Buch lesen: "Квантовая неопределенность бытия"

ПРОЛОГ

Солма единственное место во вселенной, где законы физики носили рекомендательный характер. За миллиард циклов существования галактической дипломатии здесь не прозвучало ни единого выстрела, не было пролито ни капли крови и даже в мыслях не совершилось ни одного преступления. Планета-храм. Место встречи прародителей всего сущего. Тех, кто в начале начал разложил бытие по осям координат, наполнил его материей и запустил время. Здесь, под куполом из застывшего дыма, они встречались раз в тысячу циклов, чтобы обсуждать дальнейшую судьбу мироздания. И до этого дня священный нейтралитет Солмы оставался нерушимым.

Глава 1

Хорик

Несмотря на всю футуристичность мира планеты Солма, в оптическом прицеле модели «Глаз Гаспарда», картинка выглядела на удивление привычно, словно на любой нормальной планете, где физические законы не сошли с ума. Лучшая оптика Терранского Синдиката отсекала странности, фильтровала капризы планеты и собирала расползающуюся реальность в жёсткую, послушную глазу сетку. Хорик моргнул и перевёл взгляд на баллистический вычислитель. Тот не показывал данные, устройство отказывалось работать, словно его забыли подключить. Киллер постучал пальцем по корпусу, но ничего не изменилось.

Заказ: убить до начала заседания. Ввергнуть конференцию в хаос. Создать прецедент. Доказать, что и на этой проклятой священной планете галактической дипломатии можно пролить кровь. Хорику было плевать на прецеденты. Деньги он взял вперёд.

— Слышь, Балистик. Что с моей баллистикой? — спросил он в наушник.

— Сам не пойму, — отозвался оператор. — Модуль жив, но данных не выдаёт. Долбаная Солма. Говорил же тебе что зря ты взял этот заказ.

— Не трынди дай конкретику.

— Приборы Гаспарда показывают, что цель одновременно в ста метрах и в бесконечности.

— А что показывает аналитика?

— Не фурычет. Выгорела. Отрубилась, как только вошли в атмосферу планеты. Извини.

Хорик хмыкнул, подкрутил кольцо фокусировки и оптика послушно приблизила цель. Перекрестие держало фокус мёртвой хваткой. Значит, хоть что-то да всё же работало.

— Ладно, продолжаю наблюдение.

Лучший киллер Терранского Синдиката лениво поднёс ладонь к глазам и смахнул выступивший пот. Толстая серо-зелёная кожа, покрытая мелкой чешуёй вместо волос, собралась в складки-гармошки. Металлический настил под ним прокалился. Хорик прищурился и незащищённым глазом поверх прицела посмотрел на небо, которое выглядело как прокисшее молоко, разлитое от горизонта до горизонта и ни единого намёка на источник света. Вездесущий, мутный полумрак укрывал всю планету.

— Эй, всезнайка, — позвал Хорик в наушник.

— Чего тебе?

— Ты небо видишь?

— Вижу. И чё?

— А откуда здесь вообще освещение?

Пауза. Потрескивание помех.

— Что?

— Свет откуда?

— Понятия не имею. Датчики излучения молчат. Как будто его и нет вовсе. Но ты же видишь.

— Вижу, — Хорик провёл ладонью по настилу. Металл обжёг пальцы. — И жар чувствую. А источника нет.

— Планета Солма, — сказал Баллистик тоном, словно это всё объясняло. — Аномалия вселенной. Зря ты взялся за этот заказ.

Хорик опустил тяжёлую челюсть на скрещённые конечности, приоткрыл массивную пасть, которая занимала половину приплюснутой головы и втянул сухой, как пыль из заброшенного склепа, безвкусный воздух. Ноздри, прорезанные щелями в толще лицевой кости, сжались в герметичные запятые, сработал рефлекс, доставшийся от предков, которые жили в воде.

— Влажность нулевая, — сказал он.

— Тут вообще влаги нет. Как в вакууме. Но ты дышишь.— Подтвердил Баллистик. — Солма.

— Дышу, — согласился Хорик.

Чешуя на загривке подрагивала, реагируя на перепады температуры, которых не должно быть. Воздух оставался приятно прохладным, но тело вело себя, будто его окунают в центр пожара.

— Нонсенс? — сказал он.

— Что?

— Кто-то забыл включить на этой планете логику.

— А её то и планетой назвать нельзя, — хмыкнул Баллистик. — Единичный космический объект во вселенной. Солма.

Короткий мускулистый хвост нервно выстукивал по настилу. Ему нужна влага, шкура, этот эволюционный компромисс, совершенно не была приспособлена к сухой жаре. Но на этой планете её не было вовсе.

— Солма, так Солма. Ладно, — сказал он. — «Таково Се Ля Ви».

Крошечные глаза, собранные почти на макушке тяжеловесной башки, смотрели на мир с выражением вечной скуки.

— Объект «Мирмидон» покидает борт, — прозвучал в наушнике голос оператора. — Прошу визуальное подтверждение.

— Вижу.

Конструкцию похожую на медузу, только без щупалец, Хорик разглядел ещё на подлёте. Полупрозрачный купол, пульсирующий изнутри мягким светом. Ничего, что можно было бы опознать как двигатель. Корабль плавно завис над площадкой космопорта.

Из корабля-купола один за другим выплыли Ялы. Антигравы несли их в сантиметре над платформой.

— Ты глянь, — пробормотал Хорик. — Корабль живой, что ли?

— Не знаю, — отозвался Баллистик. — Датчики не берут.

— Ладно работаю по обстоятельствам.

Хорик прильнул к «Глазу Гаспарда» и тот послушно приблизил фигуры трёх студенистых тел, переливающихся мягким янтарём. Посол Рас, точнее объект «Мирмидон». Именно за его голову заказчик отвалил бюджет небольшой звёздной системы.

— Вижу троих, — сказал Хорик. — По всем показателям центральная фигура и есть Мирмидон. Внешне очень даже соответствует.

— Принято. Жду подтверждения на захват.

Хорик подкрутил фокусировку. Перекрестие легло на центральный глаз Яла. Палец лёг на спусковую скобу.

Хорик задержал дыхание. Ял внизу остановился и плавным движением, как вода в невесомости, повернул голову к встречающим. Центральный глаз, оказавшийся в перекрестье прицела, медленно моргнул.

Хорик нахмурился.

— Баллистик.

— Чего?

— У тебя описание Мирмидона под рукой?

— Сейчас. — Пауза. — Да, есть. А что?

— Что там говорится про центральный глаз?

— Ну... глаз. Большой. Блестящий.

Потрескивание помех. Баллистик что-то промычал себе под нос.

— Сфокусируй максимальное приближение, что в зрачке?

— Ничего. Пусто.

— Вот именно, — Хорик убрал палец со спусковой скобы. — А должно быть не пусто. У настоящего Раса в зрачке чёрные включения. Как сингулярность. У меня память фотографическая.

— Может, угол не тот? Освещение?

— Освещения тут нет, ты сам сказал. А угол у меня идеальный. Я смотрю на него уже десять секунд. Это не он.

В наушнике зашуршало — Баллистик переключился на закрытый канал с оператором. Хорик ждал, не отрываясь от прицела. Ял внизу снова двинулся, и он отметил ещё одну странность. Настоящие Ялы текли, как вода. А этот перекатывался. Микроскопическая разница, заметная только тому, кто полжизни провёл, глядя в прицел.