Buch lesen: "По ту сторону луны"
Визуал главных героев: Варвара
Марк Яров
Макс Яров
Глава 1.
Утро понедельника не задалось. Оно ворвалось в мой сон оглушительной трелью телефона, и я даже не глядя знала, кто это. Только один человек обладал талантом звонить в семь утра с таким видом, будто делает одолжение всему миру.
— Варвара, подъём. Утро доброе, — бодро гаркнул в трубку Луговой.
«Для тебя, может, и доброе. А я вообще-то сплю», — мрачно подумала я, щурясь на циферблат часов.
— Доброе утро, Алексей Константинович, — я постаралась вложить в голос максимум сарказма, но он всё равно утонул в помехах связи.
— Есть одно дельце. Интересное. Не хочешь заняться?
— У меня выходной, вы же знаете, — простонала я, уже понимая, что сопротивление бесполезно. Луговой никогда не звонил просто так.
— Знаю, знаю. Но ты не спеши отказываться. Из этого может выйти отличный материал.
Вот оно. Ключевая фраза. Он знал, на что давить. «Горячий» материал — это святое. Упустить его из-за какого-то там выходного было бы профессиональным преступлением. Особенно если есть риск, что его могут перехватить.
— Я могу позвонить и Стасу, если тебе так нужен отдых, — как бы невзначай бросил редактор.
Упоминание Станислава Огнева сработало лучше любого будильника. Этот напыщенный индюк, любимчик Илоны, был моей персональной головной болью. Даже не помню, с какого момента это соперничество началось. Стас считает, что он лучше всех везде и во всем. И это раздражало. Ловелас и главный любимчик замглавреда Илоны, дамы под пятьдесят лет, которая совсем не против закрутить роман со Стасиком, которого она старше на 15 лет. Но, к слову сказать, выглядит она очень хорошо. Благодаря косметологии ей не дашь и больше тридцати восьми лет.
— Я вся во внимании, рассказывайте.
Луговой усмехнулся. Он знал меня как облупленную. Мы оба понимали: я не уступлю Стасу ни строчки.
— Вот и отлично. На сборы полчаса. Дуй в посёлок «Новые дали». Сегодня утром там, неподалеку от своего загородного дома, в лесу, был найден мертвым бизнесмен Лунёв Дмитрий Витальевич. Это всё, что я знаю на данный момент. Только вот сообщили, и я сразу тебе звонить. Так что давай, езжай и разузнай там всё, что к чему. Потом в редакцию ко мне со всей информацией.
«Супер. С утра пораньше — и сразу труп. Идеальное начало дня», — пронеслось в голове.
Я со вздохом откинула одеяло. Плакала моя пробежка.
Пошлепала в ванную, чтобы быстро привести себя в порядок после сна. В зеркало на меня смотрела молодая девушка двадцати пяти лет, но скоро у меня день рождения, и мне стукнет уже двадцать шесть. А может быть, еще только двадцать шесть — смотря как на это посмотреть.
Причесала свои длинные по пояс светло-русые волосы, затянула их на макушке в высокий хвост, чуть припудрила лицо, немного румян, хайлайтера — и всё, я готова. Я почти не крашусь, природа-мать не обделила меня внешностью: у меня милое личико, миндалевидная форма глаз с радужкой серо-голубого цвета, густые и длинные с изгибом ресницы, маленький аккуратный нос и пухлые губы.
Открыла гардеробную и быстро надела самую удобную одежду: темно-синие джинсы, молочного цвета водолазку и коричневый замшевый ремень. Все-таки я еду за город, в лес. Уже в прихожей пшикнулась любимым ароматом духов, надела замшевые кеды, быстро бросила всё необходимое в сумочку и вышла. На всё ушло не больше пятнадцати минут времени.
Глава 2.
На улице стояла та самая майская погода, когда кажется, что лето уже наступило: всё утопало в зелени, воздух был пропитан ароматами цветущих деревьев, и было достаточно тепло, чтобы забыть о куртке. Майские праздники отгремели, оставив после себя предвкушение долгого, долгожданного лета. Дорога до посёлка заняла около сорока минут. По пути я заехала на заправку, но из еды взяла только кофе — чёрный, обжигающий, чтобы хоть как-то взбодриться. Аппетита не было совсем.
Подъехав к месту, я поняла, что Константиныч, как всегда, дал вводные в стиле «пойди туда, не знаю куда». Где именно находится дом Лунёва, он не уточнил. Вряд ли он сам это знал. Придётся искать. Я бросила машину на въезде — решила пройтись пешком и осмотреться.
Коттеджный посёлок оказался небольшим и уютным, он словно утопал в густом хвойном лесу. Воздух здесь был упоительно свеж и чист, пахло хвоей и влажной землёй. Хотелось гулять, дышать полной грудью и наслаждаться жизнью, а не искать место преступления. Архитектура посёлка радовала глаз: никаких громоздких кирпичных коробок. Всё было построено из дерева в модном эко-стиле — красиво, гармонично и экологично. Отсутствие высоченных заборов тоже порадовало: это значительно упрощало поиски.
Пройдя посёлок вдоль и поперёк, я наконец заметила скопление людей и проблесковые маячки полиции у крайнего дома. Значит, мне точно сюда. Территория была огорожена лентой, но благодаря связям Лугового меня пропустили без лишних вопросов.
Дом бизнесмена Лунёва, как и остальные, был деревянным, но выглядел как современный терем из русской сказки: резные наличники, сложная крыша. На участке имелись баня, купель под открытым небом и даже бассейн. Вокруг — идеальная ухоженность. Я на секунду представила эту красоту зимой: морозный воздух, сугробы, дом в гирляндах... Что-то я замечталась.
В чувства меня привел мужской окрик:
— Варвара!
Обернулась и увидела Ефимова Славку: знакомого молодого следователя. Видимо, сегодня было его дежурство, раз он уже тут ни свет ни заря. Двинулась в его сторону.
— Привет! — сказала я.
— Привет! Даже не буду спрашивать, какими судьбами ты тут, — с ухмылкой сказал Слава.
Ефимова знаю не то чтобы давно, но пересекались пару раз по работе. Парень явно неровно ко мне дышал, даже намекал на свидания, но я делала вид, что не понимаю его намеков. Слава был моим ровесником: среднего роста, среднего телосложения, русые коротко стриженные волосы, курносый нос. Парень как парень. Мальчишка, можно сказать, не успел еще заматереть. Не мой типаж.
— Ну вот и не спрашивай, раз и так все знаешь. Ты мне лучше расскажи, что тут произошло.
— Варвара, ты же знаешь, что не положено. Тайна следствия и всё такое.
— Слав, ну я же не прошу тебя рассказать все в мельчайших подробностях. Так, общую информацию, тем более пресса все равно узнает, а я просто узнаю чуть раньше остальных. Вот и все.
Славка задумался.
— Ну Слав, ну, пожалуйста. Я встала ни свет ни заря, чтобы приехать сюда, даже не позавтракала, а у меня, между прочим, сегодня выходной, а ты молчишь как партизан, — елейным голосом сказала я.
— Ну ладно, чёрт с тобой. Нам поступил звонок: местный житель пошёл рано утром выгуливать собаку. Собака начала лаять и тянуть его глубже в лес. Места-то тут спокойные, люди живут приличные, ничего никогда не случалось. А тут такое — труп. Этот мужик сразу звонить нам. В убитом признал своего соседа — Лунёва Дмитрия Витальевича. Вот, собственно, и всё, что имеем.
— Ты, кстати, знаешь убитого? — спросил Слава.
— Ну как знаю, лично не знакомы. Видела пару раз на мероприятиях, не более того.
В памяти стал всплывать образ бизнесмена: лет 45, немного полноватый, среднего роста, лысый с бородой. Лицо помню смутно: не красавец и не урод. Обычный нормальный мужик.
— Слав! Подойди сюда! — кто-то крикнул в стороне.
— Ладно, Варвара, мне некогда. Работы по горло.
— Могу я краем глаза взглянуть на труп?
— Там Степаныч сейчас работает, если он разрешит, — ответил Слава, а сам пошел в сторону дома. Проследила, что он поднялся по ступеням и скрылся за массивной дверью. «Хоть бы краешком глаза посмотреть, что там в доме, может, увижу что-то интересное», — подумала я.
Так, сейчас надо умаслить Степаныча: выудить предварительную причину смерти. А там дальше подумаю, как прошмыгнуть в дом. Степаныч — местный судмедэксперт, дядька под шестьдесят, мечтающий уже уйти на пенсию и разводить цветочки в огороде, а не в трупах копаться.
— Доброе утро, Василий Степаныч.
— Какое ж оно доброе-то, не видишь, что ли, — пробубнил Степаныч. — Ходят тут все, мешают, выспрашивают, работать не дают. А у меня, между прочим, отпуск, а пришлось выйти, видите ли кроме меня некому. Один уволился, другой заболел. А я что, железный? Вот выйду на пенсию...
И завёл свою шарманку Пришлось слушать, мне ведь нужна информация.
Тем временем, пока на заднем плане Степаныч бубнил про работу, а я лишь сочувственно кивала в ответ, у меня была возможность рассмотреть тело. Приятного мало, конечно, но что делать: по роду своей профессии мне уже приходилось сталкиваться с трупами.
Тело бизнесмена лежало на земле вниз головой, лица я не видела. Такое ощущение, что человек пытался ползти, на земле следы борьбы. На нём был надет спортивный костюм и кроссовки, на руке блестели дорогие часы. Как будто он просто вышел прогуляться. На шее была внушительная рана, рядом всё в крови. Зрелище не для слабонервных.
— Да, Василий Степаныч, я вас прекрасно понимаю, — оторвала я взгляд от тела. — Представляете, у меня тоже сегодня выходной, а мне, как и вам, приходится работать. А вы причину смерти установили? — тут же переключилась я на интересующую меня тему.
— Смерть наступила от кровопотери, повреждена сонная артерия.
— А орудие убийства, время?
— По предварительным данным, смерть наступила между двумя и тремя часами ночи. Орудие... — задумался Степаныч. — Рваная рана, похожая на клыки — вот и всё орудие. Много лет работаю, но такого не видел.
— В смысле клыки? Вы шутите? — подумала, что он меня разыгрывает, чтобы я меньше тут вынюхивала.
— Да какие уж тут шутки, девонька. Как есть говорю.
— А-а-а, чьи клыки? Собачьи? — спросила я, до конца не поверив в это.
— Скорее нет, похоже на дикое животное. Точнее уже скажет экспертиза.
— Стоп, подождите, но какое дикое животное тут, в поселке?! Откуда ему взяться? — обескураженно спросила я. Полученная информация повергла меня в шок. Больше вопросов, чем ответов: как такое могло произойти.
— Ну вот что ты у меня допытываешься, ну вот я откуда знаю! Может, какой зверь сбежал откуда-то, кто его знает, каких животных тут люди в своих домах держат. Слышала, вон в новостях передавали: мужик в квартире тигра держал, так он его потом и загрыз. А ты говоришь «откуда» Тем более, судя по всему, убиенный был ещё и изрядно пьян.
— А территорию уже обследовали, следы какие-то нашли, если это был зверь?
— Территорию обыскали, соседей вон рядом опросили — никто ничего не видел и не слышал. Следов тут сейчас всяких хватает: тут жители гуляют, собак выгуливают. Но с утра сильный дождь был, все перемешалось, хрен тут что теперь найдешь. Еще собака тут эта соседская всё истоптала. Ладно всё, топай давай отсюда, мне ещё тут писаниной заниматься, а ты мне мешаешь своими вопросами.
Я быстро сделала несколько фото, пока Степаныч отвернулся.
— Всё, ухожу, ухожу, — ответила я, оставив судмедэксперта с его писаниной.
Это мне, конечно, повезло, что удалось разговорить Степаныча, а то мог и прогнать. Конечно, многое непонятно. Но для начала это уже неплохо. Если бы я тогда знала, во что выльется это расследование, то я бы ни за что не взяла трубку и не поехала бы в этот чёртов поселок.
Уходить сразу я не собиралась. Профессиональное любопытство, смешанное с адреналином, гнало меня внутрь. Дом манил, обещая ответы, которые полиция могла и упустить. Насколько я знала, это была лишь дача, а не постоянное жильё — место для отдыха, а не для смерти.
Я огляделась. Полицейские были заняты протоколами и осмотром территории снаружи, никому не было дела до журналистки у порога. Убедившись, что за мной не наблюдают, я бесшумно поднялась по ступенькам. Дверь была приоткрыта. Я замерла, прислушиваясь. Сверху, приглушённо, доносились голоса и шаги — эксперты продолжали свою работу.
Проскользнув внутрь, я тихо прикрыла за собой дверь, отрезая себя от внешнего мира. Меня встретила тишина и запах дорогого парфюма, смешанный с едва уловимой ноткой сырости. Перед глазами открылась просторная гостиная. В центре внимания был камин из дикого камня, а перед ним — массивный кожаный диван цвета слоновой кости. На полу лежал светлый, невероятно мягкий на вид ковёр, который поглощал все звуки.
Моё внимание мгновенно привлёк низкий столик из тёмного дерева. На его полированной поверхности стояла початая бутылка виски, тарелка с нетронутой закуской и один-единственный стакан. Судя по всему, бизнесмен был один, хотя не факт — кто-то мог быть с ним и уехать раньше, а посуду и помыть можно. В этом уже будет разбираться следствие. Я на носочках подошла к столу, на нём стоял ноутбук и какие-то бумаги.
Я наклонилась, достала салфетку из сумки. Ничего руками трогать нельзя, и я осторожно взяла один из листков, начала вчитываться. Не успела я прочитать и нескольких предложений, как кто-то резко схватил меня за плечо сзади. Я дёрнулась от неожиданности, и листок упал на пол.
— Тебе не говорили, что любопытной Варваре на базаре нос оторвали? — сказал Славка.
— Говорили, и не раз, но, как видишь, нос до сих пор на месте, — съязвила я. С самого детства эта присказка преследует меня. — Ты меня напугал до чёртиков. Зачем ты так подкрадываешься?
— А зачем ты тут шаришь? Тебя никто сюда не пускал.
— Я просто одним глазком, — виновато ответила я.
— Одним глазком она. А потом улики пропадут, кто отвечать за это будет?
— Я ничего не трогала, вот только один листок. — Я наклонилась, подняла с пола лист и положила на место.
Ничего интересного, кстати, в этом листке я не нашла: один из листов типового договора, ни имён, ни фамилий там не было.
Славка немного сердился на моё самовольничество.
— Что-нибудь ещё интересное удалось узнать? — спросила я.
— Для тебя ничего.
— А где родственники? Жена, дети?
— Дочь учится в другом городе, со слов домработницы. Ей ещё не сообщали. У жены мобильный выключен, не смогли дозвониться.
— А можно переговорить с домработницей? — спросила я.
— А больше ты ничего не хочешь?
— Больше ничего.
— Тогда ты свободна, можешь идти.
Поняв, что больше мне тут уже ничего не светит, я покинула дом. Выйдя на крыльцо, я увидела финальный акт этой утренней трагедии: тело Лунёва, укрытое чёрным мешком, как водится в таких случаях, погрузили в машину.
«Вот и всё», — пронеслось в голове. Свидетели опрошены, улики собраны (или упущены), тело увезли. Теперь уж точно тут делать больше нечего.
Глава 3.
Я села в машину, пытаясь «переварить» полученную информацию. В голове роились вопросы, на которые не было ответов. Зверь? Серьёзно? Бред какой-то. Картинка не складывалась. Нужно ехать в редакцию, отчитаться перед Луговым и решить, что делать с этой дикой историей.
Через пятьдесят минут я припарковалась у здания редакции. Наша газета была одной из самых популярных в городе, и её офис располагался в самом сердце — в здании с видом на набережную. Город у нас не столичный, но и не провинция: тихий, с богатой историей, привлекающий туристов. Каждую субботу и воскресенье центр гудел от разноязыкой речи экскурсионных групп.
Здание стояло у самой набережной, и из окна моего рабочего места открывался шикарный вид на реку. Хотя я там бывала нечасто — свободный график творит чудеса. Главное — дедлайны, а место работы значения не имеет. В век высоких технологий ты уже не привязан к конкретному месту. И это меня радовало.
Я поднялась на четвёртый этаж и, выходя из лифта, буквально столкнулась с Илоной. Она стояла в дверях, как всегда безупречная: идеальная укладка, безупречный макияж, бордовый брючный костюм, который сидел на её стройной фигуре как влитой, и убийственные шпильки.
— Ой, какие люди, Варвара! Привет! Я была в отпуске, давно тебя не видела. Как дела? Что новенького? — спросила она.
— Привет. Всё хорошо, жива-здорова, как видишь. Новенького ничего нет, всё по-старенькому, — ответила я, чтобы быстро отвязаться от неё. Илона мне не подруга, чтобы обсуждать с ней свои дела и что-либо рассказывать. Так, обмен любезностями, не более того.
— Я и не сомневалась, что у тебя всё по-старенькому, — усмехнулась она.
«Ехидна и есть ехидна», — подумала я про себя. Тем временем она вошла в лифт, а я вошла в офис.
В офисе работа кипела полным ходом. Прямиком двинулась в кабинет главного редактора. Но не успела я дойти, как дорогу мне перегородил Огнев.
— Привет, Вареник!
— Я же просила меня так не называть! — раздраженно сказала я.
— Да ладно тебе, я же так, любя, — усмехнулся он. — Как я посмотрю, успела уже с утра поработать?
— А ты не завидуй, Стасик, — ответила я.
Когда я, зелёная выпускница журфака, впервые переступила порог редакции, Стас уже был в ней «звездой». Он был местным плейбоем, и его репутация ловеласа бежала впереди него. Неудивительно, что он тут же попытался включить своё обаяние на полную мощность и поухаживать за мной. Но я с самого начала дала ему понять: становиться очередным трофеем в его коллекции или «девушкой на один день» я не собираюсь. После нескольких вежливых, но твёрдых отказов он, наконец, понял, что со мной этот номер не пройдёт. И, похоже, мой отказ задел его самолюбие. Огнев затаил обиду, словно я оставила в его списке побед зияющую пустую графу. Именно с этого момента и началось наше незримое противостояние.
— Дай пройти! Мне некогда! — сказала я.
— Пожалуйста, пожалуйста. Не смею задерживать нашу принцессу, — язвительно сказал он. Отвесил поклон в шуточной форме и удалился.
— Выпендрежник! — бросила ему вслед.
Постучалась в кабинет Алексея Константиныча, услышав одобрение, вошла.
— Заходи, Варвара! Как съездила? Рассказывай! — сказал он, поправляя очки в золотой оправе на длинном носе.
Главному редактору было пятьдесят пять — юбилей недавно отгремел, но сам Алексей Константинович, казалось, был сделан из стали. Высокий, худощавый, он выглядел гораздо моложе своих лет благодаря привычке держать спину прямо и общей подтянутости. Правда, времени на полноценный отдых и спорт у него почти не оставалось: он был настоящим трудоголиком, постоянно «торча» в редакции. Его преданность работе была настолько велика, что форма поддерживалась скорее силой воли и нервным напряжением, чем регулярными тренировками.
— Материала не так много, как хотелось бы, — начала я и подробно пересказала всё, что удалось увидеть и услышать в «Новых далях».
Когда я дошла до версии о звериных клыках, Луговой резко вскинул брови.— То есть ты хочешь сказать, что его загрыз какой-то зверь!?
— Получается, так. За что купила, за то и продаю, — ответила я, разводя руками.
Он фыркнул и откинулся на спинку кресла.— Ерундистика какая-то. Я-то думал, там заказное. Лунёв — бизнесмен, мог что-то с кем-то не поделить или ещё что
— Всё возможно. Может, конкуренты решили расправиться с ним таким изощрённым методом, — пожала я плечами.
— Ага, конечно. Богатое у тебя воображение. Скажи ещё, что его вампир покусал или оборотень.
— Может, и они, — поддержала я его шутку.
Но Луговой вдруг посерьёзнел и щёлкнул пальцами.— Хотя Ты знаешь, а это идея!
Я уставилась на него, не веря своим ушам.— Вы это серьёзно?! Вы предлагаете написать, что его загрыз неизвестный монстр?
— Ну нет, конечно! — он рассмеялся. — Но тонко намекнуть на загадочные обстоятельства, напустить тумана Читатель это любит. Не мне тебя учить. К завтрашнему утру жду материал!
Я поняла, что вечер безнадёжно испорчен.
— Да.
— Тогда всё, не задерживаю, — отрезал он и уткнулся в монитор, давая понять, что аудиенция окончена.
Только я вышла из кабинета, как на меня тут же набросилась Лиза — секретарь Алексея Константиныча. Не сказать, что мы были прямо близкими подружками, но дружили. Подруг у меня вообще мало, зато знакомых — полгорода.
- Варя, мне тебе такое надо рассказать, — начала она. — Я с таким вчера мужиком познакомилась, закачаешься Пойдём пройдемся, позавтракаем, и я всё тебе расскажу.
В лексиконе Лизы слово «закачаешься» не имело ничего общего с образом горячего мачо с кубиками пресса. Для неё это был синоним фразы «при деньгах». Лиза грезила о красивой жизни, и просто симпатичные мальчики без солидного банковского счёта её совершенно не интересовали. Она была эффектной брюнеткой с пышными, умело подчёркнутыми формами и знала, как использовать свои козыри. Её предыдущий ухажёр, например, расщедрился на автомобиль. Не премиум-класса, конечно, но вполне приличную тачку, что служило для Лизы доказательством правильности её жизненной стратегии.
Я не разделяла её философии потребительского отношения к мужчинам, но и не считала нужным лезть с нравоучениями. Её жизнь — её правила.
Тем временем Лиза что-то увлечённо лепетала про вчерашнего кавалера, кажется, его звали Алексей, и их знакомство в ресторане... Но я слушала вполуха. Мыслями я была далеко. Мне отчаянно хотелось просто сидеть здесь, на веранде кафе, наслаждаться тёплыми лучами майского солнца и лёгким речным бризом, попивать капучино с хрустящим, ещё тёплым круассаном и хотя бы на полчаса забыть все мысли о работе и трупах в лесу.
- Варя!!! — вырвала меня из мыслей Лиза. — Ты вообще меня слушаешь?
- Да-да, — соврала я.
- Так вот, не пойму, почему он до сих пор не позвонил? Ведь классно вчера всё было.
- Возможно, он ещё спит, — предположила я.
- Ой, ты, наверно, права, я как-то об этом и не подумала, — встрепенулась Лиза.
- Обязательно позвонит, не переживай, — сказала я, поддерживая её.
- Ладно, Варь, засиделись уже, пора бежать. А то Константиныч искать меня будет. Это ты у нас вольная пташка, а мы люди подневольные. — Она чмокнула меня в щеку на прощание и быстрым шагом пошла в сторону офиса.
Я посидела ещё несколько минут, впитывая эту приятную, почти беззаботную атмосферу, допила кофе и направилась к машине. Радовало, что я освободилась довольно рано и дневные планы менять не придётся. Я обещала подруге Лене помочь с выбором свадебного платья — торжество в конце июня, и я, как подружка невесты, не могла её подвести.
А вот вечер, увы, летел коту под хвост. На тренировку я уже не успевала, да и не до неё было. Нужно было срочно писать статью, пока свежие впечатления не выветрились из головы. История с клыками дикого зверя требовала немедленного осмысления.
Я подъехала к салону свадебных платьев, Лена уже ждала меня внутри. Она сияла как тульский самовар: такая счастливая и довольная. С Леной мы знакомы со школы. Даже одно время думали поступить в один и тот же вуз. Но после окончания школы наши пути разошлись. Я поступила на журфак, а она — в педагогический. Сейчас я понимала, что профессия учителя — это её призвание. Лена — добрая, отзывчивая и хорошо ладит с детьми.
- Привет, Варюсик! — подбежала она ко мне и приобняла.
- Привет! — ответила я. — Как тут дела? Присмотрела что-нибудь уже?
- Да, отнесла несколько вариантов в примерочную. И ещё вот это отнесите, пожалуйста, — сказала она девушке-консультанту.
- Не хочешь примерить тоже что-нибудь? — шёпотом спросила она, пока никто не слышал.
- Зачем? — удивлённо спросила я.
- Просто ради любопытства. Мне кажется, каждая нормальная девушка хочет выйти замуж и хотя бы раз увидеть себя в свадебном платье. Разве не так? — поинтересовалась она.
- Не думаю, что прямо каждая, — ответила ей. — Например, я — нет, — и как в детстве показала ей кончик языка. — Или я просто не вхожу в число нормальных, — засмеялась я.
- Тот, кто не хочет, просто не нашёл свою любовь, вот и всё, — парировала она.
- Возможно и так, — пожала я плечами. Мне не хотелось спорить на эту тему.
- Вот, Варь, ты со своей работой совсем не думаешь о личной жизни! Я за тебя как подруга переживаю. Ведь ты молодая и красивая. Так и останешься в девках и на старости лет заведёшь себе десять кошек от скуки. Между прочим, я твоей маме обещала, что присмотрю тут за тобой.
У Костика есть хороший друг, они учились вместе. Мы могли бы сходить куда-нибудь вместе, познакомились бы. Хочешь, я фотку тебе его покажу? — спросила она и полезла в сумочку за телефоном.
- Не надо, я не буду ни с кем знакомиться, — категорично ответила я.
— Как знаешь, я хотела как лучше, — обиженно сказала Лена. — Ты же мне почти как сестра.
— Спасибо тебе за заботу, но я как-нибудь сама, — спокойно ответила я и обняла ее, чтобы как-то сгладить ситуацию. — Мне хватает мамы с ее нравоучениями. Мы вообще для чего сюда пришли, напомни-ка мне, а?! — весело сказала я.
— Покупать платье, — радостно воскликнула она.
— Тогда и давай займемся делом. Пошли в примерочную. Меня еще вечером работа ждет.
Лена примерила несколько платьев. Время пролетело незаметно. Мы фотографировались, дурачились, смеялись.
Выбор моей подружки пал на самое последнее платье: корсет с достаточно пышной юбкой.
— Варя, это то, что надо, хочу чувствовать себя принцессой! — восторженно сказала она, крутясь перед зеркалом на подиуме.
Она буквально светилась от счастья, и я не могла не радоваться за неё. Глядя на Лену сейчас — такую уверенную, сияющую — я с трудом узнавала в ней ту скромную и застенчивую девушку, с которой мы когда-то сидели за одной партой. Кто бы мог подумать, что именно она, тихоня Лена, окажется первой из нас, кто пойдёт под венец?
С Костей, её будущим мужем, они познакомились ещё студентами. Она грызла гранит науки на педагогическом, а он писал код на факультете информационных технологий. Настоящая сладкая парочка, как две палочки «Twix»: вроде разные, из разных «коробок», но идеально подходят друг другу. Их союз держался на гармонии характеров и темпераментов: её мягкость уравновешивала его прагматизм, а его надёжность стала для неё тихой гаванью.
— Ваааарь, — обратилась ко мне Лена. — Давай примерим на тебя это платье, — она показала пальцем на утонченную модель на манекене: атласное платье в пол со шлейфом цвета айвори, с V-образным вырезом на груди и открытой спиной. — Мне оно понравилось сразу, как я его увидела в магазине.
Я замешкалась.
— Ну, пожалуйста, интересно же, — продолжила она.
— А, давай, была не была. Гулять — так гулять, на всю катушку! — засмеялась я.
Мне принесли платье моего размера. Примерила. Вышла из примерочной и встала на подиум перед большим зеркалом.
— Тебе так идет, сидит восхитительно, — сказала Лена. — Осталось только найти достойного жениха, — и засмеялась.
Платье сидело безупречно. Оттенок айвори был гораздо благороднее стандартного белого и прекрасно гармонировал с тоном моей кожи. Силуэт «русалка» без лишней вычурности подчёркивал все достоинства фигуры: изящную линию декольте, тонкую талию и плавный изгиб бёдер. Я сделала несколько шагов к зеркалу, любуясь тем, как ткань скользит по ногам. Не удержавшись, я легко крутанулась на месте. Движение вышло грациозным. Улыбнувшись своему отражению, я сделала селфи — просто чтобы запечатлеть этот момент абсолютной гармонии.
Мои последние отношения закончились чуть меньше года назад, оставив после себя привкус горечи и усталости. Влад, один из самых перспективных хирургов города, появился в моей жизни случайно — во время репортажа из больницы. Он был умным, молодым и невероятно амбициозным, и я, признаться, потеряла голову.
Но со временем его амбиции коснулись и меня. После года отношений Влад начал ненавязчиво, но методично подводить разговор к свадьбе и, что важнее, к моему будущему. Он видел меня в роли хранительницы очага, матери его детей, и для этого, по его мнению, я должна была бросить работу.
Вот тут и пролегла пропасть. Для меня такая перспектива была равносильна тому, чтобы посадить птицу в золотую клетку и подрезать ей крылья. Я не для того столько лет училась и карабкалась по карьерной лестнице, чтобы в итоге сменить деловой костюм на кухонный фартук. Моя работа была не просто занятием, а частью меня.
Наши ссоры стали неизбежными. В итоге мы оба выдохлись. Решение расстаться далось нелегко, но это было единственным верным выходом. Так было лучше для нас обоих. С тех пор я закрыла эту главу своей жизни, с головой уйдя в работу и не оставляя места для новых свиданий.
— Варя! — вырвала меня из воспоминаний подруга. — Ты о чем задумалась? — поинтересовалась она.
— Да так, вспомнила о Владе, — нехотя ответила я. Мне не хотелось опять поднимать разговор о личной жизни.
— Не знаешь, встречается ли он с кем-то? — спросила Лена.
— Не знаю. Видела его у общих знакомых пару месяцев назад, он был один, а так не знаю.
— Не жалеешь о решении? — спросила она. — Влад — видный мужчина, состоявшийся. Может, не поздно все вернуть назад? Он один, и ты одна, — сказала подруга.
— Зачем? — ответила я. — Вот именно, что он состоявшийся мужчина и знает, чего он хочет. Я ему этого дать не могу. Я не смогу поменяться, и он тоже. Поэтому все так, как и должно быть. — Тем самым дала понять, что разговор на эту тему окончен.
— Хорошо, поступай как знаешь. Но имей в виду, что я всегда тебя поддержу. Варька, ты такая красивая в этом платье. Тебе повезло с генетикой, в отличие от меня, — вздохнула Лена. Подруга еще со школы была чуть полноватой и все время сидела на диетах. Худела, а потом вновь набирала. Но, по мне, эти несколько лишних килограммов нисколько не портили ее внешность.
— Ладно, хватит красоваться, — улыбнулась я. — Ты все? Точно определилась с платьем? Это точно оно?
— Да! — уверенно сказала подруга.
— Тогда иди упаковывай, а я пойду переоденусь.
В кабинке примерочной еще раз посмотрела на себя в зеркало. На долю секунды почему-то стало грустно. Я быстро отмахнула от себя эти мысли, переоделась и вышла.
