

Я почуяла его за версту — запах металла, подпекшейся крови и жадности. Я лежала в кустах у пруда, прячась от лишних глаз, когда он появился на тропинке с арканом и клеткой на телеге. Сердце ёкнуло. Надо уносить лапы. Обернуться незаметно и без происшествий не смогу.

Собственно я, как всегда, опоздала с уже с любым решением.

— А вот и наш зверь, — просипел браконьер, спрыгивая с телеги. — Шоколадный, мелкий, с виду — собака драконья. Хозяин сказал, за таких платят мало, но на хлеб хватит.

Я встала, расправила крылья (которые, честно говоря, были маловаты для такой туши, но выглядели угрожающе) и попыталась зарычать. Получился скорее кашель, будто я наелась морковки и подавилась.

— Ой, смотри, какая дерзкая, — засмеялся браконьер и тут же кинул аркан. Я увернулась, но он был быстрее — второй бросок захлестнул мою заднюю лапу, и я с грохотом рухнула в грязь. Верткости мне конечно еще поучиться нужно

Я попыталась использовать магию. Ну хоть какую-то! Я же из рода Северных Ветров, у меня в крови сила огня и иллюзий! Я сосредоточилась и... всего лишь моргнула. Ничего не произошло. Только из носа вырвалась тонкая струйка дыма.

— О, ещё и дымит! — обрадовался браконьер. — Дороже продадим.

Он накинул на меня вторую петлю, затянул пасть и потащил к телеге. Я брыкалась, пыталась укусить, но у него был кожаный намордник, который он нацепил мне на морду с пугающей ловкостью. Внутри меня бушевал гнев. Я — Ашна Северный Ветер, я могла бы испепелить его одной мыслью! Ну, теоретически. В учебниках по магии было написано, что я могу. На практике я умела только разводить огонь в камине, менять цвет чешуи и создавать незамысловатые миражи. Но в этот момент я готова была поклясться, что научусь всему, если он сейчас же меня отпустит.

Телега задребезжала по каменистой дороге, и моя жизнь с морковным раем закончилась.

Чёрный рынок вонял тухлятиной, страхом и дешевым вином.

Меня вывалили из клетки на деревянный помост, запихнув в клетку побольше, и я почувствовала себя хуже, чем кусок мяса на соседнем прилавке. Вокруг стояли люди с жирными лицами и грязными руками, тыкали в меня пальцами, смеялись и торговались. Деревня, конечно, мне нравилась больше. Там озеро, птички, деревья. А здесь что? Каменно-деревянные джунгли.

— Шоколадный дракон? — фыркнул высокий мужчина с золотыми перстнями на всех пальцах. — Это не дракон. Это собака, покрытая чешуёй. Где у неё пламя? Где огонь?

Я, обиженная, выпустила из ноздрей тонкую струйку дыма. Мужчина засмеялся.

— Видишь? Чихает да и только. Бесполезная зверушка. Три серебряника, и то только потому, что у неё зенки красивые.

Я закрыла глаза. Унизительно. Это было так унизительно. Но вдруг я услышала другой голос:

— Забираем.

Я повернула голову. Передо мной стояли трое. Высокие, тощие, одетые в синий бархат, но с таким лицами, будто они всю жизнь ели только лимоны. Один из них — с тонкими усиками — оглядел меня с ног до головы и брезгливо поморщился:

— Братцу Лоренту нужен зверь. Мы же обещали матери, что не оставим его одного и найдем друзей. Этот подойдёт. Уродливый, тупой, наверное, даже не кусается.

Я зарычала. Ты себя-то в зеркале когда последний раз видел?!

— О, смотри, огрызается, — усмехнулся второй, с бородкой клинышком. — Покупаем.

Третий, самый упитанный, кинул на прилавок мешочек с монетами, и браконьер чуть не заплясал от радости. Меня запихнули обратно в клетку, погрузили прицепом к дорогой карете, и мы поехали.

В какой, интересно, из моментов моя жизнь превратилась вот в это? И с каких пор мне все равно где я нахожусь и что со мной делают?

Дорога до столицы заняла три дня. Полтора дня я слушала, как мои новые хозяева — я назвала их про себя Усач, Бородка и Толстяк — обсуждали свои дела, пили вино и смеялись надо мной.

— Интересно, как он будет молчать со зверем, — говорил Усач. — Сидят друг напротив друга. Один — принц дураков, другой — чешуйчатая собака. Идеальная пара.

Троица звонко и противно захохотала.

— Нам бы скинуть его уже с титула наследника, — вторил Бородка. — Но сперва надо, чтобы он казался ещё более беспомощным. Подарок в виде этой ящерицы — идеальный план.

— А она ест много? — спросил Толстяк, ткнув меня палкой в бок.

Я зашипела.

— Животное неблагодарное. Мы тебя принцу везем, а ты фыркаешь.

Они кинули мне кусок чёрствого хлеба. Я демонстративно отвернулась. Я — Ашна Северный Ветер — не ем чёрствый хлеб! Я ем только морковку и кашу тётушки Миры! И вообще, я не животное, я...

Внутри меня всё кипело. Я прикрыла глаза и начала шептать про себя заклинание иллюзии, которому отец учил меня в детстве. Хотя бы один раз! Хотя бы чтобы они увидели вместо меня огромного змея и обделались от страха.

Ничего не вышло. Из-под моей чешуи поплыл слабый дымок, и Толстяк в восторге крикнул:

— Глядите! У неё даже есть собственное отопление!

Я зарычала и плюнула ему в лицо тонкой струйкой пламени. Он взвизгнул. Сгорела только его бровь, но было приятно.

— Тварь! — заорал он, но бить меня не стал — испугался, что следом я откушу ему палец.

Так мы и доехали до замка.

Замок короля оказался бледно-бежевым, холодным и угрюмым — собственно, как мне и рассказывали. Родители с детства пугали меня страшилками о злодеяниях королевской знати и аристократии, однако я всегда думала, что это всего лишь обиженные жизнью никчемные люди. Зачем их бояться если вся их смелость заканчивается, стоит только нажать куда нужно?

Меня провезли через чёрный вход, по каким-то тёмным коридорам, где пахло плесенью и старым подсгнившим деревом. Затем клетку отцепили от кареты и далее четверо крепких слуг тащили меня как тачку для огорода. Наконец, мы оказались в тронном зале. Или в приёмной. Или просто в большой комнате с колоннами — я не разбиралась в этой их архитектуре.

На бархатной лавке возле окна сидел мужчина.

Его образ сразу же осел в моей памяти. Потому что он выглядел... неправильно. Не как принц и совсем не похожим на своих придурков братьев. Длинноногий, с тёмными кругами под глазами, черно-фиолетовыми волосами, которые кто-то давно не стриг, и с пустым, уставшим взглядом. Он сидел, подперев щёку рукой, и смотрел в окно, будто ждал, когда кто-то приедет за ним и скажет: «Извините, вы не будущий король. Вы просто несчастный библиотекарь, который ошибся дверью».

Рядом с ним стояли мать — высокая худая женщина с пергаментной кожей, орлиным носом и такими же угольно-фиолетовыми волосами — и ещё двое мужчин, смотревших на Лорента с откровенной насмешкой.

— Матушка, — сказал Усач, — мы привезли подарок.

Мать-королева оглядела мою клетку, и в её глазах промелькнуло презрение.

— Это что за недоразумение?

— Шоколадный дракон, матушка. Мелкий, ест мало, не кусается, сам греется. Идеальный друг для Лорента.

Я зарычала. Да как они смеют? Я — дракон! У меня крылья, пламя, и вообще я могла бы... ну, я могла бы как минимум горячо чихнуть им в лицо!

Лорент лениво повернул голову.

Вот тогда я замерла. Потому что он посмотрел на меня и улыбнулся. Даже как-то не насмешливо и не радостно — уголки губ дрогнули, будто он увидел что-то родное в моем лице.

— Глупости выдумываете. Еще зверья в нашем доме не хватало.

– Но Ваше Высочество, мы с благими намерениями. Пусть хоть такой будет, раз с нами разговаривать не хочет.

Женщина тяжело вздохнула, бросила взгляд на несчастного сына и кивнула.

– Ладно, поставьте его в дальнюю и киньте пару кусков хлеба.

Я встретилась с ней взглядом и поняла, морковка мне теперь только приснится. Стоило подольше брыкаться тогда на озере.

Глава 2. Морковка - дипломатическое средство

Клетку вместе со мной небрежно доставили в какую-то из дальних комнат бежевого коридора. Дали обещанного хлеба и оставили меня одну одинешеньку. Ну и слабоумные же они. Я в своих суждениях на счет них не ошиблась. Но да ладно, ищем во всем только хорошее и не унываем! Повезет, если через пару дней я ему надоем, он выпустит меня из клетки и я наконец смогу улизнуть обратно в свою любимую деревеньку Болтон к тётушке Мире. Свернувшись клубком – я видела кошки так делают и им, вроде, удобно – и поджав лапки, я собиралась поспать. Все равно здесь темно как в пещере и.. Будто в ответ на мои мысли по чьему-то щелчку пальцев в комнате загорелись свечи. Это еще что?

В комнату зашел Лорент. Интересно.

Стараясь не подавать виду, что мне есть до него дело, я так и осталась лежать, даже не подняв головы. Не достоин.

Лорент подошел вплотную к клетке и присел на корточки. Затем принялся разглядывать мою чешую. Красивая, скажи? Долго, внимательно, без единой эмоции на лице. Только глаза у него были странные — серые, как осеннее небо. В них плескалась такая усталость, будто он тащил на себе этот замок, все эти колонны и всех своих родственников. Я даже на минуту забыла, что меня только что купили и привезли как декоративную собачку. Судя по тому, как общались с ним его братья и мать – мне даже стало его немного жаль.

Он поднёс руку к прутьям клетки — осторожно, как будто я могла его укусить. Я фыркнула теплым воздухом в его сторону. Ну в самом деле! Я дракон, а не крокодил. Мужчина тихо улыбнулся.

“Ну и компания, — подумала я. — Не знала, что буду скучать по деревенским свиньям”.

Лорент, конечно, меня не услышал. Он просто встал, снял с пояса ключи, не глядя на меня, и... открыл клетку.

Я замерла. Ожидала чего угодно — что он оставит меня здесь, позовёт стражу, будет тыкать в меня палкой как те трое или читать нотации о том, что я теперь его собственность. Ах да, он же не говорит. Но он просто распахнул дверцу, отошёл на пару шагов и сел в кресло у камина. Так быстро?

Кресло было старым, потёртым, явно любимым. Рядом стоял столик, на котором лежали обшарпанные книги — много книг. И пустая кружка. Лорент взял одну книгу, открыл и начал читать. Вслух.

— «И тогда четвёртый герцог, нарушив клятву, отправился на северные земли...» — голос у него был низкий, с хрипотцой, каким и должен быть у человека, который давно не разговаривал. Однако, одновременно с этим, таким мелодичным и бархатным. Он читал медленно, словно вспоминал, как складывать слова в предложения.

Я стояла в клетке, как идиотка.

— Ты серьёзно? — мысленно возмутилась я. — Ты открываешь мне клетку и начинаешь читать вслух историю про какого-то герцога? Ты не боишься, что я вылезу? Что я улечу? Что я сожгу твою библиотеку к чертям собачьим? И вообще.. что это ты вдруг разговаривать начал, тебя же молчуном называют.

Я осторожно высунула морду. Лорент не обратил внимания. Читал дальше. Сделала шаг вперёд. Он перевернул страницу. Второй шаг, третий. Я оказалась прямо у его ног. Он не поднял головы, но на мгновение его глаза скользнули по мне, и я заметила, как дрогнули уголки его губ.

Ну он просто издевается!

Я села на задние лапы и уставилась на него, как бывало мой кот делал. Лорент все еще читал про дурацкого герцога. Про то, как тот пробивался через горы, как потерял половину армии, как встретил там какую-то колдунью и та спасла ему жизнь.

Я хотела злиться. Честно хотела. Но его голос был таким спокойным, таким... тёплым, что злость потихоньку уходила, и я просто слушала историю, которую он читал. Слушала его дыхание, как потрескивают дрова в камине. Меня с детства увлекали рассказы и сказки. Няня Кэр каждый раз умудрялась меня ими убаюкать и в этот раз я ощутила, как меня снова начало клонить в сон. Я ведь и не спала всю эту неделю..

Только когда я уже почти заснула, он закрыл книгу и посмотрел на меня уже осмысленно. Как на человека.

— Ты совсем маленькая, — сказал он тихо. — Никогда не видел шоколадных драконов.

Я фыркнула. Маленькая?! Да я почти как лошадь! Конечно, я не тот огромный ящер, о котором пишут в здешних легендах, но маленькой меня назвать нельзя. Я обиженно поджала крылья и отвернулась.

— Прости, я не могу отпустить тебя, хоть и открыл клетку, — сказал он. Простая и грустная, прямо как он сам, констатация факта. — Наверняка устала, лучше отдохни.

– Да ладно, умник, – мысленно пробурчала я. – Я и так знаю, что прямо сейчас сбегать глупо. Подожду, когда твоя бдительность уснет под мои сказки.

И тут он сделал нечто, что полностью сломало мой план ненавидеть этого человека до конца пребывания в этом замке. Он снял с себя плащ и набросил его на меня. Прямо на спину, как одеяло. Его рука бережно коснулась моей чешуи на голове и провела пару движений. Легко, почти невесомо, будто я кошка.

— Спи, — сказал он.

Я замерла. Плащ пах деревом, книгами и ещё чем-то горьковатым — может быть, травами. Я хотела скинуть его. Хотела зарычать и показать, что я не собачка и не игрушка. Но внутри меня, глубоко-глубоко, вдруг разлилось что-то тёплое. Его аккуратная и ненавязчивая забота напомнила мне тётушку Миру.

— Ты странный, — прошептала я мысленно, снова укладываясь прямо на ковёр у тепленького камина. — старший принц. У тебя должны быть драконы величиной с замок в золотых кандалах, а ты... ты сидишь тут в одиночестве и читаешь мне про герцогов. У тебя что, совсем никого нет?

Он посмотрел на меня сверху вниз. И, как мне показалось, ответил.

— Теперь у меня есть ты и книги.

Я закрыла глаза, игнорируя его открытость и проваливаясь в сон. Последнее, что я помнила, как он ещё раз погладил меня по голове и сказал совсем тихо:

— Добро пожаловать в мою клетку.

И в эту секунду я чуть не перекинулась обратно в человека, чтобы сказать ему: «Ты дурак, Лорент. Мог бы и сам давно сбежать, как это сделала я». Но я сдержалась.

Утром я проснулась от того, что кто-то пытался меня накормить.

— Прошу вас, ваше величество, это не еда для...

Я приоткрыла один глаз. Лорент стоял надо мной с целой тарелкой нарезанной моркови. Рядом топтался перепуганный слуга с подносом, на котором дымилась каша — видимо, для самого Лорента. Но принца кажется больше интересовало, как мне придется местная морковка. Кажется, он немного читал о породе, в которую я обернулась.

Медленно поднявшись на лапы, я стряхнула плащ и пододвинула морду к тарелке в руках принца. Морковь пахла свежестью. Я взяла одну осторожно, чтобы не позорить родителей отсутствием этики и хрустнула. Лорент улыбнулся. Слуга смотрел на нас с таким выражением, будто я перед ним корову разделываю голыми зубами. Принц удовлетворенно поставил тарелку рядом с моей мордой и наконец добрался до собственного завтрака, плюхнувшись прямо напротив. Замечательно. Принц — и дракон. Завтракают друг напротив друга. На одном ковре. Где это видано вообще? Точно странный.

— Ваше величество, — начал слуга. — Ваша матушка...

Лорент, не поднимая головы от тарелки, едва заметно шевельнул пальцами. Жест вышел ленивым и небрежным — мол, убирайся. Слуга поклонился так низко, что едва не стукнулся лбом о дверной косяк, и бесшумно выскользнул за дверь.

Мы остались вдвоём.

Я дожевала последнюю морковку, старательно облизала зубы (потому что приличия — это святое, даже если ты дракон размером с лошадь) и с достоинством опустила голову на лапы. Тарелка была пуста. Я сделала своё дело. Могла бы и уйти, но пол был тёплым, камин потрескивал, а воздух пах деревом и книгами, прямо как у меня дома. Вполне можно и потерпеть пару деньков. К тому же, еду здесь красть нет необходимости.

Лорент доел кашу. Медленно, вдумчиво, словно процесс жевания требовал от него сосредоточенности. Я наблюдала за ним из-под полуприкрытых век. Интересно, он всегда такой? Или просто делает вид, что ничего не происходит?

Через пару мгновений принц поставил пустую тарелку на столик и провёл ладонью по лицу — жест усталого человека, который не высыпался уже который год. Затем перевёл взгляд на меня. Долгий, изучающий. Так рассматривают странную находку, не зная, что с ней делать.

— Шоколадная, — сказал он тихо. Голос сел, словно он по-правде только со мной и разговаривал. — Никогда не видел таких.

Я фыркнула. Ну ещё бы ты видел! Я вообще уникальный экземпляр. Лорент, кажется, не ждал от меня ответа. Он пододвинул кресло поближе к камину и устроился поудобнее. Взял книгу, но не открыл. Задумчиво постучал длинными тонкими пальцами по потёртому корешку.

— Не знаю, зачем они тебя купили, — сказал он в пустоту. — Думали, что я буду с тобой играть? Как с собакой?

Я приподняла голову. Хм. А ты не будешь? Он усмехнулся. Коротко, почти беззвучно.

— Какие глупости. Будто мне лошадей недостаточно. — Он помолчал, глядя на пламя, и добавил: — С моими братьями и врагов не нужно.

— Удивил, — мысленно хмыкнула я. — С такими родственниками я бы тоже предпочла дружить с камином.

Он, конечно, не услышал меня, но как будто что-то почувствовал. Немного помедлил, а потом продолжил:

— Ты не похожа на тех драконов, что я видел в книгах. Те — огнедышащие. Высокие, как башни. Страшные. А ты... маленькая.

Я возмущённо выпустила струйку дыма из ноздрей. Маленькая?! Я — гордость рода Северных Ветров! Ну, была когда-то. Но маленькой меня назвать нельзя! Я почти как здоровая лошадь.

— Прости, — сказал он вдруг так серьёзно, что я замерла. — Ты, наверное, хочешь на волю. Не хочешь сидеть в клетке. Я понимаю. Однако, надеюсь здесь тебе лучше, чем там, где тебя нашли.

Я моргнула. Он говорит так, будто сам знает, что это. Хотя, если подумать, его замок — это самая настоящая клетка. Только стены красивее.

Лорент открыл книгу. Я ждала, что он начнёт читать вслух, как вчера, но он просто смотрел на листы бумаги. Пальцы его перебирали уголок страницы, словно он искал в этом движении успокоение. Я улеглась поудобнее. Камин согревал мою чешую, и я чувствовала, как напряжение постепенно покидает мои лапы. Сон подкрадывался мягко и медленно, как тот кот, что жил у тётушки Миры.

Перед тем как провалиться в сон, я подумала: "Странный ты, Лорент. Говоришь с драконом так, будто я тебя понимаю. Хотя каждый недотепа в вашем мире знает, что такой вид, как я – просто зверье".

Он снова посмотрел на меня. Долгим взглядом, в котором я прочитала усталость и какое-то тягучее одиночество.

— Я не знаю, как тебя зовут, — сказал он едва слышно. — Но я буду звать тебя Шоколадкой. Если ты не против.

Я приоткрыла один глаз. Шоколадкой?! Да как он смеет?! У меня есть имя, родословная и право на достоинство! А Шоколадкой меня может называть только тётушка Мира. И вообще, слишком ты разговорчив для молчуна.

— Спи, Шоколадка, — добавил он. И улыбнулся. Тихо и тепло, словно благодарил меня за что-то, известное только ему.

Мне захотелось зарычать, показать ему, кто здесь главный. Но сон уже накрыл меня тёплой волной, и я только фыркнула в последний раз, прежде чем провалиться в темноту.

"Шоколадка, — пронеслось в голове. — Я тебе это припомню, Лорент. Ой, припомню".

Утро встретило меня запахом свежей моркови. Я открыла глаза и увидела Лорента, сидящего в своём кресле с книгой в руках. Рядом на полу стояла тарелка с нарезанными дольками. Ровными, аккуратными, как на королевском приёме. Принц не смотрел на меня. Он читал — в этот раз по-настоящему, вдумчиво, водя пальцем по строчкам. И только когда я фыркнула, напоминая о себе, он поднял глаза:

— Доброе утро.

Я молча подошла к тарелке, взяла одну дольку и начала жевать, стараясь сохранять достоинство. Морковь была хрустящей и сладкой. Честно сказать, хоть мне и нравилась морковка из-за этого воплощения, мяса мне хотелось гораздо больше.

Лорент наблюдал за мной краем глаза. Я чувствовала его взгляд на своей чешуе, но не подавала виду. Пусть смотрит. Мне не привыкать быть в центре внимания.

— Ты не сбежала, — сказал он наконец. Голос у него был усталый, как будто он не спал всю ночь.

Я фыркнула. Потому что мне тут тепло, ты даёшь морковку и потому что за дверью — твои братья, которых хочется обдать огненным душем. А еще потому что я не придумала план побега. Что тут непонятного? Он, кажется, принял моё фырканье за ответ. Отложил книгу, взъерошил волосы, от чего его и без того растрёпанный вид стал совсем уж домашним. Потом взял ещё одну дольку и протянул мне на ладони.

— Держи.

Я посмотрела на его руку. На морковку в ней. На его глаза, смотревшие на меня с той же настороженной нежностью, с какой смотрят на раненого зверя, который может укусить в любой момент. Взяла её аккуратно, стараясь не коснуться его пальцев. Откусила половину и демонстративно отвернулась, показывая, что его манипуляции на меня не действуют. Лорент улыбнулся.

Через мгновение принц поднялся с кресла и направился к двери. Уже в проёме остановился, обернулся и добавил тихо:

— Я ненадолго. Не скучай.

Дверь закрылась за ним, оставив меня одну. Я доела морковку, облизала тарелку и уставилась на закрытую дверь.

"Не скучай? — мысленно возмутилась я. — Я прекрасно проведу время и без тебя. Могу сосчитать трещины на потолке. Могу... — я запнулась на мгновение".

Я свернулась клубком на ковре и прикрыла глаза. За окном чирикали птицы, камин потрескивал, и впервые за долгое время я позволила себе просто быть. Надо дать себе пару дней, может, недельку на отдохнуть и обдумать свой побег. Как бы мне не хотелось, вряд ли теперь получится вернуться в Болтон. Спасибо за все, тетушка Мира, я тебя не забуду.