23.06.О.994Город Сардацукаш, Карапатрасцкая пустыня
Мы притаились за каким-то складом. Выглянув из-за угла, я видел, что корабль действительно готовится к отплытию. Над широкой трубой вился легкий дымок, по трапу сновали грузчики, затаскивая какие-то мешки из последнего оставшегося штабеля. И так же, как в воздушном порту, следил за погрузкой карго. Он даже немного походил на своего воздушного собрата. Такой же пожилой, кряжистый. Только без бороды, но зато с шикарными усами.
– Это хорошо, – довольно промурлыкала Лайана. – Эх, была бы я уверена, что тут нет соглядатаев… Рудард, опять для тебя работка.
– Кого убрать?
– Нет, кровожадный ты наш. Подойди к карго и подзови сюда. Скажи что от меня.
Горец кивнул, быстрым шагом подошел к моряку и что-то ему сказал. Тот удивленно поднял брови, взглянул в нашу сторону, увидел махнувшею ему рукой Лайану и неторопливо, как бы просто так прогуливаясь, приблизился к нам.
Они с Лайаной улыбнулись друг другу и по-приятельски ударили ладонью о ладонь. Затем Лайана подхватили его под локоть, отвела в сторонку и о чем-то тихо заговорила. Он несколько раз кивнул ей, ухмыльнулся: «Для тебя – всегда!» и подошел к нам.
– Так, вы двое. Берите мешки и тащите на корабль вместе с грузчиками. В трюме моему помощнику скажете «Поддон». Только так, чтобы никто этого не заметил. Вперед!
Мы подошли к штабелю, взвалили по мешку с чем-то сыпучим и тяжелым, поднялись по шаткому трапу и вслед за другими грузчиками спустились в трюм. Мы чуть замешкались, укладывая мешки на штабель, выжидая, чтобы остальные рабочие вышли. Затем я быстро подошел к следящему за нами моряку и прошептал:
– Поддон.
Тот, молча, кивнул и поманил нас за собой в глубину помещения за какие-то ящики. Мы остановились возле самой стены. Моряк достал из кармана широченных штанов изогнутую рукоять, нагнулся и вставил ее крючковатый конец в незаметное отверстие в полу. Провернул ее и с кряхтением потянул вверх. Обширный кусок дощатого настила откинулся как дверца, открывая темное углубление метра полтора в длину и чуть меньше метра в ширину и глубину.
– Залазьте, живо, – тихо скомандовал моряк.
Мы переглянулись и улеглись на дно. Сверху скрипнуло, и крышка закрылась.
Лежа в темноте, мы какое-то время слушали топот грузчиков и отдаленные голоса. Потом все стихло. Прошло еще несколько минут и вновь мы услышали шаги и какую-то возню.
– Эй, мы так не договаривались! – раздался голос Лайаны. – Отпустите меня! Я согласна только с капитаном и помощниками! Я хочу сойти на берег!
Громкий шлепок и вскрик. Я надавил на крышку, пытаясь поднять, но она, естественно, не подалась.
– Нет, нет, не надо! Пожалуйста, отпустите! – голос Лайаны был каким-то непривычным. Совсем не ее интонации.
– А ну замолкни! Иди сюда, шлюха! Посидишь в трюме, пока не отошли, а потом мы тебя выпустим! Матросам тоже развлекаться надо!
Шаги приблизились. Лайана продолжала всхлипывать и что-то нечленораздельно бормотать.
Скрипнул запор крышки нашего тайника. Мы с Рудардом приготовились выскочить и вступить в схватку.
– Тихо мальчики, – на этот раз шепот Лайаны привычный, с такими родными чуть насмешливыми интонациями. – Все в порядке, я к вам.
Дверца совсем немного приоткрылась.
В полумраке трюма, таком ярком после абсолютной темноты тайника я увидел, как Лайана приподнялась на носках и чмокнула в щеку какого-то здоровенного заросшего густой бородой моряка:
– Спасибо, Караниир!
– Спасибо скажешь, когда довезу тебя до Центра, девочка, – улыбнулся он. – А теперь быстро, ныряй туда.
Лайана скользнула к нам, устроилась рядом со мной, такая гибкая и теплая. Крышка закрылась.
– Ну и спектакль вы там разыграли, – буркнул я.
– Пришлось, – вздохнула она и потерлась носиком о мое плечо. – Надо было, чтобы все видели, что шлюха, напросившаяся сопровождать капитана и его офицеров, совершенно не похожа на меня. И что ее заперли в трюме. Если будет проверка… Ну-ка тихо!
Опять послышался какой-то шум. Грохнул, открываясь, люк.
– Конечно, офицер, вы можете сами убедиться!
Шаги в подвале. Голос с едва заметным ФНТшным акцентом:
– То есть вы говорите, что высадили ее на берег?
– Ну да, господин офицер. Она так визжала. Не хватало, чтобы нас обвинили в работорговле какой-нибудь. Решили лучше не связываться.
– Но мой человек не видел, чтобы она сходила.
– Может, не заметил? Как только ее выпустили из трюма, она стремглав убежала. Но вы, конечно же, поищите ее, если желаете. Хотя, если бы она была здесь, наверняка бы уже звала на помощь.
– Хорошо… Но мои люди продолжат тщательный осмотр.
– Конечно, конечно! Правила есть правила.
И шаги удалились. Опять громыхнул люк.
– Теперь ждем, – удовлетворенно сказала Лайана.
– Карго и тот обросший, ты с ними знакома?
– Ага, нам очень повезло. «Морская звезда» временами заходила в Алорн, и я помогала им найти покупателей на контрабанду.
Из тайника нас выпустили часа через три. Лежать в тесноте и кромешной тьме было не слишком приятно. Правда, мне эти неудобства скрашивало соседство с теплой мягкой Лайаной, которая все это время прижималась ко мне, обнимая и иногда целуя. Но и это имело свои минусы. Ужасно хотелось перейти к чему-то более существенному, помимо объятий, но обстановка, да и соседство Рударда этому не способствовали.
Так что вылезли мы не особенно довольные жизнью.
Сначала нам пришлось несколько минут привыкать к тусклому свету трюма, попутно разминаясь и потягиваясь. Потом, когда глаза немного привыкли, мы выбрались на палубу. Под яркий полуденный Сол, заставивший нас опять зажмуриться. И на удивительно свежий влажный воздух.
Я подумал, что все-таки в чем-то завидую морякам. В том, что можно вот так прохаживаться по открытой палубе. А не сидеть в душной почти герметически закупоренной гондоле. Я, правда, иногда выбирался из закрытых помещений воздушного корабля. Но делал это редко и на сравнительно малом ходу, лиг в двадцать в час, когда встречный воздух просто сбивает дыхание и заставляет пригибаться и держаться за поручни, а не норовит тебя опрокинуть и сдуть в многолиговую пропасть. Здесь тоже ощущался встречный ветер – корабль шел быстро, лиг двенадцать в час, но он был скорей приятным, упругим и теплым – несмотря на середину осени.
У нас в это время обычно сплошные холодные дожди, изредка даже снег срывается. А на родине Рударда вовсе наступает зима. Здесь же ни облачка, и Сол жарит как летом.
Корабль, выйдя из порта, сразу забрал круто к югу подальше от берега. И того уже не было видно. Хотя может быть та туманная полоска на северном горизонте не просто марево, а далекая суша?
Рядом с нами встал здоровенный моряк, тот, что привел в трюм Лайану.
– Боцман Караниир, – представился он басовитым голосом. Мы стукнулись ладонями, вернее моя ладонь стукнула по огромной мозолистой лапище.
– Далкин, старший стрелок, – назвался я.
– Рудард, охотник.
– Лайана, бывшая хозяйка таверны, – весело отрекомендовала себя наша спутница.
– Ну, тебя-то, дочка, я знаю, – пробасил он усмехнувшись.
– А что так далеко от берега отошли? – спросила Лайана. – Опасаетесь погони?
– Да не особо. С воздушного корабля, если захотят, нас все равно найдут, у них в море обзор громадный. Но я не думаю, что они станут это делать. Корабль перед отплытием обыскали, вас спрятали хорошо. Комедию с портовой шлюшкой мы с тобой на пару отыграли знатно. Так что полагать, что вы сбежали из города именно на нашем корабле, у них оснований нету.
– Ага, а если они уже нашли труп того соглядатая…
Я внимательно посмотрел на Лайану.
– Думаешь, я случайно вторую записку писала и вознице отдавала ее? – усмехнулась женщина. – Я как раз рассчитывала, что агент эту записку отберет, и, что мы его потом прибьем, а записку у него оставим. Мне, конечно, жалко уважаемого хозяина караван-сарая, его будут долго допрашивать, о каком-таком плане мы с ним договорились, и как именно он должен был нам помочь из города выйти.
– Да уж… Мне тоже его жаль.
Мы еще долго стояли, глядя в безбрежную морскую даль Великого Океана, омывающего южные берега всего нашего Мира – огромного континента, охватывающего гигантской подковой северную полярную шапку. Этот океан уходит на юг без единого клочка суши до самого ревущего горячими штормами экватора и дальше… До южного полюса, или до мифического Южного Континента? Никто не знает. Экватор пока что ни одна экспедиция не смогла преодолеть.
К вечеру поднялся довольно сильный юго-западный ветер. Он равномерно дул нам почти что в корму, нагоняя широкие пологие волны. Капитан велел заглушить паровик и поднять паруса. Пусть мы немного потеряли в скорости, зато экономили уголь.
Нас с Рудардом определили в матросский кубрик, подвесив один над другим пару гамаков. А Лайане выделили маленькую коморку рядом с камбузом. Пассажирских кают на «Морской звезде» не было, а женщина на борту все-таки редкость.
Утром, прослонявшись какое-то время без дела, я приплелся в рубку и попросил себя чем-нибудь занять.
– Да чем тебя займешь? – спросил пожилой седоватый навигатор. У самих особо занятий нет, маршрут тысячу раз хоженый. Хотя, если хочешь, я поучу тебя немного морской навигации, а то самому делать нечего, а тебе, возможно, будет интересно. Она от вашей воздушной сильно отличается.
Я с удовольствием согласился и мы, прервавшись лишь на обед, до вечера просидели над картами и навигационными приборами. Я, немного учился у нашего навигатора, так, что мог в случае чего заменить его помощника, да и в училище нам основы этой науки преподавали, так что постепенно освоился.
Тогда же я сделал для себя открытие.
Нет, я и раньше видел карты земель, читал названия городов.
Но города Центра Мира на наших картах обозначены так, как мы слышим их названия – фонетически. Звучали они приятно, и что обозначают, я, естественно, не задумывался. А тут… Зря меня Лайана их языку учила! Так бы не было у меня того шока, когда я понял, что эти названия означают!
Большинство городов Центра Мира расположены на побережье океана.
Райский пляж, Перекресток надежд, Берег счастья, Зеленая лагуна…
И столица – Светило.
У меня просто во рту все свело приторной сладостью, от этих названий.
Это кем же надо быть, чтобы так назвать свои города?!
Хотя, этого можно было ожидать. От тех, кто назвал маленькую страну, лишь немногим больше Арлидара, со всех сторон окруженную пустыней, засушливыми степями, океаном, находящуюся на равном расстоянии в три тысячи лиг от границ двух настоящих центров цивилизации: ФНТ и Восточных государств, платящую дань Зеленому Каганату, ЦЕНТРОМ МИРА.
Это какое же самомнение должно быть!..
Четыре дня «Морская звезда» шла по открытому океану – мы срезали по прямой широкий залив в основании Карапатрасцкого полуострова. А после обеда пятого дня пути слева по борту показалась отчетливая зеленая полоска – берег Центра Мира.
Лайана облегченно вздохнула.
– Думаешь, все?
– Надеюсь, – улыбнулась она. – Я же говорила, что не верю, что ФНТ решится лезть в Центр Мира. Наша страна – данник Зеленого Каганата. А связываться с двадцатимиллионным кочевым народом, да еще и организованным в Каганат им сейчас не под силу. Хотя, все может быть, и совсем уж расслабляться я бы не стала.
Еще полтора дня мы плыли вдоль берега. Поздно вечером прошли мимо какого-то городка, уютно поблескивающего огоньками. А утром седьмого дня пути наш корабль повернул к северу, огибая широкий мыс, и вошел в обширную бухту Перекрестка Надежд.
– А вот теперь действительно, почти дома! – улыбнулась Лайана. – Я родом из этого городка. Ну и дядя тоже здесь обитает. И, кстати сказать, воздушный корабль, на котором мы должны были прилететь – тоже сюда шел. Как пришвартуемся, сразу пойдем груз вызволять.
29.06.О.994Город Перекресток Надежд, Центр Мира
Так мы и сделали.
Когда корабль пришвартовался, я был удивлен отсутствием какой бы то ни было таможенной проверки. Специфика Центра Мира, однако. Как мне объяснила Лайана, здесь вообще нет такого понятия как контрабанда. Ввози и вывози что хочешь, вплоть до рабов. Здешние законы поощряют абсолютно любую торговлю. Это и понятно, если учесть, что управляют страной торговцы-олигархи.
Мы сердечно распрощались с моряками. Лайана поочередно повисла на капитане, боцмане и карго. Я уважительно стукнулся ладонями с штурманом, с которым основательно сдружился за эти дни. Рудард раскланялся по горским обычаям со всеми. Когда Лайана опять заговорила о плате за проезд, капитан замахал на нее руками:
– И не заикайся! Ты столько для нас сделала в Арлидаре! Да и, сдается мне, мы еще с тобой не раз будем пересекаться! Не верю я, что такая сметливая женщина как ты не начнет вскорости новое дело.
Лайана широко улыбнулась, и все мы сошли на берег.
Когда отходили от корабля, Лайана тихонько шепнула:
– Тебя не обескуражило мое поведение? То, что я обниматься полезла? Извини, я как-то сразу переключилась на местные обычаи. В Центре принято гораздо более раскованно себя вести и проявлять эмоции. Для вашей арлидарской морали это может выглядеть чуть ли не распущенностью.
Я только пожал плечами и улыбнулся. Да, мне это немного странно, но я прекрасно понимал, что чувствует эта молодая женщина, вернувшаяся спустя два периода на Родину.
Придя в воздушный порт, Лайана уверенно повела меня к белому двухэтажному домику транспортной конторы. В общем зале она подошла к служащему, и он что-то ей подсказал, махнув рукой в сторону конторки у окна. Клерк, сидевший за ней, выслушал Лайану, порылся в ящике с бумагами и достал запечатанный конверт. Лайана внимательно его осмотрела – на месте склейки я увидел ее подпись – и вернула служащему. Тот вскрыл конверт и вопросительно уставился на нас.
– Горизонт, завтра, омлет, – четко проговорила Лайана.
Клерк кивнул, пододвинул к ней бумаги:
– Распишитесь вот здесь.
Когда Лайана поставила свой автограф, он проводил нас на склад, где указал на полку с нашими товарами. Лайана тут же договорилась, куда их доставить и мы вышли.
– А что это за пароль такой был? – не удержался я от вопроса.
– Специально придумали для таких вот торговых операций. Я в Сардацукаше написала пароль, мы с карго его запечатали, я подписала конверт, чтобы его не вскрыл никто. А здесь я, или кто другой, кому я доверяю, приходит в торговую компанию и называет пароль. Все очень просто, как видишь.
– Да, но можно подделать подпись. Можно осторожно вскрыть письмо…
– Можно, но корабельный карго и торговая компания очень дорожат своей репутацией. Так что подобное происходит очень редко.
Выйдя из порта к скучавшему возле ворот Рударду, мы подозвали экипаж и, рассевшись, поехали, потряхиваемые на булыжниках мостовой к имению Лайаниного дядюшки.
– Я сама буду с ним разговаривать, – негромко инструктировала Лайана. – Как приедем, я сразу же пойду к нему и с глазу на глаз обговорю самое основное. Потом мы выйдем к вам. Говорите осторожно. Дядя тот еще торгаш, цепкий и всегда себе на уме.
Дядя Лайаны был подтянут, моложав, резок в движениях. Короткая седоватая прическа, заостренный подбородок, нос с горбинкой. И пронзительный холодный взгляд человека, не знакомого с таким понятием как жалость. Я немного удивился насколько мало он похож на свою племянницу. Бывает же такое…
Разговор получился напряженным. Я старался говорить как можно меньше, предоставляя это делать своей спутнице. Рудард по своему обыкновению за всю беседу произнес от силы пяток слов.
Но, на удивление, все решилось очень быстро и самым наилучшим для нас образом.
Господин Шиинар выделяет своей любимой племяннице 4000 глобусов – где-то 7300 сол, и никак не ограничивает ее в действиях. Я даже оторопел немного от такого. Признаться, я ожидал долгих разбирательств: зачем, для чего, сколько именно денег надо выделить? И, видя, какой это жесткий и деловой человек, вообще решил, что ничего не получится. А тут такое спокойное и безразличное решение.
Вообще странно, по рассказам Лайаны и по местным раскрепощенным обычаям я ожидал, что ее дядя будет гораздо теплее к ней относиться. А тут… Или он при чужих не хочет выказывать чувства?
Впрочем, не все ли мне равно? Главное, теперь у нас есть средства на покупку корабля!
– Завтра утром пойдем смотреть судно, – шепнула мне Лайана, когда мы вышли.
– Ты так торопишься купить корабль, словно тебе это важнее, чем мне, – пошутил я.
– Все очень просто, дорогой. Я напрашиваюсь на подарочек ко дню рождения. Он у меня через семь дней, так что постарайся успеть. Думаю, маленький пиратский кораблик как раз подойдет.
– Какая ты хитренькая! – рассмеялся я. А, если не секрет, сколько тебе исполнится?
– Да-алкин, кто же спрашивает женщину о ее возрасте? – укоризненно погрозила мне пальцем Лайана. – Но ладно уж, раз ты мой компаньон. Мне уже тридцать сезонов исполняется.
– Вот как? Значит ты на два с небольшим сезона старше меня?
– Ты ведь меня из-за этого бросишь, да? – с наигранным трагизмом вопросила моя спутница.
– Не дождешься!
И мы отправились в крошечный уютный пансионат, расположенный недалеко от моря, где любезный Шиинар купил нам два номера. Вкусно поужинали и разбрелись отдыхать. Мы с Лайаной, конечно же, поселились в одном номере, с большой мягкой кроватью, которая меня очень обрадовала после шести ночей в корабельном гамаке.
Правда, поспать нам удалось совсем немного, по вполне объективной и ну очень приятной причине.
Корабль производил впечатление!
Лайана сказала, что дядя договорился, чтобы его продали нам со скидкой. Но все равно, за него запросили огромную сумму – четыре с половиной тысячи глобусов! Я сначала подумал, что нас хотят развести на деньги, и решил повременить с заключением сделки, поискав другие варианты. Но, увидев этого красавца, сразу понял – вот мой корабль!
Серебристый баллон в форме удлиненной капли четырнадцати метров в диаметре и восьмидесяти в длину, с прочной двойной прошивкой в передней части. Такой же формы гондола, по размерам чуть-чуть больше, чем у нашего «Серого ястреба». Вооружен он был двумя средними баллистами расположенными спереди и сбоку гондолы. Причем они имели паровые приводы! С таким вооружением можно потягаться даже с военным корветом или даже с фрегатом! Мощные винты, вынесенные на решетчатых фермах с боков гондолы, и еще один сзади. Все говорило, что это очень скоростной и маневренный корабль. «Наверняка по скорости не уступает даже ФНТшному корвету, – подумал я. – Хотя, конечно, надо в машину заглянуть, что там за паровики стоят».
Разумеется, я тут же полез внутрь все разглядывать и щупать.
И вот, что любопытно, когда я увидел этот корабль, то помимо того, что он мне страшно понравился, я ощутил какую-то странность в его облике. И это чувство с каждой проведенной в нем минутой все усиливалось и усиливалось. Отличия от ранее виденных мной кораблей и досконально мною изученного «Серого ястреба» были незначительные. Каждое само по себе. Но они были практически во всем, и самое главное – в мелочах.
Станины баллист были прикручены к балкам не восемью болтами, как обычно, и не семью, как на кораблях ФНТ (ну нравится им цифра семь – везде ее используют!), а десятью, немного меньшего размера, чем у нас принято. Кожухи визиров перископов оторочены коротким серебристым мехом, плотным и мягким. Приборы на навигационной стойке… Впрочем, с приборами как раз все было бы нормально – обычные приборы. Вот только мне кажется, что их недавно заменили, а до этого здесь стояли совсем другие.
И такие мелочи во всем.
Хотя нет, не только мелочи. Было одно очень крупное отличие. По всем помещениям разбегались медные трубки, прикрытые легкими решетчатыми панелями. Местами эти трубки входили в какие-то рифленые устройства, и выходили из них дальше. Я проследил, откуда они берутся, и понял, что все трубки ныряют в котел одной из паровых машин. И вот тут до меня дошло назначение всего этого. Отопление! По этим трубам вероятнее всего идет горячая вода или даже пар из котла! Этот корабль был рассчитан на полеты в настоящую стужу! Мне жителю теплого Арлидара, да еще и в совершенно тропическом Центре Мира даже и в голову не могло придти, что корабль нужно оснащать для полетов в суровых зимних условиях!
Кто же его изготовил и как он оказался в этом жарком краю?
– Ну и как тебе? – спросила меня Лайана, когда я наконец-таки выбрался на свежий воздух.
– Очень хороший корабль! Правда, немного странный. И я не могу понять, чьего он может быть производства… Я таких никогда не видел и не могу представить, где бы его могли построить.
– Ну, это не так уж страшно, – тут же вступилась за корабль Лайана. – Гораздо важнее то, что он хороший, и не такой уж и дорогой для судов такого класса! У нас еще останется куча денег на оснащение, набор экипажа и прочие организационные расходы!
– Все-таки у нас?
– У нас, у нас, компаньон, – широко улыбнулась моя спутница. – Я не претендую на командование. Может даже, не всегда буду с тобой летать. Моя сфера деятельности будет больше на земле – подготовить базу, проверить, что за людей ты в команду пригласил, помочь местным жителям бороться с ФНТ. Но все равно, мы – компаньоны!
Она обняла меня, чуть повиснув на шее и заглядывая в глаза:
– Правда ведь, Далкин?
– Да… любимая, – ответил я.
Der kostenlose Auszug ist beendet.