Шел огонь размашистой поступью,
хмельною походкой по льда хрусталю,
и разлеталось крошево россыпью,
звездною пылью на долю мою..
Хрустальные игры бликов рассвета,
В розовой кромке небесных полей,
От сна оторвали хозяина света,
И луч затерялся в промозглости дней…
Фотограф Илья Савенков
© Лада Пшеничная, 2023
© Илья Савенков, фотографии, 2023
ISBN 978-5-0059-6477-9 (т. 1)
ISBN 978-5-0059-6478-6
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Дорогая подруга! Ты держишь в руках уникальное в своей кристальной честности предельной искренности издание. Это путь любви одной земной женщины. Читая эти стихи, не суди строго, меньше думай, а просто плыви по волнам своих чувств, проживай каждую строчку, а потом посиди в тишине. Когда почувствуешь позыв – возьми ручку, и напиши о своих переживаниях, ощущениях, инсайтах на свободной странице – это твоё поле творчества. Будь честна и счастлива!
Цветы в дверном проёме, всякий раз.-
Это всё что в памяти от юных встреч.
А ещё ты любил тонуть в синеве моих глаз,
И гладить светлые волосы, до плеч.
Помню армию, приморский край,
Скупую ласку природы мест,
Украдкою ночи средь птичьих стай,
И лёд тех дней, и по почте весть
Вино, и снова цветы много лет спустя,
И снова любовь мы крали с тобой,
За прошлое оптом себя простя,
Мы жадно вплетались в луну волной..
Потом семьи, дети и много дел…
Но ты до сих пор, по привычке что ли…
Мне пишешь «моя», как всегда хотел,
И в этом хотел еще столько боли…
Огни ресторанов, деньги рекой…
Беспомощно юного армия ждёт
Я плачу без отдыха, и рукой
Слезы стираю все дни напролет.
Я знаю откуда то- нам не быть
Венчанным небом и алтарём,
Я чувствую – домом одним не жить,
Нас разольет как котов, дождем..
Я верная, точно тебя дождусь..
Но что то внутри говорит; не впрок.
Я носом в подмышку твою уткнусь,
Моля отменить этот наш урок…
Отгорели пламена прошлых ссор,
Каждый выпил до дна горький яд.
Но теперь мы в капканах озёр,
Нами налитых, годы назад.
Мы украдкою любим теперь,
Эта сладость перечная жжет.
И цветы не заносишь ты в дверь,
У подруги букет меня ждёт.
Пряча цветы, и горение глаз,
Мотаем круги в теплоходах по руслу,
Но кровь закипает, и прямо сейчас
Хочется мир этот сделать не тусклым..
Для этого просто горячим дыханием
Меня обожги и войди а глубину,
Там можно забыть нам про все расстояния,
Запреты… И любишь ты вечно меня лишь одну…
Это была «случайная» встреча. Специально они не встречались уже давно – он боялся ее, вернее даже не ее, а ее природной страсти, невыносимой манкости, не проходящего с годами сумасбродства, такого родного непостижимого аромата ванили с чем то невероятным и неразгаданным от кожи, от нее будто всегда шел сквозняк будто от наотмашь открытых дверей метрополитена летним вечером – такой всегда обдавал с ног до головы и что в этом всегда было чувственное. И этот ветер из далекой юности всегда мог на раз снести ему крышу. А зачем эти все перевороты с бока на бок в бессонной ночи, если завтра утром надо вставать на работу… Вот и не встречался. Она была тенью из прошлой жизни, как немое кино советских времен, которое вроде есть а вроде и нет. Удобнее когда нет. Зачем оживлять скелеты в шкафу? Для того чтобы они были мертвыми – надо было просто не встречаться, и это ему удавалось не смотря на все возможности, которые порой давала жизнь.
Но тут ее занесло прямо в его район, и она написала. Как он не хотел хотеть ее. Он даже сделал вид что спешил, и даже пытался не успеть на встречу и отложить ее « на потом» – в никогда. Но какой то бес привел таки его, хоть и путанными дорожками.
Она весело жевала кутаб с зеленью, непринужденно прихлёбвая тыквенный суп, когда он сел за столик. Она продолжила это делать, когда он подсел, будто они не не виделись лет семь, а как будто они вот так встречались каждый день в фудкорте и непринужденно болтали за жизнь. Он разглядывал ее морщинки, ведь ей уже было под 50, и не мог их найти, она была для него той же 15-летний как они когда то познакомились. Она трещала о чем то весёлом, глаза ее смеялись, а он по-тихоньку переставал спешить «по плану» и всё больше находил себя здесь и сейчас.
«А как ты могла не знать что едешь сюда? « – Да легко! Я ж по метро не ориентируюсь, я ввела улицу в навигатор. Потом иду по дороге —и офигеваю, кода вижу твою станцию метро…
«Ты, что заранее вообще что ли не смотришь куда ехать? Тебе что ли все равно?» – Ну да! А какое имеет значение, если сертификат в Кид сити для ребенка дан по этому адресу. Все равно ж ехать. Ввожу в навигатор и еду. Бац смотрю и вижу, что я в твоем районе!
В этом была она вся. Могла нечаянно оказаться в любой точке мира в любой момент. И за это он тоже любил и боялся ее одновременно. Любил потому что с ней легко и драйвово, и боялся, потому что с этим невозможно жить, она все превращала в хаос. Бежать от нее, и не признаваться себе даже во сне, что она и есть жизнь.
Ее сын, с непосредственностью, свойственной детям, повернулся к нему и сказал: «А я тебя не помню!» – Да, мы давно виделись. Ты был маленьким – нашелся он.
Еще недавно она шла по улице, и увидела как парень из парочки, шедшей навстречу, вдруг так искренне и почти по детски поцеловал румяную рыжеволосую юную девушку в щеку, и она так лучезарно улыбнулась в ответ. Сердце ее подпрыгнуло: ее никто так давно вот так просто задорно и легко не целовал. Ну да, ей то уже под 50, какие поцелуи? Она быстро отогнала от себя грусть и уверенно зашагала дальше, держа за руку сынишку.
И вдруг вспомнилось – он всегда целовал ее на прощание. Потому что исключались всякие продолжения и пытки чувствами. Поцеловал- и растворился в толпе. Метро быстро отключает всё.. А потом дом, работа – и она снова лишь сон. И слава богу. Ну зачем ему ее вечные сумасшедствия! Он и тогда то, в молодости, не очень то легко переносил буйство её натуры, а теперь в свои за 50 – тем более.
Кажется они ждали, пока закончатся пустые беседы, и можно будет попрощаться. Чтобы поцеловать в щёку. Он проводил ее до машины. Закинул на сиденье целый мешок подарков – ну раз в семь лет то можно! Потом дождался пока усядется сынишка, и тут она выскочила к нему и… Они обнялись даже два раза. И дважды он поцеловал ее в щеку. «надо же – как быстро сбываются мимолетные мысли» – подумала она, вспомнив свою белую зависть той встречной парочке. «Бежать прочь» – подумал он. Но миг когда руки его были на ее талии и губы касались щеки – был вечен. В нем пролетело сто возможных но не случившихся их совместных жизней. Будто спираль времени крутанулась между ними как разряд тока и отбросила их в разные стороны.
Она доехала домой в два раза быстрее чем туда. Рассмотрела его подарки с нежностью и умилением. Уложила сынишку, сделала дела по работе, и налила себе Шардоне. Чтобы уснуть. И снова вычеркнуть то, что волею судьбы было вычеркнуто уже много раз за время их встреч и расставаний с ее пятнадцати..
Они договорились встретиться там же, через неделю. Но она знала, что он не придет, сославшись на работу- это было выше его сил. Его слишком манило то, что называлось в ней – сумасбродная девчонка, которую на горе себе полюбил много лет назад.
Она погрузится в свою бурную жизнь, он в вечную рутину отбивающую способность чувствовать. Всё хорошо, лишь в её шардоне будет улавливаться легкий привкус недосказанности длинной в жизнь… Всё хорошо. лишь в сквозняке от дверей метро, он будет ловить её запах жизни, как раненый зверь уже привыкший к свой ране…
Хоть горя со мной хлебнул ты не мало,,
Хоть подло я, низко с тобой поступила:
Любовь и цветы от тебя принимала,
Сама же бесстыдно тебя позабыла.
Но ты не злопамятен, добрый душой,
И после всего ты мне счастье дарил,
Была королевой я только с тобой,
Обиды забыл, ты мне много простил,
Мученья твои мне несложно понять,
Конечно, тебя я оставить должна,
Но нет силы воли душе приказать:
«Отстань, просто дружба ему не нужна!
Мне стыдно страданьям тебя подвергать,
Звать и манить, а самой удаляться,
Но не хочу я тебя потерять
Никак не могу от тебя отказаться.
Я, эгоистка, собака на сене;
Тебя я держу, а сама не беру,
Кричу: «На твой путь я не брошу и тени!
Но если ты женишься, я ведь умру!»
Сама не пойму, что со мной происходит,
Сердце свое я сама же терзаю,
Но время идет и с ним пыл твой уходит,
И я понимаю: тебя я теряю…
Я знаю, что стань я всецело твоею,
Не оторвал от меня бы ты глаз
Надежду о дружбе напрасно лелею,
По разным путям развела она нас!
Терплю я ужасную муку такую,
Дома сижу я и сил больше нет,
Когда ж телефонную трубку сниму я,
Услышу: «Ну, здравствуй, Алена, привет!
Привет, как дела? Завтра дома ты будешь?
К тебе я на тачке приехать решил!
Какая учеба? Зря воду ты мутишь,
Неделю мечтою о встрече я жил!»
Услышав все это, я буду так рада,
Что дух перехватит и сердце забьется,
Решу, что надо нам встретиться, надо,
Пока удержать мне тебя удается.
Порою сама я себя не пойму,
Люблю или нет, я об этом не знаю,
Но почему же тогда, почему
Без телефонных звонков я страдаю?
Всем сердцем я жду твоего появленья,
Увидев, быть вечность готова с тобою,
И мало мне в месяц одного воскресенье,
И каждого дня было б мало, не скрою!
Сейчас я вину искупить не сумею,
Безмерно знакомством с тобой дорожу,
О вечности я заикнуться не смею,
Предвидя разлуку, с ума я схожу!
Грех сама себе простила
Любви обманутой твоей.
Тянулись дни, а время лечит,
Стиралась в памяти вина.
Дымом сизым все, что было
Разлетелось в вихре дней,
Давно погасли наши свечи
И пуст бокал из – под вина.
Осталось только ностальгия
И плохо скрытая печаль —
О днях ушедших сожаленья
И пред тобою вечный долг.
Жду, уставши от тоски, я, —
Грусти упадет вуаль
Что на ресницы серой тенью
Спустила слез прозрачный шелк.
Молчанье успокоит душу,
Дышится спокойней мне,
В быту житейской суматохи
Все начинаю забывать
Сон сердечный вдруг нарушит
Звонок в квартирной тишине.
Довольно даже этой крохи,
Чтоб сердце занял ТЫ ОПЯТЬ!
Быть с тобой соблазн велик,
Только ты умел любить,
Я жила принцессой в сказке,
Ни в чем не ведала отказа.
Но на слабость – краткий миг,
Жизнь не смогу с тобой делить,
Вновь потускнеют твои глазки,
Я не хочу второго раза!
Завтра твой День Рождения
Но я помню, о чем ты мечтал.
Я опять не смогу, к сожалению
Сделать то, что ты так желал…
Я люблю тебя, милый мальчик мой,
Хоть уже девять лет ты мертв…
Каждый день, каждый час не с тобой
Глыбой боли во мне замерз.
Ты молил меня в каждой строчке
Нашей книги с обрывом глав
Чтоб тебе родила я дочку
С изумрудным оттенком глаз.
Родила двух детей прекрасных,
Но мальчишек и не тебе.
Я для них умереть согласна
Жить, не думая о себе.
Я, наверное, люблю его,
Но это уже наши проблемы.
А в душе мне больней всего,
Что ты рядом так долго не был…
Твои руки размером с жизнь,
Твои губы, нежнее солнца…
Золотой мой, ко мне вернись,
Давай вместе туда вернемся!
Знаю, место со мною занято,
Знаю, мне путь закрыт к тебе.
Наша жизнь прямо в сердце ранена,
И зияет дыра в судьбе.
Девять лет без тебя уж прожито.
Не забыт ни один твой вздох.
Наша связь на века наложена,
Жизнь течет, но ты Свет и Бог.
Ты прости, что люблю другого,
Ты ведь знаешь, что первый ты.
Он со мной, это очень много,
А тебе – я на гроб цветы.
Я сказала бы, что хочу,
Но идти не могу я дальше,
Нас с тобою за все прощу…
Как смог похитить мой покой?
На гребнях волн с собой унес,
Я день и ночь живу тобой.
В раю мечтаний, в мире грез.
Заставил бросить взгляд иной
На жизнь и смерть и мирозданье,
В моей депрессии пустой
Увидел свет существованья.
Ты сбросил занавес печали,
Проткнул глухую пелену,
От грустной пристани отчалил
Кораблик мой, противясь сну.
Тобой презренные стандарты
Сегодня преданы и мной,
То, что становилось на карту —
Оказалось ерундой.
Что было буднично обычным —
Смысл новый заимело,
А лабиринты глуби личной
Решились так нежданно смело.
Ты все поставил кверху дном,
Ты убедил во всем обратном,
Я не нуждаюсь больше в том,
Чтоб быть объятой необъятным.
Сквозь призму развитых теорий
Ты разрешил на мир взглянуть,
Где суть с условностями спорит —
Ты показал саму лишь суть.
Я до тебя была слепою,
В тебе нашла свое прозренье,
Хоть ты абстракцией двойною
Отгорожден от общих мнений.
Ты поселил меня, играя
В нематериальном бытие,
Где стала золотом простая
Водица в тонущей ладье.
Ты научил увидеть в малом
От всех терзаний избавленье.
Святою истиною стало,
То, что подвергнуто сомненью.
Ты чистишь лук от шелухи,
Не пряча уязвимых глаз,
Ты доказал, что нет плохих,
Людей недобрых среди нас.
Ты по своим живешь законам,
Чуждаясь общих аксиом,
Зла не поклонишься иконам
И если смертный грянет гром.
Ты запертый незримой дверцей
Купе сегодняшнего дня,
Но не поступишь против сердца,
Всему святому изменя.
Ты не станешь гнать картину,
Корча жеста ширину,
Ты отыщешь путь единый,
Среди ста дорог – одну.
Через слезы ты смеешься
Сквозь обиду все простишь,
Сквозь усталость не уймешься,
Даже падая, стоишь.
Спасибо за улыбку в гневе,
За новый мир открытый мне,
За суть, воспетую не в хлебе,
За счастье не в грядущем дне.!!!
Пусть мне сегодня приснится
Ласковый берег Оки,
Где ты прикоснулся к ресницам
Робким движеньем руки.
Дотронулся нежно губами,
Смущаясь бегущей реки,
И пропасть исчезла меж нами,
Впервые так стали близки.
Солнце лучами согрело,
Речной ветерок обдувал,
В чудо не веря, несмело
Ты долго меня целовал.
Сердце тревожно забилось,
Земля из-под ног понеслась,
Будто впервые влюбилась,
А это и впрямь первый раз.
От воздуха мы опьянели,
Вскружилась от ласк голова,
Песок был приятней постели,
И небо дало все права.
Твердил ты: «Не верю, не верю!»,
Но больше не верила я
Ни в этот дурманящий берег,
Ни в то, что ценишь любя.
Счастья мгновения редки,
Минуты любви коротки.
Уехали, бросив монетки
В прохладные воды Оки.
Машина увозит все дальше,
И встало все вдруг на места,
Но был этот берег не фальшью,
Что грубо пошла и пуста.
Путь нам указан судьбою,
Шаги по нему не легки,
Не зря обвенчал нас с тобою
Девственный берег Оки.
Прощались мы с солнечной лаской,
Берег растаял вдали.
Пусть станет прекрасною сказкой
Милый кусочек земли.
Вот и все. Избавленье.
Расставание с тоской.
И с тобой… На удивленье
Мне свободно и легко.
Я одна. Не одинока.
Не брошена. Освобождена.
Окончание урока.
Школа слез завершена.
Я здорова, мне не больно.
Не потеряна в толпе.
Но враги-глаза невольно
Глупо плачут по тебе.
Сброшен груз. Отдохновенье.
Свет. Уверенность в себе.
Бесполезное томленье
Не вернет меня к тебе!!!
Страсть оплевана. Убита.
Утонула в страшном сне.
Погребена, но не забыта.
Нет со мной, но есть во мне.
Истязанья, смех сквозь слезы —
Зачеркнуло, как чертой
За день до смертельной дозы
Одну беду, другой бедой.
Сыта тобой, Уже навечно.
Любовь? – Давно осквернена
Оставив нас, ушла навстречу
К тому, кому как хлеб нужна.
Отпусти ты меня,
Ведь иначе погубишь.
Больше нету огня
Хоть твердишь мне, что любишь.
Мы не любим давно,
Никогда не любили.
Но зачем же дано
То, что вместе мы были?
Я с тобой, как в аду.
Без тебя – вневременье.
Будто в пропасть иду,
Не даруя прощенья.
Я тебя ненавижу,
Но желать как врагу
Неживого затишья
Все равно не могу.
Позабыть я мечтаю,
Свою слабость браню,
За порог выгоняю,
Ну, а в сердце храню!
Если любишь всерьез —
Растворись в одночасье.
Пожалей моих слез,
Дай свободы для счастья.
Пусть любви не видать.
Обвенчавшись с тоскою.
Отпусти ж умирать,
Но не в муках с тобою.
Если сможешь, прости,
Что была я твоею
А сейчас отпусти
И с счастливою фею.
Не желай мне беды,
Я свое получила.
Наказал меня ты!!!
Лишь за то, что любила.
Расстались мы, милый, не даром
Ты с блеском сыграл эту роль
Зловещего молота Кармы,
К свету ведя, веру, боль.
Любил ты так чисто и свято,
Ты в этом был искренне прав,
И взял за двоих муки ада,
Больше, чем жизнь потеряв.
Укрыв меня черным нарядом
Ушел, чтоб меня же спасти.
Но если б остался ты рядом —
То мы не нашли бы пути.
Божественна цепь злого рока —
Сквозь бездну до Солнца дойти,
Но плыть без тебя одиноко
И против теченья грести.
Не смею я сгинуть под воду,
Бессильно накрывшись волной,
Для нас не добыв ту свободу,
За что принес жертву собой.
Великую Мудрость Вселенной
Ты бросил к неверным ногам.
Постичь ее – долг мой священный,
Я эту любовь не предам.
Ты жил и погиб беспредельно любя,
Мне первою выплыть из Майи помог,
Вся жизнь – это поиск спасенья тебя —
Не зря мне преподал жестокий урок.
В пропасть шагнул добровольно,
Сгорев, осветил мне подъем
Дойду, хоть и тяжко и больно
К вершине где будем вдвоем.
Из нас двоих, так суждено
Тебе упасть, а мне дойти,
Но принести, а не одной
Увидеть Свет в конце Пути.
Любимый, ты должен мне верить!
Слезами прольются дожди,
Любовь не уносится смертью,
Я скоро приду, только жди.
Der kostenlose Auszug ist beendet.