ЛИК с радостью принял это предложение. Он уже скучал по морской жизни и хотел на личном опыте показать преимущества системного подхода при планировании и выполнении морских комплексных геофизических работ. После завершения заседаний ученого совета института 13.05.69 вечером ЛИК на поезде выехал в Москву. 14.05.69 он был уже в Москве, где ему предстояло по распоряжению В.В. Федынского, начальника Управления геофизических работ Мин ГЕО СССР, получить рецензии на аванпроект АССОХ МОРГЕ, стоимостью в 100 миллионов рублей на 5 лет, в ВИЭМС и ВНИИГеофизике. Всесоюзный институт экономики минерального сырья (ВИЭМС) был экономическим цензором всех крупных проектов МинГЕО СССР, а ВНИИГеофизика – цензором всех крупных геофизических проектов.
ЛИК поселился у Люды в квартире Балабанов, в маленькой комнатке жены. Желание побыть вместе было сильнее удобств жизни в гостинице УРАЛ, рядом с ВНИИГеофизикой. ЛИК передал один экземпляр аванпроекта во ВНИИГеофизику с сопроводительным письмом В.В. Федынского и рецензиями О.Г. Сорохтина и ИВТ АН Латвии. Второй экземпляр аванпроекта ЛИК привез в ВИЭМС и передал д.т.н. О. В. Родионову, руководителю проекта БОАСУ ГЕОЛОГИЯ, МинГЕО СССР, в который ОАСУ МОРГЕО должна была войти как подсистема. На просмотр обширного труда в обоих институтах взяли неделю, и фактически этот период ЛИК работал пожарником, то отвечая на вопросы рецензентов по телефону, то приезжая в институты для личной встречи с рецензентами. Ни в одном из рецензирующих институтов принципиальных возражение к аванпроекту АССОХ МОРГЕО не было. Отдельные вопросы, после иногда острых дискуссий и даже правок в аванпроекте, снимались. Таким образом, к 21.05.69 рецензии институтов цензоров были готовы, с рекомендациями в МинГЕО СССР утвердить аванпроект АССОХ, как первый этап реализации ОАСУ МОРГЕО в 1970 – 75 годах. ЛИК отвез все пять экземпляров аванпроекта в МинГЕО СССР на утверждение Министром, при согласовании с В.В. Федынским, в управление которого он его и сдал. На следующий день во ВНИИГеофизике, где он трудился все эти дни, ему сообщили о желании М.К. Полшкова побеседовать с ним вечером 22.05.69.
Встреча была приятной и совершенно не формальной. Теперь М.К. Полшков был для ЛИКа уважаемым учителем, старшим коллегой, но уже не прямым начальником, с созданием ВНИИМОРГЕО и присоединением ОМГР к нему. М.К. тепло принял ученика, поздравил с большой работой и задал несколько вопросов о новой жизни ОМГР в рамках ВНИИМОРГЕО. Дело в том (как позднее узнал ЛИК), что М.К. считал образование ВНИИМОРГЕО в Риге преждевременным, ибо геофизической сильной школы в Риге не было, и по сути её еще только предстояло создать! Но против решения В.В. Федынского М.К. возражать открыто не стал, не желая выносить спор из «геофизической избы». Конечно, ЛИК своим рассказом о жизни в ОМГР в Геленджике, где были сосредоточены основные геофизические силы, и во ВНИИМОРГЕО, где находилось только высокое геофизическое руководство во главе с А.П. Милашиным, подтверждал его мысли. Однако, сам ЛИК считал, что со временем, к 1975 году, Рига действительно сможет стать научным и техническим центром морской разведочной геофизики страны. Беседа длилась час. М.К. поблагодарил ученика за подробный рассказ и за четкое изложение своей позиции. Пожелал успехов в большом деле и обещал поддержку. В беседе принимали участие В.Н. Руднев, И.И. Кроленко, О.Г. Сорохтин, на помощь которого теперь ЛИК опирался в большей степени.
На следующий день в канцелярию ВНИИГеофизики позвонили из Министерства Геологии СССР и сообщили, что ЛИК приглашается в 17-00 23.05.1969 к начальнику Управления геофизических работ В.В. Федынскому для доклада аванпроекта АССОХ МОРГЕО. Это было приятной новостью, но вполне ожидаемой.
Вечер 22.05.69 ЛИК провел с Людой. Тренировки у неё завершались поздно, и домой она возвращалась в 22-30, уставшая, но радостная встрече. По – хорошему, на время сборов Люда не должна была жить дома, т.к. строгий режим подготовки к ответственным играм нарушался. Две тренировки в день, утром и вечером, и еще две поездки в метро рано утром и вечером, выматывали Люду. ЛИК это понимал и хотел уехать в отель и отпустить жену жить в общежитии команды, строго соблюдая режим сборов. Но Люда была против. Слишком много они провели времени врозь, даже когда ЛИК жил и работал на берегу. Он часто уезжал в командировки, а Люда на соревнования и сборы. С дочерью они опять проводили совсем мало времени, правда, оставляя её под опекой «бабы Лены», соседки, либо родной бабушки Ани, матери Люды. Поэтому в душе ЛИК хотел скорее завершить дела в Москве и уехать в Геленджик, позволив жене нормально готовиться к соревнованиям и жить в команде. Однако, из Москвы быстро уехать не удавалось. Он надеялся, что после визита к В.В. аванпроект будет утвержден в министерстве, и он сможет вылететь в Геленджик, где ему предстояло подготовиться самому и оснастить э/с «Вл. Обручев» комплексом геофизических приборов, объединив их в единую АИИС, позволяющую обойтись минимальным составом исполнителей, что было необходимо для практического доказательства реальности ТЗ на э/с проекта 1512, как это декларировалось аванпроектом АССОХ. О предстоящем рейсе на «Обручеве» ЛИК пока Люде не говорил, не желая её расстраивать раньше времени.
Еще находясь в Риге, после одобрения на Ученом совете института идеи А.А. Гагельганца провести эксперимент по реализации АИИС на переходе э/с «Владимир Обручев» из Новороссийска в Мурманск, ЛИК связался со своим приятелем еще по Каспию, геофизиком Мерклиным Львом Романовичем (ЛРМ), который серьезно занялся усовершенствованием приемных сейсмических устройств (кос), и при создании ВНИИМОРГЕО стал заведующим лабораторией приемных систем в отделе сейсморазведки. Вместе с А.А. Гагельганцем он разработал новые малогабаритные, пьезокерамические вибростойкие и малошумящие приемники, что позволило ЛМР в своей лаборатории собрать малогабаритную 48 канальную косу, высокой прочности, способную работать на скорости буксировки до 10 узлов!!! ЛИК предложил А.А. и ЛРМ испытать новую косу в рейсе на «Обручеве». Получив их согласие, ЛИК попросил ЛРМ стать зам. начальника рейса и немедленно приступить к комплектации и установке на судне АИИС в составе сейсмического, электроразведочного (профилирование), гравиметрического, магнитометрического, батиметрического и радио – геодезического оборудования, концентрируя все бортовые измерительные приборы (датчики информации) в одной самой большой лаборатории, которой была сейсмическая. В длительном телефонном разговоре он передал ЛРМ идею вести все наблюдения при комплексной маршрутной съемке только одним оператором на вахте приемных устройств и одном на излучающих. Долго объяснять эту идею Леве было не нужно. Он уже сам к этому времени стал опытным экспедиционником, широко образованным специалистом, прекрасно знающим мировой уровень развития морской геофизики.
В это же время ЛИК с А.А. Гагельганцем, Г.С. Мокиным, и Г.Б. Удинцевым предложили новый способ возбуждения упругих волн в морской сейсморазведке, путем подрыва малых (0.1-0.4 кг.) зарядов ВВ на оптимальной глубине, используя энергию не только ударной волны взрыва, но и пульсаций газового пузыря, которые до этого считались помехами и подавлялись, что требовало больших зарядов ВВ (5.0 – 20.0 кг) и, следовательно, большой расход взрывчатки. В экспериментальном рейсе «Обручева» вокруг Европы ЛИК решил использовать оба этих новшества и создать способ высокопроизводительной сейсморазведки для работ в океане на большой скорости судна (до 10 узлов) и при переходах для маршрутной съемки. Для электроразведки, по рекомендации О.В. Назаренко, зав отделом морской электроразведки, решили использовать новый высокопроизводительный метод непрерывного дипольного профилирования в ближней зоне – НДОЗ, для чего на судно был направлен один комплект этого оборудования и два специалиста Георгий Стриженок и Юлий Полонский. Для гравиметрии и магнитометрии зав отделом Гравиметрии и Магнитометрии Л.Д. Немцов предложил использовать два струнных новых (цифровых) гравиметра, конструкции ВНИИГеофизики, в сопровождении двух специалистов разработчиков Баграмянца Владимира и К., а для магнитометрии предложил использовать новый протонный магнитометр – градиентометр и двух сотрудников Углова Бориса и Саженного Костю. Для батиметрии предлагалось использовать судовой глубоководный ГЭЛ – 11 и штатный ГЭЛ-2 эхолоты, обслуживаемые судовым специалистом. Для гидрографического обеспечения зав отделом Радио геодезии и гидрографии А.М. Агафонников предложил свои лично услуги и всю необходимую дополнительную к судовой аппаратуру, в частности, приемники судовых систем точного и сверхдальнего действия ДЕККА и ЛОРАН- С. ЛИК был чрезвычайно рад решению А.М. лично пойти в рейс, т.к. он был не только прекрасным навигатором, ученым радио геодезистом, радиоинженером, но еще старшим коллегой и другом. При этом А.М. сразу сказал, что дополнительных площадей его приемники не требуют и будут размещены в штурманской рубке.
Таким образом, подготовка к рейсу началась немедленно после принятия соответствующего решения Ученым советом ВНИИМОРГЕО и приказа директора института К.Я. Спрингиса. Она велась быстрыми темпами независимо от присутствия ЛИКа в Геленджике.
В 17-00 23.05.1969 ЛИК уже ждал на 5-ом этаже, в предбаннике кабинета В.В. Федынского в ожидании приема. В кабинете В.В. не было. Он находился на 3-ем этаже, «Крещатике», как его называли из -за украинских фамилий министра и многих его заместителей, кабинеты которых здесь находились. Вернулся В.В. в 18-50 очень уставшим и расстроенным. ЛИКа он и не заметил, пройдя в свой кабинет прямо из коридора, а не через приемную, где всегда его ждали посетители. Из кабинета по селектору он вызвал своего бессменного секретаря – референта Ковалеву С.В. Она занесла в кабинет поднос с чайником чая и пару бутербродов. В кабинете В.В. она пробыла минут 30, выслушивая указания шефа. Потом пригласила ЛИКа для доклада об аванпроекте. В отличие от рижан, в Москве работали не по времени, а по необходимости, не считаясь со временем. В кабинет В.В. ЛИК вошел в 19-30 и до 20-00 кратко докладывал об аванпроекте АССОХ МОРГЕО. Во время доклада В.В. перелистывал увесистый том. Он прочел все рецензии рижские и московские и остался доволен. ЛИКу он задал только один вопрос: – Действительно вы уверены, что все это будет работать!?»
Несомненно будет реализовано, если поможете с финансированием и лимитами на получение ЭВМ, – ответил ЛИК твердо. В.В. Федынский из – под очков внимательно посмотрел на ЛИКа и остался доволен его уверенностью.
Ваш проект серьезно трансформирует всю морскую геофизическую службу. Стоит он дорого, но стоит того. Нам придется защитить его на коллегии министерства. Так что вам придется задержаться в Москве для участия в работе коллегии, которая состоится на следующей неделе. Не сдрейфите? – рассмеялся В.В. На этом визит завершился. На часах напольных в кабинете основоположника и руководителя морской разведочной геофизики огромной страны советов пробило 21-00. А в приемной его дожидались еще четыре человека, как насчитал ЛИК, выходя из кабинета.
Да, это совсем не рижский темп жизни, – подумал ЛИК, выходя из здания МинГЕО СССР.
ЛИК решил поехать в баскетбольный зал ЦСК, где проходили вечерние тренировки у Люды. Он успел как раз к окончанию. Поздоровались и обнялись с Леонидом Величко. Леонид был рад видеть старого приятеля. Однако перегрузка Людмилы в связи проживанием дома на сборах его очень огорчала и пугала. Он видел, как тяжело приходится его любимой воспитаннице, и все это высказал ЛИКу. ЛИК с ним был полностью согласен. Но решение было за Людой. И только тогда, когда ЛИК сказал, что ему осталось еще несколько дней быть в Москве, Л.К. Величко успокоился.
После завершения тренировки ЛИК с Людой поехали домой. В 23-00 они были дома, где их ждала Нина и вкусный ужин. А.Х. уже спал. На ужине к столу подсел Яша Хейман, муж Нины, и они весело провели час. Правда, прежде чем разойтись по спальням, Нина все же не удержалась и спросила ЛИКа, сколько он еще будет в Москве и не пора ли прекратить мучать Люду, которая разрывается между домом и баскетбольной площадкой!?!?
ЛИК все понимал, был огорчен видеть это не меньше всех родных жены, и заверил Нину, что осталось еще пару дней, однако он может уехать в гостиницу хоть сейчас. Но Люда рассмеялась боевитостью сестры в её защите, и сообщила, что последует за ЛИКом в гостиницу. На этом «мирная беседа» закончилась. ЛИК твердо решил, что не будет останавливаться впредь у Балабанов – Хейманов в любом случае во время пребывания в Москве.
Заседание коллегии МинГЕО СССР было назначено на 10-00 27.05.69. На повестке дня стоял один вопрос: «Доклад начальника Управления геофизических работ В.В. Федынского о перспективах развития морской геофизической разведки СССР в 1970 – 75 годах». Были приглашены руководители всех морских геофизических экспедиций, ОМГР, ВНИИМОРГЕО и ВНИИГеофизики. Вел заседание министр, академик А.В. Сидоренко. Докладчику предоставили один час. В большом зале министерства В.В. прекрасно и красочно иллюстрировано слайдами рассказал о современном состоянии МГГР, о предстоящих задачах на следующую пятилетку и перспективах развития морской геофизики. Зал слушал с большим вниманием и интересом. ЛИК узнал свои слайды из аванпроекта АССОХ, встроенного в доклад Федынского как одно из важнейших направлений развития, на равных с созданием специализированных судов для МГГИ. В душе у ЛИКа все торжествовало. Только сейчас он понял на какое большое дело его направил В.В. и теперь у него не было никаких сомнений в реальности задуманного.
Когда В.В. закончил доклад установилась напряженная тишина. Большинство слушавших были ошеломлены широтой замыслов докладчика и грандиозностью грядущих перемен, если эти замыслы будут осуществлены. Тишину нарушил министр А.В. Сидоренко. Он задал только один вопрос:
А сколько народных денег потребуется для реализации этих фантастических замыслов, В.В?
500 млн. рублей в первую пятилетку, – ответил Федынский.
И вам не жалко топить народные деньги в море? Когда будет отдача и какие минеральные ресурсы вы ожидаете получить и за какую стоимость?!? – громовым голосом спросил министр.
В.В. высветил на экране таблицу с подробным обоснованием затрат и вторую, с ожидаемыми результатами и их экономической эффективностью. В зале стояла полная тишина. Все понимали, что начался бой титанов. Но дальнейших вопросов от министра не последовало. Пошли частные вопросы по детализации проекта развития МГГР, доложенного Федынским. Они заняли еще час. Когда вопрос коснулся деталей АССОХ, В.В. переадресовал его ЛИКу. ЛИК не ожидал такого поворота событий, но уверенно ответил на вопрос. На вопрос развития нового флота для МГГР ответил А.А. Гагельганц. Он сообщил о готовящемся проекте новых судов для комплексных МГГИ на базе проекта 1532, и их полном перевооружении на базе системных требований АССОХ МОРГЕ. Это особенно порадовало ЛИКа. Он понял, что их аванпроект АССОХ появился вовремя, и уже начал использоваться в создании генерального проекта развития морской геофизической разведки в 1970 – 75 гг. И когда А.А. был задан вопрос, на какой же вариант ТЗ переоборудования новых судов нужно опираться, он ответил, что окончательно будет ясно в сентябре, после завершения обработки материалов, которые предстоит получить в июне – августе с. г. на э/с «Владимир Обручев» в экспериментальном рейсе при переходе из Новороссийска в Мурманск.
Коллегия продолжалась до 13-00. В заключительном протоколе отмечалось, что основные положения доклада В.В. Федынского должны быть одобрены и приняты для реализации в 1970 – 75 годах в МинГЕО СССР.
ЛИК с радостью воспринял это решение и до конца рабочего дня получил утвердительные подписи всего высшего руководства на аванпроекте АССОХ МОРГЕО.
Теперь его ничто не задерживало в Москве, и утром в 10-00 28.05.69 он вылетел в Геленджик прямым рейсом из аэропорта Быково на АН-24. В 13-00 он уже приземлился в Геленджике, благоухающем цветущими фруктовыми деревьями и обогретом ярким и теплым южным солнцем. Бухта сверху казалась голубым блюдцем, окруженным зелеными каемками горного хребта Мархот. С большой радостью ЛИК вернулся в этот городок на берегу Черного моря, ставший его домом в 1962 году.
Радость встречи с дочерью Леночкой, уже закончившей 2 класс, охватила ЛИКа, когда она бросилась в его объятия. Он хоть и был великим бродягой, но дом свой и его главных обитателей Люду и Леночку любил крепко. Вручил подарки дочери и Анне Евсеевне, ЛИК с дочерью бегом направились на пляж пионер лагеря Ростсельмаша, и с великой радостью окунулись в еще прохладную, но приятно бодрящую воду. Час на пляже смыл все тревоги и тяжести месячной командировки в Ригу и Москву. Они вернулись домой, и А.Е. накормила их вкусным обедом. До конца дня ЛИК слушал Леночку о её жизни в Геленджике, о завершении занятий в школе, о предстоящей поездке в пионер лагерь в Кабардинку. ЛИК просто и понятно рассказал ей о Риге, где она была зачата 21 августа 1960. До позднего вечера для Леночки, до 22-00 они пробыли вместе. 01.06.69 Леночке предстояло уехать в Лагерь, а А.Е. вернуться в Москву.
Следующим утром ЛИК вышел на работу в НМВЦ, где рассказал о всем процессе защиты АССОХ, выслушал доклад гл. инженера Юрченко Виктора, оставшегося и. о. начальника НМВЦ на время командировки ЛИКа. По – прежнему все ПСЗ работали круглосуточно, но первичные данные, поступающие из сейсмических партий, скапливались. ЛИК уповал на установку и запуск первой ЭВМ Минск-32. Марк Гульман полностью сосредоточился на разработке спецпроцессора для Минск-32, на той же элементной базе, что и ЭВМ, и в том же конструктивном стандарте, согласуя разработку с ОКБ ВТ минского завода ЭМВ и ИВЦ ВНИИГеофизики, с О.Г. Сорохтиным и В.М. Крейсбергом, разработчиками спецпроцессора (конвольвера) для ЭВМ БЭСМ – 4. Но главное, что занимало ЛИКа, была подготовка э/с «Вл. Обручев» к переходу в Мурманск из Новороссийска, т.е. к экспериментальному рейсу, начальником которого он был назначен приказом по ВНИИМОРГЕО с 01.06.69. Во второй половине дня ЛИК встретился с Львом Мерклиным, и тот подробно рассказал ему о состоянии подготовки к рейсу. Решили завтра с утра ехать в Новороссийск на судно. Домой ЛИК вернулся в 19-00. Остаток дня провел с дочерью. Майский светлый день длинный. После работы ЛИК с Леночкой пошли на море купаться. Весело плавали вместе у мостков пляжа лагеря Ростсельмаша им. Зои Космодемьянской, а потом ЛИК поплыл к центру бухты и обратно, разминая увядшие мышцы за время командировки. Домой они с дочерью вернулись к 21 – 00, поужинали вкусными яствами, приготовленными А.Е. Леночка в 22- 00 нырнула в свою коечку, а ЛИК засел за ТЗ судна проекта 1512, готовясь к завтрашней поездке на э/с «Вл. Обручев».
На судно с Львом Мерклиным прибыли в 9-00. Весь состав партии, готовящейся к рейсу, уже был на борту. Работали все по 12 часов с 8-00 до 20-00. Большинство оставалось ночевать на судне, некоторые на своих авто уезжали на ночь домой. ЛИК остался довольным расстановкой аппаратуры и оборудования и концентрацией всех измерительных приборов в сейсмической лаборатории. Собрались на планерку в 10-00. ЛИК успел посмотреть все, что было сделано, и мог сходу оценить, что еще нужно сделать для полной готовности к выходу в рейс, намеченному на 10.06.1969. Главная дискуссия концентрировалась на числе операторов на вахте. ЛИК настаивал, что достаточно всего один геофизик и один электронщик для всей приемной аппаратуры и два механика для источников возбуждения сейсмического или электромагнитного полей соответственно. Таким образом, на вахте в одну смену планировалось всего 4 геофизика и один гидрограф. Однако, Аскольд Михайлович, принимавший участие в планерке, сказал, что нужен только один радио геодезист на все время, а на текущей вахте штурман может заменить гидрографа. При таком подходе весь вахтенный научно -технический персонал в рейсе составил 15 человек, при трехсменной 8-часовой вахте, и 10 человек при двухсменной 12 – часовой вахте. Остановились на втором варианте. ЛИК себя видел не только начальником рейса, но и геофизиком – оператором резервным, или обработчиком – интерпретатором, для получения экспресс разрезов, позволяющих принимать решение о качестве первичных данных в реальном времени или с небольшим запаздыванием. В 19-00 с Львом и Аскольдом Михайловичем вернулись в Геленджик. На судне осталось 15 человек, завершающих установку и запуск аппаратуры и оборудования. Леночка с нетерпением ждала прихода отца с работы. Они вместе отправились на пляж Ростсельмаша, где плавали и веселились среди детей соседей сослуживцев и по дому на Красногвардейской 75. А вечером в 21-00 их ждал вкусный ужин, приготовленный бабой Аней. В 22-00 Леночка улеглась в свою кровать. ЛИК подсел рядом. Рассказал сказку про подводное царство царя Нептуна, и в 22 – 30 Леночка уже спала. ЛИК прикрыл её кроватку ширмой и подсел к А.Е, еще работавшей на кухне, приготавливая все необходимое к завтрашнему дню. Так продолжалось до 01.06.69, когда утром Леночка должна была уехать в пионерский лагерь «Орленок». Её рюкзачок, наполненный вещами, и сумка с продуктами стояли в углу у выхода из квартиры №5. В 7-55 после завтрака, она с отцом попрощались с бабушкой Аней и пошли во двор ОМГР, где собирались в автобусе все дети сотрудников, отправляющиеся в летний лагерь ОРЛЕНОК, в Кабардинку на первую смену до 30.06.69. ЛИК решил проводить дочь до самого лагеря, а оттуда поехать в Новороссийск на судно. Он вместе с А.М. и Л.Р. Мерклиным поехали на служебном газике, закрепленном за НМВЦ, сопровождая автобус с детьми, который вел самый лучший водитель отделения Яков Степанович. В 10-00 автобус с детьми и газик ЛИКа подъехали к лагерю. У входа в ворота лагеря ЛИК окончательно попрощался с Леночкой и уехал с коллегами в порт Новороссийск, где у пассажирского причала стоял белый буксир э/с «Владимир Обручев». ЛИК приехал, прихватив часть коробок с магнитной лентой для сейсмостанции МСС-48, Лев забрал часть ЗИПа для косы, а А.М. приемоиндикаторы РНС ЛОРАН-С и ОМЕГА для настройки и их установки на судне. Проверив работу МСС-48 и просмотрев контрольные тестовые записи электроразведочной станции, магнитометров и гравиметров, ЛИК в 18-00 уехал вместе с А.М. и Л.Р. в Геленджик. Ему предстояло последний вечер провести дома с добрейшей своей тещей, Анной Евсеевной Балабан, матерью Людмилы. Вернувшись домой в 19-00, ЛИК пошел на пляж и заплыл на середину Геленджикской бухты, где стояли рыбацкие сети колхоза «Красная Коммуна», базирующегося на Толстом мысу, на самом его мористым месте.
Заплыв удался. Час в воде полностью сняли усталость, и домой ЛИК вернулся в 21-30. А.Е. накормила его ужином, и они долго сидели вместе, обсуждая жизнь Леночки, Люды и ЛИКа. Анна Евсеевна высказала свое глубокое беспокойство, что родители очень много времени и на долго уезжают из дома и живут врозь, вдали от дочери.
Добром это не кончится. Вы станете чужими и развалите семью к горю Леночки, которая вас очень любит и ждет, ждет, ждет – говорила А.Е. ЛИК пытался возражать и смягчить тяжкие прогнозы пожилой и очень доброй женщины, великой труженицы на домашнем фронте. Но его слова не имели успеха. ЛИК вручил А.Е. шерстяную кофту, купленную у кавказцев, и поблагодарил за заботу об их семье.
Der kostenlose Auszug ist beendet.