ПОСВЯЩАЕТСЯ МАМЕ
КАЖДЫЙ РАЗ, КОГДА СОМНЕВАЕШЬСЯ В СЕБЕ, ПОМНИ: ТЫ ТА, КОТОРАЯ ПРОХОДИТ СКВОЗЬ ЛЮБЫЕ ШТОРМЫ. ПРОДОЛЖАЙ ИДТИ, ПРОДОЛЖАЙ СВЕТИТЬ. ТЫ СПРАВИШЬСЯ.
Дизайнер обложки Наталья Залесова
© Олеся Дерби, 2024
© Маргарита Рай, 2024
© Наталья Залесова, дизайн обложки, 2024
ISBN 978-5-0064-2314-5
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Мы выпустили с Риткой книгу «Вкус звёзд», и я слегла. Семь дней привычной хвори нежданно переросли в семь недель. Новогодние праздники и Рождество прошли мимо. Разжигая ритуальные костры, Январь готовил для меня пышные похороны. Заметая сознание метелями и сковывая тело стужей, он старательно покрывал мою голову белым саваном.
Пра дежурила возле моей постели по ночам. Давая мужу возможность хоть немного поспать, она закрывала двери возможностей моего ухода. Гремя ключами, садилась рядом, и погладив по голове, била в бубен, возвращая тлеющий огонёк души с Небес на Землю. Бешеный ритм путал следы, заставляя Смерть плясать под бешеный шаманский ритм, сбивая с пути и уводя от основного маршрута.
Позже Ритка скажет: подобное состояние и есть переход на новый уровень. Собирая себя по кусочкам, я понимала, что привычные методы не работают. Потеряв Крылья, Силу и весь свой Опыт в бою с болезнью, я вдруг осталась ни с чем, нагая и беззащитная. И вот тогда настал тот самый переломный момент. «Сдавайся! – строчила подруга в сообщениях. – Признавай, что ничего не знаешь и начинай жить заново…»
Но как же. Гордыня лезла на амбразуру, размахивала флагами и строила баррикады. Убогость тёрлась об ноги и тоскливо мяукала, требуя пожалеть и пригреть. Я металась между ними, стараясь угодить обеим. Пока не поняла: за их широкими спинами меня уже не видно. «Боже, я твоя девочка… – шептала я, повиснув на краю пропасти, – и я сдаюсь! На всё согласна. Благодарю, что любишь меня любую. И прошу твоей помощи и поддержки…»
Не знаю, был ли гром на самом деле тем снежным февральским утром или это очередной плод моего воспаленного воображения. И нет, я не попала в сказку, где проснулась полностью исцелённой. Но процесс восстановления пошёл быстрее (я бы сказала – побежал – настолько всё вокруг завертелось и ускорилось). Врачи разводили руками и удивлялись результатам: по научным показателям моё тело не могло так быстро приходить в норму.
Один мудрый человек как-то сказал: «Как только человек заболевает, ему надо поискать в своём сердце того, кого нужно простить». Возможно, я вернулась и осталась не только для того, чтобы жить и преодолевать земные трудности. Мне предстояло научиться любить жизнь, людей и.. себя. Потому что если и прощать кого-то, то лучше начинать с собственной персоны. Засучив рукава, я принялась за дело.
Ох, и нелёгкая эта работа – тащить из болота бегемота. Но иногда сильным и смелым дают последний шанс: не выбирать, а просто быть. Чем я теперь и занимаюсь. Поверьте, просто быть в тысячу раз труднее, чем быть кем-то. Но жить без оценок и ожиданий всё интереснее и занятнее. И наша с Риткой новая история об этом. О неизвестности и собственном пути, который мы выбираем вместо проторенных дорог. О Силе, которую не поймать за хвост, как синюю птицу. И о Любви. Потому что куда бы мы ни свернули, она единственная, кто даст всё, что нужно на тот момент.
ВСЁ ПОЛУЧИТСЯ. И ОДНАЖДЫ БЕРЕГ БУДЕТ ВИДЕН НЕ ИЗДАЛЕКА, А ОЩУТИМ ПОД СТУПНЯМИ. ДАЖЕ ЕСЛИ СЕЙЧАС ВСЁ ЭТО НЕ ТАК.
ЛИЛЯ ГРАД
…А ведь ничего не предвещало перемен. В обычный морозный декабрьский полдень мы привычно созвонились с Риткой. Разговоры о детях, делах и погоде плавно перетекли в любимое мною русло – практику. Подруга посетила очередной крутейший семинар и жаждала применить на деле теоретические знания. А так как под рукой обычно оказывалась я, надобность в подопытных кроликах отпадала. Каждый раз, когда Ритка решительно меняла мир вокруг себя, автоматически менялось всё и вокруг меня.
– Итак! – подруга соскочила со стула, потерла в нетерпении руки и возбуждённо зашагала по комнате. В камере экрана телефона она казалась маленьким эльфом, наспех набросившим на себя первое, что попалось под руку: белую льняную рубаху, вышитую каким-то невообразимо чудным синим орнаментом и джинсы-клёш. Ритка была прекрасна. Волосы цвета горчичного мёда рассыпались по плечам, голубые глаза горели огнём, спина прямая, крылья расправлены и готовы к полёту.
Мы пытались изменить реальность и найти Точку Мира – то самое межмирье, где события разворачиваются другим, одним только Богу (и Вселенной) известным способом.
Вводя в курс дела, Ритка открыла свою сердечную чакру и проверила наличие Любви в моей. В груди разлилось тепло, тело бросило в жар. Я выдохнула с облегчением: работает, родимая, по-прежнему светит и отражает этот свет в лучах напротив. Решив «заказать» успешный успех, я закрыла глаза, вдохнула, выдохнула и неожиданно повалилась на диван после Риткиного резкого хлопка в ладоши. Где-то далеко, как-будто сквозь десятиметровый слой ваты, слышался голос подруги, направляющей мою энергию по нужному адресу. Я вошла в какую-то комнату, увидела ванну с деньгами и полезла купаться. Сверху лил дождь из купюр, деньги приятно шуршали в волосах, щекотали нос, губы, руки. Возвращаться не хотелось. Пробираясь в земной слой, я не помнила в новой реальности новую себя. Единственное, что осталось в памяти, это сказочный аромат новой жизни.
На следующий день я слегла и, едва не умерев, начала Жизнь с чистого листа. В поисках новых смыслов я успела сменить причёску и цвет волос, разгрузить балкон, кардинально изменить гардероб, занавески и даже вкусовые привычки. Но главным оказалось не то, что искала снаружи. А то, что всегда было со мной по праву моего рождения: тот самый Источник, который позволяет напиться в жару и согреться среди стужи. Те самые Мудрость, Сила и Знание того, кто Я на самом деле. Та самая Жизнь внутри Жизни, где левое это правое, верх – это низ, а внешнее равно внутреннему.
По мнению Ритки, этот Источник и есть основная причина нашего пребывания на этой планете. И тот, кто найдёт его, познает не только Мир, но и себя. Станет целостным. Той самой частью единого, которому мы все принадлежим. Так, одержимые идеей найти этот волшебный объект, мы с подругой, не думая ни минуты, отправились в очередной увлекательный тур…
Мы лежали на траве и смотрели в синие глаза Неба. Оно улыбалось, ласково касаясь губами наших ресниц. Прыгая и спотыкаясь, Ветер поначалу лаял и кидался на чужестранок, посмевших нарушить тишину этих мест. Но мы с Риткой выстояли. Расстелив скатерть-самобранку, которую подруга привезла когда-то из дальних странствий, пригласили Духов и Хозяина леса разделить хлеба пополам. И Ветер стих, улёгся рядом и уснул, захрапев громко, с присвистом.
В пути мы были десятые сутки. Немного сбившись с основного маршрута, решили не паниковать, а провести время с пользой. Устроили привал, чтобы отдохнуть и провести работу над ошибками. И, как оказалось, приняли самое верное на тот момент решение. Выспавшись и наевшись, развернули карту, сверяя координаты места назначения с тем местом, где находились сейчас.
– Странно… – Ритка хмурила брови и в раздумье кусала травинку, гоняя её между губами. – Этого леса нет на карте. Поляны нет. И.. нас нет.
Подвинувшись ближе, я поправила очки и взглянула на Риткин пальчик, которым она отметила наше местонахождение. Действительно, ни леса, ни поляны, ни людей. Может, соврал Леший, торгующий картами на перекрестке дорог? А ведь обещал, что это волшебный артефакт. И, куда бы ни двинулись, тут же укажет местечко на бумаге и проложит нужный маршрут. Эх! Обвел старик вокруг пальца и денег содрал втридорога…
– За тихой реко-о-о-ю, берё-ё-ёзовой ро-о-ощей распустится пе-е-ервый весенний цвето-о-ок…
Голос плыл откуда-то издалека, ломался, отчаянно фальшивил, но продолжал с наслаждением:
– И я загада-а-аю желание попро-о-още и перекрести-и-ившись взгляну на Восто-о-ок…
Переглянувшись, и не думая ни секунды, мы с подругой вскочили и побежали в ту сторону. Выйдя через час на ту же поляну, с которой ушли, упали без сил и расплакались. Мы заблудились. Волшебный лес не отпускал, путая следы и дразня застольными песнями.
– Окрасится не-ебо-о-о багряной зарё-ё-ёю, – раздалось уже где-то рядом. – И вечное со-о-лнце-е над миром взойдё-ё-ёт…
Мы с Риткой вздрогнули и повернули головы на звук. Недалеко от нас, укрытая высокой травой, устроилась на пенёчке Избушка на курьих ножках. На старом дощатом крылечке, подперев голову рукой, сидела Баба Яга. Рядом стояла початая здоровенная бутыль с неизвестной жидкостью. И, судя по вокалу, манере исполнения, антуражу и декорациям, Колдунья была в стельку пьяна.
– И белая пти-и-ица взлетит над землё-ё-ёю, – вывела старуха треснувшим голосом. – И Божие проще-е-ение с небес принесёё-ёт…
Горестно вздохнув, Избушка покачнулась, едва не уронив бутыль и хозяйку.
– Ети-и-ить твою нале-е-ево! – всплеснула руками Баба Яга, вскочив на ноги. И тут заметила нас. Прищурилась, разглядывая и что-то бормоча себе под нос.
Над поляной сгущались тучи. Где-то за макушками сосен бухтел, прокашливаясь, Гром. Ветер заметался. Птицы умолкли. Трава прижалась к земле. Того и гляди грянет буря. Мы с Риткой переглянулись и решили идти ва-банк. Не сожрёт же, в конце концов, Колдунья.
– Доброго денёчка, бабушка! – Ритка поклонилась в пояс. – Заплутали мы маленечко. Не поможете дорогу домой отыскать?
– Отчего не помочь девицам-красавицам… – Яга сверкнула глазами, сложила руки на груди. – В горницу проходите. Обстоятельно всё мне изложите. А там поглядим…
Слушая о наших приключениях, Яга временами хмурилась, местами хохотала, хлопала в ладоши от удивления и даже пускала слезу. Пока жарилась картошечка, на столе появились маринованные огурчики с укропом. Порезанная тонкими кружочками и приправленная крупной солью редиска. Хлебушек, всё ещё тёплый, хозяйка аккуратно вынула из льняного полотенечка и аккуратно поломала костлявыми пальцами.
– Ну, гости дорогие, – Баба Яга торжественно разместила дымящуюся сковородку в центре стола. Разлила на троих самогон из бутыля. И, вооружившись луковым пером, подняла чарку. – За вас, девоньки, за нас, старушек и за Жизнь со всеми её проявлениями!
А дальше всё было как в тумане. Помню, как разжигали огонь на мокрой после Дождя поляне. Как плясали вокруг и прыгали через костёр со Снегурочкой (как она очутилась майской ночью в гостях у лесной Колдуньи, ума не приложу). Затем Кикиморы приволокли Лешего, и Яга поила его каким-то зельем, уговаривая проводить нас с Риткой за волшебные Пределы. Уже на рассвете, прощаясь и чмокая друг друга в щёку, нестройным хором допевали любимую Ягой песню. Затем, загадав желанье попроще и перекрестившись, ушли на Восток.
Дорогу к Источнику Колдунья так и не подсказала. Кажется, она намеренно путала нас с Риткой, чтобы мы не попали туда, куда стремились. Но если быть честной, вспоминая ту ночь и дальнейшие наши поиски, я благодарна Яге за неверные знаки на карте, отмеченные ею красным крестиком. Волшебные Клубочки, выданные нам в дорогу вместо навигатора, постоянно заводили не туда и открывали совершенно другие двери.
Как оказалось, всё это время мы с Риткой попросту ходили кругами, не приблизившись к Источнику ни на шаг. Ошибка наша была в том, что искали Его снаружи, присматриваясь к каждому водоёму и выискивая повсюду знаки. В нашем понимании Источник должен был быть чем-то вроде водохранилища, который не замерзает зимой и не покрывается тиной летом. Наивно полагая, что в этом водоёме можно набрать святой водицы и исцелить свои душевные раны, мы продолжали поиски, пока не вышли к знаменитому Камню, который указывал всего три направления.
Вздохнув с облегчением (ещё бы, ведь половина пути уже пройдена) мы с подругой решили разделиться и отправились в противоположном друг от друга направлении. А если что-то пойдёт не так, всегда можно вернуться обратно, к Камню, и, уже вместе отправиться по третьему, запасному пути.
…Едва заметная в высокой изумрудной траве, тропинка вывела к деревеньке. Расположившись у Молочной речки, расписные пряничные домики уютно почивали на кисельном берегу, усыпанном ягодами и цветным драже. Сонное рыжее Солнце облизывало растущие в огородах радужные леденцы. По Небу паслись отары зефирных облачков. По вафельному мостику, перекинутому через быстрые воды, спешили по делам имбирные фигурки.
Меня встретили приветливо, пригласив отобедать в гостевом домике. Наевшись сладостей до отвала, я уснула на бисквитных перинах. Ночь заботливо укрыла звездным покрывалом, подоткнув его по бокам, чтобы не сползало. Толкаясь и галдя, Сны с любопытством заглядывали в окошко, наперебой предлагая свои сказочные истории. Словно стесняясь своих круглых обнаженных форм, Луна смущенно пряталась за занавеской.
Утро подкралось по-кошачьи тихо, прыгнуло на грудь, мурлыкая и маня ароматами свежей выпечки. Разрезая влажный от росы воздух, заголосили петухи. Замычали коровы, заблеяли овцы, зазвенела посуда в кухнях. Сладко потягиваясь и зевая, жители просыпались вместе со мной.
Но что это, там, на горизонте? Заперев Солнце в темницу, навстречу Новому Дню двигалось что-то большое и тёмное. Рыча, метая гром и молнии, оно летело на деревеньку-уточку чёрным коршуном. Пряча детей, женщин и стариков, мужчины строили крепость из мешков с мукой, заряжали в ружья изюм и пасхальную посыпку.
– Тебе нужно спрятаться! – подбежавший Старейшина тянул за руку, уводя в укрытие, сооруженное из мастики и сухариков.
Почти добежав до места, я вдруг остановилась, очарованная нависшей над головой угрозой. Гневно фыркая и размахивая крыльями, Змей-Горыныч вертел головами, выслеживая добычу среди бегущих по полю мятных пряников и булочек с корицей. Раскрыв три жаждущих еды пасти, Чудище жадно глотало пущенные шоколадные стрелы. И сколько бы ни пускали зарядов мужественные воины, ему было мало. Снаряды таяли на глазах. Готовясь к поражению, Старейшина собирал последний военный совет.
И тут я вспомнила один из Снов. В нём мелькали готовящие ужин мозолистые руки Бабы Яги и звучала единственная фраза, которая не давала покоя после пробуждения. «Я тебя люблю!» – шептала Колдунья всему, что попадалось на глаза. Томящаяся в печи картошечка довольно скворчала, то и дело всхлипывая и брызгая маслицем в ответ. Вырастая на противне, мужал и поднимался с колен хлебушек. Редиска радостно блестела, огурчики хрустели, а мы с Риткой уминали всё это за обе щеки.
– Почему? – интересовалась подруга, не в силах больше съесть ни крошки, – почему у Вас так вкусно, бабушка?
– Потому что приправлено Любовью… – лукаво хихикала Баба Яга, подкладывая на тарелки десятую порцию добавочки.
Приправлено Любовью… Вот бы вспомнить волшебный рецепт или хотя бы достать щепотку той приправы. Да куда там! Горыныч застыл напротив, рассматривая меня с удивлением. Ещё бы. Ведь я единственная среди всей этой толпы не была сладкой булочкой (хотя мои аппетитные формы муж шутливо пощипывал, именно так и называя). Эх, была не была! Достав забытую Риткой скатерть-самобранку, я швырнула волшебством в Змея и, зажмурив от страха глаза, приготовилась к наихудшему развитию событий.
Der kostenlose Auszug ist beendet.