Über das Buch
1855 год. Севастополь под обстрелом.
Город, разрушенный огнём и роком, становится свидетелем не только военных баталий, но и смертельной дуэли двух судеб.
Майор Виталий Некрасов и его бывший друг, адъютант Михаил Гуров, делившие на двоих хлеб, кровь и веру в отечество, становятся заклятыми врагами — из-за одной роковой пули, одного мгновения, навсегда разрушившего доверие.
Между строками официальных рапортов, залпами пушек и шёпотом совести зреет месть. И вот она — встреча лицом к лицу, где победителю достанется лишь одиночество. А проигравшему — промёрзшая земля.
Может ли пуля стать судьёй? Не слишком ли высока цена справедливости?
У истории нет простых ответов…
Похоже, только дуэль способна расставить всё по местам.
Andere Versionen
Genres und Tags
Bewertungen, 2 Bewertungen2
Интригующее начало
selik613, финал Вас тоже не разочарует.
За творчеством Павла Девяшина слежу с 2020 года. С момента выхода его дебютного произведения – исторического детектива «Соколиная охота».
Что могу сказать. За четыре года (с маленьким хвостиком) Павел Николаевич очень вырос как профессиональный литератор. Оооочень!
Повесть «Пуля Тамизье» — лучшее тому подтверждение. Это сильно, стильно, своевременно. И хоть речь в произведении идёт о Крымской войне XIX века, но... (надеюсь, все меня поняли).
Тема вечная. Война. Человек на войне. Честь. Дружба. Мужество. Трусость. Истинный героизм. Благородство. Гуманизм… И вопросы автор задаёт правильные. А русская литература всегда славилась не исчерпывающей точностью ответов, а глубиной поставленных вопросов.
Не люблю, подобно пушкинскому Сальери «поверять алгеброй гармонию», но всё-таки не удержусь и постараюсь на примере этой коротенькой повестушки вывести формулу девяшинской прозы в целом. По моему скромному суждению, держится она на следующих краеугольных камнях:
1. Простота и чёткость.
2. Отсутствие лишних деталей.
3. Лаконичность и сжатость слога.
4. Глубина подтекста.
5. Образность.
6. Увлекательность.
7. Кинематографичность.
Такая вот Великолепная семёрка…
И немного о самой повести. Отдельно отмечу образность повествования (одно сравнение лица брата главного героя с личиной недолепленного снеговика чего только стоит), язык (всё по-Пушкину: точность и краткость), стиль (продолжение лучших традиций русской прозы XIX – XX вв.), наличие интриги (не к ночи будет помянут автор Фандоринианы).
«Пуля Тамизье» — ни в коем разе не постмодернистское эпигонство (хотя аллюзии и реминисценции в произведения и присутствуют), а добротное следование традиции Пушкина-Лермонтова-Толстого с одной стороны и явное уважение к творческому наследию Дюма-Пикуля-Аку… (или лучше упомянуть более нейтральных Юзефовича, Свечина или же Чижа?) с другой.
Из персонажей приглянулся мне немец-доктор Шмидт. Прям так и просится в когорту славных литературных дохтуров. Соседом к лермонтовскому Вернеру.
PS: Отдельное спасибо за туляков, подпаливающих бороду турецкому султану! И за строчку из «Песни про сражение на реке Чёрной» Л. Н. Толстого. Перефразирую Гоголя: «И какой же русский не ведает, что гладко было на бумаге, да забыли про овраги?»