Buch lesen: "Исток Памяти"
«Когда стирается последнее
воспоминание, вселенная
закрывает глаза. Но кто тогда
услышит её последний вздох?»
<b>Надпись на стене ЧёрногоЗала</b>
Глава 0. Пролог в тени
«Они верят, будто я соткал этот мир из пустоты. Приписывают мне силу богов — мол, вдохнул жизнь в песок, зажёг звёзды кончиками пальцев.
Какая чушь. Правда куда проще: Я всего лишь забыл его стереть.
(Пауза. Шёпот становится почти неслышным.)
…Иногда мне кажется, он сам себя создал через трещину в моей памяти.
Как плесень на забытом хлебе. Как сон, который ты не решаешься вспомнить.
А теперь — смотрите, какая ирония — вы здесь.
Не спрашивайте, как.
Лучше спросите: Почему я до сих пор не уничтожил это место?»
Глава 1. Пробуждение
Тьма.
Не та, что обволакивает, как одеяло, а та, что выгрызает. Пустота, лишённая даже намёка на свет, звук или тяжесть.
И тогда — первый вздох.
Он разорвал тишину, как нож пергамент.
Воздух ворвался в лёгкие, которых, кажется, не было мгновение назад.
— Кто я?
Голос прозвучал хрипло, будто его протащили сквозь слой льда. В ответ — только эхо, вернувшееся обрывком: «…я?»
Тело без памяти
Пустышка подняла руки перед собой.
Сквозь полупрозрачную кожу просвечивали тени — будто её плоть была мутным стеклом, за которым шевелится что-то. Золотые прожилки мерцали в такт несуществующему пульсу.
Она сжала пальцы. Не почувствовала боли.
— Это… я?
Её плащ, грубый и серый, медленно растворялся по краям, словно бумага в воде. Каждая капля ткани, падая вниз, исчезала, не достигнув земли.
Потому что земли не было.
Комната без стен
Она стояла в пространстве, где не было ни пола, ни потолка — только бесконечное ничто, окрашенное в цвет забытых снов.
Но вдруг — вспышка.
В метре от неё возникла стена.
Нет, не стена — отражение.
Огромное зеркало, покрытое инеем. Пустышка шагнула ближе.
В нём не было её лица.
Только — тени.
Обрывки чужих жизней:
Мужчина в золотом плаще (его глаза горели, как угли).
Девочка с вязальными спицами вместо пальцев (она плакала чёрными чернилами).
Существо из книг (оно кричало беззвучно, синие буквы вырывались из его рта).
— Это… мои воспоминания?
Зеркало треснуло.
Первое слово
Осколки не упали. Они повисли в воздухе, превратившись в буквы.
«П Р О С Н У Л С Я»
Пустышка протянула руку.
Буква «Р» рассыпалась в пыль. Остальные сдвинулись, образуя новое слово:
«П О С Л Е Д Н И Й»
Затем — «В З Д О Х».
И тогда она услышала.
Не звук — отсутствие звука.
Тишина, которая болит.
Наручные часы
На запястье, которого секунду назад не было, появились часы.
Стрелки не двигались. Циферблат был исписан не цифрами, а именами:
«Михаэль»
«Эхо»
«Лунарий»
«Ты»
Последнее — на месте «12» — медленно исчезало.
Пустышка прикоснулась к стеклу.
Где-то далеко, за гранью реальности, кто-то усмехнулся.
Тишина сжимала виски, как тиски.
Пустышка повернула голову — откуда-то сверху доносилось тиканье. Нет, не тиканье — цоканье.
Тук-тук-тук.
