Buch lesen: "Служба спасения чувств"
1.
— Ещё один круг!
Громкий крик раздался посреди арены, лёд, казалось, содрогнулся от сильных ударов клюшек. Вереница из хоккеистов, одетых в бело-синюю форму с изображением рычащего медведя, по команде выполняла десятый по счёту повтор.
— Что с ним такое? — шепнул пятый номер проезжающему мимо седьмому. Марк усмехнулся, мельком глянул на злющего капитана.
— Видимо, не с той ноги встал наш мишка.
Приблизился к первому, привычно закинул руку тому на плечо.
— Глеб, люди начинают интересоваться, по какой причине зверствуешь, так что давай полегче.
Левицкий угрюмо посмотрел на лучшего друга, даже через шлем было видно, как он ободряюще улыбается. И правда пора завязывать, парни не виноваты, что у него сегодня всё пошло наперекосяк.
— Перерыв пять минут.
Хоккеисты мысленно поблагодарили Султанова, ведь он единственный, кто мог урезонить трудоголика лидера. Главный герой помахал команде на манер артиста, благодарящего публику за восторженные овации, когда краем глаза зацепил на одной из трибун неизвестный силуэт.
«Гризли» тренировались в гордом одиночестве. Это требование как тренера, так и самого капитана, ведь в противном случае спортсмены постоянно отвлекались на пришедших их поддержать поклонниц, из-за чего тренировки больше походили на цирковое шоу.
Седьмой номер огляделся по сторонам, кажется, только он заметил, остальные заняты восстановлением сил и ни на что другое внимания не обращали.
«Интересно»
Предвкушающе улыбнулся. Медленно заскользил к бортику, останавливаясь аккурат напротив незваной гостьи.
«Симпатичная»
Пронеслось в голове, но вот рот сказал совсем иное.
— Автографы не раздаю.
— Вы кто вообще? — та удивлённо вскинула брови.
Парень стоял в полной экипировке, на коньках и с клюшкой наперевес. Действительно, кто же он? Вице-капитан этой грёбанной команды, вот кто.
Лицо же напротив выражало полную незаинтересованность происходящим. Но если это и правда так, то что она здесь делает? И разве не следила всё это время за ним?
— Очень смешно, — хмыкнул Султанов, подбираясь ближе, дабы рассмотреть девушку повнимательнее.
Что за нелепая игра в недотрогу?
— Мужчина, у вас ко мне какое-то дело?
Хоккеист чуть не поперхнулся воздухом, клюшка неловко скользнула по льду, едва не выпадая из рук. В шоке уставился на незнакомку, которая смотрела куда-то вдаль, полностью игнорируя его существование.
Это ещё что? М-мужчина?! Форма настолько старит?!
— Глеб, бегом сюда! — один из спортсменов, услышав недовольный возглас, отделился от общей массы тренирующихся и подъехал к бортику. Теперь на незваную гостью обратили внимание все, кто находился на льду. — Лика передала.
В руках у Негодяйки, как решил называть её Марк, был небольшой пакет.
— Спасибо, Дана, оставь, пожалуйста, на скамейке, после тренировки заберу.
«Негодяйка Дана» сухо кивнула.
— Я ушла, и постарайтесь больше не использовать меня в качестве персонального курьера.
Левицкий неловко улыбнулся и махнул на прощание удаляющейся фигуре. Лучший друг тоже неотрывно наблюдал, пока незнакомка не скрылась за массивными дверями. Затем повернулся к капитану, внезапно появилось изрядное количество вопросов.
— Это что за полутораметровый гном, источающий ауру вселенского зла?
— Соседка Лики по квартире, и она не гном. Повезло, что не услышит, считай, останешься жив.
— Эти метр шестьдесят настолько опасны для жизни?
Султанов последовал за лидером. Глеб резко развернулся, окидывая того с ног до головы пронизывающими голубыми глазами, и предупреждающим тоном изрек.
— Даже не представляешь насколько.
Марк задумчиво промычал, пока не заметил на себе недовольный взгляд тренера, который буквально вопил о том, чтобы спортсмен поторопился, иначе быть беде. Хоккеист моментально подобрался, набирая высокую скорость, уверенно скользя по льду.
«Занимательно»
//
— Передала вещи, как и просила, так что позже поможешь с практикой.
Дана шла по коридору чужого универа, удерживая телефон между ухом и плечом, одновременно копаясь в бездонной сумке в попытках найти ключи от машины.
Блуждающий взор зацепился за доску почёта или что-то вроде того, девушка бросила на неё ещё несколько незаинтересованных взглядов, пока не наткнулась на смутно знакомое лицо. Из-за шлема не очень хорошо можно было рассмотреть, но эти карие глаза и самодовольная улыбка — именно то, что она видела несколькими минутами ранее. Задержалась на секунду, более детально изучая фотографию.
Разве спортсмены не тупые? Это всё стереотип?
Неоднозначно хмыкнула, возвращая внимание к смартфону, на том конце провода подруга пыталась безуспешно до неё докричаться.
— Подумала, что связь резко пропала, — из динамиков раздался звонкий голос, — сделаю всё, что попросишь. Спасибо огромное, Даночка.
— Да-да, — наконец отыскала ключи и направилась к выходу, спящий на посту охранник не выказал никакого возмущения. Быстро прошмыгнула мимо, оказываясь на крыльце, проблем всё же не хотелось, она ведь здесь даже не учится. — Тебе стоит относить вещи любимого самостоятельно, заодно и поболтаете.
— У меня практика сегодня весь день, знаешь ведь. И мы с Глебом друзья.
Ежевская готова была поспорить, что на словах о хоккеисте кое-кто накрутил прядь медных волос на палец и нещадно покраснел.
— Как скажешь, не твой парень, твой парень, дорогая.
— Дана!
Подруга не удержалась от смешка.
— Ладно, мне пора в больницу, увидимся вечером, — в телефоне раздалось милое ворчание с просьбой не задерживаться.
Лика собиралась приготовить ужин, а ещё запланирован просмотр нового фильма. Дана послушно пообещала освободиться пораньше.
Забросив на заднее сиденье старенького фордика сумку, уселась за руль. Покрутила головой, оценивая авто, стоящие вокруг. Преподавательская парковка располагалась с другой стороны, а эта предназначалась для студентов.
Машины разношёрстные: такие же, как у самой Ежевской, так и классом выше. Вот только в отдалении от всех, в тени под кроной деревьев стояло несколько дорогущих автомобилей: один краше другого. Усмехнулась, внимательно разглядывая роскошный чёрный мерседес. Как говорил профессор по психологии, владельцы таких тачек компенсируют подобным некоторые имеющиеся комплексы, тем самым подтверждая свою значимость.
Девушка весело расхохоталась, заводя мотор. Несчастный мальчик.
//
— Вернулась?
Лика выглянула в коридор, когда услышала звук поворачивающегося в замке ключа.
— Ага, — Ежевская повесила сумку на вешалку и стянула обувь, — чертовки устала.
— Ужин скоро будет готов, — проследила за тем, как подруга проходит в квартиру.
Казалось, учёба в медицинском забирает все жизненные силы. Лика боялась, что нездоровый цвет лица Даны из-за частого недосыпа и пропусков приёмов пищи никогда не пропадёт, да и другие не видимые глазу симптомы сильно навредят самочувствию, но та и слушать не желала, хотя о пагубных последствиях знала лучше, чем кто-либо.
— Да, я быстро, — девушка скрылась за дверями ванной. Ужасно хотелось смыть с себя этот день.
Горячая вода помогла немного расслабить душу и тело, назойливые мысли как по волшебству покинули пульсирующую голову, остались лишь еле ощутимый след блаженства и ощущение покоя.
Дана облокотилась на раковину, внимательно рассматривая себя в зеркале. Иронично хмыкнула, замечая, что круги под глазами стали куда темнее, да и само лицо как будто бы осунулось ещё сильнее, острыми скулами можно бумагу резать. Всё же если бы не удачное стечение обстоятельств в виде внезапного переезда и сожительства с Ликой, которая чересчур добрая душа и не может позволить близким голодать, от неё бы к выпуску мало что осталось.
Похлопала по щекам, пытаясь придать им немного краски, чтобы не казаться уж слишком мертвенно-бледной. Мысленно дала обещание отоспаться на выходных, иначе так и в обморок можно свалиться. Михайлова этого однозначно не переживёт.
Дёрнула дверную ручку, чувствуя из коридора мимолётный, едва уловимый запах. Рот рефлекторно наполнился слюной, на обед у студентки были кофе с булочкой, которые ни в какое сравнение не идут с домашней едой, так что реакция неудивительна. Девушка насухо вытерла влажные волосы и поспешила на кухню.
— Который раз уже говорю, но ты просто потрясающе готовишь, — будущий врач голодным волком набросилась на поздний ужин, не переставая при этом нахваливать кулинарные навыки подруги. — На кой тебе сдалась журналистика, когда на роду написано стать известным шеф-поваром?
Лика на это лишь смущённо хихикнула и замахала руками.
— Ты меня перехваливаешь, знаешь ли, — однако счастливая улыбка никак не сходила с лица. Готовка ей доставляла особое удовольствие, — сколько в мире людей куда талантливее моего.
Дана опустила вилку и не мигая уставилась на собеседницу.
— В мире восемь миллиардов людей, но Лика Михайлова — одна, единственная и неповторимая, другой такой нет. Что насчёт того, чтобы быть чуточку уверенней в собственной уникальности, м? — нахмурила тёмные брови, с досадой качая головой. — Мне не нравится, когда ты принижаешь себя, пропуская свои заслуги через призму какого-то там навязанного «успешного успеха». То, что ты делаешь, достойно похвалы и признания, прекрати себя обесценивать, иначе знаешь, чем это всё обернётся.
— Да-да-да, — подруга поморщила нос, внимательно слушая внезапную лекцию по принятию себя, — ты меня препарируешь как лягушку, заглянешь в мозг, чтобы, наконец отыскать, какой отдел отвечает за самооценку.
Студентка медицинского усмехнулась в кружку с чаем. Не планировала заниматься нудными нравоучениями, но Михайлова явно же напрашивается.
Хорошо, что от них есть толк, и за те пару лет, что они знакомы, виден заметный результат. Лика стала уверенней, приняла себя и перестала сжиматься в выдуманных рамках. Даже занялась некоторыми вещами, о которых в прошлом и думать не могла. Взять хотя бы тот исторический кружок в универе: сначала было страшно просто высказывать своё мнение, глупо опасаясь, что оно не совпадёт с мнением большинства, а по прошествию времени третьекурсница уже и сама его возглавляет.
Теперь перед тем, как сделать что-то новое, слышит у себя в голове фразу подруги «ладно, идём напугаемся как следует, чтобы после испугались уже нас», и становится намного легче.
Михайловой нужна была именно Дана и её волшебный моментально действующий пинок.
— Хватит смотреть, как ем я, — Ежевская пододвинула нетронутую тарелку к Лике, — займись делом.
Та мягко улыбнулась, принимая протянутую вилку.
— Да.
Это всегда работало в обе стороны.
Дана каждый день благодарит судьбу за случайную встречу в книжном магазине два года назад. Именно в тот непростой период жизни ей как раз и не хватало такого светлого и позитивного человека. Приятельские отношения крепли со временем и постепенно переросли в глубокую дружбу, которая преодолевала многие невзгоды и сложности сообща.
Из последнего из-за проблем с общежитием для выпускников Лика предложила снимать квартиру вместе, что оказалось очень кстати. Выбрали вариант, который устроит всех: недалеко как от медицинского, так и от универа Михайловой. Единственное, о чём та переживала, когда предлагала подруге съехаться, так это что она будет не в восторге, если в гости иногда может захаживать Глеб. Но на её удивление Ежевская совсем не была против, скорее даже только «за». Она знала историю их отношений и в тайне болела, чтобы друзья детства наконец перестали играть в прятки и посмотрели правде в глаза.
— И вообще, — сделала ещё один глоток чая, вспоминая «курьерскую подработку» днём, — не хочу лезть не в своё дело, взрослые люди, и сами разберётесь, но почему бы вам просто не начать встречаться?
Лика застыла, переваривая внезапный вопрос.
Сегодня кухня стала местом допросов?
— Вряд ли…
Немного помолчала, раздумывая над ответом. Дана терпеливо ждала, пока подруга выскажется.
— Это сложно… Да и нет никаких гарантий, что в качестве пары будет лучше. А ещё… — нервно сглотнула, — пока мы друзья, наши пути никогда не разойдутся, что не скажешь о расставании влюблённых.
— Тоже верно, — Ежевская тактично умолчала о том, что на все сто уверена, что Глеб думает в совершенно другом направлении. Это видно по хоккеисту невооружённым взглядом, но кое-кто, видимо, пока не готов замечать очевидное. — Тогда посмотрим фильм, который ты хотела?
Лицо Лики вновь озарилось радостной улыбкой. Она подскочила со стула, потянулась к верхнему шкафчику, выуживая оттуда сладкую заначку.
— Пойду всё подготовлю, — резво упорхнула из кухни.
Зажурчала тёплая вода, Дана методично намыливала оставшиеся тарелки и чашки. Белая пена стекала под несильным напором, оставляя после себя кристальную чистоту.
Девушка застыла, завороженно наблюдая за этим процессом.
«Вот бы и себя так же вымыть, аж до хруста и скрипа»
— Даночка! Чего там копаешься?!
Опомнилась, когда услышала нетерпеливое ворчание. Закончила с последней чашкой и, подхватив со стола оставшиеся сладости, поспешила в гостиную.
— Уже иду!
2.
Глеб за прошедшие дни так больше ничего и не рассказал про Негодяйку, счёл нужным оградить от беды в лице Марка Султанова. Но «беда» не расстроилась, и сама всё узнала за рекордно короткое время.
Дана Ежевская — студентка выпускного курса медицинского. Училась хорошо, что весьма неожиданно, для хоккеиста та не выглядела как прилежная учащаяся. Возможно, это всё обманчивое первое впечатление, но вздёрнутый нос и абсолютная незаинтересованность во взгляде никак не вязались с профессией, где нужно спасать человеческие жизни.
Седьмой номер молниеносно навёл справки о незнакомке, но также и быстро потерял какой-либо интерес. Было просто любопытно, что из себя представляет человек, наглейшим образом пренебрегший им в первую встречу. Понимал, что, являясь лучшим другом Левицкого, они, возможно, и будут иногда пересекаться, как недавно на утренней тренировке, но и подумать не мог, что это произойдёт так скоро.
Глеб позвонил после третьей пары, вице-капитан «Гризли» недоуменно уставился на вибрирующий смартфон. Командная тренировка по расписанию завтра, да и лучший друг всегда писал, звонки от него — большая редкость. Поднёс телефон к уху, уже ощущая лёгкий шлейф подвоха.
— Пожалуйста, забери Дану с практики, поздно заканчивает, а её машина в сервисе, — на том конце провода сразу же перешли к делу.
Спортсмен удивлённо вскинул брови.
Это ещё что за новость?
Не припоминал, когда успел стать с той высокомерной девчонкой закадычными друзьями.
Немного пораскинул мозгами, ладно, даже так Левицкий вёл себя раздражающе рационально.
— Почему именно я? — задал риторический вопрос, хотя и так знал причину.
— Остальным не доверяю так же сильно, как тебе, да и Лика тоже. Ты — лучшая кандидатура.
Султанов довольно хмыкнул, похвала всегда являлась его слабостью. Если хотите сдвинуть упрямого осла с места, просто скажите, что он чертовски хорош собой.
— Божечки-кошечки, что не сделаешь ради того, чтобы ты попытал удачу на любовном поприще, приятель. Будешь должен.
— Спасибо, Марк.
После завершённого вызова Глеб отправил сообщение с адресом больницы, куда нужно подъехать. Хоккеист буравил новое уведомление тяжёлым взглядом. Ладно, всего делов-то доставить соседку Михайловой домой. Просто нужно молчать всю дорогу, слушая музыку, уж с этим он справится.
//
У главных ворот не представлялось возможным как следует припарковаться, пришлось просить Лику сбросить контакты Негодяйки, чтобы объяснить, где стоит машина. Марк написал сообщение на незнакомый номер, его прочитали через пару минут, но в ответ так ничего и не пришло. Парень хмыкнул, совсем неудивительно.
Отвлёкся от экрана, когда увидел приближающуюся невысокую фигуру, которая остановилась в нескольких метрах от авто, даже и не думая в него залезать. Хоккеист вышел из мерседеса, осматривая девушку с ног до головы. На чужом плече висела внушительных размеров сумка, а в руке — чёрный пакет.
Они изучали друг друга, не говоря ни слова. Султанову надоело странное молчаливое противостояние, и он решил немного разрядить обстановку. Сказал первое, что пришло на ум.
— Что в пакете?
— Рука Зинаиды Михайловны. Забрала с согласия патологоанатома с сегодняшнего вскрытия для дальнейшего изучения, — Дана мотнула головой в сторону пакета, её лицо оставалось абсолютно серьёзным.
Но и Марк не дурак, снисходительно улыбнулся, приглашая собеседницу сесть в машину. Совсем заучилась, бедняжка.
— Очень смешно.
— Не веришь? — та невозмутимо протянула вышеупомянутый предмет. — Тогда можешь заглянуть.
Берёт на слабо? Что за детский сад.
— Допустим… — спортсмен преисполнился решимостью доказать свою мужественность. Какая-то полутораметровая Негодяйка не сможет его напугать. Схватил пакет, широко открыл и… — Твою ж!
На дне лежала рука. Настоящая. Человеческая.
Сработал рефлекс, хоккеист бросил на землю предполагаемую угрозу. Сердце яростно забилось в груди, уши заложило от своего же сбитого дыхания. Какого…?
В наше время студентам-медикам дают нечто подобное в качестве домашней работы? Да быть не может, чтобы настоящая или же…
— Хех, успокойся, сопляк, это муляж, — Ежевская подобрала одиноко валяющуюся конечность. Не улыбалась, однако в карих глазах можно заметить искры неподдельного веселья.
В какой-то степени даже рада, что пришлось таскаться весь день с этим балластом по просьбе преподавателя. Вот и пригодилась «ручка».
— Дана…
«Знакомы в совокупности не больше получаса, а нервы уже ни к чёрту»
— Двадцать три года как Дана, ты это, дыши давай, не хочу СЛР проводить.
Подошла ближе, демонстративно запрокидывая голову, так удобнее оценивать состояние «жирафа». Лицо немного побледнело, но в остальном порядок, самочувствие спортсмена сложно подкосить подобным розыгрышем.
— Садись в машину, — кое-как придя в чувства, Марк указал на чёрный мерседес за своей спиной.
— О, так это твоя тачка? — Ежевская весело рассмеялась, первый раз на памяти Султанова. Прошмыгнула внутрь, послушно пристёгиваясь. — Всё же наш профессор в какой-то степени оказался прав.
— О чём ты? — парень завёл мотор, бросил обеспокоенный взгляд на задние сиденья, где лежал злополучный пакет. Точно кошмар приснится.
— Да так… — девушка устроилась поудобнее, натуральная кожа тихо скрипнула под тяжестью тела.
В салоне приятно пахло дорогим парфюмом, а из динамиков доносилась негромкая музыка. Настроение заметно улучшилось после того, как удалось напугать хоккеиста. Сегодня был тяжёлый день, однако неоднозначная реакция на «человеческую» конечность определённо подняла настрой.
Марк выехал с парковки больницы, встраиваясь в поток машин.
— Адрес.
— Тот же, что и у Лики.
Досадно щёлкнул языком, лучший друг несколько раз упоминал, что эти двое теперь живут вместе, и почему он забыл нужную информацию?
Быстро посмотрел в сторону новоиспечённого пассажира.
«А кое-кто немногословен»
— Всегда так поздно возвращаешься?
— Иногда обстоятельства складываются подобным образом, — Ежевская досадно поморщилась, скорее всего, спортсмен в курсе, что её машина в сервисе. Глеб и Лика очевидно доложили, раз друг Левицкого любезно согласился подбросить до дома.
— Это небезопасно, — Султанов нахмурился, в этом месяце начало рано темнеть, да и район, в котором расположена больница, не самый радужный. У девчонки напрочь отсутствует инстинкт самосохранения.
— Верно, — та не стала спорить, лишь коротко хмыкнула, бросая многозначительный взгляд на профиль водителя. — Но я всегда могу швырнуть в нехороших ребят «руку» Зинаиды Михайловны и убежать под шумок.
— Очень смешно.
Вице-капитан «Гризли» не стыдился недавней реакции, да и кто бы на его месте не испугался? За какие-то доли секунды невозможно определить муляж это или же настоящая конечность.
— Рада, что тебе понравилось.
Вновь раздался смех. Негромкий, но такой заразительный, что уголки губ парня сами собой поползли вверх.
— Эй, я…
— Приехали, — Дана потянулась назад, хватая злополучный пакет. Точно тяжёлый, но она, кажется, и не замечала внушительного веса. Машина остановилась у слабо освещённого подъезда, Марк нахмурился, внимательно осматривая местность за окном. Почему здесь не горят лампочки? — Спасибо, что подвёз, трусишка-хоккеист, — выпорхнула из салона. Дразняще улыбнулась, бегая прищуренным взглядом по лицу остолбеневшего спортсмена, — надеюсь, больше не встретимся.
«Трусишка» не успел ничего ответить, как дверь авто захлопнулась, а девушка уже вскочила на ступеньку крыльца. Оставалось молча смотреть вслед. Получается, последнее слово всегда должно быть за ней, да?
— Вот же ж… Негодяйка…
Марк усмехнулся, качая головой.
«Что она там сказала? Надеюсь, больше не встретимся? Ну-ну, ещё посмотрим»
