– Ну, зато на Любу то можно положиться! В ней можно быть уверенным…, – и увидев, как Марк уставился в тарелку с супом с зависшей в руке ложкой, тут же спросил, – У нее, что есть, кто ни будь? – вот уж кому Марк не хотел повествовать о своей ситуации, так ему. Но врать он не мог. Да и не поверил бы его старинный друг, когда уже все стало понятно…по супу…который он не смог больше есть…Марк молча кивнул и поднял глаза на Саню. Друг его оторопел…он тоже отставил суп и уставился в центр стола, куда уже смотрел и Марк. Перед этим в его глазах образовался темный провал, как когда-то в зрачках Ани, когда он ей неожиданно выдал признание…Марк сейчас явно вспомнил, как это было. Мы все живем там, за глазами, между ушами и затылком, там наше истинное место. Туда проваливаются омуты и водовороты из наших глаз, там они или растекаются ручьями и исчезают или крутят буруны, не дающие нам покоя по жизни. « Он то чего так переживает», – подумалось Марку, – разумного объяснения не находилось. Кроме того, что Саня злился за то, что Марк увел от него «невесту». Пусть бы спасибо сказал, а то лежал бы сейчас на его месте….
К тому моменту, как он угодил на больничную койку, они уже лет восемь не общались. Марк попытался проявить инициативу, позвонил поздравить с днем рождения, Саня был ровно на месяц младше его, но голос и тон, которым говорил с ним его друг, не вызывал никаких сомнений в невозможности дальнейшей дружбы. Марк об этом очень сожалел. Он любил Саню …И был бесконечно благодарен за то, что он приехал и был последним, кто проводил его маму в больницу, когда с ней случился инсульт…Сам Марк не успел…Эта история полна трагизма от которой он не смог и не сможет оправится никогда…Его мама практически умерла во время телефонного разговора с ним…Дальше он диктовать не смог…Задушили слезы…И воспоминания…Не все эмоции пропали подумал он , вытирая глаза краем больничной простыни, которой укрывался…
Der kostenlose Auszug ist beendet.