Buch lesen: "Особо тяжкие отношения - 2"
Пролог
- Василиса Васильевна... - слышу сквозь сон женский голос. - Товарищ майор...
Проснуться не получается. Сон очень яркий.
Вчера мне исполнилось пятнадцать. Отец подарил мне нож-бабочку, закамуфлированный под веер. Это сделано на заказ. Оружейная сталь, лазерная заточка, компьютерная балансировка.
Кручу в одной руке, отрабатывая полет и привыкая к весу.
В гостиной пахнет чем-то неуловимым. Похожим на адреналин. Этот запах словно щекочет рептильный мозг, где хранятся наши реакции на опасность "бей-беги-замри". Он не дает полностью погрузиться в книгу.
Незаметно слежу взглядом за отцом.
- Василиса, код...
Уверенно называю последовательность из двадцати цифр. Это от ячейки в банке. На случай, если с ним что-то случится. Там все его сбережения.
Отец всегда звал меня полным именем, не сокращая до ласкательных вариаций. Исправлял, когда кто-то пытался назвать иначе - Васей или Васёной. Потом стала исправлять и я.
Он сегодня в форме. При полном параде. Поправляет китель, награды. Хмур. Собран.
- Ты куда-то уходишь? - отрываю глаза от книги.
Откладываю ее в сторону. "Уголовное право и процесс".
Я на заочном первого курса. Школу - экстерном…
- Мм...
- Надолго?
- Да. Но ты уже со всем способна справиться сама.
- Хорошо.
- Срежь мне, пожалуйста, розу. Самую тёмную. А лучше две.
- У кого-то похороны?
Вероятно из коллег. Иначе, зачем полный парад.
- Да.
Забрав со стола секатор, я иду в розарий. У отца очень крупные высокие розы на толстых стеблях. Я догадываюсь почему. Но вслух никогда не озвучу. Выбираю темно бордовые, самые крупные...
От оглушающего грохота, вздрагиваю всем телом, закрывая голову и резко опускаюсь на корточки. Несколько стёкол выносит...
Оглушенная, выхожу из розария, сжимая в руке две розы.
Половина нашего дома, на которой кабинет отца, разрушена взрывом... Недоверчиво и медленно иду к дому.
Гарью несет... что-то падает внутри... возможно, перекрытие или стена.
Испугавшиеся вороны с пустыря кружат и каркают.
Кладу на крыльцо цветы...
- Василиса Васильевна! - встряхивают меня.
- Что? - облизывая пересохшие губы, поднимаю голову со своего рабочего стола.
- Нас вызывают! - воодушевленно сообщает Рыбакова, моя помощница. - В хирургии в Подмосковье убийство.
- А мы при чем? Кто вызывает?
- Капитан Красавин! Говорит, серия.
Красавин… мм…
- Поехали.
ГЕРОИ
Глава 1 - Хирург
- Халаты наденьте, пожалуйста, - догоняет нас медсестра. - Это всё-таки хирургия.
Забираю из ее руки халат.
- Во сколько все произошло?
- Утренняя экстренная операция перед пересменком. Должен был оперировать дежурный хирург.
- Как вы могли не заметить? Голос, в конце концов другой же.
- Люди уставшие под утро. У нас нехватка персонала, выходим во вторую смену по необходимости. Еле на ногах стоим. У стола как роботы... На детали концентрации не хватает. Да и к тому же, хирурги между отделениями бегают. То туда на срочную, то сюда... - виновато разводит руками. - У нас это не редкость. Подумала, может, новый кто.
- Вы не знаете своих хирургов?
- Господи, да лица же не видно, колпак, маска, очки. Я здесь месяц всего. Из гинекологии перевелась.
- Остальные тоже не заметили ничего подозрительного?
- Да ваши уже опрашивали... - разводит руками. - Медсестра в сан блоке заметила, которая помогает облачиться, она у нас старенькая. Так он ее оглушил. Как и хирурга. Хирург вообще в нейрохирургии теперь.
- А опер, который опрашивал где?
- Там... - кивает на операционную.
Разворачиваюсь, оглядывая коридор. В рекреации напротив операционной на стульчиках у стены - девушка. Съежившись, с ужасом смотрит вперед не моргая.
- А вы кто?
- А... меня планово должны были вот вместо него... в восемь тридцать... операцию перенесли... и... я там должна была быть.
- Значит, не должна. Не ваша ситуация. Идите спокойно спать.
- Человек же умер.
- Все умрём в свое время. Ваше не настало. Рыбакова, уведи.
Пока Рыбка уводит шокированную девушку, разворачиваюсь к медсестре.
- Я так полагаю вся больница уже в курсе? - гневно уточняю.
Виновато разводит руками.
- Все были в шоке. Обсуждали. Мы очень напугались, честно говоря. Мы же обычные люди. Он был как мясник, со скальпелем, весь в крови, взгляд такой... И пациент на столе умирал...
Останавливаю ее попытку зайти в операционную вместе со мной.
- Нет. Вы будете мешать моей работе.
Вытаскиваю перчатки, прохожу.
Встречаемся взглядами с Красавиным. Небритый, хмурый...
Давим друг друга взглядами.
Около месяца не виделись.
- Почему - "серия"?
- Второй случай.
С сомнением кручу пальцами, дразня его. Доводы давай!
- Слишком шизофренично, чтобы быть совпадением от двух разных психов. Слишком бессмысленно и непредсказуемо по жертвам, чтобы быть заказным убийством. А значит, серия и будет еще.
- Принимается. Как дела, капитан?
- Плачем и херачим, товарищ майор, - с налетом цинизма смотрит мне в глаза.
Мои губы дергаются в улыбке.
- Ну, рассказывай, что успел увидеть, услышать...
Надеваю на лицо маску.
Снимаю с тела простыню.
- Пациент поступил из Скорой. Срочная операция после аварии. Разрыв селезенки. Присутствовали в операционной трое. Анестезиолог выскочил, к следующему потерпевшему вот в эту смежную комнату. Ассистент вскрыл. Вот этими скобами развели... - морщится, глядя на хирургический стол. - Хирург... буквально срезал селезеночную артерию, вместе с куском селезенки, организовав фонтан. Пока операционная медсестра и ассистент в шоке пытались остановить кровотечение, спокойно ушёл. Больной скончался от геморрагического шока.
- Феерия... - задумчиво рассматриваю лицо трупа.
Мужик лет сорока. Кости обтянуты кожей. Специфически так, знакомо. И кожа желтоватая, тёмная.
- Он зек?
- Не знаю.
- Узнай...
Втягиваю воздух.
- Алкоголь. Он был пьян.
Поднимаю кисть.
- Да, он сидел. Наколки сведены.
- Гордеева отойди, вдруг у него гепатит? Заражусь потом от тебя.
- Резонно… и очень самоуверенно.
- Учителя хорошие были.
Возвращаю на место простыню.
Идём мыть руки в санблок.
- Узнай за что сидел. Не было ли у него судебных разбирательств с семьей хирурга.
- Сделаем...
- Что по первой жертве? - стягиваю перчатки, кидая на подоконник.
- Точно не сидел. Молодой парень. Состоятельная семья.
- Каким способом убит?
- Деталей не помню. Но тоже в операционной. На плановой операции.
- Ладно, пусть эксперты работают, - отступаю, пропуская бригаду. - Пойдем, кофе тебя угощу.
- Ну, пойдем. Как с Рыбаковой работается? - язвительно. - Белое пальто не мешает?
- А с твоим что? - язвлю в ответ. - Износилось?
- Моё на месте. Как Миша? Ему понравились книги?
- Читает...
- Это не ответ. Претендуешь на единоличную промывку его мозгов?
- А ты хочешь поучаствовать?
В соседнем здании кофейня, садимся там. Заказываем кофе с собой.
- Где ты Мишу нашла?
- Я такие вещи могу рассказать только очень близкому человеку. Принимающему серый цвет моего пальто.
- Ой, ладно, Гордеева... Ты же все про меня понимаешь.
- Я про тебя - да. А ты про меня - нет. Так и оставим...
- Ну и нахрена ты меня тогда на кофе пригласила?
- Любуюсь.
Закатывая глаза, ведет пальцами по щетине, словно вспоминая, что не побрился.
- Ах... кто-то решил, что может не хранить мне верность! - колю его я, проходясь пальцем по углу челюсти. - Помада...
Дергается назад от моих пальцев, нахмуренно зависает, прикасаясь своими пальцами к этому месту.
Микромимика верхней губы на мгновение выражает отвращение. Палец растерянно трет это место. Смотрит недоверчиво на свои пальцы.
- Ты дурак, Красавин? - вздыхаю с досадой. - Трахайся на здоровье. Да не три, нет там помады. Просто, хотела узнать, насколько снесло твою крышу.
- Узнала?
- Да. Прекрати это.
- Иди, к черту. Тебя это вообще не касается.
Встаёт, забирая кофе.
- Хорошего дня, товарищ майор.
- Документы мне все пришли.
- Ок, - сухо.
- Понравились ему книги... - цежу я недовольно.
Свалился же на мою голову.
Живи, Красавин, свою лучшую жизнь!
Видишь, я тебя отпускаю... А ведь могу и не отпустить.
Глава 2 - Дружить
Врубив музыку, разбираю документы.
Первая жертва Хирурга. Парень, двадцать лет. Действительно состоятельная семья... Губенко.
Раскладываю на столе ватман, начинаю рисовать связи, мотивы, пересечения по обеим жертвам.
Зависаю...
Вырубив музыку, звоню Красавчику.
- Красавин.
- Следующий эпизод будет не в операционной.
- А где?
- Я не знаю. Но весь медицинский персонал строго натаскан на этот эпизод. И будет бдить во все глаза. Это его не остановит, только заведёт еще больше. Он сделает это как-то оригинально.
- Гордеева... давай конкретику какую-нибудь. Пока что это ничем не помогает!
- Макс Фрай... "Наваждение"... - поднимаю книгу с дивана, которую Красавин подарил Мике. - Наваждение... ты понимаешь?
- Нет.
- А должен!
- Пожалуйста, вернись в зону рационального. Была же годная идея, что он мстит! Ищем связь между жертвами. И конфликты с хирургами.
- Да. Но это так просто, что даже оскорбительно.
- Не все маньяки такие сложные как ты. Некоторые очень простые.
- Ну давай... - разочарованно и лениво отпихиваю от себя бумаги. - Если будет так просто, я готова работать под твоим руководством!
- Ой, Гордеева, ты мне уже замуж и верность пообещала. Теперь под мое руководство еще...
- Так ты немного вращай эту реальность! Должна же я пожалеть о своих словах или нет? Ладно... пойду-ка я в бар, немного отдохну, пока такие крутые спецы мою работу делают.
- А зря иронизируешь. Я поговорил с друзьями Антона Губенко. Выяснял, не переходил ли он кому-то дорогу. Они мне слили, что Антон выложил в интернет хоум видео с одной девочкой. Которая пообещала ему за это, что будет гореть в аду и скоро. Я нашел это видео…
- Стоящее?
- И знаешь кто она? - игнорирует иронию.
- Неужели дочь хирурга?
- Бинго, Гордеева. Общий хирург Гусев.
- Мм... это интересно, мой генерал! - ухмыляюсь я. - Может, ты нашел связь Гусева и последней жертвы?
- Еду как раз по этому вопросу.
- Заезжай за мной. Я дома.
- Ну не знаю... - вальяжно и шутливо. - А что мне за это будет?
- Мм... а что бы ты хотел? - неожиданно для себя поддерживаю игру.
- Сегодня нарушим правила. Я буду умный, а ты красивая.
- Хорошо...
Красивая, да?
Отец всегда говорил, что я должна быть максимально милой и красивой. Потому что, это оружие. Быть неожиданной в своих возможностях, это умножить их на три. Все ожидают от милой девочки, что она будет плакать и терпеть, если ты нарушишь ее границы.
Но есть такие милые девочки, что плакать будешь ты... Это я!
У каждого маньяка когда-то случилась инициация. Когда он позволил себе первый эпизод. Моя случилась в десять. Я была очень милая… И конечно, только конченный может назвать это эпизодом. Ведь это была самозащита. Но... есть кое-какие нюансы. Были ведь и другие решения. Но я выбрала это.
Стоя у зеркала, делаю себя красивой. Не агрессивно красивой, как мне более гармонично. А... милой. Играть, так играть. Надо не забывать про это оружие.
И платье у меня нежное, шёлковое, кремовое. Волосы небрежно собраны заколкой. На губах - блеск. На плечах - норка.
- Куда ты? - расстроенно замирает Мика, увидев меня из гостиной.
- Почему ты расстроен?
- Когда ты такая ушла прошлый раз, вернулась вся в крови.
- Мм...
Было.
- В этот раз все будет хорошо. Я с Красавиным. Мы едем поговорить.
- У вас свидание? - склоняет голову набок.
В книгах, которые принес Красавин есть любовные линии. Практически детские. Даже без намека на эротичность. И Мика от них не впадает в ступор. Эта тема перестала быть для него табуированной.
- Мм...
Мике нужна терапия. Он должен наблюдать безопасную сторону взрослых отношений.
- Можно сказать и так. Мы... дружим.
- Данила дружит и со мной?
- Да.
- Также как с тобой? - настороженно.
- О, нет. Он дружит с тобой так, как я дружу с тобой.
- В чем разница?
Пу-пу-пу...
- Можно дружить на уровне головы, когда интересно общаться друг с другом. Можно на уровне сердца, когда хочется заботиться друг о друге, можно на уровне тела, когда хочется прикасаться друг к другу. С тобой он дружит на уровне, - тыкаю себе в грудину. - Ты его тронул, он хочет о тебе заботиться.
- Мне не нравится это слово.
Его хозяин говорил "я о тебе позабочусь" и совершал гадости.
- Его использовали неправильно. Слово не виновато. Когда Красавин проявляет заботу, он хочет, чтобы у тебя все было в порядке. Чтобы тебя никто не обижал.
- Ладно. Тогда я тоже хочу. Чтобы его никто не обижал. Даже... ты.
Ухмыляюсь.
Саундтрек: Maruv - Black Water
- Когда его обижаю я, ему нравится.
- Нет!
- Ну окей... окей... ему ПОНРАВИТСЯ со временем.
- Мне не понравилось со временем, - нахмуренно.
- Всё! Я не буду обижать твоего Данилу! - раскрываю ладони. - Вернее, я буду стараться. Господи... - закатываю капризно глаза, когда он уходит. - Зачем тогда это всё? Ну как можно не обижать Красавина? Это же вкусно...
Спускаюсь по лестнице вниз, держа в руке сумочку.
Выходит из машины, открывает мне дверь.
- Извините, что без цветов, Василиса Васильевна! - с ноткой яда, но глаза горят. - Если бы я знал, что вы сегодня в костюме женщины, я бы обязательно...
- Ты сам как цветок, Красавин! - язвлю, лучезарно улыбаясь.
Присаживаюсь в машину.
Закатывая глаза, громко хлопает дверью.
