– У меня нет. От деда остался, – сквозь зубы процедил Гордеев. Все-таки не зря Феоктистыч всегда был ему несимпатичен. Именно из-за этого врожденного хамства, которое невозможно вытравить никакой средой, он и не пытался никогда
In dieser Version des Buchs können Sie problemlos von der elektronischen zur Audioversion (oder umgekehrt) wechseln und dort weiterlesen oder -hören, wo Sie zuvor aufgehört haben.
