Buch lesen: "Кошка", Seite 2

Смеркалось, костер прогорал; от импровизированного чая поднимался вкусный аромат трав, а кошечка все никак не могла наесться. Эльф подливал и подливал молочка, а нежный шершавый язычок выбирал с ладони все до капли.

Наконец Тайтингиль словно очнулся.

– Ладно. Так.

Налил себе чаю, приглядывая, как кошка моется после трапезы, съел ломтик хлеба. Развернул плотную скрутку войлока, устроил себе ложе. Ослабил подпруги на седле. Конь, напившись из крошечного источника, разгребал теперь прошлогодние листья, выискивая сочные травинки. Снял часть доспеха. Обнажил меч и уложил рядом. Взял кошку с плаща, лег, укрылся, пристроил ее рядом с собой, успокоительно поглаживая.

Кошка коротко зашипела и рванулась было прочь… но осталась под рукой витязя. Затем выпросталась, прошлась снаружи по плащу, обследуя маленькими лапками ложбинки и уютные складочки. Вернулась к Тайтингилю и свернулась в пушистый белый клубок между его щекой и плечом. И завела успокоительную кошачью колыбельную, прижавшись упрямым лобиком к лицу витязя.

– Хм, – сказал Тайтингиль. – Надеюсь, орков ночью не будет. И я не стану бегать за тобой по кустам.

Кошка, перестав мурлыкать, провела язычком по царапине на щеке эльфа и запела снова.

– Ладно-ладно… ладно…

Воссияли звезды, а эльф, утомленный длинной дорогой, уснул.

Кошка еще немного попела, потом плотнее свернулась, спрятав лапки под теплый пушистый животик. Конь подошел и понюхал новую спутницу. Кошечка не подняла головы, только дернула ушком, когда жесткие волоски конского храпа потрогали ее.

Спустилась ночь.

Глава 2

– Долбаный мистер Донни! Чтоб тебя!

Очередное письмо от въедливого итальянца довело Дарью до белого каления. Мало того, что он в очередной раз прислал таблицу на двадцать листов с уточнениями по комплектации установки, так к ней прилагались еще и умопомрачительные вопросы.

«Можете ли вы сделать такую же, только без камеры загрузки форм»? Можем, блин, но это уже будет другое оборудование, и назначение у него будет совсем другое, чертов ты макаронник, учи матчасть! «Можете ли вы обеспечить голубой цвет эмали наружных частей механизма вместо кофейно-кремовой?» А это еще зачем?… Ну голубой обеспечить, бесспорно, можно, но это зависит от покрасочного цеха, опять же, переговоры с дизайнером, который ничего голубого не понимает…

– Даша, а что у нас по конференции? Ты всех обзвонила?

Еще и конференция!

Дарья вцепилась в волосы. Беспощадно выбеленные прядки скомкались и жалобно заскрипели под пальцами.

Глотнула остывшего кофе.

– Что мне делать раньше, отвечать черту миланскому или партнеров обзванивать?

– Ты мне сначала коммерческое предложение переведи, это срочнее всего!

Ох, еще и Настя…

Ну здравствуй, электронно-лучевая установка… Перевод – это спокойнее, чем обзвон нервных партнеров и тем паче беседа с мистером Донни, дай бог ему здоровья!

«Система настройки стыка деталей должна обеспечивать автоматическое определение и запоминание отклонений луча от траектории стыка и последующую корректировку в процессе прихватки и сварки»…

Черт!

Семнадцать ноль-ноль, конец рабочего дня. Девчонки засобирались домой, поднялась из-за стола и Дарья.

Не домой.

Вместо ужина – засыпанный в шейкер протеин на воде и тренировка.

– Почему опоздала? – это у тренера Леши вместо «здравствуйте». Разминка на дорожке, легкий присед с голым грифом, потом – прогрессия. Дарья на каком-то автомате меняла блины на ребристом грифе – пять, десять, пятнадцать килограмм, еще пятнадцать. Онемевшие руки скользнули по черной резине блина, сердце горело в груди.

– Глубже садимся! Носки разведи! Поясницу держи!

Пять по пять по шестьдесят. Отличный результат по приседу. Теперь – сгибания-разгибания и беговая «заминка»…

Дарья вышла из зала на дрожащих ногах. Села в машину, повернула ключ в замке зажигания, и прижалась лбом к баранке руля.

– Ничего… Это пройдет. Надо сделать роскошные ноги к лету… надо сделать… надо…

«Надо» – это было хорошее слово. Тренировка – хорошее время, чтобы не думать ни о чем. Например, о нормальных парнях, которые к ее возрасту были женаты. Ну да, пока ее ровесницы занимались романтическими глупостями, создавали семьи и заводили детишек, она училась, делала карьеру, реализовывала амбиции. Теперь у нее – хорошая зарплата, квартира, машина, полная самостоятельность.

Или полная ненужность?

Позитивные качки в зале радовались ее спортивным успехам и искренне считали «своим парнем».

В кино Дарью за последний год пригласил только инженер Костик с работы. Костик был рыжий, под два метра высотой, без намеков на бицепс и трицепс, сгибатели и разгибатели. Костик был родновер, не брил бороды и с восторгом рассказывал о Яриле и Перуне. И кино он выбрал такое же – на языческую тематику…

Дарья терпеть не могла всю эту драную сказочную романтику. Она с отвращением отсидела тридцать минут фильма и ушла, сославшись на необходимость готовиться к Радонице.

Снова глотнула из шейкера. Тренажерка – зачет.

Теперь – на танцы.

– Раз-два-три. И – раз-два три…

Красавец Александр в совершенстве знал самбу, румбу и пасадобль. Он учил их женский отряд, в котором только Дарья была в категории «до 75 кг», премудростям томного вращения бедрами и постановке рук. Дамы смотрели на Александра как на божество: гибкое тело восточного наложника, покрытое нежным загаром, без единого волоска, отбеленные зубы, идеальная прическа.

Он был голубой настолько, что, казалось, от него исходит ультрамариновое сияние. Тот самый лоск идеальной, так необходимой мистеру Донни эмали.

– Де-евочки, – тянулся сладкий голосок с придыханием, – спинку держим! И раз-два-три!