Buch lesen: "Моя Маша может все"

Глава

Настурция Петро

Моя Маша может всё

повесть

Аннотация

Есть женщины, которые всю жизнь были нужными всем, кроме себя, и однажды просыпаются в доме, где никому ничего от них не надо. Мария Петровна проснулась именно так, и первое, что она почувствовала, был ужас.

Тёплая исцеляющая повесть для тех, кто хоть раз подумал, что жизнь как будто прошла мимо. Не прошла.

Оглавление

Глава 1. Никого нет 4

Глава 2. Брызги на зеркале 8

Глава 3. Список надо пополнить 11

Глава 4. Пока не передумала 14

Глава 5. При живой жене 17

Глава 6. Странные запахи 19

Глава 7. Блинчики по воде 21

Глава 8. Здравствуйте, молодой человек 23

Глава 9. Вот это номер! 25

Глава 1. Никого нет

У Марии Петровны забот полон рот: встать раньше первого босоногого шлепанья по коридору, сварить кашу и собрать бутерброды с собой, нагреть в турке кофе и ни в коем случае не довести до кипения - только до первого вздымания тягучей гущи. Всех накормить, всех проводить, намыть полы, распределить грязное белье и постирать - ох, дойти бы когда-нибудь до дна корзины - перемыть посуду, сбегать до рынка и купить свежей сметаны на обед, вернуться, приготовить, накормить, убрать. И так по кругу. А вечером еще гладильная доска, уроки со старшими, да и мужу неплохо бы внимание уделить. Потом и не вспомнит, как добралась до кровати и коснулась щекой подушки.

Вот и сегодня Мария Петровна, едва размежив ресницы, сначала бросила вороватый взгляд на часы, ведь вдруг проспала. И тут же резко села в кровати, откинув одеяло.

- Проспала!

Такое с ней почти никогда не случалось, а уж на столько минут - тем более. Да что там минут, если часовая стрелка стояла на девяти, когда должна быть максимум на семи.

Мария Петровна привычно пошарила ногами по полу в поисках тапочек и быстро встала. Так резко, что пришлось тут же осесть обратно на кровать. И тут же совсем близко раздался знакомый недовольный голос:

- Ну что ты суету наводишь с утра пораньше.

Это был сонный Василий, он же муж Марии Петровны.

- Да какое пораньше? Ты на часы смотрел? Десятый час! Все опоздали в школу!

Василий устало вздохнул:

- Кто все?

И, пробормотав что-то вроде «Опять началось», повернулся на другой бок. И до Марии Петровны внезапно дошел весь ужас бытия: в школу никому не надо было. И вообще никому никуда не надо было. Потому что дети давно выросли и покинули родительское гнездо, создавая собственные семьи. Василий в прошлом году вышел на пенсию. И теперь не было обязанности всех кормить и собирать контейнеры в школу/на работу.

Мария Петровна потерянно огляделась и почувствовала, как комок подступает к горлу. Ей было страшно, горько, одиноко, тревожно - всё одновременно.

- Никого нет, - прошептала она ошарашенно.

Столько лет прошло, а Мария Петровна по-прежнему иногда просыпалась по старой привычке и подрывалась с места, чтобы бежать и все делать для других. Как это - жить в опустевшей квартире, которая десятилетиями была наполнена детскими голосами, их безудержными слезами и заразительным смехом, шумными спорами из-за игрушки и ликованием от результатов экзамена, нытьем по поводу шапки и ароматом первых духов старшей дочери. Сколько всего было! А сейчас - ничего.

- И никого, - повторила Мария Петровна.

Василий снова недовольно вздохнул и сел:

- С тобой не выспишься. Давай тогда завтракать уже будем.

И угрюмо поплелся в ванную, шаркая тапками.

Мария Петровна сразу почувствовала, что улыбается. Заботиться о других - ее привычное состояние, в котором комфортно. И тут же понимаешь, что ты нужна. И знаешь, что должна делать.

Уютно загремели кастрюльки и столовые приборы, уже через несколько минут по квартире разлились приятные запахи свежей каши. И к тому моменту, когда Василий вошел в кухню, его уже ждал накрытый стол и горячий завтрак.