Buch lesen: "Мажор. Лишняя в его доме"

Глава 1

— То есть она теперь будет жить здесь? — в его голосе сквозило такое презрение, что у меня внутри всё сжалось. — С нами?

Не такого «приветствия» я ожидала.

Хотя… если честно, я вообще ничего не ждала.

Больше всего хотелось развернуться, схватиться за ручку двери и сбежать. Подальше от этого дома. Подальше от него.

Мирослав Чернов медленно поднял взгляд — холодный, тяжёлый, пробирающий до костей.

— Мирослав, не говори так! Злата теперь часть нашей семьи, — тихо пролепетала Элеонора Сергеевна.

На широких скулах парня напряглись желваки.

Высокий, широкоплечий, накаченный и мощный, как скала. Настоящий дьявол, которому хотят понравиться все девочки в институте.

Мирослав Чернов…исключительный монстр, которому не дай бог перейти дорогу.

Если бы взглядом можно было задушить — у него бы вышло.

Как минимум, он с радостью бы выставил меня за дверь. Сейчас я была его врагом. Изгоем, которого его семья притащила на порог знакомиться.

— Часть семьи? — Мир приподнял уголок губ в опасном оскале. — Мне к черту не сдались такие родственнички.

— МИРОСЛАВ! — Олег Игоревич ударил кулаком по столу.

Я сильно вздрогнула от звона посуды. Но на Мира такая смена настроения отца не произвела впечатления.

— Следи за языком, Мирослав. Злата будет жить у нас. Мы многим обязаны ее семье. Теперь она твоя сестра.

«Сестра» — мысленно повторила. Прозвучало как приговор.

Морозно-голубые глаза парня потемнели, продолжая истязать меня неприязнью.

— Прекрасно, — парень стиснул зубы — Ну добро пожаловать в новый дом, сестра.

Произнес медленно, жестко, уничтожая каждым словом.

Вот такое приветствие. Вроде ничего странного не сказал. Но заставил прочувствовать каждым нервом, что я в его доме лишняя.

Повисла пауза. Тягучая. Напряженная до жути.

Я неловко поджала губы. Сглотнула образовавшуюся сухость во рту. Пальцы нервно потирали ручку моего маленького пластикового чемодана. А у правой ноги стоял мой любимый, пусть и потрепанный, рюкзак, украшенный разными значками и вышивкой.

Льдистые глаза парня опустились как раз к моему рюкзаку. Он заметно поморщился. Ну да…не люкс бренд. Нет у меня денег на аксессуары, как у его подружек.

Затем Мир ленивым взглядом скользнул по моим ногам и выше.

Ну нет…Как девушку он меня точно не рассматривал. Скорее глазел как на неведомую зверушку, с которой мажоры его уровня никогда не пересекаются.

Но я почему-то почувствовала, как пересохли губы и лица коснулось смущение.

Странная пауза резко оборвалась довольным голосом Элеоноры Сергеевны:

— Ну раз все познакомились…

— Мы уже знакомы, — Мир шумно выдохнул. — Учимся в одном институте.

Сколько сожаления. Словно я заняла своим присутствием всю его биографию.

Элеонора Сергеевна — его мать явно ничего не заметила и еще больше обрадовалась:

— Так это же великолепно. Значит, вы точно подружитесь. — она поправила белокурые волосы и приблизилась к богато сервированному столу. Свет от тонких золотистых свечей отбросил тень на лицо парня и отразился в глазах демоническим огнем.

Ну точно сам дьявол.

— Мы можем начать с совместного ужина, — с энтузиазмом предложила Элеонора Сергеевна. — Но мне бы хотелось, чтобы Злата вначале расположилась. Мир, покажи сестре ее комнату.

Мы с Миром одновременно уставились на миловидную блондинку.

Элеонора Сергеевна мне напоминала барби, идеальная красавица с пышными волосами и с неугасающей улыбкой. Как вообще у такой очаровательной женщины мог вырасти такой своенравный сын?

Где что-то пошло не так?

— Мирослав, — губы Элеоноры Сергеевны дрогнули, — покажи сестре комнату, будь добр.

— Чулан рядом с лестницей, — лениво бросил Мир и завалился на стул.

— Мирослав…, — Элеонора Сергеевна побледнела. Прижав ладонь к губам, с сожалением покосилась на меня. — Злата, не злись на него. Просто…

— Просто я терпеть на могу лишних на своей территории.

— Мирослав! — Олег Игоревич отложил в сторону газету. — Твоя мать попросила тебя об одолжении.

В спокойном голосе мужчины прозвучало то, от чего я вздрогнула. Заметила, что Мир тоже напрягся. Нечто устрашающе властное, не терпящее возражений.

Все же не зря Олег Игоревич Чернов — крупный бизнесмен.

Мир замер, что-то быстро обдумывая. Затем отшвырнул в сторону шелковую салфетку.

— А почему я должен с ней возиться? Вы притащили сюда эту сиротку, вот и развлекайтесь. Она вам нравится, а мне нет.

Элеонора Сергеевна ахнула. Олег Игоревич резко поднялся из-за стола.

— Хочешь оспорить мое решение?

— Именно это и делаю. Спасибо, что заметил.

Воздух в одно мгновение пропитался едким напряжением. Не хватало еще мне стать причиной ссоры семьи.

— Простите, — вмешалась, стараясь звучать увереннее, — я могу переехать в институтскую общагу. Там комфортно и вам меньше хлопот.

— Идеально, — кивнул Мир.

— Что? — Элеонора Игоревна тут же замахала руками. — Ни в коем случае.

— Исключено, — твердо обозначил старший Чернов. Обращаясь ко мне, он повернул голову к сыну, — Злата, мы сейчас поговорим с Мирославом.

— К черту, — Мир шумно отодвинул стул, вскакивая из-за стола. — Предлагаю не тратить время. Комнату показать? Без проблем. Сейчас все будет.

Он повернулся к матери, оставил короткий поцелуй на ее щеке. Подхватил мой чемодан, кивнул в сторону гостиной.

Я оторопела от резкой смены настроения парня. Инстинкт самосохранения заподозрил неладное.

— Не отставай, сестра.

Как-то едко прозвучало.

Ускорив шаг, догнала Мира на последних ступеньках широкой лестницы. Невольно ахнула, осмотрев коридор второго этажа. Дом Черновых огромен. Столько пространства и обстановка лаконичная. Чувствуется рука Элеоноры Сергеевны.

В этот момент поймала на себе ощутимо опасный взгляд парня. От плотоядного оскала мне сразу стало не по себе.

Окончательно убедилась, что он не просто так пошел показывать мне комнату.

Мир, толкнув одну из дверей, пропустил меня вперед.

Зайдя в темное помещение, я машинально провела рукой по стене в поисках выключателя.

Дверь хлопнула. Так резко, что я вздрогнула. Не успела среагировать, как сильные руки толкнули меня к стене. Грубо и резко. Глаза распахнулись от неожиданности. Лицо парня полностью в тени. Темнота пугала. Смогла разобрать только, что он наклонился близко к моему лицу. Почувствовала, как его дыхание шевельнуло волосы на виске. Заставило от испуга замереть и задрожать всем телом.

— Слушай меня внимательно, «сестра», — тихо шепнул на ухо, — я не хочу расстраивать маму. Но ты должна понимать, ты здесь лишняя. Понимаешь?

Дрожь прошлась разрядом тока через все тело. Кажется, от шепота вибрировал даже воздух.

— Еще раз спрашиваю. Ты меня понимаешь?

— Да, — ответила, сглотнув тугой ком.

— Прекрасно. Тогда не попадайся мне больше на глаза. Я хочу забыть о твоем существовании. Это мое главное правило выживания тебя в моем доме. Если нарушить — я тебя уничтожу.

Глава 2

Оценивающий жесткий взгляд Мира даже сквозь мрак вбил терпкое ощущение страха.

Мои пальцы непроизвольно сжались в кулаки. Дышать стало трудно, грудную клетку сдавило.

Вообще-то я не из робких. Но тут…

От Мира исходило нечто животное. Мне вообще показалось, что он даже на половину не показывает свою истинную суть.

— Я не собиралась…, — сбивчиво произнесла. Точнее выдохнула, с трудом преодолевая образовавшуюся сухость во рту. — Я не хотела жить в твоем доме. Просто так вышло…

— Мне плевать, почему ты здесь. Исчезни для меня навсегда.

— Но я не могу исчезнуть. Твоя семья…

Он вопросительно приподнял брови. Черты смуглого лица заострились.

Я сама осеклась от новой волны плохого предчувствия и в следующий миг его пальцы сжались на моем воротнике.

На этот раз он встряхнул меня. Не сильно. Не больно. Просто встряхнул. Но этого хватило, чтобы затылок обдало холодом.

— Ты видимо не поняла. Давай еще раз. Я не хочу тебя видеть и слышать. Исключения — семейные обеды и ужины. Тут я ничего поделать не могу. Ты нравишься моей маме. В остальных случаях на глаза мне не попадайся. Или я превращу твою жизнь в ад. Ясно?

— Ясно…, — машинально кивнула. В целом, я и так не собиралась с ним пересекаться. Просто у меня в голове не состыковывалось, на сколько это осуществимо на практике. — А если…?

— Никаких если. Я предлагаю тебе условия твоего спокойного существования на моей территории. И еще момент, в институте я тебя не знаю. Не приближайся ко мне. Ты мне не сестра.

— Н-е буду…

— Надеюсь, мы поняли друг друга, — бросил мне в лицо.

Я судорожно кивнула, отвела глаза в сторону. Вообще, смотреть на него было пугающе и противно. Он злой и бешенный. Парень усмехнулся.

Мир отпустил мой воротник, но тут же медленно провел пальцами по моему подбородку. Совсем не нежно, скорее как издевательство, заставляя меня машинально вжиматься стену. Затем сжал мой подбородок и задрал мне голову.

— На меня смотри, «сестра». Если вдруг захочешь сыграть в семью…ты проиграешь.

Он наклонился, едва ли не прижимаясь лбом к моему. Его дыхание пахло мятой и чем-то горьким. Кажется, чуть ощутимым отголоском табака. Но возможно мне показалось.

— П-поняла тебя.

— Прекрасно, — Мир оторвал руку от моего подбородка с такой резкостью, словно ему было неприятно меня касаться.

Ушел, громко хлопнув дверью. После такого «диалога» я с трудом нашла выключатель. Свет наконец осветил мою новую комнату.

Она милая. Обстановка просто чудо. Красивая мебель, вся в нежно-розовых тонах. Огромная, по моим меркам.

Наверно о такой спальне мечтает каждая девочка. Возникло чувство, что это Элеонора Сергеевна постаралась. Словно ждала меня.

Не знаю, чем я заслужила ее расположение. Но после короткого общения с Мирославом во мне бушевали сразу две противоречивые эмоции. И лютая обида со злостью. От них меня колошматило мелкой дрожью. Распирало от желания догнать парня и высказать ему в лицо то, что не успела. Растерянность прошла и мысли наконец обрели ясность.

В тот же момент — я готова была разрыдаться. Заползти в дальний угол и там плакать от ощущения, что меня будто облили кислотой, затем окунули в грязь.

Мерзко и обидно.

Идти на ужин после того как Мир ткнул меня носом в мое место — откровенно говоря не хотела.

Но я пошла. Просто с моей стороны было бы некрасиво поступить иначе.

Элеонора Сергеевна просияла, когда я заглянула в помещение с роскошно сервированным столом.

— Присаживайся, Злата. Надеюсь, ты оценишь мою готовку. Мои мужчины мне редко за мои старания говорят спасибо, — она с упреком покосилась на Мира.

— Мам…, — Мир откинулся на спинку стула.

— Дорогая, ты не права. Готовишь ты восхитительно.

На милую перебранку образцовой семьи ответила скомканной улыбкой.

Осторожно присела на край стула. Скользнула взглядом по композиции из тарелок и столовых приборов передо мной и…словила новую волну растерянности и переживаний.

Что брать? Чем есть? Непонятно…

Из всей семьи Черновых только Мир активно принялся за истребление деликатесов своей матери.

Я решила подглядеть за ним.

Парень напрягся и вскинул голову. Острый взгляд буквально прибил меня гвоздями к стулу.

— Спасибо, мам. Я не голоден. Но было вкусно.

Он резко поднялся и даже обошел стол с другого конца, скрываясь за дверью. Я зачем-то проводила взглядом широкую спину парня.

Неловко вышло…

— Злата?

— А? — подпрыгнула на месте.

— Предлагаю завтра прогуляться по магазинам. Тебе потребуется новая одежда.

— У меня есть.

Элеонора Сергеевна душевно улыбнулась.

— Но этого мало. Я в твоем возрасте обожала наряжаться.

Мне стало сильно неловко.

— Вам не обязательно так много для меня делать. Вы и так помогли, когда моя мама…

Теплая ладонь Элеоноры Сергеевны опустилась на мою.

— Твоя мама сделала очень много для нашей семьи. Если бы не…, — она осеклась, прикусила губу и так и не договорив главного.

Причину, по которой я попала в дом Черновых.

Видимо тактичная Элеонора Сергеевна не готова была мне напоминать о недавно произошедшей трагедии, лишившей меня мамы.

Это произошло совсем недавно. Мама работала уборщицей в бизнес-центре Черновых.

Короткое замыкание и случился пожар. Мама вовремя подняла тревогу, приняла активное участие в спасении людей…она спасла самого Чернова, вытолкнув из офиса. Но ее саму забрал огонь.

В тот день я осиротела.

Позже пришли они, старшие Черновы. Оказалось, что они успели решить все бюрократические вопросы и я переезжаю жить к ним.

— Я всегда хотела еще одного ребенка, дочку. Так что чувствуй себя у нас — своей. Завтра поход по магазинам, — Элеонора Сергеевна словно пыталась разбавить неловкую паузу.

Завтра так завтра. На самом деле мне не нужны были новые вещи. Меня устраивало то, что было.

Я бы предпочла просто вернуть свою маму и жить как жила. Вот чего я хотела на самом деле.

Нет, в не винила семью Черновых в том, что они живы и здоровы, а мама нет…Просто, я бы хотела, чтобы этого пожара никогда не было.

Вернувшись в комнату, я открыла чемодан. Разгрузила часть самых нужных вещей, остальные оставила в чемодане.

Взяв полотенец и зубную щетку, я выглянула в коридор. Где-то здесь должна была быть ванная комната.

Нашла быстро. Промучившись с новомодным замком, так и не поняла, защелкнулся он или нет. Проверила…вроде замок зафиксировался.

Непривычно масштабная ванная. Темный камень и дерево.

Взгляд задержался на огромных пано из зеленого мха по обе стороны от зеркала шириной метра в два, не меньше.

Да, такие панели сложно не заметить.

Конечно я не сдержалась и аккуратно прикоснулась к зелени… живая. Влажная прохлада приятно обласкала кончики пальцев.

Со следующим вздохом я прям прочувствовала завораживающий свежий запах, на который вначале даже не обратила внимание.

Просто красиво. Я такую ванную комнату видела только на картинках пинтерест. Даже собирала личную доску. Чаще конечно это были маленькие источники вдохновения для оформления и переделки того, что было под рукой.

А здесь…аж дыхание перехватило. Готова была бесконечно любоваться на мох и изучать каждый угол помещения со всеми полосками и стильными баночками на них.

Но…пришлось переключиться на режим быстрого приведения себя в порядок.

Осмотревшись, закинула полотенец на стеклянную перегородку.

Зашла за нее и открыла горячую воду. Подставив лицо под теплые брызги, почувствовала, как тело расслабляется и уходит горечь.

***

Я пропустила момент, когда открылась дверь. В это время я как раз перекрыла воду и потирая глаза от влаги, потянулась рукой за полотенцем.

Внезапный отрывок телефонного разговора заставил вздрогнуть и замереть.

— Я не в настроении, — услышала знакомый голос. Глухой, недовольный. Это был Мир.

Тело обожгло стыдом. Я инстинктивно схватила полотенце. Вжалась в дальний угол душевой. Мокрые волосы прилипли к лицу, Меня легко можно было рассмотреть через запотевшее стекло.

— Нет, ты не поняла. Мне реально плевать… — продолжал он, кидая фразы в пространство.

«Пожалуйста, уйди» — мысленно взмолилась.

Как по закону подлости — он обернулся.

— Серьезно? — взгляд Мира скользнул по мне. И остановился.

Глава 3

Стыд в одно мгновение испепелил меня до тла.

Я вся мокрая, в одном полотенце, которое дрожащими руками никак не могу закрепить на груди.

— Выйди, — прошептала я, едва слышно. Горло сжалось. — Выйди отсюда. Сейчас же.

Я даже не поняла, в какой момент сорвалась на крик. И в следующий миг Мир оказался рядом. Быстро сократил разделяющее нас расстояние и вжал меня в стену. От внезапности я снова чуть не закричала, но его ладонь зажала мои губы.

— Не вздумай орать!

У меня округлились глаза. Мир оскалился, сильнее надавил на мою челюсть, продолжая сжимать меня в стену.

От шока и паники на мгновение забыла, что я стою перед ним едва ли прикрытая полотенцем, влажная кожа предательски покрывается мурашками и я не могу дышать. Не потому что его ладонь перекрыла кислород, все из-за сложившейся ситуации.

Едкая паника ударила по нервным окончаниям, я дернулась.

— Пусти…, — замычала, пытаясь лихорадочно освободиться и параллельно удержать злосчастное полотенце.

— Успокойся. Я сказал, не орать, — он резанул по мне враждебным взглядом. Он слишко близко, до такой степени, что его дыхание осело на моем лице.

— Ммм…Пусти…Немедленно, — затрепыхалась, неразборчиво выдыхая воздух, пытаясь из этого слепить требование - убрать наконец руку от моего лица.

Кажется, Мира мое сопротивление только сильнее разозлило.

— Я не собираюсь к тебе приставать, ущербная! Не хочу, чтобы ты своим криком привлекла внимание моей семьи. Что не понятно?

Последние слова произнес тише. И более чем доходчиво. Но…проклятье, я совсем уязвимая! Стою перед парнем, впервые так! От всей ситуации передергивает и лихорадит.

В попытке освободиться, протиснула руку между нашими телами. Уперлась в его грудь, толкнула. Бесполезно, он только снова оскалился.

— Будешь еще орать, спрашиваю?

Мотнула головой.

Конечно — нет!

Не знаю. Может.

По ощущениям, я готова что угодно наврать, лишь бы он отодвинулся и отпустил. И в тот же момент неконтролируемое желание снова закричать сдавило шею.

— Даже не вздумай, — от жесткого голоса парня пробило ознобом.

Он словно считал мои мысли.

— Издашь хоть один громкий звук и сильно пожалеешь.

Боже мой…я сильно зажмурилась. От дрожи по телу застучали зубы. Показалось, что я вся превратилась в сплошной напряженный комок вибрации.

— Не…буду, — едва слышно выдохнула сквозь сжатые его ладонью губы. Кивнула, добавляя, — обещаю…

На всякий случай прикусила кончик языка, дабы не закричать. Я правда настроилась всеми силами выполнить обещание. Только Мир не спешил меня отпускать.

Его пальцы вдруг сжались сильнее и я широко распахнула глаза. Он мне или челюсть сломает или синяков наставит, изверг. Какой же изверг!

С трудом выдержала прожигающий до костей взгляд. Неужели не поверил и решил все же свернуть мне шею?

Еще секунда, похожая не вечность, до колючих мурашек жгущая кожу и…Мир резко убрал руку. Отошел и даже отряхнул пальцы, словно от грязи.

Сколько же в нем пренебрежения. Я поежилась, как от едкого холода и подтянула полотенце пониже.

Стояла на месте, больше не шевелясь, только исподлобья напуганным зверьком наблюдала за тем, как Мир достал телефон и кому-то коротко ответил.

Четко осознала — мне будет очень тяжело.

Я и в институте его побаивалась, старалась избегать, хоть он нравился многим девочкам. Даже очень.

Правда, не все решались к нему приблизиться. У Мира было свое окружение — узкий круг равных по статусу и влиянию.

А остальные…остальные просто поглядывали. Девушки с вожделением, парни с надеждой однажды попасть в круг избранных. И те и другие искренне надеялись, что Мир однажды их заметит и этого же жутко боялись. Все дело было в его северном характере и возможности уничтожить любого, хоть морально, хоть физически.

С момента моего поступления, я с первых дней знала достаточно о репутации парня, чтобы в список своих золотых правил добавить самое главное — никогда не приближаться к Мирославу Чернову. Никогда и ни за что!

Но вот он передо мной…

— Какого черта ты вообще здесь забыла? — Мир убрал телефон в карман джинс и поднял на меня глаза. Лучше бы он это не делал. У меня по ощущением земля ушла из под ног. — Я сказал не по податься мне на глаза.

Прежде чем ответить, я несколько раз заторможенно хлопнула ресницами:

— Хотела принять душ. Мне что теперь мыться нельзя?

— У тебя в комнате есть своя ванная.

— Да?

От искреннего удивления перехватило дыхание.

Комнату которую мне выделили, я толком не изучила. Я торопилась, чувствовала себя неуютно и от волнения даже не придала значения обстановке. Бегло заметила дополнительную дверь, но мне даже в голову не пришло, что она ведет ванную.

Зачем вообще нужны личные ванные в комнатах, когда есть такая великолепная как эта…

— Я не знала что ты сюда зайдешь, — буркнула, осторожно выходя за стеклянную перегородку. Сразу предусмотрительно сместилась в бок, подальше от Мира.

Одна проблема — мои вещи остались на столике за спиной парня, а мне приходилось все так же кутаться в полотенце, полностью намокшее.

— Правда не знала. Ты… не мог бы выйти.

Он даже не пошевелился.

Медленно выпрямился, как будто я только что сказала что-то забавное.

— Выйти? — повторил он, глухо усмехнувшись. — Ты сейчас серьёзно?

Я сглотнула, стараясь не опускать взгляд.

— Да.

— Ты либо совсем тупая, или притворяешься, — его голос стал ниже. — Я ясно сказал: не попадаться мне на глаза.

— Это ванная, а не твоя личная территория, — огрызнулась я, хотя внутри все уже сжалось.

Ошибка.

Я поняла это в тот момент, когда он сделал шаг вперед.

Потом еще один.

Отступила, пока спина не уперлась в стекло. Холод пробрал до костей.

— Повтори, — тихо сказал он.

Я сжала зубы.

— Я. Не. Знала.

Каждое слово — отдельно, будто это могло меня защитить.

Он остановился слишком близко.

Слишком.

— Ты никогда ничего не знаешь, да? — почти шёпотом. — Удобно.

— Отойди.

— Или что?

Дернулась, пытаясь проскользнуть мимо, но он резко перехватил меня за запястье.

Не больно.

Но жестко.

Как предупреждение.

Сердце сорвалось в галоп.

— Отпусти, — процедила сквозь зубы.

Он наклонился чуть ближе, и от этого расстояние между нами стало почти невыносимым.

— Ты живешь в моем доме, — каждое слово будто вбивал. — Ходишь по моим комнатам. И еще требуешь, чтобы я куда-то уходил?

— Это не твой дом, — вырвалось раньше, чем я успела остановиться, — Это дом твоего отца и матери!

Тишина.

Глухая.

Опасная.

Его пальцы на моем запястье сжались сильнее.

— Ещё раз это скажи.

Я почувствовала, как страх смешивается с чем-то упрямым, злым.

— Это. Не. Твой. Дом.

Он резко отпустил меня — так, что я чуть не потеряла равновесие.

Сделал шаг назад, провёл рукой по лицу, как будто сдерживая что-то.

И на секунду мне показалось, что сейчас он просто… взорвется.

— Забирай свои вещи и проваливай, — холодно бросил он.

Я не сдвинулась.

— Ты не можешь мне указывать.

Он резко поднял взгляд.

— Хочешь проверить?

В этом «проверить» не было ничего хорошего.

Совсем.

Я медленно обошла его, чувствуя, как напряжение буквально звенит в воздухе. Потянулась к столу, схватила одежду.

Пальцы задрожали.

Полотенце сползло, и я едва успела его удержать.

Он это заметил.

Конечно заметил.

И не отвел взгляд.

— Отвернись, — прошипела я.

— Зачем? — равнодушно.

— Потому что это нормально.

Он усмехнулся.

— В этом доме давно ничего нормального нет.

Я резко развернулась к нему.

— Тогда привыкай.

И сама не поняла, как оказалась снова слишком близко.

Слишком.

— Я не уйду, — тихо, но чётко. — Нравится тебе это или нет.

Пауза.

Он смотрел на меня так, будто решал — стоит ли ломать.

Или пока оставить.

— Посмотрим, как долго ты выдержишь, — наконец сказал он.

Холодно.

Спокойно.

Опасно.

Я сжала вещи в руках сильнее.

— Дольше, чем ты думаешь.

Его губы едва заметно дернулись.

— Все так говорят.

Я не ответила.

Просто развернулась и пошла к двери.

Но уже на пороге остановилась.

— И еще, Мир, — не оборачиваясь. — Придётся привыкнуть, что я буду попадаться тебе на глаза.

Тишина.

А потом — тихо, почти шёпотом, но так, что пробрало до мурашек:

— Тогда не жалуйся на последствия.

Я вышла, захлопнув дверь.

И только в коридоре поняла, что у меня дрожат не только руки.

А ещё — что это было не предупреждение.

Это было обещание.