Buch lesen: "Как рассказывать истории. Простая технология сторителлинга на сцене, работе и в кругу друзей", Seite 11

Запись чисел – тоже популярная стратегия, используемая студентами на семинарах, хотя я бы советовал записывать их словами. Например:

«Один, два, три, четыре, пять… У меня по пять пальцев на каждой руке, и на пяти-шести из них шрамы. Кажется, что это много, но на самом деле – нет…»

Знаю, что многие заядлые путешественники перебирают страны. Или вот: механик в автомастерской перечислял детали двигателя, а парнишка на одном из моих семинаров выписывал имена своих бывших подружек (и этих имен в его списке было более чем достаточно). Неважно, что вы выберете, – главное, чтобы ваш список был длинным и все пункты в нем были вам знакомы.

Вот и все. Засеките 10 минут, следуйте этим трем правилам – и вперед.

Приведу пример одной из своих сессий «Без границ» с недавнего семинара. На занятиях я обычно проговариваю собственные фразы, записывая их, чтобы студенты понимали, как работает моя голова. В частности, я хочу, чтобы они услышали:

• как приходят новые идеи;

• как я без промедления и осуждения принимаю их;

• как я всегда готов оставить какую-нибудь хорошую мысль и переключиться на новую, пусть даже поначалу она может показаться бесперспективной;

• как мне удается непрерывно писать.

Если вы посетите канал на YouTube, посвященный этой книге, то увидите весь процесс воочию и поймете, как проходит мое выступление на семинарах. А ниже представлен конечный продукт этого действа, преобразованный из рукописного текста в цифровой.

Свои сессии «Без границ» я всегда начинаю с какого-нибудь предмета, присутствующего в комнате, но вы можете начать с чего хотите. К примеру, сегодня это была ваза с виноградом на столе, и я начал со слова «виноград». Косой чертой обозначены моменты прихода новых идей или воспоминаний.

Виноград. Виноградный сок. Сок из белого винограда… / В детстве я однажды наступил на разбитую бутылку из-под сока Mello Yello и порезал ногу – занес инфекцию – это было у пруда… / Ага, пруд… В Явгуге было три набережных и аквацентр Эшэвей – где я никогда не бывал… / В Явгуге я работал спасателем – какая же это скукотища – работать спасателем в летнем лагере для бойскаутов – хотя можно глазеть на девчонок… Ну зато я спас того мальчишку, который не умел плавать и никому в этом не признавался… / Когда Эрик и – как там его? Рори, да, Рори – перевернулись в каноэ, взрослые стояли спиной к пруду, и мы с Джеффом забрались в свое… / Пират – это морской преступник – поэтому для того, чтобы называться пиратом, надо совершить в море какое-нибудь преступление… / Я и был преступником, но если тебя признали невиновным, то кем себя считать – бывшим преступником или тем, кто вовсе не был преступником? Хотя я вообще-то и в самом деле был преступником: разбивал битой почтовые ящики, таскал чужую обувь и все такое прочее – куча преступлений. Тогда получается – все преступники? Или я просто особо злостный? / Далее следует список преступлений… / История о парне, совершающем преступление на море только для того, чтобы стать пиратом и носить повязку на глазу для эффектности… / В детстве я ходил по железнодорожным путям, но не хочу, чтобы и мои дети таким занимались, пусть даже это безопасно, понятно? Разве может поезд подкрасться незаметно? Ни за что… / У лака для ногтей обычно странные названия цветов, надо что-то с этим делать… / Зеленый, красный, желтый, синий, серый… / У конфедератов ведь была серая форма, верно? Если так подумать, самый унылый цвет. Британцы носили красный, чтобы кровь была не так заметна… / Я прошел испытания на пригодность к воинской службе, интересно было бы узнать результат – понятия не имею, кем бы я мог быть в армии,– слава богу, я не записался снова в 17 лет, интересно… / Я принес присягу – понарошку – в 17 лет, а в 18 мне пришлось сделать это снова, и я отказался, но неужели это повод считать меня плохим человеком? / Плохой человек – черно-белое мышление – вот у Стивена Кинга сторона добра – белая, мне это нравится, но, с другой стороны, получается некий расистский подтекст типа «забыл лицо своего отца» – круто, но… / Я так и не прочитал папино письмо, интересно, почему мне так страшно, ведь я всего лишь хочу наладить отношения…

По окончании сессии я изучаю написанное и вытягиваю из него те нити, которые стоит сохранить. Идеи для историй. Заготовки. Воспоминания, которые хочу сберечь. Новые идеи. Интересные мысли.

Вот тезисно то, что у меня получилось из тех 10 минут:

Виноград. Виноградный сок. Сок из белого винограда… / В детстве я однажды наступил на бутылку из-под сока Mello Yello и порезал ногу – занес инфекцию – это было у пруда…

Уж не знаю, какая связь между виноградным соком и Mello Yello, но мой мозг эту связь уловил, и я вспомнил, как в пять-шесть лет ездил с семьей к пруду. Я и не думал о той злосчастной бутылке и порезанной ноге до этой сессии «Без границ», но, что самое главное, она помогла мне воскресить в памяти еще одно воспоминание того дня, которое я не записал во время сессии, потому что в мое сознание ворвалась другая мысль, намного более значимая. Это было воспоминание о том, как отец спрыгнул в пруд с края большой плоской скалы и так долго пробыл под водой, что я уж было решил, что он утонул прямо у меня на глазах. Помню, как на меня нахлынула волна печали: отца больше нет! Единственный человек, которого я любил, лежит теперь бездыханный на дне пруда. В тот момент я понял, что моя жизнь изменилась навсегда. Но когда я уже было открыл рот и собирался закричать, голова отца вновь возникла среди листьев водяных лилий и «навсегда» чудесным образом закончилось. Жизнь мгновенно стала прежней. Подобные эмоциональные потрясения происходили в ней крайне редко.

Оказалось, я унаследовал от отца способность задерживать дыхание на очень долгое время. За эти годы я перепугал множество людей, в том числе и жену, исчезая под водой на какие-то безумные промежутки, – и при этом ни разу не вспоминал тот момент, когда решил, что навсегда потерял отца. Наверное, однажды я расскажу эту историю как следует.

Ага, пруд – в Явгуге было три набережных и аквацентр Эшэвей – где я никогда не бывал… / В Явгуге я работал спасателем – какая же это скукотища – работать спасателем в летнем лагере для бойскаутов – хотя можно глазеть на девчонок… Ну зато я спас того мальчишку, который не умел плавать и никому в этом не признавался…

Воспоминание о бутылке Mello Yello и поездке на пруд, в свою очередь, напомнило мне о пребывании на пруду Явгуг, в лагере для бойскаутов. В детстве я провел там множество летних дней. Пассаж о том, как скучно работать спасателем в лагере, нужно будет использовать в каком-нибудь эссе или стендап-номере. Должно получиться забавно. Во всяком случае, шансы есть.

Что же до мальчика, который едва не утонул (потому что стеснялся признаться в том, что не умеет плавать), я совершенно забыл об этом моменте и не помнил до той сессии «Без границ», а ведь и из него определенно может получиться славная история.

Когда Эрик и – как там его? Рори, да, Рори – перевернулись в каноэ, взрослые стояли спиной к пруду, и мы с Джеффом забрались в свое…

После пруда Явгуг я вспомнил и пруд в Вермонте. Когда мы с друзьями много лет назад ездили туда в их загородный дом, парень по имени Эрик и его друг Рори перевернулись, заплыв на середину пруда в каноэ. Оба были без спасательных жилетов и потому ухватились за край лодки, чтобы как-то удержаться на плаву. Мы с моим другом Джеффом были единственными взрослыми, кто заметил, что мальчики попали в беду, и потому забрались в свое каноэ и поспешили им на помощь. Мальчики поблагодарили нас за спасение, но на самом деле они могли продержаться довольно долго, цепляясь за свое каноэ. И все же я был рад, что все обошлось.

Возможно, из этого тоже выйдет история или хотя бы ее часть.

Гораздо более достойный рассказа момент случился в Вермонте, когда Эрик случайно наткнулся на мою жену Элишу, совершенно голую и на шестом месяце беременности. Элиша чуть его не убила, он убежал со всех ног и потом отрицал, что вообще что-то видел, хотя все мы знали, что это не так.

По странному стечению обстоятельств спустя два года, когда он учился в пятом классе, Элиша стала учительницей Эрика, и он оказался, наверное, единственным десятилетним мальчиком в истории американского образования, который видел учительницу начальных классов нагишом, да еще и беременную. А вот эту историю стоит рассказать. И конечно, вы знаете, что мне просто необходимо выдать свою версию.

Пират – это морской преступник – поэтому для того, чтобы называться пиратом, надо совершить в море какое-нибудь преступление…

Что-то в воспоминании о том происшествии на озере, с каноэ, вызвало ассоциацию с образом пирата. Не знаю, сделался бы я пиратом, если бы совершил преступление на море, но когда об этом писал, то сам верил.

Если так и есть и если для того, чтобы меня записали в пираты, необязательно подвергнуться аресту или угодить в тюрьму, можно смело добавить это в список историй. Совершить какое-нибудь мелкое преступление – например, стащить столовое серебро из круизной яхты – и можно дополнить резюме пунктом «пират» (или даже «флибустьер»).

Я и был преступником, но если тебя признали невиновным, то кем себя считать – бывшим преступником или тем, кто вовсе не был преступником? Хотя я вообще-то и в самом деле был преступником: разбивал битой почтовые ящики, таскал чужую обувь и все такое прочее – куча преступлений. Тогда получается – все преступники? Или я просто особо злостный? / Далее следует список преступлений… / История о парне, совершающем преступление на море только для того, чтобы стать пиратом и носить повязку на глазу для эффектности…

В 1991 году меня арестовали и судили за преступление, которого я не совершал. И хотя в конце концов меня признали невиновным, стал ли я преступником из-за одного факта ареста? Хоть ненадолго? А как быть с преступлениями, которые я и в самом деле совершил, хотя и не понес за них наказания? Например, порча частного имущества в бесчисленных гонках с разбиванием почтовых ящиков (это когда ты на ходу зарабатываешь очки, сбивая почтовые ящики одним ударом биты). Или кража обуви с витрины магазина детской обуви. Или изготовление и продажа поддельных водительских удостоверений несовершеннолетним студентам. Еще я подбирал автостопщиков и выдавал себя за работника благотворительной организации, чтобы присвоить себе денежки потенциальных жертвователей (эту историю мы еще рассмотрим подробнее). Или ездил по участку со знаком «Стоянка запрещена» перед церковью. Не раз разбивал лобовое стекло машины моего бывшего отчима.

Делают ли меня преступником эти правонарушения? Или мой список нарушений, за которые я не понес наказания, длиннее, чем у большинства? Или эти нарушения серьезнее, чем у большинства людей? Над этими вопросами стоит поразмышлять в блоге или журнальной статье.

В детстве я ходил по железнодорожным путям, но не хочу, чтобы и мои дети таким занимались, пусть даже это безопасно, понятно? Разве может поезд подкрасться незаметно? Ни за что…

Я и сам не знаю, каким образом связаны пиратство, преступления и прогулки по железнодорожным путям, но я об этом вспомнил. В том и состоит одно из преимуществ упражнения «Без границ»: оно позволяет беспорядочным мыслям врываться в твое сознание в любой момент.

Родители отпускали меня гулять одного в безумно раннем возрасте. Частенько я уходил из дома на рассвете, взяв с собой бутерброд с арахисовым маслом и джемом в бумажном пакете, и не возвращался до самого ужина. И нередко проводил эти вольные часы с друзьями на железнодорожных путях, прорезавших город (сегодня я и сам не знаю, зачем так делал). Я не вспоминал об этом много лет, до той сессии «Без границ». Я пишу статьи в несколько журналов, в том числе в журнал «Родители» (Parents). Это воспоминание тянет на основу для эссе или, может быть, пост в блоге.

У лака для ногтей обычно странные названия цветов, надо что-то с этим делать… / Зеленый, красный, желтый, синий, серый… / У конфедератов ведь была серая форма, верно? Если так подумать, самый унылый цвет. Британцы носили красный, чтобы кровь была не так заметна…