На следующий день, когда Васелиса встретилась с Радой, девушки между собой уже болтали как давние подруги. Разговор шел легко, но он мог быть о чем угодно, только не о вчерашней встрече.
– Скажи, что ты собираешься дальше делать? – вдруг обратилась Рада к Васелисе.
– В каком смысле? – не поняла вопрос девушка.
– Ну, как жить, где, чем заниматься?
– Да я как-то об этом еще не думала, – в голосе слышалось напряжение, – Если честно, ничего не хочу. За последний проект я получила хорошие деньги, мне их надолго хватит, а дальше будет видно.
– Нет, так дело не пойдет. Всегда нужно чего-то желать! Пока желаешь – ты живешь, уж поверь мне в этом! У меня есть к тебе предложение. Как ты смотришь на то, чтобы уехать из этого города? – Рада даже замерла в ожидании ответа.
– Смотрю положительно, – Васелиса любила свой Красногорск, но в свете последних событий он стал её ужасно тяготить. С каждым днём он становился для неё всё более невыносим. – О чём-то подобном я уже задумывалась. Намереваясь именно с этого всё и начать.
– Отлично, – обрадовалась Рада, – я переезжаю на юг России в г. Аломдар. Если есть желание, можешь поехать со мной. Жить там есть где, со временем найдешь работу. Думаю, рекламные агентства там тоже имеются, – предложила Рада улыбаясь.
– Здорово, я согласна! Единственное что беспокоит, как на это посмотрят мои родители, – в глазах девушки действительно возникла тревога.
– О родителях не беспокойся, они не будут против, – с уверенностью и в то же время загадочно подмигнув, пообещала её собеседница.
Васелиса с сомнением посмотрела на Раду, но увидев её взгляд, как-то сразу же поверила, что действительно будет так.
На самом деле всё именно так и произошло. Родители Васелисы очень спокойно отреагировали на решение дочери уехать за четыре тысячи километров. А после того, как они познакомились и поговорили с Радой, даже похвалили дочь за такое решение. Поведение родителей немного озадачило девушку, но сильно обращать на это внимание она не стала, так как вся была в предвкушении переезда.
Уже через неделю девушки оказались в г. Аломдаре. Васелиса несколько раз попыталась вывести Раду на разговор – кем же она сама является, но та все время «технично» уходила от ответа, и ей пришлось сдаться. Был разгар лета и как только они определились с жильем, то сразу же поехали на Побережье. Им посоветовали станицу Просковеевку, там обычно было мало отдыхающих, прекрасное чистое море и изумительная природа. Приехав туда, девушки действительно влюбились в это место, все было именно так, как им описывали. А скала «Парус», которая, казалось, вырастала из моря, вызывала неподдельное восхищение.
Несмотря на то, что отдыхающих на самом деле было мало, девушки не страдали в одиночестве, возле них все время была масса поклонников. Ведь двух таких божественно обворожительных красоток не часто встретишь, тем более в таких малолюдных местах. Но если Васелисе было приятно такое внимание, то Раду, казалось, это тяготило. Она частенько куда-то пропадала, при этом ничего не объясняя подруге. Как-то вечером сидя в номере, Васелиса не выдержала и спросила:
– Куда ты все время уходишь?
Немного помедлив, девушка ответила: – Я ищу одного человека.
– Ищешь человека? – переспросила Васелиса, заинтересованно и хитро улыбаясь, – Как интересно! А это мужчина или женщина?
– Это мужчина, но это не то, что ты думаешь, – разочаровала её Рада.
– Не то, что я думаю? – Васелиса сделала обиженное лицо, – ну и очень жаль, что это не то, что я думаю! Слушай, Рад, а ты веришь в любовь? – подруга выглядела уже серьёзно, – Я вот как-то все раньше думала, что это всё чушь, но тут на море стала над этим задумываться. Возможно, сама природа располагает к этому. И вот что я поняла, я ведь никогда никого не любила! Ну, конечно, были там какие-то влюбленности, но это всё не то. А вот так, чтобы по-настоящему, чтобы, аж дух захватывало, такого не было. Только в книжках об этом и читала, – девушка удручено вздохнула. – Рада, скажи, а ты когда-нибудь кого-нибудь любила, ну вот всей душой? – у Васелисы даже глаза расширились и заблестели от любопытства, став при этом похожи на две темно-спелые смородины.
Глаза цвета «сиамской кошки» посмотрели внимательно на «карие бусины» при этом, на какое-то время, на них задержавшись, будто решая для себя что-то.
– Да, любила! – наконец выдохнула Рада.
– Вот это здорово! А как это было? – молодая девушка даже заёрзала на месте в предвкушении рассказа.
– Я не хочу об этом вспоминать! – отрезала Рада, резко отвернувшись.
Васелисе показалось, что в глазах подруги блеснули слезы.
– Но почему? – не сдержавшись, спросила она с сочувствием. – Он тебя чем-то сильно обидел или повел себя не достойно?
– Нет, не в этом дело! – голос Рады был очень печальным.
– А тогда в чем же?
– Мне больно об этом вспоминать!
– А-а… понятно, – произнесла девушка, хотя было видно, что она ничего не понимает.
– Да что ты можешь понять? – услышала в свой адрес Васелиса.
Две девушки какое-то время сидели в тишине, наконец, одна из них, как будто бы очнувшись от своих мыслей произнесла:
– Хорошо, я расскажу тебе, возможно, мне действительно это нужно кому то рассказать и может быть хоть тогда боль немного уменьшится… Да и тебе многое станет ясно из моего рассказа, например кто такие Пришлые и Изменённые. Мне всё равно рано или поздно пришлось бы объяснять тебе это. А так, моя история, думаю, послужит в качестве наглядного примера. Конечно же, вопросов после рассказа будет еще больше чем до него. Но ведь когда то нужно начинать рассказывать, – всё это Рада скорей всего говорила для себя. Чтобы как-то собраться с мыслями и с чего-то начать, так как Васелиса из бурчания подруги мало что понимала.
– Все-таки как странно, – заметила Рада, – сколько времени прошло, а кажется, всё это произошло только вчера. Вот и сегодня такой же теплый солнечный день, также как и тогда всё утопает в зелени. Вот только было это, о чём я хочу тебе рассказать, около 150 лет назад.
– Не поняла, как 150 лет назад? – Васелиса решила, что ослышалась.
– Да, да… не удивляйся. Как и почему, я расскажу тебе позже, если захочешь, конечно, хотя кое-что тебе уже станет понятно и из этой истории…
– Слушай Рада, подожди, ты хочешь сказать, что знаешь, что было так давно? Ты изучала историю, или тебе это кто-то рассказал? – поинтересовалась Васелиса в надежде, что вот всё и объяснилось.
– Ничего я не изучала, и никто мне ничего не рассказывал, – Рада уже начала раздражаться, от того что её постоянно перебивают. – Так ты будешь слушать или нет?
– Конечно буду, только вот начало не совсем понятное, – Васелиса примирительно пожала плечом.
– А ты слушай, не перебивая, и все станет понятно. Когда закончу рассказывать, можешь задавать вопросы, – предложила Рада уже более спокойно.
– Хорошо, хорошо! Обещаю, пока ты не закончишь, больше ни разу тебя не перебью! – пообещала Васелиса, усаживаясь удобнее.
– Итак. Примерно сто пятьдесят лет назад, ну может быть чуть больше, – поправилась Рада, – я родилась в цыганской семье. Хотя я почти всегда рождалась в цыганских семьях, – уточнила она. – Так вот, мне в тот период времени, который я тебе хочу описать, уже исполнилось 23 года, и звали меня тогда Рафаэлла.
Наш табор стоял на Юге России, на берегу реки Кубань. А точнее, на территории поместья Екатериновка. Мы были благодарны хозяину тех мест, который, после разговора с нашим цыганским бароном, разрешил нам остаться на своей земле. Граф Красноградов – так звали хозяина этого поместья. Этот человек был неординарной яркой личностью. Так как граф в моем рассказе один из главных героев, то следует рассказать о нём подробней…
Род Красноградовых относился к старинному, знатному роду, который не раз доказывал свою верность и преданность Российскому престолу. С незапамятных времён они проживали в Петербурге.
Графа Красноградова звали Роланд. Такое необычное имя ему дала матушка, которая обожала все заграничное, и к тому же она в девичестве воспитывалась в английском пансионе. Отец графа не решился с ней спорить по поводу имя наследника т. к. уже из жизненного опыта знал, что это бесполезно. Так и появился граф Роланд Петрович Красноградов.
Будучи ещё ребенком, граф выделялся среди детей своими лидерскими способностями. Из-за своего необычного имени, над которым потешались сверстники, Роланду пришлось рано научиться стоять за себя. Так, зарвавшемуся обидчику он даже мог надавать тумаков, хотя такие действия осуждались его родителями. Подобным образом отстаивать свое достоинство было не принято в том обществе, к которому принадлежала его семья.
Родители ему дали отличное образование, помимо Петербуржского университета он еще несколько лет обучался в Англии, где получил диплом юриста. Но данная профессия его не слишком привлекала, скорее всего, это был выбор отца, чем его. Когда он вернулся домой в Петербург, родители ему предложили отдохнуть после стольких лет учебы, а заодно и определиться с родом своих дальнейших занятий.
Нельзя сказать, чтобы граф был ветреным человеком, но особо чопорным и серьезным он тоже не желал быть. Роланд старался брать от жизни всё. Так, в отношении с женщинами он был галантен, но при этом ни к кому не привязывался и однозначно давал понять, что жениться он ещё не намерен.
Через год после возвращения Роланда из Англии, родители графа отправились в морской круиз, вернуться из которого им было не суждено – корабль потерпел крушение. Не успел граф отойти от этой трагедии, как через месяц пришло другое сообщение: скоропостижно скончался троюродный дядя Роланда по материнской линии, о существовании которого граф даже и не подозревал до этого момента.
После смерти дяди оказалось, что граф является единственным наследником огромного, но пришедшего в запустение поместья, расположенного на юге России. Приставы обязали графа Красноградова приехать в это поместье для вступления в права наследования.
Приехав из столицы и осмотрев свои владения, Роланд сначала хотел продать неожиданно свалившиеся на него земли. Но потом, поразмыслив, решил хотя бы немного привести их в порядок, чтобы не стыдно было выставлять на продажу. Но на деле времени на это ушло гораздо больше, чем он изначально планировал. К тому же смена места жительства и занятие поместьем помогли ему легче перенести смерть родителей. Кроме того, граф к своему удивлению начал замечать, что ему стала нравиться та размеренная и неспешная жизнь, протекавшая здесь. А главное – он начал ощущать гордость за результаты, полученные от проделанной работы по восстановлению поместья. В столице ему не представлялось подобной возможности, там он вел роскошную, но в целом бессмысленную жизнь. А здесь у него появилась цель, и по мере ее достижения он взрослел, и жизненные приоритеты его так же менялись.
Так, пришло время, когда у него появилось огромное желание жениться. Его поместье находилось недалеко от города Аломдар, где жило достаточно много знати. Окончательно осознав свое желание, он начал принимать приглашения семей, где были дочери на выданье. Но, к сожалению, сколько бы он не знакомился с девушками, ни разу у него не возникло желание назвать кого-то из них своей суженной.
Однажды, он принял приглашение на ужин банкира Скотобузова. Приглашенных было немного, только сливки общества. И вот, когда ужин подходил уже к концу, за столом возник необычный разговор о колдовстве и гаданиях.
Граф Красноградов всегда придерживался мнения, что ничего подобного в жизни не существует, а люди, утверждающие, что обладают подобными способностями, не более чем шарлатаны. Хотя он допускал, что некоторые из них могут обладать гипнозом, благодаря которому способны внушать простодушным клиентам, что им вздумается. Но как только он высказал свою точку зрения, хозяйка дома сразу же возразила ему:
– Милый граф, не могу с вами согласится, как же вы тогда объясните тот факт, когда так называемые шарлатаны предсказывают человеку его судьбу? А впоследствии их предсказания сбываются! Я сама была свидетельницей подобного, – добавила банкирша увесисто. – Будучи молоденькой девушкой, мы с подружкой решили узнать, что нас ждет в будущем и отправилась в цыганский табор к гадалке. Она предсказала мне, когда я выйду замуж, кем будет мой муж и что у нас родится дочь, которая выйдет замуж за графа, – последнее она произнесла, подняв бокал и лукава улыбаясь. – Причем то, что она нагадала моей подружке, тоже сбылось, – сказала она в довесок.
– Не знаю, госпожа Скотобузова, что вам на это ответить, – было видно, что графа не смутил рассказ банкирши. – Сам я никогда не обращался к подобным людям. Но уверен, если бы даже обратился, то только бы убедился в правоте своих слов, так как никаким внушениям и гипнозу я не подвержен. Поверьте, это было проверено мною не раз, когда я был еще студентом. А, значит, у этих жуликов ничего бы не получилось.
– Ну что же граф, это легко проверить, конечно же, если вы не боитесь, – уточнила г-жа Скотобузова, с притворными беспокойными нотками в голосе.
– Отнюдь, чего мне боятся? Я к вашим услугам, госпожа. Только не понимаю, каким образом вы собираетесь это проделать?
– Табор, который разместился на ваших землях – именно тот, в который мы ходили с подружкой. Вы можете обратиться к их уже знаменитой гадалке. А после того как вы с ней пообщаетесь, мы рады будем услышать ваше окончательное мнение о подобных людях, – и она заговорщицки переглянулась с присутствующими.
На время за столом воцарилось молчание, все ждали ответ графа. Графу неприятен был этот разговор, еще меньше ему хотелось выставлять себя на посмешище, но выбора не оставалось, нужно было принимать вызов.
– Ну что же, господа, я завтра же съезжу в этот табор, а вечером всех присутствующих жду у себя в гостях! Уверен, ничего нового я вам не смогу рассказать, но чтобы доказать правоту своих слов, согласен на этот, с позволения сказать, эксперимент, – после чего граф с достоинством раскланялся.
И как обещал, на следующее утро, вместо своей обычной конной прогулки, граф отправился в цыганский табор.
– Гадалка, к которой поехал граф Красноградов, была моей бабушкой, – пояснила Рада. Васелиса больше не перебивала ее, а слушала затаив дыхание, ей казалось, что она каким-то таинственным образом перенеслась в то время и наблюдает за всем происходящим со стороны.
– Ну так вот. В тот день бабушка все пыталась меня чем-нибудь занять и отправить подальше от своей кибитки. Она уже тогда знала, о том, что будет происходить дальше. Но желала хотя бы попытаться как-нибудь это изменить, принимая во внимание возможную бесполезность этой затеи и понимая, какую опасность она для нее может нести.
Надо заметить, на тот момент в меня уже много было влюблено мужчин. Очень многие хотели, чтобы я стала их женой. Но никто из них не мог похвастаться взаимностью. Мне не встретился тогда еще ни один мужчина, за которым бы я пошла хоть на край света. А просто так выйти замуж и жить без любви я не желала.
Моя мать уже даже начала ворчать, что она так и не дождется внуков, на что бабушка ей все время говорила:
– Дай ей еще немного погулять, все у неё будет, – но вот только утверждалось это всё почему-то без радости в голосе.
Я ни раз просила бабушку объяснить свои слова, вернее ту грусть в глазах, которая появлялась всякий раз, когда она это говорила. Я могла видеть судьбы других людей, а вот своя судьба была от меня скрыта. В то время как моя бабушка её знала и видела хорошо, но так ни разу и не согласилась открыть мне её.
Сейчас я понимаю, почему она так поступала, а вот в то время очень обижалась на неё за это.
– Рафаэлла, внученька, принеси мне воды из ручья, – попросила бабушка, кутаясь в шаль, что было очень странно, обычно она предпочитала прохладу, а сегодня к тому же был очень жаркий день.
– Бабуль, я же тебе только утром приносила целый кувшин воды, неужели ты уже всё выпила? – внучка была в недоумении.
– Да нет, конечно, просто я его случайно разлила, – ей было явно неловко за свою оплошность, – сама не понимаю, как это получилось, видно уже старею, раз кувшины под ногами не замечаю, – старая женщина сделала вид что улыбается, при этом еще глубже кутаясь в шаль.
Обернувшись, на привычном месте в углу кибитки Рафаэлла действительно увидела пустой кувшин, вот только ни лужи, ни мокрого пятна возле него она не заметила.
– Наверное, уже успело высохнуть, – решила девушка. – Жара-то какая сегодня!
И подхватив кувшин, побежала к ручью.
Но, выскочив из кибитки, она с разбега налетела на молодого человека, будто выросшего из-под земли. Хотя в отношении её он подумал то же самое, и это можно было прочитать на его лице.
Отступив от мужчины на пару шагов, Рафаэлла мысленно отметила его явную принадлежность к высшим слоям общества. Его внешний вид только подтверждал это: костюм, сшитый по моде из дорогого и приятного на ощупь материала (это она смогла ощутить, когда налетев на него, руками уперлась в его грудь), сидел на нем как влитой. Сразу видно, сшит на заказ, причем у очень хорошего мастера.
Молодой человек был выше среднего роста, широкоплечий, подтянутый, уверенный в себе. При этом он обладал какой-то мальчишеской бесшабашностью, проявлявшейся в его жестах и мимике. Но больше всего внимания она обратила на его глаза. Они были ярко-голубые, почти синие, окаймленные длинными, темными ресницами. Глаза очень выделялись на его смуглом лице. При этом волосы у него были светло пепельного цвета, что так же создавало контраст при его загорелой коже. Стройное и мускулистое тело указывало на то, что этот господин ведет здоровый образ жизни. Наверняка, – предположила девушка, – несколько часовые каждодневные конные прогулки, а также занятие спортом и дали такой прекрасный результат.
Казалось, они смотрели друг на друга вечность, он никогда не видел такого прекрасного создания. Девушка хотя и была одета в цыганский наряд, но на цыганку мало была похожа. Её кожа белела как снег, а огромные, темные глаза смотрели на него с удивлением и неподдельным интересом. Она явно разглядывала его, при этом, нисколько не смущаясь своего поведения. Что для графа, конечно же, было несколько непривычно, но в тоже время, как он про себя отметил, ему это было приятно. Она совсем не была похожа на тех расфуфыренных жеманных девиц, которых ему приходилось видеть за обедами и на балах. Но при этом, в ее осанке и движениях угадывалось порода.
Мужчина, столкнувшийся с молодой цыганкой, был уже известный нам граф Роланд.
Стоя перед незнакомкой, он вдруг ощутил такую волну нежности и страсти к ней, что готов был многое отдать за лишний миг, проведенный рядом с этим восхитительным существом. Ни чего подобного с ним ещё не бывало. Мысль что в любую секунду это все может оборваться заставила его произнести:
– Вы случайно не знаете, как мне найти вашу знаменитую гадалку? – сам вопрос прозвучал как-то нелепо, но графу было всё равно, лишь бы потянуть время.
– Вы к моей бабушке? – голос девушки почему-то дрогнул.
– Если она та самая известная гадалка, то к ней, – несколько опомнившись, ответил Роланд.
– Ну что же, проходите, она у себя, – Рафаэлла указала на кибитку, из которой только что выскочила.
Поблагодарив, Роланд собрал всю свою силу воли, чтобы сдвинутся с места, и как в тумане побрел в указанном направлении.
Откинув полог кибитки и получив разрешение войти, он сел именно туда, где ещё недавно стоял кувшин и стал ждать, сам не понимая чего.
Так сидя в углу кибитки, он думал о том, что сейчас его огромным желанием было побежать за той девушкой и поближе познакомится с ней. Да что там познакомится, он готов был сделать ей предложение, но боялся своей поспешностью напугать её. Чувства, которые вспыхнули в его душе к этой молодой цыганке, были несравнимы ни с чем! Весь мир как будто заиграл новыми красками, ему было радостно и в то же время безумно страшно. Радостно, что он, наконец, испытал то чувство, о котором только слышал и читал в книжках. А страх был за то, что это может оказаться только мигом в его жизни и он может потерять эту девушку. Ведь он даже не знает, свободна ли она.
От раздумий его оторвала гадалка, попросив его встать и подойти поближе. А ведь он даже забыл о ней, пока размышлял о случившемся.
– Что же, красавец, я вижу, ты уже познакомился с моей внучкой? Не скрою, я хотела этому помешать, и ждала тебя не раньше вечера, но, как видно, и я могу ошибаться, – в словах старой женщины сквозила печаль.
Вдруг она резко подошла к нему, схватила за руку, и умоляюще заглянув ему в глаза, произнесла:
– Уходи, слышишь? Прошу тебя уходи и никогда не приходи сюда больше!
Было ощущение, что взгляд цыганки, пронизывал графа насквозь, от этого ему стало жутко.
С трудом отведя от нее взгляд и оглядевшись, Роланд заметил, как краски вокруг стали более яркими, и все предметы начали отливать металлическим отблеском. В окружившей их липкой тишине, голос цыганки звучал как церковный набат. Графа охватила вдруг такая непреодолимая тоска, еще чуть-чуть и он может оказаться на грани сумасшествия.
– Ты забудешь её и никогда не вспомнишь, – с жаром продолжала цыганка, не отпуская его руки. – Ты проживешь в свое удовольствие, женишься на красавице, дочери банкира, она нарожает тебе уйму детишек. Уходи прямо сейчас и не оглядывайся, – добавила она властно.
Граф послушно начал разворачиваться к выходу. В этот момент только одна мысль пульсировала в его голове:
– Нужно сделать всё, так как велела гадалка!
Психика графа была устойчива к каким-либо внушениям, но в этот раз он остро ощущал, как выполняет чужую волю, и в то же время ничего не мог с этим поделать.
– Бабушка, я не позволю тебе это сделать, – раздался голос за его спиной. Обернувшись, он увидел кому тот принадлежал. Образ стоявшей там девушки был ему до боли знаком, только он никак не мог вспомнить, где он мог ее видеть?
– Равновесы накажут тебя за вмешательство в ход жизненных событий, тем более за такое сильное. Они тебя уже один раз наказали, и второй раз не заставят себя долго ждать. Я этого не допущу! Понимаю, ты хочешь как лучше, но прошу, не надо этого делать.
С этими словами она подошла и положила одну руку на плечо поникшей старой цыганке, а вторую на плечо молодого человека. Перед тем как это сделать, она выронила кувшин полный воды. Но странно, вода не вылилась из него, а превратившись в тягучую, плотную массу медленно стала растекаться по полу.
Как только она коснулась рукой Роланда, все вокруг стало привычным, в тех же красках и без металлических теней. А резко нахлынувшие звуки, даже на время оглушили.
– Рафаэлла, внученька, ну зачем ты это сделала? Даже если Равновесы и накажут, то только меня и это будет ничто по сравнению с тем, что может произойти, – женщина была сильно расстроена тому, что не смогла завершить задуманное.
– Нет, бабушка я не хочу, чтобы ты из-за меня пострадала. Все что мне суждено пройти, я пройду и постараюсь понять и принять, – и это из её уст звучало как приговор, который обжалованию не подлежит.
Гадалка ещё что-то хотела ответить, но ей помешал граф. За то время пока две цыганки между собой спорили, он постепенно пришел в себя.
– Позвольте, уважаемая, я никуда не уйду, – заявил Роланд с вызовом, обращаясь к той, к кому он пришел. Я никуда без вас не уйду! – уже более мягко повторил он, повернувшись к Рафаэлле, беря ее за руку. Ему, наконец, удалось вспомнить, где он ее видел, ведь она та самая девушка, с которой он столкнулся перед кибиткой. Единственное ему было не понятно, как он смог о ней забыть?!
Что-то смутное постепенно начинало проясняться.
– Вам это и не придется делать, – ответила Рафаэлла, улыбаясь. – Вы тот, кто предназначен мне судьбой!
За миг до этих слов она увидела то, что так долго было скрыто от нее – свою судьбу. Правда, ей удалось увидеть не всё, всего лишь несколько лет вперед. Но и этого было достаточно, чтобы утверждать, она родилась под счастливой звездой!
– Значит ли это, что вы примете мое предложение выйти за меня замуж? – граф с замиранием в сердце произносил странные для себя слова, отдавая полностью себе отчет, что говорит их девушке, которую знает всего лишь несколько минут. Но при этом он был в полной уверенности, если потеряет её, то будет жалеть о случившемся всю оставшуюся жизнь. И на этот раз, он готов был поклясться чем угодно, не было никакого таинственного вмешательства извне. Его действия были продиктованы именно его решением и искренним желанием.
– Рафаэлла, не делай этого! – прокричала её бабушка, попытавшись еще раз вмешаться.
– Да милый граф, я согласна! – лицо девушки буквально светилось от счастья.
Роланд был так рад услышанному, что даже не придал значения тому, откуда она могла знать о его титуле.
– Значит, Вас зовут Рафаэлла? – спохватился граф, он ведь даже не знал, как её зовут. – Какое необычное имя, оно цыганское?
– Нет, оно не цыганское, имя действительно необычное, его где-то услышал мой дед и сказал, что как только у него родится внучка, он обязательно её назовет Рафаэлла.
– Как интересно. А меня зовут Роланд – представился граф, – И своим именем я обязан матушке, любившей все английское. Рафаэлла, я хотел бы попросить разрешения у ваших родителей на нашу свадьбу. Я, конечно, не знаю, может быть у вас другие обычаи?
– Вовсе нет, – успокоила его девушка, – В этом наши обычаи схожи.
– Ну что же, тогда прошу показать, куда мне идти! – весело произнес граф, откидывая полог кибитки.
Если бы они обернулись, то увидели, как текут слезы горя и печали по лицу бабушки Рафаэллы. Но оба были так счастливы, что вышли не оборачиваясь.
Цыганский барон, с которым не так давно общался граф Красноградов, оказался отцом Рафаэллы. Выслушав молодых, барон, безусловно, был удивлен их желанию. И он не пришел в восторг от предстоящего брака своей дочери с этим молодым человеком. Молодой человек вызывал в нем симпатию, к тому же слава о графе как о порядочном, образованном и состоятельном человеке далеко ушла за приделы его владений. Но все же он надеялся, что будущий муж Рафаэллы будет цыганом. Изначально он даже был готов тут же отказать графу. И только из чувства благодарности в адрес Роланда, за его разрешение их табору разместиться на своей земле, цыган этого сразу не сделал. По совету жены он решил отдельно поговорить с дочерью. Во время их беседы он увидел, каким счастьем и радостью светятся ее глаза, такой свою дочь он еще никогда не видел. И это сыграло решающую роль! Подводя её к графу, отец спросил:
– Граф, вы отдаете себе отчет в том, что вы делаете? Ведь вы знатный человек, а моя дочь все же простая цыганка, пусть даже и дочь цыганского барона. Вы же понимаете, как негативно отнесутся в вашем кругу к этому браку? – мудрый цыган напряженно ждал ответа.
– Я полностью отдаю себе отчет в своих действиях, – заверил его молодой человек. – Я понимаю, каким странным выглядит мое поведение, ведь еще вчера я не знал вашу дочь, а сегодня уже прошу её руки. Но поверьте, я влюбился в неё с первого взгляда! И чувствую, она имена та женщина, которую я так долго искал!
– Ну что же, граф, я согласен на ваш брак с моей дочерью, – не просто ему дались эти слова. – Но вы должны пообещать, что никогда не попрекнете Рафаэллу её происхождением и никому этого не позволите!
– Я клянусь вам, ни сам, ни кто-либо другой не посмеет это сделать! – с жаром поклялся граф Красноградов, – я всегда буду любить её и никогда не обижу вашу дочь!
Der kostenlose Auszug ist beendet.