Buch lesen: "Развод. Прощай, год козла!"

1

— Что ты мне подаришь на Новый год, тигрёнок? — слышу через неплотно закрытую дверь голос невесты моего сына, Анжелы.

Усмехаюсь про себя. Как же мне эта парочка напоминает меня саму с моим Антоном двадцать пять лет назад!

Подумать только, сколько лет прошло…

Кидаю взгляд на себя в зеркало на стене напротив, и вижу бледное, немного усталое, лицо. Яркие рыжие волосы: когда-то мои родные были такого же цвета, а сейчас приходится регулярно закрашивать корни…

— Не делай так! Мне щекотно! — хохочет и смеётся девушка в комнате, и я понимаю, что мне надо уйти, подслушивать нехорошо, но мне становится так легко от их этой возни за стеной.

Молодость, любовь, счастье…

Как же это всё здорово и прекрасно. Как бы и мне хотелось вернуться в те времена, когда мой Антон любил со мной драться понарошку в постели: наваливался на меня всем телом, заведя мои руки за спину, и целовал до одурения в шею, скулы, впадинку за ухом…

И я точно так же визжала и стонала в его объятиях, пока не сдавалась полностью на волю победителя. Сегодня Новый год, и как знать, чем сегодня займёмся с моим мужем после боя курантов, когда все гости наконец-то разойдутся по своим комнатам спать.

Я как раз приготовила новое золоте платье.

«Ты моя золотая девочка», — так всегда называл меня Антон. Правда, давно что-то он мне ничего не говорил.

Но его можно понять. На нём столько забот. Вся семья, куча родственников, и он один, тащит на себе весь бизнес, обеспечивает всех нас, вот и сыну оплачивает учёбу в престижном вузе. Осталось всего пару лет, и он выйдет дипломированным специалистом. И тогда я наконец-то окончательно выдохну и смогу продолжить жить для себя…

— Глупый, не надо, — уже с придыханием бормочет Анжела, и я деликатно отхожу от двери.

Они уже взрослые, могут делать, что хотят, и тут я понимаю, что в любой момент стать бабушкой… Ещё раз застываю, бросив в зеркало внимательный взгляд. Подумать только: мне ведь нет ещё и пятидесяти, а уже бабушка.

Нет, я пока к этому не готова.

Внуков, конечно же, я буду любить и баловать, но в бабушки на лавочке мне ещё записываться совсем рано!

— Да, так! Ты просто волшебный любовник! — доносятся из комнаты уже совсем нескромные стоны и звуки, и я уже собираюсь поскорее уйти, чтобы продолжить резать салаты для новогоднего стола, как вдруг останавливаюсь как вкопанная.

Я слышу, как Анжела с придыханием бормочет:

— О да, я так хочу тебя, мой тигрёнок! Ты посмотри, как я вся там… Мокрая… Это всё из-за тебя… Я всегда так, как только вижу тебя… Что ты со мной делаешь! А вдруг твоя жена услышит!

Твоя жена?! Это она кому? Про кого?

Стою, застыв на месте, не в силах пошевелиться. Она изменяет моему Глебу? Моему сыну? С кем-то из гостей?

Начинаю судорожно перебирать в голове всех друзей нашей семьи, которые уже успели приехать сегодня в наш большой загородный дом, пока вдруг не слышу отчётливой голос:

— Алла? Да она пошла спать. Что я её не знаю, её теперь пушками два часа не разбудишь.

Я — Алла. И голос, который это произносит с такой насмешкой — голос моего мужа. Антона.

Сердце словно навсегда умирает, затихает в моей груди.

Я стою. У меня больше нет сердца.

И чувствую, как пол буквально сжимается, плавится под моими ногами, оставляя крошечный пятачок досок, на которых я балансирую перед тем, как провалиться в пропасть…

— Ты уверен, тигрёнок? О да, так! Так! Продолжай, — мяукает от наслаждения Анжела, пока мой муж там.

За этой дверью.

Только толкни её, и я всё увижу собственными глазами…

2

На какие-то доли секунды мне даже кажется, что надо просто убежать. Притвориться, что ничего не было, что я ничего не слышала.

Спрятать голову в песок, как страус.

А вдруг пронесёт? Как в детстве? Если ты закрываешься одеялом с головой, то все ночные страхи и монстры отступают перед твоей нерушимой крепостью.

Только это не детство. И это не монстр.

А мой собственный муж, с которым у меня уже сто лет ничего не было в постели, сейчас прерывисто бормочет за стеной:

— Какая сладкая девочка… Иди ко мне, малышка, я не мог встретить Новый год без тебя…

— Да, да, так… — слышу я томный девичий лепет, всё ещё не в силах пошевелить мгновенно окаменевшими руками и ногами. — Ты настоящий мужчина… Мой тигрёнок… Как же мне хорошо с тобой… Ты даже не представляешь… Продолжай, да, да, да! Я сейчас…

— Можете не торопиться, — захожу я в комнату и закрываю за собой дверь, чтобы нас не слышали все остальные гости.

Сегодня Новый год. Я не хочу безобразного скандала.

И хотя я до последней секунды надеялась, что у меня слуховые галлюцинации, но нет, у меня всё ещё отлично со слухом: передо мной, прямо на большой кровати в одной из наших гостевых комнат возлежат двое тайных возлюбленных.

Мой муж и невеста нашего сына.

Сейчас она сверкает своей свежей розовой грудью, кокетливо выглядывающей из-под кружевного топика, в который зарылся лицом и губами мой муженёк, пока всё его тело сладострастно подрагивает между тонких длинных ножек Анжелы.

При звуках моего голоса они оба вздрагивают, словно от удара током, и оба, как по команде, поворачивают голову в мою сторону.

— Алла? — переспрашивает мой муженёк, всё еще оставаясь в таком же положении сверху на невесте своего сына.

— Да, это я. Как странно, правда? — отвечаю я. — А кого ты ещё ожидал увидеть в моём же собственном доме? Что тебя вообще удивляет?

— Но ты же пошла… Спать, — всё ещё мямлит он.

Как будто от того, что я пошла спать, за моей спиной можно творит всё, что угодно.

И тут я вспоминаю.

Чай. Который мне принёс мой заботливый муж. И я ещё подумала, какой же он милый, нежный…

Меня осеняет.

— Всё это время ты мне подмешивал в чай снотворное, правда? Чтобы спокойно кувыркаться с этой девкой? — высказываю я свою догадку.

Да я уже в неё уверена.

Вспоминаю недавнее дело, которое мелькало в новостях о том, как муж многие годы подмешивал своей жене в еду снотворное, чтобы продавать её разным мужчинам… Спящую…

Только мой муж делал это, чтобы изменять мне.

— И как долго это вообще длится? — еле сдерживаю я рыдания от страшного осознания случившегося.

Стараюсь быть сильной.

Держу лицо.

И тут мой Антон, мой сильный и властный мужчина, с которым я всегда чувствовала себя как за каменной стеной, поднимается с этой подзаборной девки, которую я по ошибке приняла в семью, и, натягивая свои штаны, уверенно произносит:

— Во-первых, Анжела — не девка.

— Да, она — невеста нашего сына! Была… — выкрикиваю я. И снова затихаю.

Я точно не смогу вынести огромного скандала.

Только не сейчас. Только не сегодня.

Когда в нашем доме собралось столько людей, которые знали нашу семью больше двадцати пяти лет…

— Мы с Анжелой любим друг друга, — глядит прямо на меня Антон.

Не отводит глаз, и тут я чувствую, что не могу дышать.

Словно от удара, который мне только что-то нанесли под дых.

И тут я понимаю, осознаю, что если бы он начал лепетать, что это совсем не то, что я подумала, что я всё неправильно поняла и услышала, то я бы его, возможно и простила.

Дала бы ему ещё один шанс… Дала бы?

Но не сейчас.

Он сам отнял его у меня этими своим признанием.

— Мы все попали все в ужасную ситуацию, — уверенно продолжает мой муж. Но я найду из неё выход. Но эта девочка — самое дорогое, что у меня сейчас есть, — признаётся мне мой муж, и я опираюсь спиной на стену, чтобы не упасть.

Пол качается под ногами.

Весь мой мир рушится, прямо сейчас…

Под Новый год…