Buch lesen: "Нургада. Путь"

Глава 1

Сегодняшнее утро оказалось одним из худших. Странное поведение Маркуса наложилось на ужасающее признание Виктора, окончательно выбив почву из-под моих и так шатающихся ног. Продолжая сидеть на холодном полу, я отстранённо изучала потрескавшиеся дощатые стены коридора. Бесполезное занятие, но оно помогло успокоиться и хотя бы немного прийти в себя.

Спина затекла, и я поморщилась, поведя плечами в попытках её размять. Пора вставать. Нам необходимо поговорить. Всем троим. Пока молчание не разрушило то немногое, что между нами ещё осталось.

С трудом пошевелив онемевшими пальцами, я потянулась, намереваясь подняться.

Выстрел!

Он прогремел, когда моя ладонь ещё касалась пола.

Раскатистый одиночный грохот врезался мне в уши, запустив по телу ледяной разряд.

Я застыла, с силой впиваясь ногтями в дерево и до мяса загоняя под ногти занозы. В такой несуразной позе меня и застал выскочивший из комнаты Маркус. Он всего лишь на секунду задержал на мне взволнованный взгляд, а потом понёсся вниз, на ходу рявкнув:

— Сиди на месте! И не вздумай подходить к окнам!

Второй выстрел заглушил его шаги.

Ошалело пялясь на опустевшие ступеньки, я вздрогнула, услышав, как хлопнула входная дверь.

Он вышел... Этот факт меня отрезвил, и я мгновенно вскочила на ноги. Что вообще происходит?

Виктор! Он же остался у озера...

Резкий скачок адреналина разогнал мою кровь до бешеной скорости. Чувствуя, как пульс начал колотиться в висках, я буквально слетела с лестницы, едва не переломав себе ноги. На скорости схватившись за дверную ручку, я на мгновение замешкалась.

Маркус сказал остаться здесь...

С улицы уже послышались автоматные очереди, и я машинально толкнула дверь. В лицо ударил яркий солнечный свет, больно резанув по глазам. Поморщившись и напряжённо прислушиваясь, я вышла на крыльцо. К этому моменту всё стихло. Лишь беззаботно порхающие птицы чирикали вокруг, и их неуместное пение казалось сейчас неестественно громким.

Где они?

А если...

Мотнув головой, я тут же прогнала отвратительную мысль прочь. Они живы, и никаких «если»!

Набрав в лёгкие побольше воздуха, я двинулась в сторону леса. Плевать, что сказал Маркус: я не могу просто сидеть и ждать. Лихорадочно оглядываясь по сторонам и неуклюже цепляясь за ветки, я медленно пробиралась к озеру.

Выстрелов больше не было слышно, и это пугало. Прислушиваясь к каждому шороху, я раздвинула раскидистый колючий куст и оцепенела, наткнувшись на грязные грубые ботинки. Мужчина в чёрной форме неподвижно лежал на животе, а из его горла торчал обломок ветки. Широко распахнутые глаза смотрели в пустоту, а окровавленные губы искривились в безмолвном крике.

От резкого спазма меня чуть не вывернуло, но отсутствие в желудке завтрака помогло постепенно унять тошноту. Поборов минутное замешательство, я аккуратно переступила через его ногу и пошла дальше. Хватая воздух короткими рваными вдохами, я старалась стереть из памяти это перекошенное лицо.

Не сейчас...

Я не сомневалась, что это дело рук Виктора. Маркус точно взял с собой ружьё.

На одежде мёртвого мужчины не было нашивок.

Неужели «Назитрап»?

Почти у самой воды я наткнулась на второе тело. Молодой парень сидел, прислонившись к дереву, неестественно запрокинув голову, словно у него полностью отсутствовали шейные позвонки.

Захотелось побыстрее убраться отсюда, и я невольно попятилась, но моё внимание привлёк тихий шорох. Шум какой-то возни доносился из зарослей справа.

— Виктор... — позвала я еле слышно, но никто не ответил.

Борясь с безумным желанием уйти, я шагнула на звук. Ноги заплетались, сопротивляясь, но я уже не могла остановиться. Кое-как протиснувшись сквозь плотные заросли, я на несколько секунд остолбенела.

Среди пожухлой листвы на спине лежал ещё один труп. Его безжизненные, широко распахнутые глаза уставились в небо, а в коротких светлых волосах запутался трухлявый мусор. Чёрная куртка была полностью разодрана, оголяя израненный бледный торс. Рядом с ним, ссутулившись, на коленях стоял Виктор. Он с безумным взглядом смотрел на свои окровавленные руки, а потом медленно поднёс пальцы к губам, слизывая с них алые капли.

Это движение резко выдернуло меня из ступора, и я, не думая, кинулась к нему. Подбежав, сразу осела на землю и, с силой вцепившись в его плечи, потянула на себя. Но Виктор, пребывая в непонятном трансе, даже не обратил на меня внимания, продолжая жадно скользить губами по окровавленной коже.

— Не надо... не делай этого... пожалуйста... — в отчаянии бормотала я, пытаясь оттащить его от трупа. — Остановись...

Я тормошила его до тех пор, пока под моими пальцами не напряглась спина. Через мгновение Виктор замер, прислушиваясь, а потом, резко обмякнув, повалился на меня. Прислонившись к ближайшему дереву, я обняла его широкие плечи, прижимая ещё ближе.

Виктор больше не сопротивлялся и, повернув голову, уткнулся носом мне в шею. Мы затихли, слившись с тишиной вокруг, и лишь учащённое дыхание противно напоминало о происходящем. Сжав челюсти, я поборола подкатившую истерику и упёрлась подбородком в растрёпанную макушку.

— У тебя холодный нос... — прошептала я, судорожно сжимая онемевшее тело.

— Это серьёзная проблема.

Голос Виктора оказался хриплым и совершенно безжизненным, но я всё равно уловила в нём лёгкую усмешку. Набрав в лёгкие побольше воздуха, я задержала дыхание, стараясь прогнать подступившие слёзы. Они ему не помогут.

— Виктор... ты справишься... мы справимся... — осторожно произнесла я, пытаясь подобрать слова. — Я тебя не брошу! Слышишь? Ты не один!

— Латея, ты опять продолжаешь искать надежду там, где она давно сдохла.

— Ну а как иначе жить в нашем дурацком мире?

— А думаешь, стоит?

— Уверена. Ты же солдат и не можешь так просто сдаться.

Виктор тяжело вздохнул, и тёплый воздух скользнул по моей шее.

Живой... он всё ещё живой!

Несмотря на нестерпимую тяжесть внутри, в это мгновение мне сделалось тепло. Пришло осознание, что он стал для меня таким же якорем в непроглядной тьме, как и я для него. Мы — нечто большее друг для друга, чем просто друзья.

Не брошу... не дам соскользнуть на дно.

Подняв руку, я машинально пригладила его сырые волосы, а Виктор втянул носом воздух, принюхиваясь к моей коже.

— Только твой запах не вызывает во мне бешеный голод.

— Неужели я так плохо пахну?

— Просто отвратительно, — хмыкнул он, заёрзав под моими руками.

Я улыбнулась, сморгнув с ресниц навязчивые капли, и неохотно перевела взгляд на труп.

— Кто эти люди? — с тревогой спросила я.

— Не знаю, но, скорее всего, это Назитрап, — ответил Виктор, резко отстранившись и одним движением поднявшись на ноги.

— Маркус... он тоже пошёл в лес

— Давай побыстрее вернёмся в дом, — задумчиво сказал он, протягивая мне руку. — Тут небезопасно.

Его ладонь оказалась холодной, практически ледяной. Он до сих пор стоял босой, в одних промокших брюках. Синюшная кожа, такого же цвета губы.

— Сумасшедший, тебе нужно срочно согреться, — выдохнула я, с ужасом осматривая его.

— Ты уже это сделала, — бросил он, сразу потащив меня за собой.

— Этого недостаточно!

— Более чем. Давай, шевели ногами.

Тащась следом, я так и не решилась заговорить с ним о том, что произошло. Мне было тошно даже об этом думать, не то что обсуждать. Сегодня Виктор практически шагнул за черту, но я гнала мерзкие мысли прочь.

Он обязательно справится... я помогу.

Как только мы вышли из леса и направились к дому, я сразу заметила стоящую на пороге напряжённую фигуру. И чем ближе мы подходили, тем отчётливее на лице Маркуса читалось недовольство, даже злость.

— Ты невменяемая? — прорычал он, когда мы приблизились. — Я где сказал сидеть?

Втянув голову в плечи, я невольно замедлила шаг, практически остановившись, но Виктор не дал мне сбежать, подтащив ближе. Я попыталась освободиться, но он только крепче сжал пальцы, заставив остаться на месте.

— Маркус... я не могла остаться в до...

— А бегать по лесу без оружия, значит, могла? — рявкнул он, резко меня оборвав. — На что ты рассчитывала?

— Хватит орать, и так башка трещит, — недовольно скривился Виктор. — Ты лучше расскажи, что за гости у нас?

— А ты с какой помойки вылез? — процедил сквозь зубы Маркус.

Он прошёлся по Виктору оценивающим взглядом и остановился на наших сцепленных руках. Несколько секунд он молча смотрел на них, а потом медленно поднял глаза. От них хлынул такой холод, что я машинально отшатнулась в сторону, выдернув ладонь.

— Собирайте вещи, через полчаса уходим, — произнёс Маркус, нервно играя желваками.

— Что? Но... куда? — растерянно выдохнула я.

— Быстро они нашли твой уютный домик, — устало усмехнулся Виктор. — Думаешь, есть ещё?

— Они пришли от центральной дороги. Скорее всего, это только разведка, остальные подойдут чуть позже.

— И куда пойдёте?

— Что значит «пойдёте»? — выкрикнула я, ошеломлённо уставившись на Виктора.

Он виновато улыбнулся и, отведя глаза, тихо произнёс:

— Я останусь здесь, Латея.

— Нет! Ты не можешь остаться!

— Могу и останусь! — резко ответил он. — Собирай вещи, не теряй время.

Я уже открыла рот, чтобы возразить, но он, даже не став слушать, просто прошёл мимо и вошёл в дом.

— Поторопись, до Тасона идти почти сутки, — сухо сказал Маркус и шагнул вслед за Виктором.

— И ты позволишь ему остаться? — крикнула я в спину.

— За ручку я его точно тащить не буду.

На крыльце я осталась совершенно одна. Беспомощно глядя на закрывшуюся дверь, я долго не могла собраться с мыслями. Они путались, бессвязно мечась от Маркуса к Виктору и обратно, но одно я знала точно: вещи всё же придётся собрать.

Войдя в дом, заторможенно переставляя ноги, я неохотно поплелась наверх. А подойдя к «своей» комнате и ухватившись за ручку, вдруг остановилась.

Ну уж нет!

Резко развернувшись, я с грохотом открыла дверь напротив и так же шумно закрыла её за собой. Виктор лежал на кровати, подложив руки под голову и бесцельно рассматривая потолок. Лишь когда я вошла, его взгляд лениво сместился в мою сторону.

— Ты идёшь с нами, и это не обсуждается! — выпалила я, оставшись у порога.

— Да ты что? — протянул он, и на его безразличном лице появилась заинтересованность. — А у меня другая информация.

— Если ты решишь остаться, я тоже никуда не пойду!

Виктор на время прикрыл глаза, а потом, тяжело вздохнув, медленно сел на кровати.

— Латея, я не могу пойти с вами. Так будет лучше...

— Не будет! Оставшись один, ты просто сдашься, а так у тебя появится смысл бороться.

— А может, я не хочу бороться. Об этом ты не подумала?

— Значит, не будем бороться вместе, — согласилась я, пожав плечами. — Мне здесь нравится. Дом хороший, а комната у меня вообще отличная, можно...

— Ты не останешься! — оборвал он меня, подавшись вперёд. — Мы оба знаем, что Маркус этого не позволит.

— Маркус вынослив, я не спорю, но до Тасона он меня точно не дотащит.

— Латея, это безумие... — обречённо выдохнул Виктор.

— Собирай вещи, я жду тебя внизу.

Открыв дверь, я улыбнулась, услышав за своей спиной глухой стон. Но, когда оказалась в коридоре, веселье резко закончилось. Напротив, скрестив руки на груди и опёршись плечом о стену, стоял Маркус. И, судя по его выжидающей позе, он не собирался начинать разговор первым.

— Виктор идёт с нами, — пробубнила я, проходя мимо.

— Ну, после таких угроз это неудивительно, — хмыкнул Маркус. — Ты была очень убедительна.

Едва не споткнувшись, я застыла на месте. Карие глаза прожигали во мне дыру, а я в отчаянии прокручивала в голове наш с Виктором разговор. Что ещё он услышал?

Некоторое время Маркус с интересом наблюдал за моей реакцией, и на его лице мелькнула странная тень. Она мне не понравилась. Оттолкнувшись от стены, он подошёл и остановился так близко, что практически упёрся в меня грудью. Пришлось запрокинуть голову, чтобы не пялиться в его стальной торс.

— Ты права, до Тасона я бы тебя не дотащил, — тихо выдохнул он прямо над моим ухом. — Но я бы и не стал. У меня есть другие способы заставить человека идти.

Не дожидаясь ответа, Маркус ушёл, оставив меня растерянно стоять посреди коридора. Глядя на его удаляющуюся спину, мне хотелось только одного: чтобы этот безумный день побыстрее закончился.

Выйдя из ступора, я всё-таки пошла собирать вещи. Они до сих пор валялись на кровати, и лишь кепка Роя аккуратно лежала на тумбочке рядом с папиным блокнотом. Что с ней не так? Почему Маркус так странно отреагировал на моего жирного пони? Мне не показалось. Он точно отрешённо водил по нему пальцами.

Времени не осталось, и я быстро начала скидывать в рюкзак всё подряд. Схватив кепку, я на секунду засомневалась. Все эти годы она всегда была со мной, но я так ни разу и не решилась её надеть. Сама не знаю почему. Может, в память о Рое или просто из-за страха её потерять. Сейчас же я смотрела на неё иначе. Нет, она не утратила своего значения, наоборот, стала чем-то большим. Улыбнувшись, я всё-таки решилась и натянула её на голову.

Спустившись, я с облегчением выдохнула, обнаружив там Виктора. Он успел привести себя в порядок и при виде меня удивлённо изогнул бровь.

— Что у тебя на голове?

— Нравится? — усмехнулась я, подходя ближе.

— Где ты её откопала?

— Не поверишь — у себя в рюкзаке. Где Маркус?

— А ты как думаешь? — устало ответил Виктор, направившись к выходу.

В два шага сократив расстояние между нами, я схватила его за руку, вынудив обернуться.

— Как ты? — прошептала я, с надеждой заглянув в потухшие глаза.

— Тебе нужно не за меня переживать, — обречённо ответил он. — Притащить меня в шестой сектор — плохая идея. Даже не знаю, зачем согласился на это.

— Потому что ты и сам не хочешь здесь оставаться

— Думаю, мы оба пожалеем об этом, — тихо произнёс он, аккуратно освободив свою руку из моих ослабевших пальцев.

Маркус ждал нас на улице. Увидев меня, он весь напрягся, но промолчал. Его лицо осталось спокойным, и лишь взгляд выдавал, что внутри он закипает.

— И как ты планируешь попасть в Тасон? — спросил Виктор, заставив Маркуса оторвать взгляд от моей кепки.

— У меня есть свои лазейки.

— Ты понимаешь, что нас могут просто не пустить или вообще сдать Назитрапу? — зло процедил Виктор.

— Ты всё ещё можешь остаться здесь, — огрызнулся Маркус, многозначительно посмотрев на меня.

— Я сам решу, что мне делать!

— Тогда иди молча.

Затянувшееся утро уже давно перевалило за полдень. К тому моменту, когда мы отошли от дома, солнечное тепло начало медленно растворяться в промозглых вечерних сумерках. И, судя по бешеному темпу, который с первых метров задал Маркус, останавливаться на ночлег никто не собирался.

Только спустя час дороги я осознала, что сегодня мы даже забыли поесть. От предвкушения голодного ночного перехода мои плечи сами противно передёрнулись. Как же я ненавидела эту осень! Последнее время мы только и делаем, что куда-то идём.

Тасон... Там я ещё не была...