Umfang 310 Seiten
2023 Jahr
Айбала. История повитухи
Über das Buch
От автора «Салихат» – романа-лауреата национальной литературной премии «Рукопись года».
1986 год. Дагестан. Горный аул. Айбала – третья из четырех дочерей местной повитухи, она некрасива и уверена, что никогда не выйдет замуж. Айбала помогает матери – она умеет не только принимать роды, но и облегчать женщинам боль. Ее удел – стать повитухой в своем селе, но Айбала хочет учиться дальше, изучать акушерство.
Сбежав из дома, она пройдет непростой путь от санитарки в реабилитационном центре для беременных женщин, пострадавших от чернобыльской аварии, до студентки медучилища и дипломированной акушерки.
Genres und Tags
На одном дыхании читается, такая трогательная история. Невозможно понять и принять тот ад, в котором живут дагестанские женщины. Трудно понять, почему этот религиозный бред всё ещё живёт в головах людей. Жуткое средневековье.
Наталья Елецкая "Айбала. История повитухи"
️Это вторая книга автора в моей читательской биографии. Первую - "Салихат" я прочитала в отпуске осенью 2021 года. За "Салихат" Елецкая получила премию "Рукопись года". И хотя дагестанцы возмутились, что автор во многом оболгала их Родину и обычаи, переврав и преувеличив страдания, необразованность и бесправность женщин этой кавказской республики, книга меня-затянула и впечатлила. Поэтому, увидев в анонсах новую историю за авторством Натальи Елецкой, я купила ее не задумываясь. И не пожалела.
Айбала - третья дочь в семье повитухи Шуше и ее мужа Джавада. Кроме нее в семье есть еще две старших сестры - Зайнаб и Гезель и младшая - Меседу. Все ее сестры - красавицы и не желают перенимать ремесло матери. Айбала же некрасива, и едва ли кто-то решит взять ее в жены в горном дагестанском ауле, куда и в 1986 году так и не дошло принесенное советской властью равноправие. В свои 22 Айбала уже считается старой девой, ведь возраст здешних невест 15-16 лет, а сговоры об обручении нередко происходят в 12-13 лет. Поэтому девушку никто не спрашивает, хочет она быть повитухой или нет, за нее все решили родители. Она окончила семь классов и с тех пор не ездила даже в соседнее село, хотя мечтала стать не сельской повитухой, а дипломированной акушеркой. Ее необъяснимый дар облегчать людям боль все же не компенсирует отсутствие знаний и опыта. Но Айбала еще не знала, что жизнь ее круто изменится совсем скоро.
Девушка с мужским характером, при этом уважающая свою веру и обычаи предков, все же сможет воплотить в жизнь свою мечту и даже обрести личное счатье.
Трагичная часть этой истории касается эвакуированных из Припяти после чернобыльской катастрофы беременных женщин. Увы, их заставляли делать аборты, даже на сроке 5-6 месяцев (я перепроверяла эти данные, так и было), а многие женщины, которые решались рожать, умирали сами, а детки их были мертворожденными или сильно больными. Больше всех мне жалко Инну, а еще 39-летнюю женщину, забеременевшую первенцем после 12 лет попыток.
Айбала удивила преданностью Родине. Имея возможность жить в Ленинграде, она выбрала вернуться в родной аул и помогать местным женщинам профессионально. Она могла выбрать сытую безбедную жизнь с иноверцем, но искала того, кто разделяет ее традиции. Она не сломалась под давлением отца, матери и старшей сестры. Нашла а себе силы добиться всех целей и не уронить свою честь. Пыталась отстаивать свои идеалы и всех, кто ей дорог.
А самая трагичная с моей точки зрения судьба - это доля красавицы Меседу. На мой взгляд ее религиозность - это самый настоящий фанатизм. И я вполне ожидала, что закончится у нее все тем, чем закончилось. А самая-жесть, что ее к такому выбору пути никто не принуждал!
Книга интересная и на удивление теплая, уютная. Но Боже мой, сколько в ней опечаток! Сабира миллион раз превращалась в Самиру, Мадина - в Медину, Айбала - в Айболу, Тагир и Тимур в Тамира... и это помимо технических опечаток в словах. Интересно, чем в АСТ редакторы и корректоры занимаются? А книга стоит прочтения однозначно.
cineglazka, "Все события и персонажи вымышлены, любые совпадения с реальными событиями и людьми случайны". Но зачем писать о конкретном Дагестане, о конкретном Цурибе, о конкретном Избербаше? В советском Дагестане носили национальную одежду, но хиджабы как таковые появились в 90-е годы, никабы - после 2020 года - после коронавируса. Слово "кяфир" используют ваххабиты. В горах не называют старших по имени-отчеству. Одни называют просто по имени, другие добавляют слово "дядя" или "тетя", но по имени-отчеству - нет.
Чернобыльских рожениц не заставляли делать аборты, не прерывали им беременность - как можно было такое придумать! В Дагестане не растут эвкалипты и пальмы. Море в Дагестане теплее и приятнее, чем Черное. Женщины в Дагестане не злобные и не боятся садиться в машину рядом с водителем.
Почему автор не написала о мифическом Ваххабитостане? Зачем трогать Дагестан, не зная республику и её жителей от слова "совсем"?
Как зачем? А хайп?
Очень смешанные чувства. Как говорил Станиславский: "НеВерю")
Идея интересная: молодая почти-повитуха из аула, где нет прав у женщин, попала в мир медицины и цивилизации, но цивилизация не попала в неё (а в книге то она цинична и ужасна- эдакая Спарта, где слабых и больных убивают). Да ещё для аульчанки, какой бы не был хороший человек, а все ж брак с " неверным "это харам...Из серии "сколько волка не корми, он все равно в лес смотрит".
Если автор хотела отвратить нас от Дагестанцев, то у неё почти получилось (у нас и сейчас есть сплошь и рядом получающие наши корочки об образовании детки, которые учатся на дому среди "своих", не ассимилируясь в наше общество и культуру, со всеми вытекающими последствиями). Если автор хотела просветить-то это провал, - не уверена, что автор сама до конца изучила тему и история правдива. Но что точно получилось-это продавать книгу, потому что обложка и название явно вызывают интерес...
Читать это оливье из аула, нелюбви, обмана, страха, Чернобыля, принудительных абортов и притянутого за уши хэппи-энда любопытно, но не хочется даже рекомендовать.
Неоднозначные чувства вызвала книга.
Бунтарка по характеру Айбала не хотела идти по проторенной дорожке женщин ее рода. Некрасивая Дагестанка из аула, которая хочет большего чем просто быть повитухой. И получает этот шанс от судьбы. Судьба ее ведёт, подкидывая новые, порою кажется непосильные для человека, испытания.
Сводит и разводит с людьми... Читается взахлёб.
Но концовка смазана, скомкана, как будто надоело писать.
Anastasia Ovchinnikova, "Все события и персонажи вымышлены, любые совпадения с реальными событиями и людьми случайны". Но зачем писать о конкретном Дагестане, о конкретном Цурибе, о конкретном Избербаше? В советском Дагестане носили национальную одежду, но хиджабы как таковые появились в 90-е годы, никабы - после 2020 года - после коронавируса. Слово "кяфир" используют ваххабиты. В горах не называют старших по имени-отчеству. Одни называют просто по имени, другие добавляют слово "дядя" или "тетя", но по имени-отчеству - нет.
Чернобыльских рожениц не заставляли делать аборты, не прерывали им беременность - как можно было такое придумать! В Дагестане не растут эвкалипты и пальмы. Море в Дагестане теплее и приятнее, чем Черное. Женщины в Дагестане не злобные и не боятся садиться в машину рядом с водителем.
Почему автор не написала о мифическом Ваххабитостане? Зачем трогать Дагестан, не зная республику и её жителей от слова "совсем"?
Как зачем? А хайп?
понесла от него в первую же ночь, он бы, наверное, выгнал ее из дому сразу после родов, заподозрив в измене с каким-нибудь русским
Она не понимала, как можно бросить пожилую мать и уехать от нее за тридевять земель. Это казалось чем-то немыслимым. В их ауле никого так не уважали и не оберегали, как стариков. Им старались дать все самое лучшее, по возможности продлить их дни, наполнить их радостью и смыслом существования. К их опыту и мудрости прибегали при решении сложных вопросов, их советы не только вежливо выслушивали, но и обязательно им следовали.
и Европе аппараты УЗИ уже активно
– Сама у нее спроси! С виду скромница, по
распределению и еще не получивших собственное жилье. Общежитие, располагавшееся в примыкающем
Bewertungen, 94 Bewertungen94