Buch lesen: "Гости из ниоткуда - 4"
Глава 1
Гости из Ниоткуда - 4
Пролог.
Утро после аудиенции встретило Пал Палыча серым петербургским небом и холодом, который пробирался даже сквозь плотные шторы. Он проснулся с тяжёлой головой — сны были тревожными, а мысли всё возвращались к тому разговору. К книгам, к лицу императора.
«Что у него на уме?» — думал подполковник. «Если царь воспринял мои слова всерьёз, то разговор должен продолжиться. А если нет, то завтра, скорее всего, я окажусь в Петропавловской крепости».
Он подошёл к окну и отодвинул занавеску.
У ворот стояли двое полицейских. Просто стояли, не двигаясь, не разговаривая друг с другом. Один из них поднял глаза на окно, встретился взглядом с Унтербергером и, не моргнув, отвернулся. Второй стоял чуть поодаль — и делал вид, что поправляет портупею.
Пал Палыч перевёл взгляд на другую сторону улицы. Там, у фонарного столба, прохаживался человек в штатском. С независимым видом, руки в карманы пальто, но глаза его — цепкие, внимательные — не упускали ничего. Он не смотрел прямо на окно, но Унтербергер понимал: его наблюдают.
«Вот этого я меньше всего ожидал, — опять подумал он. — Домашний арест или почётный караул».
Он оделся, вышел в прихожую и прислушался. В доме было тихо. Старый слуга, как всегда, возился на кухне.
— Петрович, сходи в лавку, купи что-нибудь перекусить. А то твоей стряпни ещё час ждать. — Он протянул слуге пятирублёвую ассигнацию. — Да, там на улице трое парней наш дом караулят. Про них тоже не забудь.
— Да видал я этот караул в гробу, — пробормотал Петрович, но деньги взял, оделся и вышел во двор.
Унтербергер подошёл к окну, наблюдая за действиями полицейских. Те как ни в чём не бывало пропустили Петровича, а вот парень на той стороне улицы взглядом кому-то показал на него. Из соседней подворотни вышел ещё один в штатском и лениво поплёлся вслед за слугой.
Через полчаса Петрович вернулся с пакетом продуктов.
— Этим хмырям по пирогу с картошкой и луком выделил, — проговорил он. — На большее не заработали.
Пал Палыч усмехнулся. «Если за Петровичем слежку устроили, то с него, понятное дело, глаз не спустят».
Слуга накрыл завтрак: яишницу из двух яиц с луком и чашку кофе с хрустящей булкой с маслом.
— Да на твоих харчах не разжиреешь, — усмехнулся Павел.
Не успел он допить кофе, как в дверь раздался стук — с отчётливым оттенком нетерпения. Петрович, кряхтя, пошёл открывать. Через минуту в комнату ввалился высокий, чуть сутулый офицер в форме лейб-гвардии Конного полка, с весёлыми глазами и слегка растрёпанными усами.
— Пал Палыч! А я к тебе, как только услышал, что ты в столице, — проговорил он, сбрасывая шинель прямо на стул. — Ну, здравствуй, чертяка!
Унтербергер поднялся, и они крепко обнялись.
— Серёжа! — улыбнулся он, впервые за утро почувствовав тепло. — Откуда ты взялся? Я думал, ты в Киеве.
— Был, да сплыл, — усмехнулся гость, усаживаясь напротив и развязывая шарф. — Полк перевели в Петергоф. Вот я и здесь. А тут мне вчера Шереметев шепнул, что ты с Дальнего Востока приехал, да не просто так, а с каким-то секретным поручением. Колись, что за дела?
Унтербергер нахмурился, потом усмехнулся и махнул рукой:
